Правовое регулирование транспортно-экспедиционного обслуживания граждан (стр. 16 )

Обязанность и действие, фактически совершенное
в ее исполнение, не одно и то же. Между ними есть
различие и определенное соответствие. Если действие,
на самом деле имевшее место, расходится с описанием
обязанности в договоре, то нельзя его рассматривать
в качестве исполнения96. оформила заказ о доставке из магазина кухонного гарнитура на ее
квартиру. Гарнитур был доставлен до дома, но не в
квартиру, расположенную на третьем этаже, хотя деньги за подъем были внесены. На жалобу С. «Трансагентство» сообщило, что ее заказ выполнен, вещи доставлены, а за самоуправные действия грузчиков администрация не отвечает97. Ошибочность ответа
«Трансагентства» на жалобу С. не вызывает сомнения.

В описанном случае отсутствует как надлежащее,
так и реальное исполнение. Работники ТЭП находятся
в трудовых отношениях с ним. При исполнении заказов
граждан они выступают от имени ТЭП. как его представители. Виновность предприятия складывается из
провинностей лиц, организующих и осуществляющих
его деятельность. За действия своих членов либо участников (рабочих и служащих), осуществляемые в пределах их служебных функций, юридическое лицо отвечает как за свои собственные98.

Требование реального исполнения в договорных отношениях по доставке предметов, купленных по образцам, означает не только совершение действия по
перемещению, но и доставку того именно предмета,
который был куплен по образцу. В отличие от обязательства по доставке (отправке) грузов, получаемых
непосредственно от заказчиков, покупка для доставки
(отправки) принимается экспедитором со склада или
базы торгующей организации согласно выбранному
заказчиком образцу, но без его участия. В соответствии с Правилами торговли мебелью по образцам,
доставленная покупателю мебель должна соответствовать образцу, по которому она была приобретена, за
исключением отклонений по текстуре и оттенку". Реальным исполнением обязательства со стороны экспедитора в этом случае следует считать доставку мебели
согласно избранному покупателем образцу.

Реальное исполнение — основное звено в надлежащем исполнении. Такие условия договора, как способ,
место и срок исполнения связаны с реальным, исполнением, при его отсутствии сами по себе они не являются
самостоятельными категориями.

Поэтому только реальное исполнение договора бытовой экспедиции способно удовлетворить потребности
граждан в транспортно-экспедиционных услугах.

В силу ч. 2 ст. 168 ГК РСФСР каждая из сторон в
договоре экспедиции должна исполнять свои обязанности наиболее экономичным для социалистического
народного хозяйства образом и оказывать другой стороне все возможное содействие в исполнении ею своих обязанностей.

В ряде работ эти требования рассматриваются как
общие принципы исполнения обязательств 100.

Оказание всевозможного содействия в широком
смысле вытекает из самой природы социалистических
общественных отношений и в частности оно безусловно
«пронизывает собою и договорные отношения»101. Поэтому взаимная заботливость контрагентов поощряется
и при отсутствии специальных указаний на то в законе или в договоре.

Этими же критериями измеряется старание сторон при исполнении договора экспедиции.

Обязанность ТЭП вытекает из его уставной деятельности. Выполнение транспортно-экспедиционных операций наиболее дешевым способом означает для ТЭП сбережение собственных средств и в то же время является мерой снижения стоимости. услуг, в чем заинтересованы
и заказчики.

Например, доставка груза по кратчайшему пути ускоряет его вступление во владение заказчика. Использование при упаковочных работах прочных, но не дорогостоящих материалов позволяет снизить себестоимость упаковочных работ, цену договора и т. д.

Таким образом, экономичность исполнения с точки
зрения гражданско-правового обязательства, находит
свое выражение в выполнении экспедитором упаковочных работ с наименьшими затратами, если их конкретная стоимость не установлена тарифами или не указана
в договоре, в использовании для доставки груза наиболее дешевого вида транспорта, при возможности выбора и т. д.

Гражданин 3. заказал для отправки домашних вещей через ТЭП один контейнер с условием погрузки вещей работниками экспедитора. К назначенному времени
, из ТЭП ему прислали 2 контейнера. В то же время
грузчиков, вызванных для погрузки вещей, не оказалось.
Чтобы не сорвать отправку вещей, 3. сам погрузил их
в контейнер, отправил контейнер на станцию. Плата с
него была получена за два контейнера и за погрузочные
работы 102. Говорить в этом случае ни об экономичности
выполнения, ни о сотрудничестве сторон не приходится.
Экономия, которую имел ТЭП, была получена за счет
ущемления интересов заказчика, что является недопустимым.

Для того, чтобы требования о сотрудничестве, об оказании взаимного содействия сторон, об обеспечении экономичности в исполнении, нашли свое реальное применение, необходимо включение их в договор в качестве его условий.

