Белая книга (стр. 23 )

В Кодексе об образовании системе высшего образования посвящены главы 37–45. В ст. 208 «Управление учреждением высшего образования» зафиксировано, что непосредственное руководство учреждением высшего образования осуществляет руководитель, назначенный на должность «в порядке, определяемом Президентом Республики Беларусь», а главный орган самоуправления – это совет, возглавляемый руководителем учреждения высшего образования. Здесь же прописывается возможность создания попечительского совета и «по решению Президента Республики Беларусь могут создаваться иные органы самоуправления».

В Положении о совете учреждения образования уточняются компетенции, состав и организация деятельности совета учреждения высшего образования. В частности, здесь фиксируется пропорция состава совета, где 25% закрепляются за студентами или их законными представителями, а остальные 75% составляют «представители руководителей структурных подразделений учреждения образования, педагогических и иных работников учреждения образования, местных исполнительных и распорядительных органов, иных государственных органов, организаций - заказчиков кадров, общественных объединений, иных организаций». Отметим, что высшие руководители структурных подразделений (проректоры, деканы, руководители лабораторий и научно-исследовательских групп) назначаются руководителем учреждения высшего образования и только заведующие кафедр избираются путем голосования на совете учреждения высшего образования. Однако кандидатуры выносятся на совет по предложению все тех же назначенных руководителей. Тем самым, в состав совета попадают, главным образом, назначенные управленческой вертикалью кадры. Аналогичным образом обстоит дело со студентами: de jure они выбираются, а de facto отбираются все той же управленческой вертикалью, поскольку «координацию работы органов студенческого самоуправления в университетах осуществляют отделы (управления) воспитательной̆ работы с молодежью <…> и кураторы студенческих групп»107. Главным официальным органом, представляющим интересы студентов, является Белорусский республиканский союз молодежи, об автономности и независимости которого говорить не приходится хотя бы потому, что он в значительной мере спонсируется государством, является проправительственной организацией. Наниматели/работодатели могут входить в состав совета учреждения высшего образования, однако им отводится роль помощников в развитии материально-технической базы и предоставлении места прохождения производственной практики. Помимо этого, нормативно не прописана процедура отбора в совет представителей внешних организаций («местных исполнительных и распорядительных органов, иных государственных органов, организаций-заказчиков кадров, общественных объединений, иных организаций»): на данный момент прописан заявительный принцип, т. е. любой член соответствующей организации, руководитель которой написал заявление на вхождение в совет, должен быть туда включен, даже если количество этих заявок превысит количество мест в совете.

Таким образом, формально демократическая процедура не обеспечивает на практике общественное участие, т. к. значительная часть состава совета подконтрольна администрации. Полномочия совета ограничены в основном рекомендациями и предложениями административным органам управления и не имеют силы обязательных решений или конечной экспертизы. 

Это касается и функций совета в плане контроля качества обучения, поскольку совет не может посягать на образовательные стандарты, спущенные сверху и не в состоянии повлиять на формирование профессиональных компетенций, необходимых для решения актуальных производственных задач. При таком положении дел разрыв между тем, чему студенты обучаются и тем, с чем им придется столкнуться в рамках профессиональной деятельности, с каждым годом только увеличивается. Очевидно, что ситуация не изменится до тех пор, пока заинтересованные стороны не смогут отстоять право на автономное участие и защиту своих интересов в рамках социального партнерства. Для этого необходимо, в первую очередь, создание действительно автономных объединений стекхолдеров (студентов, преподавателей, нанимателей и т. д.), способных артикулировать свои интересы и обладающих правовыми и институциональными ресурсами для их отстаивания. Соответственно, должна быть скорректирована правовая база социального партнерства в сфере высшего образования.

Реальное положение дел в сфере социального партнерства становится особенно наглядным, если обратиться к пятилетним планам развития учреждений образования (частично представлены в свободном доступе в интернете), в которых в обязательном порядке присутствует раздел под названием «социальное партнерство». Здесь следует отметить, что, во-первых, как правило, этот раздел сводится к нескольким предложениям, где одни и те же формулировки кочуют из документа в документ, из плана в план, почти без изменений108, а, во-вторых, несмотря на возможные различия в описательной части, реальный перечень мероприятий, в которых реализуется социальное партнерство сводится к 2–3 пунктам из списка:

1.Заключение договоров на подготовку кадров с организациями-заказчиками кадров;

2.Заключение договоров с работодателями по организации учебной и производственной практики студентов;

3.Заключение договоров об организации стажировки преподавателей̆ и мастеров производственного обучения в организациях.

Таким образом, на практике социальное партнерство понимается администрацией  исключительно как обеспечение социальных партнеров подготовленными и переподготовленными (согласно стандартам Министерства образования) кадрами и ответное обеспечение студентов местами прохождения практики. Это ни в какой форме не предусматривает возможности влияния социальных партнеров на решения, принимаемые администрацией учреждения высшего образования.

