Курс современной политической истории России (стр. 20 )

Вслед за опубликованием Заявления Генерального секретаря ЦК КПСС М. Горбачева от 01.01.01 г. СССР предпринял практические шаги по нормализации межгосударственных отношений, ослаблению напряженности в мире, ограничению вооружений и разоружению. Советское руководство отдавало себе отчет в том, что добиться решения этой проблемы можно лишь совместными усилиями, прежде всего, с теми странами, которые занимали ключевые позиции в мире. Вот почему оно особое внимание уделяло переговорам с администрацией США.

Как отмечалось, встречи на высшем уровне были возобновлены в ноябре 1985 г. и стали проводиться регулярно. С 1985 по 1988 г. состоялось четыре встречи М. Горбачева и Р. Рейгана: в ноябре 1985 г. в Женеве, в октябре 1986 г. – в Рейкьявике, в декабре 1987 г. – в Вашингтоне, в июле 1988 г. – в Москве. Это были сложные переговоры, способствовавшие налаживанию сотрудничества между двумя государствами и смягчению напряженности в мире.

Первая встреча с Рейганом состоялась 19 ноября в Женеве. Перед этой встречей М. Горбачев нанес официальный визит во Францию. Во время встречи с Миттераном и в своем выступлении перед французскими парламентариями 3 октября 1985 г. М. Горбачев в духе новых подходов во внешней политике изложил некоторые из актуальных проблем оздоровления международной обстановки и развития мирного сотрудничества. Он напомнил о том, что Советский Союз в одностороннем порядке уже продемонстрировал готовность к разумным компромиссам: прервал дальнейшее размещение ракет средней дальности в Европе, прекратил испытательные ядерные взрывы и ждет адекватного отклика на эти инициативы со стороны западных стран.

М. Горбачев говорил о необходимости оздоровления международной обстановки, прекращении накопления все более разрушительных видов оружия на Земле и в космосе, сокращении вооруженных сил и вооружений в Центральной Европе и т. д. Он повторил тезис о том, что победителей в ядерной войне быть не может и пора, по его мнению, ответственным политикам сделать из этого практические выводы. Горбачев проинформировал французскую общественность и весь мир о новых шагах, предпринимаемых СССР по прекращению гонки вооружений и предотвращению нависшей над человечеством угрозы, и выдвинул в этой связи конкретные предложения по всему комплексу Женевских переговоров по ядерным и космическим вооружениям, о полном запрещении ударных космических вооружений и радикальном сокращении в этих целях на пятьдесят процентов ядерных вооружений СССР и США, достигающих территории друг друга, о заключении соглашения по ядерным средствам средней дальности в Европе; прямых переговорах с Францией и Англией относительно европейской безопасности, ядерных сил и др[21].

Все эти предложения и идеи в духе новых подходов к внешней политики М. Горбачев высказал во время его первой за последние пять с половиной лет встречи с Р. Рейганом в Женеве 19-21 ноября 1985 г.[21]. Существует точка зрения, что эта встреча прошла очень успешно, ознаменовавшись установлением атмосферы взаимной приязни между Р. Рейганом и М. Горбачевым. В действительности, на наш взгляд, эта встреча не привела к крупным практическим результатам. Однако Заявление, подписанное президентами двух великих держав, стало историческом, поскольку создавало необходимые предпосылки для дальнейшего развития советско-американских отношений. В нем оба президента заявили о том, что ядерная война никогда не должна быть развязана, любой конфликт между СССР и США мог бы иметь катастрофические последствия. Поэтому они подчеркнули важность предотвращения любой войны между СССР и США. В Заявлении утверждалось, что каждая из сторон не будет стремиться к достижению военного превосходства.

Обсудив вопросы переговоров по ядерным и космическим вооружениям, президенты СССР и США согласились с необходимостью ускорения этих переговоров и скорейшего достижения прогресса в тех областях, в которых позиции сторон совпадали, включая идею промежуточных соглашений по ракетам средней дальности в Европе[21]. Женевская встреча открывала возможности для смягчения напряженности.

Однако перемены в мировой политике происходили медленно. Более того, тревога в мире вновь стала нарастать. США активизировали свои действия против дружественной Советскому Союзу Ливии. Эскадра американских военных кораблей нарушила территориальные воды страны в Черном море. США требовали сократить численность советского персонала в ООН. Все эти действия носили для СССР недружественный характер. Потребовалась новая встреча с Президентом США, чтобы урегулировать советско-американские отношения и кардинально изменить международную обстановку.