Подводя итог рассмотрению наиболее общих требований, предъявляемых к исполнению договора бытовой
экспедиции, следует отметить, что только неуклонное
соблюдение их способно обеспечить исполнение этого
договора в соответствии с поставленными сторонами
целями.

§ 2. Последствия неисполнения и ненадлежащего
исполнения договора бытовой экспедиции

Основы гражданского законодательства предусматривают (ст. 9), что при осуществлении прав и исполнении обязанностей граждане и организации должны соблюдать не только законы и уважать правила социалистического общежития, но и моральные принципы
общества, строящего коммунизм. Это относится и к выполнению обязательств по договору бытовой экспедиции.

Практика свидетельствует о том, что экспедиционные предприятия и граждане добросовестно выполняют
договорные обязательства. Однако встречаются иногда
случаи и ненадлежащего выполнения отдельными ТЭП
и гражданами условий заключенных договоров. В целях
борьбы с подобными нежелательными явлениями законодательством установлены соответствующие правила
ответственности ТЭП и клиентуры за ненадлежащее выполнение договорных условий.

Неисполнение и ненадлежащее исполнение являются
не только нарушением договора, но и охраняющих его
норм права, поэтому служат основанием для применения установленных законом мер ответственности, которые сводятся к несению лицом неблагоприятных последствии своего поведения.

Нарушение договора экспедитором в основном проявляется в просрочке исполнения, в некачественном исполнении заказа, в утере, повреждении имущества заказчика. Установление мер имущественной ответственности стимулирует надлежащее исполнение правомерно заключенного договора, а их применение служит восстановлению нарушенного имущественного состояния заказчика за счет экспедитора.

По общему правилу — гражданско-правовая ответственность наступает при наличии следующих условий, вместе взятых:

а) ущемление имущественного интереса кредитора;

б) противоправное поведение должника;

в) причинная связь между противоправным поведением должника и наступившими от этого отрицательными последствиями;

г) вина должника.

Для привлечения к ответственности лица, нарушившего обязательство, должна быть установлена причинная связь между его поведением и наступившими вредными последствиями.

Решающим элементом состава гражданского правонарушения, служащего основанием для привлечения к ответственности, является также вина нарушителя. Отступления от этого требования допускаются только в
случаях, прямо предусмотренных законом или договором
(ст. 222 ГК РСФСР). Вина—это определенное психическое отношение лица к своему противоправному поведению и последствиям, которые оно способно вызвать104.

Она может проявляться в виде умысла либо неосторожности. Противоправность и вина — разные категории. Поведение может быть противоправным, но не виновным. Однако виновным может быть только противоправное поведение105.

Вина является необходимым условием ответственности при нарушении договора бытовой экспедиции.

В области гражданско-правовых отношений некоторыми авторами вина усматривается не только в непринятии должником мер к надлежащему исполнению обязательства, но и в том, что он взял на себя обязательства заведомо невыполнимые106. Например, приемщик заказов ТЭП, зная о невыполнимости заказа в срок, указанный клиентом, заключил договор в целях выполнения кассового плана. Бесспорно, что за последствия, связанные с неисполнением этого договора, несет ответственность ТЭП.

Согласно ст. 422 ГК Узбекской ССР и ст. 383 ГК
Азербайджанской ССР ответственность экспедитора наступает на основании норм ГК, Уставов (кодексов) и
специальных правил, действующих на соответствующем
виде транспорта. Кроме того, ст. 422 ГК Узбекской ССР
предусматривает, что клиент несет ответственность за невыполнение обязанности по оказанию необходимого содействия в надлежащем исполнении договора и за неуплату и просрочку в уплате экспедитору вознаграждения.

Аналогично решает эти вопросы ст. 380 ГК Казахской ССР, который так же отсылает к правилам, утвержденным компетентными органами, в соответствии с которыми взыскиваются неустойки (штрафы, пени) и

убытки за нарушение обязанностей по договору экспедиции.

Некоторое отличие содержится в ст. 401 ГК Молдавской ССР, которая по поводу ответственности экспедитора за невыполнение принятых им на себя обязательств отсылает к конкретным нормам ГК, регулирующим ответственность за вину и специальным нормам об ответственности хранителя (ст. 406) по договору хранения, а также правилам и уставам соответствующих видов транспорта.

Ссылка на транспортные уставы в этих кодексах не
является удачной, т. к. в них нет специальных правил,
регулирующих экспедиционные отношения и определяющие ответственность контрагентов за нарушение договора экспедиции, тем более договора бытовой экспедиции.

Как уже отмечалось, ГК РСФСР не содержит норм
о договоре экспедиции. Действующие правила транспортно-экспедиционного обслуживания граждан в
РСФСР по вопросу об ответственности сторон договора
отсылают к общим нормам ГК и транспортных уставов.
Таким образом, ответственность участников договора
должна строиться на основе норм обязательственного
права ГК РСФСР.