и . Рынки и рыночная власть, теория организации промышленности (стр. 20 )

Аналогично V2 можно записать как

Равновесие по Нэшу представляет собой набор таких интенсивностей исследований (, ), что максимизирует Vi при данном (для любого i).

Какая из двух фирм расходует больше на исследования (или, что то же самое, какая из них, скорее всего, первой освоит инновацию), зависит от двух эффектов, идентифицированных в предыдущем разделе. Эффект эффективности

Пm(c) – IId(,c) ≥ Пd(c, ),

отраженный в числителях V1 и V2, означает, что у монополиста больше стимулов к освоению инноваций и, следовательно, он больше тратит на ИР. Монополист, опережая новичка, получает чистую прибыль потока

Пm(c) – Пd(,c),

в то время как новичок, оказавшись первым, получает лишь Пd(c, ). Эффект замещения приводит к наблюдению, что предельная продуктивность расходов на ИР для монополиста убывает по его начальной прибыли:

Это следует из наблюдения, что, увеличивая х1, монополист сдвигает дату открытия вперед (в среднем) и поэтому ускоряет свое замещение. Новичок же при открытии, наоборот, не отказывается от прибыли потока.

Любой из двух эффектов может доминировать. Чтобы убедиться в этом, рассмотрим две крайние ситуации.

• Вначале рассмотрим случай радикальной инновации. Поскольку новичок в случае инновации становится de facto монополистом, растрачивания монопольной ренты не происходит, т. е. нет эффекта эффективности. Тогда должен доминировать эффект замещения, т. е. < . Рейндженум [73, 74] выводит этот результат из условий первого порядка, связанных с равновесием по Нэшу:

Поэтому мы заключаем, что в случае радикальной инновации имеет место тенденция (в вероятностном смысле) к входу на рынок продукции.*

* Здесь вход не означает конкуренции, так как один монополист замещает другого.

• Для того чтобы устранить эффект замещения, достаточно выбрать такую технологию ИР, при которой затраты в единицу времени значительны, чтобы вероятность открытия в единицу времени была высока. В этом случае инновация достигается на ранней стадии и монополиста значительно больше интересует возможность освоения инновации новичком, чем момент своего собственного «замещения». Поэтому мы имеем > (рассмотрим, например, случай семейства технологий {λh[x/λ]}, где λ стремится к бесконечности;* см. [25]). Следовательно, в случае нерадикальной инновации наблюдается тенденция к сохранению монополии, так как закрепившаяся фирма имеет большую вероятность получения патента.

* При λ, стремящейся к бесконечности, затраты на ИР становятся почти линейными по интенсивности исследований: λh(x/λ) ~ xh'(0). Можно показать, что это ведет к очень быстрому освоению инновации. (Напомним, что фирмы не осваивали инновации быстро из-за убывающей отдачи в функции открытия h.)

Упражнение 10.5(**). Рассмотрим симметричную патентную гонку с участием п фирм. На начальной стадии фирмы не получают прибыли и имеют частную ценность V для патента. Технология ИР не имеет памяти. Поток расходов xi дает вероятность открытия h(xi) в единицу времени. Предположим, что h' > 0, h" < 0, h(0) = 0, h'(0) = +∞, h'(+∞) = 0. Время непрерывно, и r – ставка процента.

1. Предположим, что каждый из п – 1 соперников фирмы расходует х в единицу времени на ИР и что рассматриваемая фирма тратит у в единицу времени. Покажите, что ожидаемая межвременная прибыль этой фирмы будет

Вычислите функцию реакции фирмы у = R(x), где у – наилучшая интенсивность исследований фирмы при условии, что соперники выбирают х. Покажите, что кривая реакции восходящая. Объясните почему.

2. Найдите симметричное равновесие по Нашу. Как равновесная интенсивность исследований меняется по n? Покажите, что если V есть также и общественная ценность патента, то объем ИР слишком велик в общественном смысле.

10.2.2. Обсуждение

В последнее время были разработаны два уточнения основной модели патентной гонки. Первое: расходы на ИР составляют лишь один аспект процесса изобретений. В основной модели фирмы приближают момент открытия, больше расходуя на ИР. На практике они также должны делать выбор между различными технологиями. Они могут выбирать более или менее рискованные технологии (например, технология А может дать довольно детерминированную дату открытия, в то время как технология В может привести к более быстрому открытию либо оказаться тупиковой). Кроме того, они могут выбирать технологии, которые более или менее коррелируют друг с другом. Второе: основная модель патентной гонки делает нереалистичное предположение о том, что фирмы не обучаются в процессе ИР. Это исключает стратегическое поведение того типа, который рассматривается в главе 8 для других инвестиций (например, преимущества лидера).

