Трансформация российского общества в начале XXI века (стр. 14 )

Список литературы:

1. ,  Электронная коммерция и маркетинг в Интернете: – М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К». 2007. – 216c.

2.  Маркетинговое исследование: информация, анализ, прогноз. – М.: Финансы и статистика. 2010. – 414 c.

3. ,  Мировые информационные ресурсы. – СПб: Питер. 2009. – 176 c.

-

научный руководитель:

канд. экон. наук, доцент

ГОУ ВПО «ВЗФЭИ»

, О коррупции в России и об эффективности мер борьбы с ней

«И бизнесмен с миллиардным состоянием, и чиновник

любого ранга должны знать, что государство не будет

беспечно взирать на их деятельность, если они извлекают

незаконную выгоду из особых отношений друг с другом».

О коррупции[1] сейчас знают все. Подавляющее большинство граждан знает, что коррупция — это плохо и страдает от неё. О коррупции и борьбе с ней написаны сотни статей, книг, учебников.

Среди учёных-юристов и экономистов существуют неодинаковые подходы к определению понятия и основных характеристик коррупции. Понятия, обсуждаемые в литературе, в основном отличаются тем,  относят ли  авторы коррупцию однозначно к правонарушению, к преступлению или дают ей расширительное толкование как социального явления [12].

Согласно российскому законодательству, коррупция — это злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами; а также совершение указанных деяний от имени или в интересах юридического лица [1].

Злоупотребление может быть одной из форм коррупции (одним из преступных деяний должностного лица или группы лиц), но не исчерпывает всей полноты определения коррупции.

Разговоры о коррупции ежедневно ведутся по радио, телевидению, в печати, интернете. Каждый день мы узнаём  всё более циничные факты о коррупционерах разных мастей: то арестовали целую смену таможенников, то целое подразделение ДПС, то руководителя москомимущества и его подчинённых за вымогательство, за взятки. Всё это формирует у наших граждан представление о распространённости и глубине поражения общества коррупцией. Законопослушные граждане озабочены тем, что ощутимых успехов в борьбе с коррупцией нет. Наоборот, по свидетельству  специалистов она не снижается, а даже растёт.

По признанию Президента РФ одной из самых тяжёлых болезней нашего государства и общества в настоящее время является коррупция. Она приобрела такие масштабы, стала столь массовой, что теперь реально угрожает не только благополучию отдельных граждан, не только экономическому развитию, но и политической стабильности и безопасности государства [12].

Коррупция связала всё наше общество, стала стилем нашей жизни, нашей средой обитания, частью системы, нормой общественно-политической жизни, определённой формой социальной организации и даже одним из распространённых  незаконных способом выживания. Наш быт устроен так, что дать взятку в сто раз проще, чем сделать что-то без нее, причем выстроилась такая система, в которой каждый знает, как, где, кому и сколько дать, чтобы обойти закон.

Взятка порой является главным источником дохода, зачастую превышающую во много раз реальную зарплату [5]. Ради того, чтобы получать ее, люди стремятся на государственную службу. Они сами за большие деньги покупают должности. Говорят, что купить можно даже «губернаторское кресло». Для этого нужно только заплатить, уж, правда неизвестно кому, столько-то миллионов долларов или евро. Но купив однажды его, можно будет заработать намного больше.

Значительно больше становиться «взяток выживания», то есть таких, за которые нельзя не заплатить, чтобы сохранить свой бизнес или собственность, свое здоровье, возможность получить образование или доступ к правосудию. Обычно их было примерно столько же, сколько и «взяток комфорта» — тех, которые платятся, когда надо, допустим, откупиться от гаишника или купить загранпаспорт, или, в случае бизнеса, прикупить лояльность того или иного чиновника. Если к «взяткам выживания», распространенным среди рядовых граждан, приплюсовать «взятки выживания» бизнеса (малого, среднего и даже крупного), то получится, что их стало за последние годы гораздо больше [6].

Кажется, что всё, что происходит в стране действительно позитивного, большинством граждан оценивается через призму коррупции, через негатив.

