Яркие страницы героических биографий (стр. 12 )

— Производственный план наш коллектив выполнил успеш-
Н(>1 — говорит начальник цеха. — Но за хорошим общим показа­
телем скрываются и недостатки. На фабрику поступило несколь­
ко нареканий на качество продукции от покупателей, имеются
рекламации с торговых баз. За последний месяц на 2,1 процента
снизился выпуск обуви первого сорта.

После начальника цеха попросила слово ударник коммуни­стического труда молодая затяжчица Альбина Сатирова:

— Каждую пару обуви делают десятки рабочих. Достаточно
одному из них допустить небрежность —насмарку пойдет труд
всех людей. Надо, чтобы каждый из нас выполнял свою опера­
цию только на отлично. Пусть наша рабочая совесть станет за­
слоном на пути брака, устаревших и недолговечных образцов...

И Альбина Сатирова высказала свои предложения: отлично выполнять каждую операцию, выпускать только высококачест­венную продукцию; изучать спрос потребителей, для этого сис­тематически встречаться с покупателями; постоянно помогать новичкам в освоении «секретов» рабочего мастерства.

Выступление подруги поддержали члены ее бригады Л. Го­ликова и Г. Воробьева, работница затяжно-пошивочного участка Л. Карташева, заготовщица И. Новикова, комсорг Л. Муравьева. Из цеха № 7, в котором работала Альбина Сатирова, соревнова­ние за честь ярославской марки скоро перекинулось в другие Цеха, пошло по всей обувной фабрике и объединению «Северо-ход» и дальше — на другие предприятия. Почин передовой обув-Щицы одобрили и поддержали областной комитет партии, ЦК профсоюза работников текстильной и легкой промышленно­сти.

•-.На «Североход» Альбина Сатирова пришла в 1956 году пос-ле окончания восьмого класса. Девчонку, не имеющую квалифи-

177

'—613

кации, поставили на самую простую операцию — намазку рисса иначе говоря, поручили намазывать клеем заготовки подоит будущей обуви. Приклеивала их к ботинку уже другая работни­ца— эта операция требовала и навыка, и сноровки.

Альбина работала и училась. Днем на фабрике училась про­изводственному мастерству, смежным операциям. По вечерам, закончив смену, торопилась на занятия в школу рабочей моло­дежи. После десятилетки поступила в техникум легкой промыш­ленности. К этому же времени освоила одну из наиболее слож­ных профессий — затяжчицы. Помогли ей в этом мастер Анато­лий Иванович Куркин, бригадир Валентина Пискунова, затяж­чицы Ирина Бурчукова и Галина Никифорова.

Шло время. Вот уж и учеба в техникуме осталась позади, в руках диплом техника-технолога обувного производства. На­чальник цеха предложил Сатировой должность мастера. Альбина Дмитриевна не спешила расстаться с рабочим местом. «Надо глубже вжиться в производство, научиться вы­полнять отлично не только свою, но и соседние операции, по­знать все тонкости рабочего мастерства», — считала она.

Через десятки пар рук пройдет каждая заготовка, пока раз­розненные детали из кожи, текстиля, резины, синтетических ма­териалов превратятся в изящные женские туфли или добротные мужские ботинки. Разные это руки... Одни словно порхают над конвейером — выполняют свою операцию легко, споро, красиво. Другие — неуверенные, медлительные. Руки новичка, каким еще совсем недавно была и сама Альбина. Есть и просто небрежные, неаккуратные. Вот работница стала промазывать рисе — поло­жила слишком толстый слой клея. Нужная прочность шва уже не будет обеспечена. Другая стала прострачивать рант — прове­ла шов криво... Так среди десятков пар первосортной обуви по­являлись ботинки или туфли с дефектами. Обувь с кривым швом отбракует контролер ОТК, вернет в цех на переделку. А как быть, если дефект скрытый, если его не заметишь сразу? Попа­дет такая пара на прилавок магазина, потом в руки покупате­ля — пятно на весь коллектив.

— Разве нельзя добиться того, чтобы каждая операция выпол­нялась только отлично? Труд наш коллективный, каждый обязан заботиться о чести фабричной марки: Нельзя мириться с тем, что некоторые рабочие по неопытности ли, по небрежности ли тру­дятся недобросовестно, допускают недоделки, а то и явный брак. Почему бы нам, рабочим-обувщикам, не завязать связи с работ­никами торговли, с покупателями? Как говорится, из первых уст узнавать претензии к нашей продукции и сразу же устранять

178

недостатки,— часто высказывала Альбина Дмитриевна подругам по цеху выношенные в душе мысли.