10.2.2.1. Выбор технологии

Каким образом патентная гонка влияет на выбор технологий ИР?

Начнем с размера риска. Дасгупта и Мэскин [11], Джадд [43], Клетте и де Меза [52] рассмотрели проблему риска (впервые поставленную в [12]) и описали модели патентных гонок, которые при некоторых предположениях приводят к рыночному выбору чрезмерно рискованных технологий ИР. Иными словами, конкуренты в области ИР выбирают технологии, которые вызывают более высокую «дисперсию», чем это общественно оптимально.* И это неудивительно. В той мере, в какой патентная гонка напоминает «игру, в которой победитель забирает все», важно быть первым, а не степень отставания игрока на финише патентной гонки. Так как выигрыш от открытия становится нулевым после определенного момента времени (соответствующего моменту открытия соперника), целевая функция фирмы является выпуклой в момент ее (фирмы) открытия, что побуждает фирмы выбирать рискованные технологии. Но фирма, выбирающая рискованную технологию, оказывает отрицательное внешнее воздействие на своих соперников. Это увеличивает ее шансы опередить соперников, даже если последние своевременно сделали открытие и, таким образом, получили высокий выигрыш. Следуя Дасгупте и Мэскину, Клетте и де Мезу, предположим, что обе фирмы выбирают «надежную» технологию, которая дает время открытия, равномерно распределенное между 1 и 2 годами. (Здесь мы абстрагируемся от расходов на ИР чтобы сосредоточить внимание на выборе технологии.) Открытие будет вытеснено по истечении четырех лет от настоящего момента, и фирмы не дисконтируют
будущее.** Если t – дата открытия (в годах) и υ – частный поток прибыли от патента, его владелец получает υ(4 – t). Предположим, что в качестве альтернативы существует более рискованная технология, которая дает время открытия, равномерно распределенное между 0 и 3 годами. Теперь монополисту ИР безразлично, какую из двух технологий выбрать, так как ожидаемая прибыль – 2.5 υ (поскольку момент открытия ожидается через 1.5 года). Однако если обе технологии в равной мере дорогостоящи, то соперники в патентной гонке выберут рискованную (см. упражнение 10.6). В таком случае нетрудно указать отрицательный побочный эффект. Если обе фирмы выбирают надежную технологию, каждая фирма почти уверена в победе, когда момент открытия близок к 1 (т. е. когда выигрыш от открытия высок). Однако этого не происходит, когда соперник фирмы переходит к рискованной технологии. Конечно, этот переход также делает более вероятной победу фирмы, применяющей надежную технологию, когда момент открытия близок к 2, но подобные победы дают более низкие выигрыши.***

* Технически более корректное определение риска – это определение возрастающего риска или сохраняющего средние разбросы распределения. См. упражнение 10.6.

** При дисконтировании даже монополист ИР мог бы обладать сохраняющим средние разбросы распределением момента открытия, так как целевая функция, которая пропорциональна ехр(–rt), является выпуклой в момент открытия t.

*** Это обсуждение предполагает, что фирмы максимизируют прибыли. Управляющие, однако, могут по-разному относиться к риску, так как их целевая функция, вообще говоря, отличается от функции максимизации прибыли (см. главу «Теория фирмы»). Действительно, нередко утверждается, что управляющие слишком осторожны при выборе инвестиций, – см. [41, 42, 53].

Упражнение 10.6(***). В патентной гонке участвуют две фирмы. В момент 0 каждая фирма выбирает технологию из семейства технологий, помеченных индексом ρ. F(t, ρ) обозначает вероятность того, что фирма сделает открытие до момента t; соответствующая плотность – f(t, ρ). Ставка процента – 0, и изобретение, дающее поток прибыли и, устаревает в момент Т (поэтому выигрыш раиен υ(T – t)). Для простоты предположим, что F(T, ρ) = 1 для всех ρ. Стоимость технологии ρ составляет С(ρ) и ρ – параметр возрастающего риска [79]. Напомним, что возрастающее ρ сохраняет среднее значение

и что

для всех τ из [0, Т].