в весьма глубокой статье «Нужно рвать невидимые связи» пишет: «Мы все оказались завязаны в общей коррупционной сети, напоминающей газон, где все корни переплелись. Там и бизнес от самого малого до самого большого, там и все силовые структуры, включая часть сотрудников и бывших сотрудников ФСБ, некоторые судьи и прокуроры, а также некоторые сотрудники администрации от уровня  посёлка до уровня администрации области» [3]. Картину, данную академиком Накоряковым, можно дополнить ещё тем, что фактически большая часть наших граждан, чем бы они ни занимались,  в какой бы сфере ни работали, или дают мзду, или берут её, участвуя в незаконной  сделке. Причём делают это, как правило, сознательно с прямым умыслом в трезвом уме и твёрдой памяти, хотя и осуждают такие акции.

В начале 1999 года заместитель генерального прокурора  Чайка заявил, что Россия входит в десятку наиболее коррумпированных стран мира и что коррупция является одной из самых деструктивных сил в российском государстве [8]. В 1999 году академик РАН и доктор экономических наук оценивали коррупцию в России как «тотальную» [4].

В 2006 году первый заместитель Генпрокурора РФ А. Буксман заявил, что по некоторым экспертным оценкам объём рынка коррупции в России оценивается 240 с лишним млрд долларов США [2]. Согласно оценкам фонда ИНДЕМ, эта величина ещё выше: только в деловой сфере России объём коррупции вырос между 2001 и 2005 гг. примерно с 33 до 316 млрд долл. США в год (не включая коррупцию на уровне политиков федерального уровня и бизнес-элиты). По оценке того же фонда, средний уровень взятки, которую российские бизнесмены дают чиновникам, вырос в тот период с 10 до 136 тыс. долл.[7].

26 сентября 2007 года организация TransparencyInt опубликовала свой рейтинг состояния коррупции в странах мира, согласно которому Россия заняла в нём 143 место из 180 (считая, что 180 это самая коррумпированная) с индексом 2,3 балла, а в 2010 году Россия заняла 154-е место из 178 возможных и получила 2,1 балла по 10-тибальной шкале, в которой максимальный балл соответствует минимальному уровнюкоррумпированности. Год назад страна заняла 146 строчку рейтинга [11].

В октябре – ноябре 2007 г. исследовательской группой Центра региональной социологии Института социологии Российской академии наук под руководством члена-корреспондента РАН М. К. Горшкова и доктора социологических наук, профессора было проведено социологическое исследование, направленное на изучение мнения населения относительно сущности коррупции и причин, обусловливающих ее распространение в современной России. По репрезентативной общероссийской выборке были опрошены 1750 респондентов в возрасте 18 лет и старше из 17 регионов Российской Федерации, в том числе из Москвы и Санкт-Петербурга.

Во время опроса респондентам задали несколько вопросов о причинах и условиях развития коррупции в современной России. Табл.1 представляет результаты этого опроса [14].

Таблица 1. Иерархия значимости условий, порождающих, по мнению респондентов, коррупцию в России, %