Вторая встреча с Р. Рейганом состоялась в Рейкьявике 11-12 октября 1986 г.[21]. На этой чрезвычайно важной для дела мира встрече М. Горбачев вручил Президенту США комплекс предложений, в том числе: о сокращении к 1991 г. стратегических наступательных вооружений (СНВ) сторон на 50 процентов с их последующей полной ликвидацией; о ликвидации советских и американских ракет средней дальности (РСД) в Европе; о сокращении до 100 боеголовок на советских ракетах средней дальности в азиатской части СССР с правом для США иметь такое же число боеголовок на ракетах того же класса на своей территории; об укреплении режима ПРО; о начале полномасштабных переговоров о полном запрещении ядерных испытаний и др. Обращает на себя внимание, что советская сторона пошла на серьезные уступки практически по всему комплексу выдвинутых инициатив. Советский Союз дал согласие не учитывать в общем европейском ядерном равновесии соответствующие вооружения Великобритании и Франции, а также сократить в несколько раз количество своих ракет среднего радиуса действия в Азии. СССР снял прежние требования относительно прекращения США работ по программе СОИ, известной как программа «звездных войн», он не требовал приостановки таких работ при условии, если они не выходили за рамки лабораторных исследований. Руководство СССР предложило установить равное количество зарядов на ракетах средней дальности, размещенных в восточной части СССР и на территории США. Все это позволило прийти в Рейкьявике к согласию по многим спорным вопросам. Во-первых, обе стороны достигли принципиальной договоренности о том, что СССР и США в течение пяти лет ликвидируют все свои ракеты среднего радиуса действия в Европе при сохранении некоторого числа таких ракет, но не более 100 боеголовок на азиатской территории СССР и на территории США. Они также согласились с тем, что количество ракет с дальностью менее 1000 км, которыми располагали СССР и США, подлежало замораживанию. Эта проблема должна была стать предметом немедленных переговоров между сторонами.

Во-вторых, еще одна договоренность в Рейкьявике состояла в том, что после заключения соответствующего соглашения по ракетам средней дальности СССР выведет из ГДР и ЧССР оперативно-тактические ракеты повышенной дальности, размещение которых советская сторона обосновывала как ответную меру на «довооружения НАТО». В-третьих, СССР и США также договорились о 50-процентном сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ) в течение пяти лет[21]. В этой связи М. Горбачев сделал заявление о важности заключения соглашения по существенному ограничению СНВ и необходимости последующей ликвидации стратегических вооружений.

Переговоры на высшем уровне в Рейкьявике продемонстрировали реальные возможности достижения договоренности по проблеме ядерного разоружения, утверждению принципа разумной достаточности оборонных мер и укреплению взаимной безопасности. Однако эти переговоры зашли в тупик и были прерваны. Вот основные причины срыва этих переговоров. Во-первых, все договоренности рассматривались в блоке других вопросов, касавшихся СНВ и Договора по ПРО в том виде, как он был подписан в 1972 г. Однако по этому блоку согласия достичь не удалось, США настаивали на создании системы ПРО путем осуществления программы СОИ. Во-вторых, СССР настаивал на полном прекращении ядерных испытаний, а США не хотели идти ни на какие ограничения программы СОИ, в том числе и ядерных испытаний, связанных с осуществлением этой программы. Поэтому США пытались всячески уклониться от конкретного решения этой проблемы. В-третьих, советская сторона стремился включить в СНВ средства передового базирования, поскольку они способны были достичь территории СССР. Американская сторона настаивала на противоположной позиции. Таковы основные причины срыва переговоров. Конечно, имелись и другие расхождения в Рейкьявике, но эти три все же были определяющими. В результате достигнутые договоренности, в том числе, по ракетам средней дальности, остались на бумаге.

Неуспех этих переговоров не очень беспокоил США. Он был связан с тем, что американская администрация к этому времени усилила гонку вооружений, увеличив за шесть лет свой военный бюджет в два раза. Кроме того, имели место заблуждения, свойственные в то время определенным кругам Запада. Во-первых, США считали, что русские боятся СОИ, во-вторых, поскольку СССР заинтересован в разоружении больше, чем Соединенные Штаты, то и пойдет на любые уступки. В советских СМИ в то время не без определенных оснований писали о том, что США рассчитывали запугать СССР морально, экономически, политически и в военном плане. Но СССР выступал против СОИ прежде всего потому, что экономика не выдерживала гонку вооружений, в соответствии с провозглашенной программой он боролся за ликвидацию ядерного оружия. Для СССР «это проблема не боязни, а ответственности, ибо последствия будут непредсказуемы. СОИ не укрепляет безопасность, а разрушает остатки того, что еще может служить безопасности», - подчеркивал М. Горбачев[21]. СССР заявил, что он не будет снимать предложения, выдвинутые в Рейкьявике. Все вопросы, по которым стороны не пришли к общей договоренности, предполагалось обсудить на следующей встрече в Вашингтоне в декабре 1987 г.