1. Начав с произвольного выбора технологии {ρ1, ρ2}, покажите, что увеличение ρ2 причиняет ущерб фирме 1, когда

f(t, ρ) – (T – t)fi(t, ρ)≥ 0

(что имеет место для равномерного распределения). (Указание: интегрируйте по частям.)

2. Сделайте вывод, что, начав с симметричного равновесия, обе фирмы улучшат свое положение, если будут симметрично понемногу уменьшать ρ. В более общем случае покажите, что кооперативный симметричный выбор ρ хуже, чем конкурентный (который, если υ совпадает с общественной ценностью открытия – например, благодаря совершенной ценовой дискриминации, – показывает, что в патентных гонках существует общественно избыточный риск). (Указание: запишите необходимые кооперативное и конкурентное условия и сложите их; затем используйте ответ на вопрос 1.)

Теперь рассмотрим проблему корреляции. Если фирмы выбирают схожие проекты, можно ожидать, что дублирование успеха (т. е. почти одновременные открытия) будет происходить чаще, чем если бы они выбрали совершенно различные технологии ИР. В последнее время проводится много исследований по проблеме наличия у конкурирующих фирм стимула к выбору схожих технологий. Бхаттачариа и Мукерджи [7], Дасгупта и Мэскин [11] проанализировали корреляционное отклонение при патентовании инновации, а Глезер [32] выполнил аналогичный анализ для незапатентованной, но составляющей собственность одной из фирм технологической инновации при дуополии на продуктовом рынке. Дасгупта и Мэскин показали, что при некоторых предположениях равновесие влечет социально избыточную корреляцию. На интуитивном уровне это означает, что, когда фирма удаляется от своего соперника в пространстве исследовательских проектов, она повышает вероятность того, что в случае ее неудачи успех будет сопутствовать сопернику, а это общественно желательно. Следовательно, в выборе проектных характеристик может быть слишком много сходства.*

* Этот анализ опять-таки пренебрегает стимулами управляющих ради предположения о максимизации прибыли. Хольмстрём [40, Р. 338] показал, что фирмы склонны выбирать слишком схожие (коррелированные) технологии, чтобы лучше контролировать управляющих посредством эталонной конкуренции (см. главу «Теория фирмы»); он утверждает, что фирмы обеспечивают общество рыночным портфелем, который не столь диверсифицирован, как в том случае, если бы не было проблемы стимулов управляющих.

10.2.2.2. Опыт в патентных гонках

Один из путей формализации опыта или эффектов обучения в патентной гонке – предположить, что вероятность открытия фирмы в единицу времени зависит не от текущих расходов на ИР, а от опыта, накопленного к данному моменту. Например, вероятность совершения открытия фирмой i в период от t до t + dt составляет

где dωi(t)/dt = xi(t) и hi – возрастающая функция. Затраты на накопление xi(t) dt единиц опыта составляют

где Ci – возрастающая выпуклая функция. Таким образом, в каждый момент патентной гонки эта игра может быть суммирована вектором опытов всех фирм.*

* Можно, конечно, рассмотреть более сложные технологии, например такие, вероятность открытия в которых зависит от окружения и времени или не является монотонной (отсутствие открытия после проведения некоторого количества исследований может быть плохой новостью).

Опыт – пример капитала, и поэтому неудивительно, что здесь появляются вопросы, встречавшиеся в главе 8 (такие, как преимущества естественной монополии и лидера). Начнем с полезного, но не всегда привлекательного результата, а именно результата «е-опережения». Рассмотрим патентную гонку двух фирм, в которой обе фирмы получают отрицательную ожидаемую прибыль, если ни одна из них не выбывает из гонки, но каждая фирма жизнеспособна в качестве монополии в области ИР. Это ситуация естественной монополии, и поэтому можно ожидать, что одна из фирм выйдет из борьбы.* Представляется правдоподобным, что выбывающей из борьбы является фирма с меньшим опытом (ведомый), если фирмы имеют доступ к одной и той же технологии ИР и придают патенту одинаковую ценность. Далее можно предположить, что эта фирма могла бы выйти из борьбы и в начале гонки. Накопление опыта и последующий выход из борьбы, когда вероятность открытия высока, представляется неразумным. Фьюденберг и соавторы [23], используя модель, в которой xi(t) равно либо 0 (в этом случае фирма г выходит из гонки), либо 1 (фирма г остается) в каждый момент, показали, что лидер действительно приобретает монопольные права на ИР, даже если он вступает в гонку чуть раньше ведомого – отсюда термин «ε-опережение». Харрис и Викерс [38] независимо получили такой же результат при значительно более слабых условиях; они положили xi(t) совершенно произвольным (т. е. использовали модель с переменной интенсивностью).