Условие	Высокая	Средняя	Низкая	Затруднились ответить
1. Безнаказанность госчиновников за получение взяток	81,0	14,2	4,5	0,3
2. Широкая свобода действий чиновника, предоставляемая законом или инструкцией (например, «вилки» наказаний за административные правонарушения, обилие таможенных тарифов, нечеткость налогового законодательства и т. п.)	73,4	23,4	3,0	0,2
3. Аморальность политиков, госслужащих	70,7	23,9	5,1	0,2
4. Необходимость получения массы согласований и разрешений для решения простых, насущных вопросов граждан	70,3	24,3	5,1	0,2
5. Отсутствие воли и решительности власти на высшем уровне для преодоления проблемы коррупции	70,4	24,1	4,7	0,8
6. Противоречивость, несовершенство законодательной базы	67,9	26,0	4,8	1,3
7. Плохой пример, подаваемый высшими должностными лицами	66,9	26,3	6,7	0,1
8. Неэффективная судебная система, включая механизмы исполнения судебных решений	64,7	29,8	4,9	0,6
9. Смыкание власти и бизнеса	65,1	27,6	6,3	1,0
10. Неэффективность государственного контроля за деятельностью организаций и граждан	63,1	30,4	6,1	0,4
11. Несправедливо осуществленная приватизация госимущества	56,1	31,5	11,4	1,0
12. Обилие ведомственных инструкций (постановления, циркулярные письма и пр.)	52,7	36,7	9,5	1,1
13. Слишком высокие налоги и сборы	51,1	38,9	8,7	1,3
14. Низкий образовательный и культурный уровень чиновников	44,1	39,7	15,1	1,2
15. Отсутствие стимулов для честной работы чиновников, включая служебный рост в зависимости от добросовестного выполнения своих обязанностей	41,3	36,2	22,1	0,5
16. Работа должностных лиц, плохо регламентированная инструкциями	37,0	48,9	12,7	1,4
17. Российские исторические традиции мздоимства, воровства	36,5	43,6	19,7	0,2
18. Низкий образовательный и культурный уровень населения	34,4	44,6	20,5	0,6
19. Излишнее вмешательство государства в экономику и другие сферы жизни	24,8	46,2	27,5	1,5
20. Недостаточные гарантии достойного обеспечения чиновника при уходе с государственной службы	22,6	39,0	37,4	0,9
21. Низкая зарплата чиновников	18,5	31,3	49,0	1,2

Рассматриваются и другие предположения в отношении обстоятельств, которые возможно являются причинами высокой коррупции:

низкий уровень заработной платы в государственном секторе по сравнению с частным сектором;

государственное регулирование экономики;

зависимость граждан от чиновников, монополия государства на определённые услуги;

оторванность бюрократической элиты от народа;

экономическая нестабильность, инфляция;

этническая неоднородность населения;

низкий уровень экономического развития (ВВП на душу населения);

неанглосаксонская система права;

религиозная традиция;

культура страны в целом.

На сегодняшний день не существует единого мнения касательно подтверждения данных гипотез.[13]

В целях борьбы с коррупцией в России в июле 2008 г. Президентом РФ был утверждён Национальный план противодействия коррупции.

25 декабря 2008 года – вступил в силу Федеральный закон Российской Федерации N 274-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О противодействии коррупции".

4 декабря 2009 года - заявление В. Путина в прямом эфире о том, что борьба с коррупцией будет продолжена. В частности, премьер-министр сказал: "Знаете, я, конечно, часто слышу вопрос: эффективности маловато в борьбе с коррупцией. Да, маловато. Но все-таки результаты в борьбе с коррупцией есть. Если мы постоянно будем в эту точку долбить, будем работать в этом направлении, эффективность будет повышаться. И наоборот, если ничего не делать и ничего об этом не говорить, то будет только хуже".

14 апреля 2010 года Д. Медведевым подписан указ "О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010–2011 годы". Глава государства надеется, что благодаря реализации государственной антикоррупционной политики все-таки произойдет коренной перелом общественного сознания, что, как полагает Медведев, должно привести к формированию "атмосферы жёсткого неприятия коррупции"[10].

Но тем временем масштабы коррупции в стране достигают пугающих размеров. Коррупционный оборот в России уже достиг 50% ВВП, что практически соответствует данным Всемирного банка – 48% ВВП. К таким выводам пришли ранее в августе члены антикоррупционной общественной приемной "Чистые руки".

При этом самой коррумпированной сферой оказалось "оказание государственных и муниципальных услуг", где до 90% оборота приходится на взятки и т. п. В образовании 80% средств теневые. Российские предприниматели жалуются, что из-за коррупции теряют около половины прибыли. Много жалоб связано с работой правоохранительных органов и судов.

Кроме того, за время активной борьбы с этой проблемой, объявленной президентом Дмитрием Медведевым, средний размер взятки удивительным образом увеличился до 44 тысяч рублей, тогда как еще в январе 2010 он составлял 23 тысячи рублей и это было почти в 2,5 раза больше, чем в 2008 году.