Накануне вашингтонской встречи в верхах М. Горбачев выступил с новыми инициативами, которые учитывали многие пожелания США в контексте переговоров в Рейкьявике. СССР предложил, во-первых, не ограничить, а ликвидировать ракеты дальности от 500 до 1000 км, развернутые на европейском континенте; во-вторых, выделить решение этой проблемы вне блока других вопросов; в-третьих, подписать соглашение о ракетах средней дальности с последующим выводом советских оперативно-тактических ракет повышенной дальности с территории ЧССР и ГДР; в-четвертых, СССР заявил о готовности взять обязательство в короткий срок полностью ликвидировать свои оперативно-тактические ракеты на европейском континенте, если будет подписано соглашение по ракетам средней дальности; в-пятых, в апреле 1987 г. СССР согласился с проведением американской стороной научно-исследовательской работы в области противоракетной обороны при условии, если она будет ограничена рамками лабораторий. Для обсуждения этих новых советских инициатив М. Горбачев готов был встретиться с президентом США.

1986 год, провозглашенный ООН годом мира, завершили еще два крупных события, к которым М. Горбачев имел самое непосредственное отношение. Это – провозглашение знаменитой «Делийской декларации» о принципах свободного от ядерного оружия и ненасильственного мира, подписанной М. Горбачевым и Р. Ганди в ходе официального визита Генерального Секретаря ЦК КПСС в Индию 25-28 ноября 1986 г. и одобрение Генеральной Ассамблеей ООН проекта резолюции, внесенного социалистическими странами, по проблеме обеспечения равной безопасности для всех государств и народов и во всех сферах международных отношений, за который проголосовали 102 государства из 150. Что же касается «Делийской декларации[21]», то следует отметить, что она стала историческим документом, выходящим далеко за рамки двусторонних отношений. Две великие державы заявляли в ней о следующих принципах построения свободного от ядерного оружия и ненасильственного мира:

1. Мирное сосуществование должно стать универсальной нормой международных отношений…

2. Человеческая жизнь должна быть признана высшей ценностью: лишь творческим гением человека обеспечивается прогресс и развитие цивилизации в условиях мира.

3. Ненасилие должно быть основой жизни человеческого общества: философия и политика, построенные на насилии и устрашении, неравенстве и угнетении, дискриминации по расовому и религиозному признакам или цвету кожи, аморальны и недопустимы.

4. Взаимопонимание и доверие должны прийти на смену страху и подозрительности.

5.Право каждого государства на политическую и экономическую независимость должно признаваться и уважаться.

6. Ресурсы, расходуемые на вооружение, должны быть направлены на обеспечение социального и экономического развития: только разоружение может высвободить огромные дополнительные ресурсы, необходимые для борьбы с экономической отсталостью и бедностью.

7. Должны быть гарантированы условия для гармоничного развития личности.

8. Материальный и интеллектуальный потенциал человечества должен служить решению глобальных проблем: таких, как продовольственная, демографическая, ликвидация неграмотности, сохранение окружающей среды путем рационального использования ресурсов Земли. Мировой океан и морское дно, а также космическое пространство являются общим достоянием человечества. Прекращение гонки вооружений создаст лучшие условия для достижения этой цели.

9. На место «равновесия страха» должна прийти всеобъемлющая международная безопасность.

10. Свободный от ядерного оружия и ненасильственный мир требует конкретных и безотлагательных мер, направленных на разоружение, он может быть достигнут путем заключения соглашений относительно:

- полного уничтожения ядерных арсеналов до конца текущего столетия;

- недопущения вывода любого оружия в космос, который является общим достоянием человечества;

- полного запрещения испытаний ядерного оружия;

- запрещения создания новых видов оружия массового истребления;

- запрещение химического оружия и уничтожение его запасов;

- снижение уровней обычных вооружений и вооруженных сил.

Эти принципы построения свободного от ядерного оружия и ненасильственного мира провозглашались от имени более чем миллиарда граждан двух дружественных стран, составлявших в то время пятую часть всего человечества. Они были обращены к руководителям и народам всех стран внести свой вклад в это дело. Как говорилось в Декларации, «время для решительных и безотлагательных действий настало[21]».