* В случае гонки без предыстории с постоянной ценностью патента и постоянной исследовательской технологией число фирм в момент открытия то же, что и в начале гонки; ни одна из фирм никогда не выходит из гонки.

Хотя результат ε-опережения показывает, что конкуренция в области ИР может быть жестко ограничена преимуществами лидера и эффектами опыта, она нередко наблюдается и на стадии ИР. Для объяснения этого нам следовало бы ослабить некоторые предположения предыдущей модели. Фьюденберг и соавторы [23] показывают, что ключом к пониманию конкуренции на стадии ИР является возможность для ведомого обойти лидера, т. е. накопить больше опыта и прыжком выйти вперед в гонке. Они предлагают два пути возможной реализации скачкообразного опережения.

Первый путь пролегает через информационное запаздывание (т. е. фирмы наблюдают усилия своих соперников в области ИР с некоторым запаздыванием). Чтобы понять это, вернемся к интуитивному предположению, лежащему в основе ε-опережения. Рассмотрим состязание в беге двух легкоатлетов. Предположим общеизвестным, что оба атлета одинаково хороши и что они предпочитают щадить себя (бежать в медленном темпе), вместо того чтобы «выкладываться» в быстром беге. Предположим далее, что лидер имеет на затылке глаза и может постоянно контролировать, не догоняет ли его ведомый. Так как лидер может сохранить свое лидерство, ускорив бег, если его ускорит соперник, последнему нет смысла даже вступать в состязание. Лидер, таким образом, может вести бег в медленном темпе, не опасаясь быть обойденным. Но картина кардинально меняется, если эти два атлета бегут по дорожкам, разделенным стеной. Предположим, что в стене имеются отверстия, поэтому время от времени каждый из атлетов может проверять свое относительное положение. Теперь лидер уже не может бежать медленно; если бы он делал так, то ведомый мог бы бежать быстро, обойти лидера, не будучи замеченным, и вынудить его сойти с дистанции у следующего отверстия. Таким образом, запаздывание информации (или реакции) порождает конкуренцию. То же верно и для патентных гонок. Для формализации этого Фьюденберг и соавторы рассматривают патентную гонку с дискретным временем и переменной интенсивностью. (Дискретное время отражает весьма грубое представление информационных задержек: интенсивность ИР фирмы не наблюдается соперником до следующего периода.) Они предполагают, что каждая фирма может накопить 0, 1, 2 единицы опыта за период при соответствующих затратах 0, c1 и с2 > 2c1. Таким образом, не испытывая нетерпения, фирма, монополизировавшая ИР, предпочитает накапливать 1 единицу опыта за период. В равновесии патентной гонки двух фирм конкуренция очень сильна, когда фирмы равны по силе (имеют одинаковый опыт). Каждая фирма накапливает 2 единицы опыта.* Когда лидер опережает на 1 единицу опыта, он рандомизирует между 1 и 2, а ведомый – между 0 и 2; таким образом, (с некоторой вероятностью) имеет место конкуренция. Когда опережение лидера составляет по меньшей мере 2 единицы, ведомый выбывает из гонки и лидер продолжает гонку в монопольном темпе (1 единица).

* Если они уже располагают достаточным опытом. В противном случае стратегии более сложны. См. [23, 55].

Вторая возможность опережения, предложенная Фьюденбергом и другими, связана с многошаговой патентной гонкой, которая учитывает скачкообразные изменения переменной опыта (вместо непрерывного изменения, как в приведенном выше случае). Они предлагают модель двухшаговой патентной гонки с постоянной интенсивностью (xi(t) = 0, 1). Фирма должна сначала сделать промежуточное открытие (первый этап), до того как она попытается получить патент (второй этап); альтернативно эти два этапа можно было бы рассмотреть как ИР. В подобной гонке ведомый на первом шаге может обойти лидера, сделав промежуточное открытие первым. И вновь вероятность обойти лидера порождает конкуренцию. Гроссман и Шапиро [35], Харрис и Викерс [39] и Джадд [43] значительно расширили эту модель главным образом за счет допущения переменных интенсивностей ИР.* Их выводы аналогичны выводам для модели с информационным запаздыванием. Конкуренция наиболее сильна когда фирмы равны по силе. Когда отстающая фирма выравнивается, обе фирмы повышают интенсивность ИР. Лидер склонен больше инвестировать в ИР, чем ведомый.