Сам глава государства, выступая в июле на заседании совета законодателей, выразил свое неудовлетворение результатами борьбы с коррупцией в России и признал, что никаких значимых успехов в этом направлении достигнуто не было. Он призвал не просто бороться с фактами коррупции, но и менять "ментальные привычки" тех россиян, которые привыкли давать взятки на бытовом уровне – например, откупаться от инспекторов ГИБДД за допущенное нарушение ПДД [9].

При выстраивании антикоррупционной политики на ближайшую перспективу необходимо выбирать такие меры, которые, с одной стороны, имели бы высокий практический эффект (тормозя рост коррупции и снижая ее), а с другой – дали не меньший пропагандистский результат (повышающий популярность применяющих ее органов власти). Две эти цели хотя и близки (в особенности в долгосрочном периоде), но отнюдь не совпадают.

Антикоррупционная политика должна искусно сочетать в себе оба упомянутых подхода – как меры с высоким практическим эффектом, так и пропагандистские, воспитательные и профилактические мероприятия, рассчитанные, прежде всего, на повышение рейтинга политической власти. После недавнего обновления государственной администрации выбор антикоррупционных мер с высоким пропагандистским эффектом приобрел большую актуальность: новые люди в эшелонах власти должны активно работать над усилением своего авторитета среди граждан.

Россияне в большей степени надеются на применение социально-экономических мер, нежели чисто силовых. Это совпадает с мнением экспертов, убежденных, что силовые меры сами по себе хотя и тормозят развитие коррупции (как это было, например, в сталинские времена), но дают относительно слабый и, самое главное, неустойчивый ответ.

В то же время львиная доля надежд на пользу от социально-экономических мер связана с ожиданиями усиления борьбы с коррупцией в правоохранительных органах. И ожидания эти оправданны: как уже ранее отмечалось, согласно данным разных исследований, именно правоохранительные органы считаются и являются в России одним из наиболее коррумпированных институтов. По всей видимости, программу антикоррупционных действий целесообразно начать именно с них, что даст как практический, так и пропагандистский эффект.

Следует подчеркнуть, что силовые меры хотя и уступают в целом по популярности социально-экономическим, но сохраняют все же высокий рейтинг. Это создает довольно опасную ситуацию, когда, с одной стороны, ужесточение репрессий против коррупционеров (вплоть до смертной казни) может возыметь сильный популистский эффект, а с другой – крайне опасно по политическим соображениям. Необходимо проявить большую осторожность и взвешенность в отношении использования политически допустимых мер (в частности, усиления конфискационных мероприятий) с пропагандой в СМИ концепции низкой эффективности применения слишком строгих наказаний и отдельных репрессивных мер.

К сожалению, в общественном сознании россиян пока весьма низок рейтинг тех мероприятий, в результате которых за рубежом удавалось добиться высоких результатов – усиления демократического контроля с привлечением институтов гражданского общества.

Также следует отметить неоднозначное отношение к мерам, которые предлагают отдельные эксперты. С этой точки зрения обратим внимание на позиции респондентов по вопросу широкого использования платных информаторов. На вопрос: «Считаете ли Вы, что для борьбы с коррупцией следует поощрять лиц, добровольно информирующих о ее фактах компетентные органы?» – респонденты ответили: «Да, считаю» (32,5 %); «Нет, поощрение информаторов приносит обществу гораздо больше вреда, чем пользы» (34,8 %); затруднились ответить 32,7 %. В результате по данному вопросу сложилось зыбкое равновесие: доли одобряющих, осуждающих и колеблющихся были почти равны [14].

Библиография:

1.  Федеральный закон от 01.01.01 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", ст. 1.

2.  А. Шаров. Ни дать, ни взять. Генпрокуратура начала новое наступление на коррумпированных чиновников. «Российская газета». Федеральный выпуск № 000 от 7 ноября 2006 г.