Подписание Делийской декларации было удачным политическим и дипломатическим «ходом» М. Горбачева во всех отношениях: во-первых, оно содействовало укреплению братских уз дружбы между двумя великими державами; во-вторых, с учетом предложения о превращении Индийского океана в зону миру, поддержанного Генеральной Ассамблеей ООН и движением неприсоединения и обязательства СССР и КНР не применять ядерного оружия первыми, содействовало безопасности в Азии и открывало возможность дальнейшего объединения усилий азиатских государств в этом направлении; в-третьих, США в большей или меньшей степени должны были все же учитывать позицию двух великих держав, изложенную в документе международного значения.

Летом 1986 г. советское руководство пересмотрело также внешнеполитические подходы во взаимоотношениях со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. В июле 1986 г. М. Горбачев во время поездки во Владивосток заявил о необходимости развития экономических отношений со всеми странами этого региона – Китаем, Японией и Южной Кореей за счет сокращения военного присутствия на дальневосточной территории СССР и за ее пределами. Это означало, что надо было решить ряд вопросов, связанных с постоянно наращивавшимся здесь военным присутствием, в том числе с пребыванием на территории Монголии почти полумиллионной Советской Армии, а также сокращением межконтинентальных баллистических ракет и рядом других.

Таким образом, советское руководство в гг. выдвинуло ряд важных конструктивных инициатив по некоторым аспектам международной безопасности, делало все, чтобы не сорвать процесс переговоров по ядерному разоружению, готово было искать выход, учитывать пожелания, выдвигавшиеся западной стороной, и идти на уступки. Вместе с тем следует отметить, что внешнеполитическая деятельность во многом еще продолжала строиться на старых подходах, прежних идеологических «основаниях».

11гг. – традиционные приоритеты и «новое мышление»

Как уже упоминалось, основные идеи обновленной внешней политики были провозглашены на ХХVII съезде КПСС и нашли закрепление в его решениях. В этой связи особо подчеркивалось, что приоритетными направлениями политики становятся проблемы экономики, экологии, сохранения мира.

Однако несмотря на поиски некоторых новых моментов и ориентиров в осуществлении внешней политики и внесения соответствующих корректив во внешнеполитический курс, в целом советская внешняя политика изначально не смогла избавиться от многих традиционных подходов, приемов и форм, десятилетиями, как отмечалось, вырабатывавшихся МИД СССР и ЦК КПСС.

Во-первых, были подтверждены традиционные приоритеты и задачи внешней политики СССР:

- достижение всеобщей безопасности и разоружения;

- укрепление мировой социалистической системы в целом, социалистического содружества, в особенности;

- укрепление отношений с освободившимися странами в целом, со странами «социалистической ориентации», в особенности;

- восстановление взаимовыгодных отношений с капиталистическими странами;

- укрепление международного коммунистического и рабочего движения.

Почти такие же задачи в сфере внешней политики в свое время были поставлены XXIII-XXVI съездами КПСС, состоявшимися в «застойный период». Вновь, как и на съездах «застойных времен» говорилось о миролюбии советского государства, «известного всему миру», отмечались «неодолимость социализма» и конечно же – углубление общего кризиса капитализма, который якобы не располагает «позитивными целями и ориентирами». Одновременно указывалось на то, что мировой социализм превратился в «могучую моральную и материальную силу», показавшую, какие возможности раскрываются перед современной цивилизацией. В этих условиях ход социального прогресса связывался с укреплением мировой социалистической системы, с колониальными революциями, национально-освободительным движением, развитием мирового коммунистического движения.

Пройдет немногим более года, и советское руководство откажется от этого фундаментального тезиса, положенного в свое время в основу внешнеполитического курса.

Во-вторых, многие инициативы советского руководства, как и в застойные времена, имели ярко выраженную пропагандистскую направленность. Нереальными были, например, предложения, напоминавшие во многом брежневскую Программу мира на 80-е годы, относительно освобождения к 2000 году человечества от бремени ядерных вооружений и иных видов массового уничтожения или об одновременном роспуске НАТО и ОВД, а также о строительстве единого европейского рынка и вхождению в него СССР в начале 90-х годов и некоторые другие инициативы нового советского руководства.