* Гроссман и Шапиро также учитывают возможности распределения промежуточных результатов посредством лицензирования и создания совместного предприятия (сп) на первом этапе исследований.

10.3. Анализ патентной защиты с точки зрения благосостояния

Последние исследования в области инноваций концентрировались в большей мере на позитивных аспектах ИР (имеет ли место конкуренция? кто больше инвестирует в ИР? и т. д.), чем на нормативной стороне патентной системы. Вне сомнения, анализ с точки зрения благосостояния весьма сложен, и поэтому понадобится провести дальнейшую работу, прежде чем будут достигнуты ясные и применимые выводы. Далее следуют некоторые, весьма неполные замечания о проблеме существования на рынке достаточного стимула к освоению инноваций. Эти замечания фокусируются на продуктовых инновациях (аналогичные замечания можно сделать о технологических инновациях).

Для начала удобно рассмотреть продуктовую инновацию как отбор продуктов (со случайным процессом внедрения). Из глав 2 и 7 мы знаем, что рынок может предложить либо слишком много, либо слишком мало разнообразия. Вне сомнения, это верно и для продуктовых инноваций. Например, в случае патентов с бесконечным сроком действия фирма может иметь слишком слабый либо слишком сильный стимул к участию в ИР. Эффект присваиваемости, в соответствии с которым частный излишек от инноваций меньше общественного излишка (в отсутствие совершенной ценовой дискриминации), приводит к слишком малому объему инноваций (см. раздел 10.1). С другой стороны, эффект кражи дела, согласно которому фирма, внедряющая новый продукт, не интернализирует потери прибыли ее соперников на рынке продукта, указывает на слишком большой объем инноваций. На самом деле в патентных гонках возникает другой эффект кражи дела (анализировавшийся в разделе 10.2): повышая интенсивность своих ИР, фирма снижает вероятность получения патента соперниками, и типичный результат состоит в том, что фирма, участвующая в патентной гонке, чрезмерно инвестирует в ИР (если мы предположим отсутствие эффекта присваиваемости)* и таким образом дублирует свой чрезмерно большой объем научно-исследовательских работ.**

* См. [54] и упражнение 10.5.

** Конечно, существование нескольких независимых исследовательских программ не является плохим per se, так как «два шанса лучше, чем один». (Действительно, одна фирма может создать несколько исследовательских групп. Кэмиен и Шварц [44, Р. 35] упоминают о том, что однажды Upjohn Corporaition имела шесть исследовательских групп, применявших шесть различных подходов к разработке промышленной технологии синтеза кортизона.) Точнее говоря, переинвестирование вызвано тем, что фирмы не интернализируют потери от патентной выручки обойденных соперников.

Существующие теории слишком элементарны, чтобы быть реалистичными. Они, как правило, допускают единственную запатентованную инновацию, осуществляемую фирмами, максимизирующими прибыль, с помощью единственной технологии ИР. Мы уже отметили некоторые обобщения: например, фирмы могут выбирать из нескольких технологий ИР (с разной техникой и разной степенью риска) или могут управляться менеджерами и поэтому недостаточно максимизировать прибыль (из-за разделения владения и управления). Кроме того, было бы желательно ввести различные степени эффективности патентной системы. На практике патенты фабрикуются либо изобретения имитируются (нередко с запаздыванием). Насколько нам известно, очень мало было сделано в связи с оптимальной степенью патентной защиты, составляющей основную проблему патентного законодательства. Однако, что касается имитации, экономисты давно признали, что возможность даже частичной имитации открытий может дать особенно низкие стимулы к проведению ИР [2, 59].* Побочные эффекты могут уменьшить выигрыш победителя патентной гонки и увеличить выигрыш проигравших. Во-первых, если имитация имеет место в отрасли победителя, побочные эффекты увеличивают конкуренцию на рынке продукта и уменьшают прибыль новатора. Во-вторых, побочные эффекты увеличивают выигрыш проигравших, которые безвозмездно пользуются изобретением победителя (независимо от того, конкурируют ли проигравшие на рынке продукта победителя). Здесь мы лишь приводим аргумент общественного блага. Суть, однако, в том, что проблема общественного блага в особенности остра (т. е. стимулы к проведению ИР низки) именно тогда, когда положительные побочные воздействия на другие фирмы (побочные эффекты) велики.** Правительственное субсидирование ИР может быть хорошим заместителем для неудачной патентной системы в отраслях с значительными побочными эффектами [86].