3.  В. Накоряков. Нужно рвать невидимые связи. «Новая газета» от 01.01.2001 г.

4.  , «Об основных направлениях социально-экономических преобразований» // Экономическая наука современной России. 1999. № 3. С. 99-114. /

5.  Журнал "CIO" №6 от 01.01.01 года, статья « Взятки».

6.  Козонов, : истоки и пути преодоления / , — М.: МАКС Пресс, МГУ им. , 2006, стр. 25-26, 67-69.

7.  Исследование фонда ИНДЕМ «Диагностика российской коррупции 2005» URL:http://ru. wikipedia. org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D1%80%D1%83%D0%BF%D1%86%D0%B8%D1%8F#cite_note-INDEM-33/ п.34 (дата обращения: 11.01.2011).

8.  Новости за 03.02.1999 // ***** / URL: http://old. *****/fullnews. html? date=/ время 11:44 (дата обращения: 11.01.2011).

9.  URL: http://www. /russia/19jul2010/kleymo. html(дата обращения: 11.01.2011).

10. URL: http://www. *****/News/Detail/id/500539/ Источник: www. polit. *****(дата обращения: 11.01.2011).

11.  URL: http:///news/391319/?print=Y&ELEMENT_ID= Источник: К2Капитал (дата обращения: 11.01.2011).

12.  URL: http://www. *****/services//0 (дата обращения: 11.01.2011).

13.  URL:http://ru. wikipedia. org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D1%80%D1%83%D0%BF%D1%86%D0%B8%D1%8F (дата обращения: 31.01.2011).

14.  URL:http://www. *****/node/76 (дата обращения 31.01.2011).

,

-

научный руководитель:

канд. экон. наук, доцент

ГОУ ВПО «ВЗФЭИ»

, Алпатов (детектор лжи): история развития в мире и в России

В условиях социально-экономических преобразований обществ, формирования правового государства борьба с преступностью требует применении, как в следственной, так и оперативно-розыскной практике наряду с традиционными способами расследования преступлений, современных знаний и достижений в области науки и техники.

Установление в процессе доказывания лица, совершившего уголовно наказуемое деяние, является – одной из центральных задач предварительного расследования по уголовному делу. Однако использование, традиционных способов получения криминалистически значимой информации для решения указанной задачи не всегда является достаточным. Тому могут быть различные объяснения. Во-первых, преступления тщательно планируются и при этом предпринимаются заранее обдуманные действия по скрытию их следов. Во-вторых, характерно для человека физиологическое свойство его организма со временем забывать отдельные значимые для следствия обстоятельства преступления, ввиду психотравмирующей ситуации, которая непосредственно связана с преступным событием прошлого. В-третьих, процесс получения достоверной криминалистической информации от ее носителей становиться все более проблематичным. При этом раскрываемость правоохранительными органами России тяжких и особо тяжких преступлений не велика.[4]

Частично решить указанные проблемы позволяет эффективно применяемый в правоохранительных целях за рубежом полиграф, который используется для получения дополнительной информации при раскрытии и расследовании тяжких преступлений.

Говоря о возможной сфере применения "детектора лжи" то их несколько: правоохранительная деятельность, вопросы приема на работу, а также при рассмотрение каких-то отдельных сюжетов, связанных с чрезвычайными происшествиями в гражданской службе.

Однако отечественная юридическая наука и практика существенно отстает в изучении и использовании возможностей нетрадиционных способов получения криминалистически значимой информации. К сожалению, реальность такова, что ко всему не проверенному временем относятся с неоправданным недоверием.

Проблема выявления лжи существует столько же, сколько существует и сам человек. Исторические хроники и литературные памятники свидетельствуют о том, что для разоблачения лжеца были выработаны различные испытания, было подмечено, что при допросе человека, совершившего преступление, переживаемый им страх перед возможным разоблачением сопровождается определенными изменениями в его физиологических функциях.[7]

Анализируя нетрудно заметить, что «дознаватели» прибегали к контролю за динамикой отдельных физиологических процессов (слюноотделение, двигательная активность рук). При этом требовалось наличие достаточно чувствительных регистраторов физиологических изменений в организме человека проходившего испытание. [5]

Первый полиграф, пригодный для расследования преступлений, был создан Джоном Ларсеном в 1921году.