В-третьих, на осуществлении внешней политики сказывалась такая характерная черта политического процесса в СССР, как проникающая способность советской политики, пронизывавшей все сферы жизни общества. Ни один сколько-нибудь крупный вопрос внешней политики, как, впрочем, экономического, социального и духовного развития не решался без вмешательства властных структур. В свою очередь, идеологические факторы и стереотипы еще какое-то время продолжали оказывать влияние на внешнюю политику Советского Союза. И тем не менее, нужно отдать должное новому советскому руководству. Оно продолжало демонстрировать открытость между СССР и Западом, стремилось найти с ним взаимопонимание для достижения соответствующих договоренностей в целях снижения реальной угрозы ядерного противостояния и самоуничтожения и нормализации международных отношений. Во многом этому способствовали идеи обновленной внешней политики, получившие свое дальнейшее обоснование в форме концепции «нового политического мышления» в книге М. Горбачева «Перестройка и новое мышление для нашей страны и для всего мира»[21].

Еще до того, как была сформулирована концепция «нового политического мышления», советское руководство определило три основных направления внешней политики: смягчение напряженности между Востоком и Западом через разоружение, преодоление международной конфронтации, разбалансирование и урегулирование региональных конфликтов; признание существующего миропорядка, отказ от идеологического подхода в международных отношениях, установление и расширение экономических и взаимовыгодных связей со всеми государствами. Таким образом, как видим, никакого традиционного предпочтения государствам социалистического содружества или освободившимся странам, идущим по пути социалистической ориентации, не предусматривалось. В концепции «нового политического мышления», положенной в основу обновленной советской политики, это положение получило дальнейшее обоснование. Ее принципы, которые легли в основу нового курса, исходили из признания:

1) тезиса о многообразном, но взаимосвязанном, взаимозависимом и целостном мире. Это предполагало отказ от вывода относительно раскола современного мира на две противоположные общественно-политические системы;

2) баланса интересов как универсального способа решения межгосударственных и международных проблем. Следовательно, укрепление безопасности современного мира должно было осуществляться на основе баланса интересов в качестве гаранта такой безопасности;

3) примата общечеловеческих ценностей над классовыми, национальными, идеологическими и любыми другими. Это означало отказ от принципов пролетарского, социалистического интернационализма, идеологического подхода к международным отношениям.

В соответствии с этими принципами перестраивалась внешняя политика, в нее вносились существенные коррективы, стал постепенно меняться и климат отношений между Востоком и Западом, исчезала угроза непосредственного термоядерного конфликта. Таким образом, эти принципы предполагали отказ от выводов о расколе мира на две противоположные системы и балансе сил этих систем как гарантии безопасности современного мира, а также отказ от принципа пролетарского, социалистического интернационализма в качестве приоритетной ценности. Так, впервые советская сторона официально отказывалась от идей мировой революции. Отметим и другое: «новое мышление» провозглашало приоритет общечеловеческих ценностей над классовыми, национальными и иными интересами, но фактически ничего не говорилось о государственных интересах СССР во внешней политике, которые, порой, игнорировались и принижались за счет общечеловеческих ценностей и интересов. Поэтому, несмотря на серьезные уступки Западу, «новое политическое мышление» во внешней политике складывалось противоречиво и конфликтно. В соответствии с новыми принципами «мышления» определялись практические шаги, которые могли бы привести к оздоровлению международного положения. Это, во-первых, обеспечение безопасности, которая может быть только взаимной и всеобщей. Такая задача все более представлялась как задача политическая. Решать ее предполагалось исключительно политическими средствами. Во-вторых, сотрудничество со странами Запада, прежде всего, с США. Это сотрудничество должно осуществляться на равноправной и взаимовыгодной основе, в том числе в области решения глобальных задач. В-третьих, проявление на международной арене сдержанности и осмотрительности, цивилизованности. На этой основе предполагалось предпринять усилия по строительству «общеевропейского дома» и «единого европейского рынка».

В принципах «нового политического мышления» в изложении М. Горбачева было мало нового, ибо великие мыслители и ученые прошлого от И. Канта до А. Эйнштейна, Б. Рассела, М. Ганди в той или иной форме уже высказывали подобные суждения. А тезис о невозможности победы в ядерной войне впервые был сформулирован Г. Маленковым сразу же после смерти И. Сталина в 1953 г. Другое дело, что М. Горбачев стремился придать всем этим идеям вид философской основы внешнеполитической доктрины. И все же нужно отдать должное М. Горбачеву за то, что он сделал акцент на реальности угрозы ядерного самоуничтожения человечества и необходимости сотрудничества в борьбе против ядерной опасности и гонки вооружений. С провозглашением «нового мышления» СССР уже фактически не ставил перед собой глобальных задач супердержавы, не настаивал и на идеологических «социалистических» подходах. Вместе с тем, содействуя оздоровлению международной обстановки. СССР внес в то время много новых элементов в договорный процесс с Западом, предложив: подготовить и заключить советско-американский договор по ракетам средней и меньшей дальности; сократить стратегические наступательные вооружения в контексте с Договором по ПРО 1972 г.; прекратить все испытания ядерного оружия; политически урегулировать афганскую проблему. Таким образом, речь шла не об ограничении вооружений, а о ликвидации определенного класса ракет. Это было новым в договорном процессе.