* Последующий неформальный анализ пренебрегает вероятностью лицензирования (анализ лицензирования см. в разделе 10.8). На практике владелец патента, возможно, сочтет выгодным лицензировать патент (вместо того чтобы позволить другим фирмам неэффективно имитировать) и таким образом получать часть совместного излишка от лицензирования. Необходимо, однако, отметить, что существование побочных эффектов повышает выигрыш от status quo лицензиатов (без лицензирования) относительно выплат и, таким образом, усиливает их позиции в переговорном процессе. Следовательно, даже если лицензирование имеет место, угроза имитации снижает выигрыш лицензиара. (Лицензиар – фирма, продающая лицензию; лицензиат – фирма, покупающая лицензию. – Прим. ред.)

** Смягчающий фактор, отмеченный многими авторами, в том, что проигравший патентную гонку может лучше имитировать открытие победителя, если он шел в ногу с последними разработками в этой области. В частности, ИР позволяют фирмам мягче ассимилировать побочные эффекты от деятельности соперников. В таком случае «поглощающую мощность» и инновацию необходимо рассматривать как совместные продукты [10]. Этот аргумент иногда приводят, чтобы объяснить высокий уровень ИР в отрасли производства полупроводников.

Мы отойдем теперь от одноинновационной парадигмы. Даже в отсутствие побочных эффектов проигравший патентную гонку не всегда теряет все; иногда это приводит к получению патента на другой продукт (или к обретению большего опыта для следующей патентной гонки). Более того, монополии, созданные патентами, носят временный характер даже при строгой патентной защите. Постоянно изобретаются новые технологии для замещения старых. Шумпетер [83] называл это «процессом созидательного разрушения». Таким образом, было бы желательно формализовать последовательные патентные гонки.*

* Для знакомства с этим вопросом см. [13; 27; 60, ch. 12, 13; 76].

Даже если нам удастся определить, в каком объеме фирма ведет ИР – чрезмерно большом или чрезмерно малом, останется еще определить оптимальный способ стимулирования или сдерживания ИР. Теория сосредоточилась на рассмотрении оптимального срока действия патентов (см. также [61]). Однако стимулы к ИР могут изменяться различными путями. На уровне затрат расходы на ИР зависят от субсидий. (Например, Налоговый акт США об экономическом восстановлении (1981 г.) добавил налоговые кредиты для инвестиций в ИР; аналогично Закон о научно-исследовательских товариществах с ограниченной ответственностью предоставил фискальные преимущества совместным предприятиям.) На уровне выпуска выигрыш от инновации зависит от срока действия патента (в США он составляет 17 лет), объема реализации патентной защиты и других факторов. Мало внимания было уделено оптимальному набору этих средств стимулирования адекватного объема ИР.

10.4. Альтернативные стимулы к исследованиям и разработкам

Патенты не нужны для обеспечения присваиваемости, а следовательно, и для стимулирования ИР. Вообще говоря, незапатентованные инновации все еще приносят прибыли своим изобретателям, по крайней мере, в течение короткого периода времени. Имитаторы могут наблюдать инновацию с запаздыванием или могут не иметь ноу-хау для ее незамедлительного копирования. Действительно, патенты играют незначительную роль в некоторых отраслях (например, в компьютерной). Однако многие экономисты соглашаются с Шумпетером в том, что патенты и сопутствующая статическая неэффективность, связанная с монопольной властью, необходимы для придания фирмам соответствующих стимулов к освоению инноваций и что патенты стимулируют динамическую эффективность (хотя эти экономисты и предоставляют мало информации об оптимальном сроке действия патентов и оптимальном объеме защиты). Но существуют другие методы стимулирования инноваций, такие как система вознаграждений и контрактный механизм.

Система вознаграждений в своей крайней форме заключается в указании вполне определенного проекта и последующем предоставлении фиксированной суммы денег («премии») фирме, первой завершившей проект. После присуждения премии инновация поступает в общественную сферу. Как и патентная система, этот метод имеет весьма древние истоки, однако применяется значительно реже. Важное его преимущество перед патентной системой в том, что он не порождает монополию.