Между тем, идея социального партнерства предполагает переосмысление роли государства в организации и управлении образованием и неизбежно связана с децентрализацией управления. Успешная реализация социального партнерства в сфере образования возможна тогда и только тогда, когда роль государственных органов в управлении учреждениями образования (в большей или меньшей степени) ограничена законодательно закрепленными формами участия в управлении высшим образованием других социальных партнеров. Следует так же закрепить право социальных партнеров на участие в выработке государственной политики в сфере образования на нормативно-правовом уровне. Помимо этого, должны быть четко прописаны права и обязанности сторон, механизмы ведения переговоров и механизмы эффективного урегулирования конфликтов. Очевидно, что содержательное наполнение нормативно–правовых актов, регулирующих вовлечение социальных партнеров,  должно быть сформулировано при их активном участии.

5.3. Роль социального партнерства в обеспечении гарантий занятости выпускников вузов

Усиление роли социального партнерства в сфере образования является одним из важнейших условий обеспечения качества профессионального образования. Качество образования напрямую зависит от вовлеченности социальных партнеров (и, прежде всего, работодателей) в процесс создания образовательной политики, способной своевременно реагировать на изменение конъюнктуры рынка труда. Для этого необходимо участие социальных партнеров в осуществлении экспертизы учебных планов, программ и стандартов профессиональной школы с точки зрения их соответствия требованиям рабочих мест в этих секторах. Соответственно, на данный момент наиболее насущной является задача по разработке механизмов усиления роли социальных партнеров и привлечения работодателей к социальному диалогу в сфере профессионального образования, который  реально в Беларуси еще не начинался.

Учитывая неразвитость социального партнерства в Беларуси и государственно-центрированную модель общества, на начальном этапе имело бы смысл разработать механизмы государственного привлечения социальных партнеров к диалогу. При этом само это привлечение должно иметь не репрессивно–командный, но позитивно–мотивационный характер путем стимулированию интереса работодателей к участию, например:

1.Через государственные субсидии работодателям, создающим дополнительные учебные места для прохождения производственной практики и  обучения на рабочем месте.

2.Через формирование учебных фондов, активы которых могут формироваться из налога на фонд заработной платы или за счет государственных дотаций, что должно быть зафиксировано в рамках коллективных договоров.

3.Через предоставление ссуд для организации курсов переобучения и переподготовки  высококвалифицированных работников в целях преодоления нехватки квалифицированных кадров, необходимых для развития высокотехнологичной промышленности.

4.Через государственные дотации на обучение на рабочем месте.

5.Через налоговые льготы предприятиям, участвующим в развитии профессионального образования.

6.Через юридическое обеспечение участия социальных партнеров в советах УВО.

7.Через привлечение социальных партнеров к разработке и экспертизе  программ, отвечающих интересам и профилю предприятий, а так же к контролю за качеством обучения по этим программам.

Особо следует отметить, что эффективность реформ напрямую зависит от предварительного согласования и обсуждения их содержания с заинтересованными сторонами, которых эти реформы коснутся, т. е. с социальными партнерами.

Распределение и перераспределение выпускников – один из вопросов, в обсуждении которого у стекхолдеров (прежде всего, студентов, родителей и работодателей) есть острая потребность уже сейчас. Представители власти и чиновники отстаивают институт распределения как единственно возможную (безальтернативную) форму взаимодействия между системой высшего образования и рынком труда. Между тем, как показывает опыт других стран, успешно реализующих программы обеспечения выпускников и молодежи рабочими местами, такие альтернативы есть. Прежде всего, заслуживает внимания действующая в Евросоюзе программа «Молодежная гарантия», согласно которой молодые люди в возрасте до 25 лет не должны оставаться без места работы более 3–6 месяцев (в каждой стране этот срок устанавливается самостоятельно). Если молодой человек не в состоянии найти работу за это время, он обращается в службу занятости, где ему помогают с трудоустройством или переобучением. Дополнительно действует дуальная система образования, предполагающая прохождение учебы одновременно в двух заведениях: на производстве (до 80% нагрузки) и в учебном заведении (профессионально–теоретическая часть). Эта система позволяет молодым людям получить первый опыт работы уже во время учебы, а предприятиям готовить специалистов с ориентацией на те навыки и умения, которые им непосредственно нужны. Дуальная система создает высокую мотивацию как со стороны студента, заинтересованного в получении знаний, поскольку их успешное усвоение напрямую связано с тем, что требуется на рабочем месте, так и со стороны работодателя, заинтересованного в качественном практическом обучении своего работника. Это позволяет не только обеспечить взаимосвязь теории и практики, но и своевременно реагировать на изменения потребностей производства и рынка. Данная система хорошо зарекомендовала себя не только в странах Евросоюза, но и на постсоветском пространстве (особенно активно данную модель перенимает Казахстан). Для внедрения на практике дуальной системы в Беларуси необходима соответствующая законодательная база, которая позволила бы закрепить понятие «дуальной системы образования», определить основные направления взаимодействия работодателей и организаций образования в подготовке специалистов и оценке профессиональной квалификации выпускников. Это невозможно осуществить без разработки статьи о социальном партнерстве в системе образования и включения ее в Кодекс об образовании.