Она советовалась с начальником цеха, секретарем комсомольского бюро, с девушками из бригады. Спрашивала, поддержат ли они ее предложения. Так постепенно, ис­подволь зрели в душе молодой ра­ботницы мысли, с которыми позд­нее она выступила на рабочем соб­рании.

Почин Сатировой всколыхнул коллектив фабрики, заставил обув­щиков с большей ответственностью относиться к выполнению каждой операции. Только в объединении «Североход» в соревновании за от­личное выполнение производствен­ных операций включилось около че­тырех тысяч человек. В цехах ста­ли проводить общественные разбра­ковки продукции. Раз в декаду ра­ботницы одной смены приходили в другую смену и внимательно проверяли коробки с готовой обувью. А от их внимательных глаз не укроется ни один дефект: заметят и выступивший из-под ко­жи клей, и небрежно обрезанную нить, и перекос строчки, и пло­хо зачищенный шов...

Но находились и такие, кто по прежнему «гнал процент», не обращая особого внимания на качество выполненных операций.

— Устроим так, чтоб один из бракоделов встретился лицом к лицу с покупателями? — предложила однажды Альбина под-ругам.

Пригласили в магазин одного, другого, третьего... Предло­женный новатором метод «лечения» злостных бракоделов ока­зался самым радикальным. Ведь одно дело услышать на собра­нии от начальника цеха или профорга, что «выпуск непервосорт­но и обуви за месяц составил, допустим, 1,7 процента» и совсем Другое, когда покупатель в лицо тебе скажет правду о твоей про-Дукции. Решили так: каждый обувщик должен бывать в магази­не регулярно. В цехах разработали графики посещения торго-вых предприятий.

Бывая в магазинах, предлагая покупателям свою продукцию, °бувщики часто слышали нарекания не только на небрежное вы-

179

полнение отдельных операций, но и на устаревшие фасоны неко­торых образцов. Говорят, мода — капризница, но с ней нельзя не считаться. А малочисленное конструкторское бюро, имевшееся на фабрике, за модой не поспевало.

— Создать в цехе общественное бюро по конструированию и моделированию обуви!—снова предложила А. Сатарова.

В него вошли начальник цеха, главный модельер фабрики, технолог, мастера, передовые рабочие. Душой нового дела опять-таки стала сама Альбина. Общественники перевели пошив всей детской обуви на новые модные колодки, освоили выпуск теплых женских ботинок на микропористой подошве, модельных сапо-жек на искусственном меху со стеранитовой подошвой без каб­лука и многих других. Однажды цеху поручили освоить выпуск новой модели полуботинок для подростков. В итоге кропотливо­го анализа общественники пришли к выводу: модель трудоемка, а значит — дорога, и в то же время плоха, не отвечает требовани­ям покупателей к качеству и фасону. Решили ее усовершенство­вать, а по существу сами разработали новую модель, и по фасо­ну и по технологии изготовления в корне отличную от предло­женной.

Вскоре общественные бюро конструирования обуви появи­лись в других цехах фабрики. Творческое содружество рабочих и инженеров позволило коллективу быстрее реагировать на за­просы покупателей, содействовало улучшению технико-экономи­ческих показателей объединения.

А Сатарова? Она, как и подобает инициатору славного на­чинания, неизменно являла достойный пример в труде и жизни. Всю продукцию выпускала первым сортом, часто встречалась с покупателями. Обучила передовым приемам труда десятки чело­век. Из самых дальних уголков страны приезжали к ней за опы­том. Да и сама Альбина Дмитриевна объездила многие обувные фабрики страны. Рассказывала, показывала, учила... Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 года ей было присвоено высокое звание Героя Социалистического Труда.

была делегатом XXIII съезда КПСС. На съезде ей вручили телеграмму от ярославской обувщицы Майи Барановой, которая первой из североходовцев обязалась выполнить пятилетний план за четыре года и шесть месяцев.

«Начатое тов. Сатировой соревнование за высокое качество продукции, за достижение уровня лучших отечественных и зару­бежных образцов позволило объединению увеличить выпуск обуви первым сортом на 1,9 процента и сократить возврат на исправление в 4 раза.

Регулярная связь с работниками обувных магазинов, встре-

180

чи с покупателями позволяют более полно изучать запросы по­требителей, своевременно выявлять недостатки и принимать меры к их устранению. При активном участии общественных бюро моделирования ежегодно почти наполовину обновляется ассортимент обуви. Новая обувь выпускается на колодках мод­ного силуэта и пользуется большим спросом», — отмечалось в постановлении областного комитета КПСС «О ценной инициати­ве коллектива объединения «Североход».