Систему вознаграждений трудно реализовать. Во-первых, правительство должно быть хорошо осведомлено об осуществимости различных изобретений и о спросе на них. Информация о спросе имеет решающее значение для определения размера вознаграждения, который в свою очередь влияет на стимулы к исследованиям. Вообще говоря, в этих вопросах фирмы информированы лучше, чем правительство, поэтому предпочтительно менее централизованное решение (как, например, в случае патентной системы). Действительно, одно из преимуществ патентной системы в том, что монопольные прибыли коррелируют с общественной ценностью изобретения (хотя и отличаются от нее).

На практике премия в системе вознаграждений обычно определяется после осуществления инновации. Поскольку на этой стадии инвестиция изобретателя поглощена, он сталкивается с проблемой захвата, упомянутой в главе «Теория фирмы». Вообще говоря, административные и юридические органы, назначающие премии, определяют ценность изобретений весьма консервативно.

Другой недостаток системы вознаграждений в сравнении с патентной системой в том, что в последнем случае не нужно передавать технологическую информацию (которая может оказаться ненадежной, когда технологические ноу-хау, получаемые инновационной группой, трудно передать или даже определить).

Наконец, система вознаграждений предполагает конкуренцию на уровне исследований. Как и в случае патентной системы, нет причин, по которым эта конкуренция должна порождать оптимальный объем инновационной деятельности.

Шерер [82, Р. 458] рассматривает использование системы вознаграждений для стимулирования изобретений, связанных с военными применениями атомной энергии, и приводит несколько примеров захватов, осуществленных Бюро по компенсации патентов Комиссии по атомной энергии.*

* Часто только одну.

Более серьезный соперник патентной системы – централизованное решение, известное как контрактный, или закупочный, механизм. Несмотря на некоторое сходство с системой вознаграждений, контрактный механизм отличается тем, что правительство контролирует доступ к рынку исследований. Точнее, правительство выбирает определенное число фирм* и подписывает с ними контракт. Он обычно содержит больше подробных данных, чем в случае предложения вознаграждений. Например, в контракте нередко указывается, что определенную часть исследовательских затрат будет нести правительство.** Контракты такого вида могут предотвратить чрезмерное дублирование исследовательских затрат. Однако существуют проблемы стимулов, связанные с ограниченной эталонной конкуренцией. Искомый компромисс между этими двумя факторами зависит от исследовательской технологии и легкости, с которой можно контролировать фирмы, заключающие контракт.*** Как и в случае системы вознаграждений, правительство должно знать ценность инновации. Очевидно, этого легче достигнуть, когда основным покупателем инновации является агентство. Это объясняет, почему закупочная система часто используется в отношении оборонно-космических проектов.

* Шерер рассматривает также использование этой системы для стимулирования основных изобретений в СССР.

** Здесь мы предполагаем, что покупателем является правительство. Покупателем может также быть и частная фирма, нуждающаяся в определенной технологии или в каких-либо конкретных станках.

*** Обсуждение того, как французские правительственные организации находят компромисс между этими двумя факторами, см. в [66].

10.5. Стратегическое освоение новых технологий

Технологический прогресс зависит от освоения новых технологий в той же мере, в какой и от их изобретения. В то время как в предыдущем разделе рассматривались стимулы и процесс реализации изобретения, этот и следующие разделы посвящены скорости распространения инноваций.

Немногие инновации осваиваются мгновенно.* Это объясняется двумя причинами: 1) фирмы могут ожидать повышения спроса и поэтому не решаются осуществить затраты на освоение до возникновения достаточного спроса; 2) фирмы могут ожидать снижения либо затрат на освоение, либо неопределенности, связанной с технологией.

* Например, кислородный конвертер для производства стали был разработан в Австрии в 1949 г. В 1960 г. только 3.7% производителей стали США (56.9% в 1970 г., 85% в 1980 г.) использовали эту технологию [64]. Точно так же технология производства электроэнергии с помощью паровых турбин была хорошо известна в момент ее освоения.

В среднем можно ожидать, что траектории распространения имеют S-образную форму* (показывающую, что некоторые фирмы осваивают изобретение раньше других, что процесс освоения ускоряется, когда другие фирмы узнают об изобретении, и что процесс замедляется, когда большинство фирм уже освоили изобретение). Мэнсфилд [57] и его последователи фактически доказали, что S-образная кривая вполне удовлетворительна с эконометрической точки зрения.** Точная модель освоения в данной отрасли должна, как мы увидим, исследоваться более подробно в силу стратегических аспектов освоения.