Уже в апреле 1987 г. для ведения переговоров по ракетам средней дальности в Москву прибыл государственный секретарь США Дж. Шульц, который встретился с Председателем Совета Министров СССР Н. Рыжковым, Генеральным секретарем ЦК КПСС М. Горбачевым и министром иностранных дел СССР Э. Шеварднадзе. Последний, к удивлению американской стороны, согласился с предложением Дж. Шульца о включении ракет класса «Ока СС-23» , имевших дальность полета менее 500 км, в понятие «ракеты меньшей дальности». Попытки военного руководства страны вновь вернуться к рассмотрению этой проблемы успеха не имели. Во время встречи с М. Горбачевым Дж. Шульц подтвердил готовность США к переговорам с СССР. К этому времени советское руководство предложило США т. н. «двойной нулевой вариант», т. е. полную ликвидацию ракет как средней дальности от 1000 до 5500 км, так и меньшей дальности – от 500 до 1000 км. Изначально США пытались сохранить хотя бы часть своих ракет средней дальности в Западной Европе, но в ходе интенсивных переговоров и под давлением общественного мнения они вынуждены были согласиться с предложением СССР.

Договор о ликвидации ракет среднего и меньшего радиуса действия (РСМД) был подписан на третьей встрече в Вашингтоне, во время визита Генерального секретаря ЦК КПСС М. Горбачева в США, состоявшегося 7-10 декабря 1987 г. Согласно Договору по РСМД, вступившему в силу в мае 1988 г., ликвидации подлежали все ракеты средней дальности – от 1000 до 5500 км и ракеты меньшей дальности – от 500 до 1000 км. Это соглашение дополнялось установлением системы взаимного контроля. В рамках такой системы уничтожалось немногим более 2500 ракет, из которых на СССР приходилось 2/3. Кроме того, СССР ликвидировал и часть своих ракет средней и малой дальности, размещенных в Сибири и на Дальнем Востоке, направленных как против союзников США – Японии и Южной Кореи, так и против КНР. Так в 1987 г. был сделан первый реальный шаг в области ядерного разоружения.

В вопросе о РСМД СССР пошел на большие, чем США, и неадекватные уступки.: СССР брал на себя обязательство уничтожить 1752 ракеты, а США – 869[21]; было снято требование относительно учета в общем балансе английских и французских ядерных средств; под действие Договора, а, следовательно, и под уничтожение подпадала советская ракета «Ока», известная на Западе как «СС-23», хотя, как отмечалось, ее дальность полета составляла менее 500 км.

Но, тем не менее, подписание Договора о РСМД отвечало в целом интересам обеих стран, оно поднимало авторитет М. Горбачева и Р. Рейгана в глазах международной общественности, содействовало расширению и укреплению конструктивных отношений с США, дало импульс другим переговорам, которые велись в Вене по сокращению вооружений в Центральной Европе, а также по вопросам сокращений стратегических наступательных вооружений во взаимосвязи с действующим Договором по ПРО от 1972 г. В этой связи обращают на себя внимание попытки американской стороны дать расширительное толкование Договора по ПРО, что было отклонено М. Горбачевым в его выступлении по советскому телевидению 14 декабря 1987 г. По завершении визита в США М. Горбачев встретился с руководителями государств-участников Варшавского Договора в Берлине и проинформировал их об итогах переговоров в Вашингтоне. Он подчеркнул взаимную выгодность достигнутых договоренностей, при этом отметил, что СССР удалось отстоять «узкое» толкование Договора по ПРО, это, по его убеждению, должно было затормозить осуществление программы СОИ. В действительности, СССР не получил никаких гарантий от США относительно возможного осуществления этой программы в перспективе.

Вслед за тем между СССР и Великобританией в рамках системы взаимного контроля, предусмотренного Договором о РСМД и соответствующими договорами к нему, была оформлена договоренность об осуществлении на британской территории инспекций.