Ну, а сегодняшний день инициатора славного почина? «У всех нас — одна забота: как лучше претворить в жизнь вели­кие предначертания ленинской партии, как успешней строить коммунизм», — писала в одной из своих коррес­понденции, опубликованной в областной газете «Северный рабочий».

Это — главная, общая задача. А она складывается из тысяч других больших и малых забот: о росте эффективности произ­водства, о создании высококачественных изделий. Перед обув­щиками XXIV съезд КПСС поставил цель — увеличить выпуск кожаной обуви в девятой пятилетке до 800—830 миллионов пар в год, значительно улучшить ее качество и внешний вид, обнов­лять фасоны и модели. Решая эту задачу, коллектив «Северохо-да» взял обязательство увеличить объем реализации продукции за пятилетку на 7,2 миллиона рублей, что составит 11,4 процен­та; из каждых десяти моделей выпускаемой обуви обновить 9; в два раза увеличить выпуск обуви с государственным Знаком качества. Работа общественных бюро по конструированию и мо­делированию обуви, в которой самое активное участие принима­ет Альбина Дмитриевна, взаимопроверки рабочих разных смен, частые их встречи с. покупателями, непременным участником ко­торых опять-таки является , соревнование ее по­следователей за отличное выполнение каждой операции, которое продолжает шириться и крепнуть — все эти формы творчества ярославских обувщиков помогают им в решении главной задачи, поставленной XXIV съездом КПСС.

Альбина Дмитриевна ведет большую общественную работу. "I — член партийного комитета объединения «Североход», де­путат Ярославского областного Совета, член ЦК профсоюза ра­ботников текстильной и легкой промышленности.

181

И. Копы лова НАВСТРЕЧУ ВЕТРУ

Вся его жизнь связана с железными дорогами. В раннем дет­стве убаюкивали его громыхающие на стрелках составы и локо­мотивные гудки. Отец, приезжая из рейса, склонялся над сыном, обдавая его запахом паровозного дыма и степного ветра. Дорога манила и сына. В ней было все, о чем мечтали мальчишки: мо­гучая машина, движение, степь, бегущая за паровозом. Мог ли он тогда знать, что ее стальные ленты принесут ему и боль утрат, и ратный труд, и славу?..

На небольшой станции Гайворон, что на Украине, Иван Гар-кавенко окончил железнодорожное училище и остался работать в местном депо. На стальных магистралях страны развертывалось тогда движение за вождение тяжеловесных составов. И первыми ломали старые нормы и привычки молодые машинисты. Создала и гайворонская молодежь три комсомольских паровозных брига­ды. В одной из них помощником машиниста стал Гаркавенко. В первый рейс он отправился с только что полученным комсо­мольским билетом.

В армии тоже попал в железнодорожный батальон, где подо­брались хорошие, отчаянные парни, и то, что пришлось делать им в первые месяцы службы, было как бы репетицией перед главной работой их жизни. Батальон направили на западную границу. Солдаты строили железные дороги, пристанционные здания, наводили мосты. За кордоном становилось все тревожнее. И система стальных артерий должна была способствовать укреп­лению обороны страны.

Война застала Ивана Гарковенко на строительстве дороги на Барановичи. Он был в то время старшиной роты. Обязанности солдат-железнодорожников сразу же неизмеримо усложнились. Они помогали пограничникам сдерживать натиск врага, эвакуи­ровали население и имущество, перебрасывали грузы на передо­вую. Три раза батальон попадал в окружение и выходил с боя­ми. Однажды сутки держали оборону-, потому что за ними была дорога на Минск, а в Минске шла эвакуация, и надо было во что бы то ни стало удержать врага еще на полсуток, еще на час. Иван был ранен, но не ушел с передовой.

В то время он еще не знал, что война отняла у него всех род­ных. Отец погиб под бомбежкой, когда вел на фронт эшелон. При обстреле станции артиллерийский снаряд разрушил дом

182

Гаркавенко. Погибла мать. Млад-ший брат затерялся где-то в эвакуа­ции.

В горячую переделку попал ба­тальон в Вязьме. Здесь надо было срочно «расшить» узел. А на узле четыре эшелона с беженцами, гру­зовые составы. Бесконечный обст­рел, бомбежки, но, несмотря на это, обязательная четкость в работе, по­тому что без дисциплины и четкости на дороге нельзя. Отправляли эше­лоны с эвакуированными, составы с солдатами и боеприпасами на фронт. Специальные команды боролись с пожарами, подбирали раненых, ре­монтировали пути. Гаркавенко был в пожарной команде. Горели цис­терны, грозили взрывом разметать все находящееся поблизости. Но железнодорожники уже набили ру­ку в борьбе с огнем. Осколок попал в цистерну. Один из солдат быстро взбирается на цистерну, от­крывает люк. Горячий бензин и газы огненным факелом рвутся в небо. Опасность взрыва исключена. В то время часть команды заделывает пробоины в теле цистерны, другая — засыпает пес­ком горящие шпалы. Наконец, металлическим крючком захло­пывается раскаленная крышка люка. Гаснет без воздуха пламя.