* Это ссылка на форму интегрального распределения освоений как функции времени.

** Кэмиен и Шварц [44], рассматривая эмпирические данные, также отмечают, что распространение происходит быстрее в неконцентрированных отраслях. Освоение банковских автоматов на различных местных банковских рынках см. в [37].

В этом разделе мы рассмотрим процесс распространения непатентованной инновации в концентрированной отрасли. Мы предположим, что инновация, осуществленная в момент 0, может быть освоена (без присвоения) любой фирмой в любой будущий момент t с затратами C(t). Освоение происходит раз и навсегда: C(t) – поглощенные затраты. Мы предполагаем, что C'(t) < 0 и C"(t) > 0 (затраты на освоение убывают со временем, но в убывающем темпе) и что С(0) «велико» (ни одна из фирм не желает осваивать инновацию в момент 0). Мы формализуем стратегическое освоение для случая дуополии. Каждая фирма должна выбрать время (возможно, бесконечное) освоения. Мы предполагаем, что запаздывания информации пренебрежимо малы и что фирмы могут наблюдать действия соперника (и реагировать на них) без задержки. Как мы увидим, отсюда следует, что фирмы нередко склонны осваивать новую технологию на ранней стадии, чтобы задержать или предотвратить освоение соперниками.*

* Последующее изложение взято из работ Фьюденберга и Тироля [24, 26]. Их анализ многим обязан более ранней работе Шерера [81] и статьям Рейндженума [70, 71], которые предполагают, что фирмы выбирают свое время освоения окончательно в момент 0 (дальнейшие результаты, полученные с помощью этого подхода, см. в [68]). Так как фирмы не могут пересмотреть планы на основе наблюдаемого освоения соперниками, проблема стратегического опережения, проанализированная в этом разделе, в анализах Шерера и Рейндженума не возникает.

Рассмотрим два крайних случая, связанных с двумя различными формами ренты, которую обеспечивает новая технология. В первом случае, связанном с двумя фирмами и технологической инновацией, освоение ее вторым всегда невыгодно. Тот, кто осваивает первым, получает значительные выгоды от освоения, поэтому следует ожидать, что фирма будет осваивать инновацию на ранней стадии, чтобы опередить соперника. В результате распространение происходит с большим отставанием одной фирмы от другой. Действительно, в нашем крайнем случае первый осваивающий осваивает «рано» (в определенном ниже смысле), а его соперник не осваивает никогда. Более того, монопольная рента, связанная с освоением, полностью растрачивается посредством дорогостоящего раннего освоения. Во втором примере освоение продуктовой инновации вызывает немедленную имитацию. Тогда следует ожидать, что стимул к освоению будет низким. Освоение откладывается и происходит одновременно для обеих фирм (в нашем крайнем случае оно фактически никогда не происходит). Таким образом, ключ к выбору времени освоения в случае концентрированной отрасли – скорость, с которой освоение имитируется.

10.5.1. Инновация, сдерживающая имитацию: опережение и распространение

Для иллюстрации наших первых результатов рассмотрим дуополию Бертрана с однородным товаром, в которой две фирмы имеют первоначально неизменные удельные затраты. Ни одна из фирм не получает прибыль. Освоение инновации снижает удельные затраты до с < . Пусть V = ( –с)/r. Когда только одна фирма освоила инновацию, эта фирма получает прибыль Бертрана – с в единицу времени, если не превышает монопольной цены при затратах с («нерадикальная» инновация). Имитация никогда не происходит в этой экстремальной модели, так как конкуренция Бертрана с одинаковыми затратами порождает нулевой поток прибыли. Рис. 10.1 изображает выигрыш фирмы, которая первой осваивает инновацию (лидера) и выигрыш опережаемой фирмы (ведомого). Равновесное время освоения tc дано формулой V = C(tc). Если фирма 1 планирует осваивать после tc, для фирмы 2 будет лучше освоить лишь немного раньше. Таким образом, любое предполагаемое равновесное время освоения при > tc уязвимо относительно опережающего освоения. Это интуитивное представление было неформально выдвинуто Дасгуптой и Стиглицом [12].*

* Оказывается, что равновесие требует смешанных стратегий особого вида, которые разработаны в [24].