Текст совместного советско-американского заявления на высшем уровне о состоявшейся 7-10 декабря 1987 г. встрече в Вашингтоне был официально распространен в ООН в качестве официального документа Генеральной Ассамблеи ООН. Интерес и симпатии к СССР и лично к М. Горбачеву на Западе стали возрастать еще быстрее.

Ослабление напряженности в отношениях с Соединенными Штатами было дополнено усилиями советского руководства на других направлениях: в течение 1987 г. СССР заключил ряд соглашений о развитии экономических отношений, гуманитарном и иного рода сотрудничестве с Великобританией, ФРГ, Австрией, Швецией и другими западными странами; принял активное участие в четвертом раунде советско-американских переговоров по вопросу прекращения ядерных испытаний; на переговорах по ядерным и космическим вооружениям в Женеве внес на рассмотрение проект Соглашения между СССР и США о некоторых мерах по укреплению режима Договора об ограничении систем противоракетной обороны и предотвращению гонки вооружений в космическом пространстве; стал искать возможность закончить необъявленную войну в Афганистане и вывести из страны советские войска.

Все эти инициативы советского руководства, как и первые достижения в ликвидации накопленного оружия, способного нести ядерные заряды, были реальным воплощением его новой внешнеполитической линии, содействовали ослаблению международной напряженности.

11.5. Вывод советских войск из Афганистана

Климат между Востоком и Западом еще больше потеплел, когда в 1987 г. между М. Горбачевым и Р. Рейганом была достигнута договоренность о прекращении США военной помощи моджахедам – представителям афганской вооруженной оппозиции – и о выводе советских войск из Афганистана. Весной 1988 г. СССР, США и Пакистан в Женеве достигли договоренности о конкретном механизме вывода советских войск из Афганистана. Новое советское руководство рассматривало это как важнейший внешнеполитический акт СССР, успешно осуществленный в годы «перестройки». Однако практическое решение данной проблемы натолкнулось на некоторые трудности: во-первых, требовалось преодолеть сопротивление част партийно-государственного аппарата, выступившей против каких-либо изменений на этом направлении внешней политики СССР; во-вторых, приходилось убеждать консервативную часть Генштаба и генералитета, выступавшую против прекращения «необъявленной войны» в соседней стране; в-третьих, СССР надо было сохранить достоинство, «свое лицо», в частности, перед своими союзниками; в-четвертых, потребовалось осуществить оперативное материально-техническое обеспечение вывода войск; в-пятых, предполагалось предпринять и определенные дипломатические усилия, преодолеть настроения, связанные с затягиванием войны в Афганистане, с тем, чтобы еще больше обескровить Советский Союз. Все эти факторы с учетом внутриполитического положения в самом Афганистане объясняют, почему, несмотря на заявленное еще в 1986 г. намерение СССР вывести войска из Афганистана и достигнутую договоренность о механизме вывода войск, война продолжалась фактически еще четыре года и завершилась выводом воинских частей с территории Афганистана только в феврале 1989 г. 9 февраля 1988 г. было опубликовано заявление М. Горбачева по Афганистану, в котором говорилось о намерении советской стороны начать вывод войск с 15 мая и завершить его в течение 10 месяцев. Вывод войск планировалось осуществить в два этапа: на первом этапе в трехмесячный срок летом 1988 г. выводились войска из западных и южных районов Афганистана, после чего предусматривался перерыв до начала 1989 г.; на втором этапе – с 15 января по 15 февраля – завершался вывод войск из центральных районов страны. До этого периода СССР оказывал просоветскому правительству Кабула военную и иную помощь, но М. Горбачев твердо отвергал любое дальнейшее использование советских войск в Афганистане.

Эта «необъявленная», бесполезная и продолжавшаяся 10 лет война дорого стоила советским людям: 15 тысяч погибших и свыше 36 тыс. раненых, чувствительными были и расходы военных, материальных и иных ресурсов. Каждый день войны 40-й армии - четырех дивизий и четырех бригад – обходился в 6-6,5 млн. рублей, а с учетом снабжения афганских войск – 10-15 млн. рублей. И совершенно не случайно, что второй съезд народных депутатов СССР ввод советских войск в Афганистан и «необъявленную» войну в этой стране признал «грубой политической ошибкой»[21].