Проверки на « детекторе лжи» постепенно стали применяться полицейскими подразделениями рядов штатов США. В 1935г. на «детектор лжи» обратило внимание Федеральное бюро расследований (ФБР) США, которое в 1938 году впервые применило полиграф при расследовании дела о шпионаже.

Заметное развитие аппаратурного психофизиологического способа «детекции лжи» в США не осталось без внимания. Интерес к выявлению у человека скрываемой им информации с помощью лабораторных приборов появляется сразу в нескольких странах.[6]

Способ психофизиологической диагностики получения криминалистически значимой информации представляет собой - комплексный психофизиологический процесс целенаправленного измерения нервно - эмоционального напряжения человека на предъявляемую ему информацию при помощи полиграфа, прибора единовременно регистрирующего несколько от 4 до 16 психофизиологических процессов с возникновением и изменением: дыхания, кровяного давления, биотоков мозга, сердца, скелетной и гладкой мускулатуры и других психофизиологических процессов организма.

В основе метода психофизиологической диагностики лежит тот факт, что степень нервно - эмоционального напряжения человека (стресса) сопровождается изменением целого ряда психофизиологических параметров организма. Эти изменения происходят во внешней сфере (изменение мимики, жестов) или внутренний - т. е. изменение в деятельности внутренних органов организма. При том, если внешние эмоциональные проявления можно регулировать, то внутренние реакции, как правило, совершаются автоматически, независимо от воли человека.

На сегодняшний день существует ряд теорий, объясняющих мотивацию реакции человека в ходе полиграфного опроса. Наиболее известными являются теория угрозы наказания и теория активации.

В основе теории угрозы наказания лежит переживание человека за свою судьбу, за свое будущее. Совершивший противоправное действие, прекрасно понимает, что в случае разоблачения он будет наказан. Угроза наказания за совершенное преступление является ведущим (но не единственным) фактором, активизирующим ответные реакции организма подозреваемого при проведении полиграфных проверок.

В основе теории активации лежит утверждение, что каждый из задаваемых вопросов, имеет свой уровень активации нервных процессов организме, и, соответственно, будет иметь свой уровень ответных реакций. Связанный с преступлением вопрос, (касающийся деталей совершенного преступления) значительно сильнее активирует нервную систему по сравнению с вопросами нейтральными, т. к. заставляет опрашиваемого опять переживать события, связанные с преступлением.

Для оценки степени нервно-эмоционального напряжения используются параметры организма, которые, на современном этапе развития науки, признаны наиболее информативными и могут быть инструментально зафиксированы специальным устройством - полиграфом. К этим параметрам относятся: кожно-гальваническая реакция (сопротивление кожных покровов), фотоплетизмограмма (регистрация оптической плотности ткани), артериальное давление, дыхание и тремор.

В общем виде тесты, применяемые при проведении полиграфных опросов, представляют собой комплекс специально сформулированных и расположенных в определенном порядке вопросов, хотя в некоторых случаях могут использоваться и отдельные слова, рисунки, графика и т. д. В составлении тестов используют девять различных вариантов вопросов, в их основе лежит функциональная значимость (нейтральные, контрольные и значимые вопросы).[11]

Проверка при помощи полиграфа складывается из нескольких этапов. Проведение диагностики обязательно предшествует получение заявления о добровольном согласии подозреваемого или обвиняемого пройти тестирование на полиграфе. Дальше разъясняется право в любой момент отказаться от тестирования или прервать его, а так же ознакомиться с подготовленными специалистом вопросами. Сама процедура тестирования складывается из нескольких элементов: предтестовой беседы, непосредственно тестирования с помощью полиграфа, а также послетестового собеседования (или допроса). Важной задачей предтестовой беседы является необходимость убедить опрашиваемого субъекта в том, что проверка производится профессионально и что любая ложь является очевидной для оператора. В ходе проверки специалист полиграфолог должен спокойным голосом задавать опрашиваемому заранее сформулированные вопросы. Причем они формулируются таким образом, что на них требуются только односложные ответы (да или нет). Следует отметить, что регулируемые с помощью полиграфа реакции не обладают специфичностью, они не содержат каких-либо особых признаков, которые бы однозначно указывали на ложность или правдивость ответов. Появление ярко выраженных, интенсивных реакций на те или иные вопросы свидетельствует о том, что эти вопросы (в силу каких-то субъективных для опрашиваемого причин) являются для него более значимыми, чем остальные. Сопоставляя выраженность и устойчивость реакций на задаваемые вопросы оператор полиграфа выносит суждение о субъективной значимости для данного человека этих вопросов в условиях проводимой проверки. При этом оператор должен руководствоваться исключительными данными, полученными в ходе опроса, исключив свою субъективную оценку и впечатление о проверяемом. Таким образом, для объективного вывода полиграфолог должен квалифицированно составить тесты и тактически правильно сформулировать и сгруппировать в них вопросы.[12]

Также во всем мире остаются не до конца решенными проблемы нейтрализации техник противодействия полиграфным проверкам. Многолетнее сотрудничество правоохранительных органов разных стран наметило пути решения данного вопроса, но к однозначным ответам на этот не мало важный вопрос никто не пришел. Знания противодействий полиграфным обследованиям ставят в неравные условия опрашиваемого и специалиста, тестирующего его. На сегодняшний день наиболее часто встречаемые способы противодействия можно свести к трем группам: механические, психологические и фармакологические. Противодействия, вовремя незамеченные, допускают наличие неверного заключения по материалам полиграфных проверок. Несмотря на это, достоверность полиграфных исследований остается достаточно высокой, так как, изменения, обусловленные нервной вегетативной системой, сопровождающие возникновение эмоций, происходит произвольно, их очень трудно контролировать, и по этой причине они являются вполне надежными признаками обмана.[3]

С появлением полиграфа в качестве инструмента способствующему раскрытию преступлений одновременно возникла и проблема законности его применения. Проверки на полиграфе широко применяются правоохранительными органами и спецслужбами десятков государств мира..В настоящее время в 57 странах мира полиграф успешно используется в борьбе с преступностью. В основном результаты полиграфных проверок носят вспомогательный, оперативный характер и только в 3-4 странах (Япония, Индия, США) могут использоваться в суде в качестве доказательств. Данный метод получения криминалистически значимой информации получил достаточно широкое распространение в США и Великобритании, положительный опыт использования полиграфа правоохранительными органами имен этих стран оказал значительное влияние на формирование теоретических, тактических и правовых основ их применения.

Полиграф может использоваться также в решении трудовых вопросов. В ряде стран, например в Израиле, Польше и др., используется в сфере частного предпринимательства в целях обеспечения коммерческой безопасности. Каждый работодатель, принимая на работу сотрудника, задается вопросом: насколько надежен кандидат, не скрывает ли он информацию негативного характера из своей биографии, не планирует ли он передавать информацию, являющуюся коммерческой тайной, конкурентам? Кандидат может устраиваться на работу по заданию спецслужб или силовых структур, либо быть связан с криминалом. Ни один руководитель не заинтересован во внедрении представителя криминала в свою фирму. Взять на работу наркомана или хронического алкоголика тоже никто не хочет. Нельзя забывать о том, что люди, нечистые на руку, не должны иметь дело с материальными ценностями. Любой работодатель заинтересован в защите своей фирмы или своих инвестиций от любого вида ущерба, умышленно совершаемого неблагонадежными сотрудниками, - основного фактора, влекущего за собой снижение прибылей или порождающего финансовые проблемы. Начальники службы безопасности и отдела кадров, обеспечивая интересы предпринимателя, правомерно рассчитывают на получение правдивой информации о своих будущих служащих. [2]