Вывод советских войск из Афганистана создал благоприятные возможности для возобновления и продолжения диалога между СССР и Китаем по проблемам нормализации отношений между двумя великими державами. Было снято одно из препятствий в этой деле. СССР выполнил и два других условия, выдвинутых руководством Китая в отношении нормализации отношений между сторонами. Это – сокращение достигшей почти полумиллиона человек численности войск на границе между СССР и Китаем и на территории Монголии и вывод вьетнамских войск из Кампучии. СССР предстояло убедить руководителей Вьетнама осуществить эти меры. В итоге советские войска были выведены из Монголии, а под влиянием СССР в начале 1988 г. Вьетнам объявил о готовности вывести войска из Кампучии. Следствием снятия этих препятствий, которые мешали нормализации отношений между двумя странами, стало советско-китайское сближение. Оно было подкреплено визитом на высшем уровне в мае 1989 г. М. Горбачева в Пекин. В ходе переговоров были фактически полностью нормализованы межгосударственные отношения и восстановлены партийные контакты.

Таким образом, на нормализацию отношений с Китаем и другими государствами Азиатско-Тихоокеанского региона повлияли следующие внешнеполитические акты, осуществленные советским руководством: начало вывода советских войск из Монголии в 1987 г. и сокращение общей численности советских вооруженных сил на Дальнем востоке; изменение точки зрения СССР на пребывание вьетнамских войск в Кампучии и вывод их из этой страны; трудный, но успешный вывод советских войск из Афганистана и заявление о прекращении «необъявленной» войны в этой стране; одностороннее обязательство СССР не расширять на Дальнем Востоке число ядерных средств наземного базирования и самолетов-носителей ядерного оружия; возобновление в феврале 1987 г. переговоров с Китаем по пограничным вопросам и близость позиций СССР и Китая по проблеме военного присутствия на переговорах министров иностранных дел, открывшихся в декабре 1988 г. Такие внешнеполитические действия советской стороны нашли благоприятный отклик в этих странах и стали переломными в их отношениях с СССР и, прежде всего, между СССР и КНР.

11.6. Отношения с социалистическими странами Восточной Европы

В 1987-88 гг. в отношениях с социалистическими странами Центральной и Юго-Восточной Европы наметились первые существенные перемены: руководство этих стран постепенно лишалось фактической поддержки со стороны Советского Союза. «Перестройка» в СССР уже оказывала непосредственное влияние на происходившие перемены в этих странах. Как и в СССР, к концу 1988 г. внутриполитическая обстановка здесь стала обостряться, появились новые политические силы, требовавшие перехода к рыночной экономике, перестройки всей политической системы. Однако фундаментальные изменения в этом плане и в отношениях СССР с этими странами произошли позднее, в течение 1989-91 гг. До этого периода внешняя политика СССР с социалистическими странами Центральной и Юго-Восточной Европы во многом строилась на прежней тактике и фактически на тех же основах, что и прежде. В течение 1987-88 гг. СССР подписал ряд соглашений с этими странами: с ПНР в области развития атомной энергии до 2000г. и производстве самолетов ИЛ-96 также до 2000 г. с возможностью дальнейшего продления соглашения; с ВНР о товарообороте на 1988 г. и развитии обмена товарами народного потребления; с ЧССР о создании и деятельности культурно-информационного центра ЧССР в Советском Союзе и об учреждении межправительственной комиссии по сотрудничеству в области культуры, образования и науки; с ГДР о товарообороте и платежах и др. Как известно, страны СЭВ бедны природными ресурсами, поэтому СССР в рамках социалистического разделения труда обеспечивал их топливом и сырьем, цены на которые в рамках СЭВ устанавливались ниже мировых. В январе 1987 г. СССР и ПНР подписали межправительственное соглашение о сотрудничестве в строительстве на территории СССР магистрального газопровода Ямбург - Западная граница СССР и связанных с этим поставках природного газа из СССР в ПНР на долгосрочной основе. Дешевые ресурсы из СССР, выступавшие фактически формой субсидирования социалистического строительства, тормозили переход социалистических стран Центральной и Юго-Восточной Европы к ресурсосберегающей технологии, а гарантированный сбыт товаров в рамках СЭВ ограждал эти страны от международной конкуренции, что замедляло научно-технический прогресс. Во второй половине 80-х годов льготные цены на сырье стали повышаться, члены СЭВ отныне не могли рассчитывать на прежние привилегии в ценах, кредитах и торговле, гарантированном сбыте товаров, что ускорило, наряду с начавшимися реформами во всех социалистических странах, дезинтеграцию. Но переломными в этом отношении все же стали гг. Сложные и противоречивые процессы, которые развивались в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, привели к отходу от догматического социализма в сторону демократизации, в конечном итоге, к радикальным переменам в общественном и государственном строе этих стран, распаду социалистического содружества.