Железнодорожный батальон отходил, всеми силами изматы­вая рвущегося к Москве врага. И уже тогда думали о будущем наступлении. Закапывали рельсы тут же на бровке, хитро мини­ровали их, чтобы отбить у оккупантов желание их использовать. Они понадобятся потом, на восстановлении дороги.

Семь раз разрушали и наводили двадцатиметровый мост в Смоленске. И каждый раз захват моста стоил немцам огромных потерь. Гибли под яростным огнем и железнодорожники, но бо­ролись до последней возможности. Отступали с боями.

Дни отступления для Ивана Гаркавенко закончились под Ли-хославлем. Армия готовилась к наступлению. Ждали своего ча­са и железнодорожники: заготавливали лес, крепежный матери­ал, болты, гайки. Разгром немцев под Москвой был подготовлен и руками воинов-железнодорожников. День и ночь шли к пере­довой воинские эшелоны, переправлялось оружие, боеприпасы, продовольствие.

183

Группе, в которой находился Гаркавенко, однажды пришлось выполнить немыслимый по своей смелости маневр. Вблизи от захваченных врагом Великих Лук они уложили четырехкиломет­ровый отрезок дороги для переброски грузов и воинских частей на другой участок наступления. Строили ночью, на день забра­сывали колею снегом. За эту операцию Иван Петрович Гарка-веико получил медаль «За боевые заслуги».

Потом батальон перебросился под Смоленск. Триста кило­метров на запад, по сто метров на каждого солдата. И каждый метр восстановленной дороги давался нечеловеческим трудом. Собственно, от дороги здесь не осталось ничего. В насыпи — не­мецкие доты, рельсы сняты и перекорежены, шпалы сожжены, щебенка использована на строительство укреплений.

Стояла суровая зима сорок третьего года. Железнодорожни­ки работали день и ночь. Фронт все дальше уходил на запад. Железная дорога должна быть главной артерией, питающей линию фронта. Гаркавенко в те дни был командиром отделе­ния, и сам работал там, где было всего труднее. Он только что стал коммунистом, и эту дорогу считал своей партийной про­веркой.: Наконец, первый состав прошел по только что проло­женной колее. В те дни пришло в полк ошеломившее Гаркавен­ко известие. 5 ноября 1943 года в газете был опубликован Указ Президиума Верховного Совета о присвоении ему звания Героя Социалистического Труда — за исключительные заслуги в деле обеспечения перевозок для фронта и народного хозяйства и выдающиеся достижения в восстановлении железнодорожного хозяйства в трудных условиях военного времени.

А в канун нового года в числе других награжденных стар­шину вызвали в Москву. Там было все волнующе, незабываемо. И торжественный момент вручения ордена Ленина и золотой звезды, и прием у министра путей сообщения, где двадцати­пятилетнему старшине присвоили звание почетного железнодо­рожника. А почетному железнодорожнику так хотелось поболь­ше увидеть в Москве не столько для себя, сколько для товари­щей, чтобы и они вместе с ним пережили столичную атмосферу. Первая в жизни прослушанная опера «Князь Игорь», первое посещение Третьяковки. И вдруг неудержимо потянуло обратно к своим, на дорогу. Семьи, родных у него не было. С кем, кроме товарищей, мог бы он еще по-родственному разделить радость.

Батальон его стоял на прежнем месте. Но ему не сразу при^-шлось взяться за привычную работу. Из многих воинских частей приглашали его на встречу и он немало поездил тогда, расска­зывая о героической работе военных железнодорожников. В ар__-хиве Ивана Петровича до сих пор хранится четвертушка серой

184

бумаги с нарисованным на нем цветными карандашами портре­том молодого солдата. У солдата румяные щеки и удивленные веселые глаза. На обороте подпись: «Нашему герою от красно­армейца Родионова». РИСуНок сделан во время одной из встреч. Самоучке-художнику удивительно удалось передать и непри­вычность Ивана Гаркавенко к славе, и смущение от всеобщего внимания и наполнявшую его радость.

А потом снова горячие будни, когда под сплошным артил­лерийским огнем, под носом у немцев железнодорожники наво­дили мосты, строили путь, тянули связь. В конце 1944 года Гаркавенко опять неожиданно вызвали в Москву.

— Война скоро закончится,— сказали ему в министерстве путей сообщения.— А работы после войны будет много. Тебе надо учиться, нам потребуются твои опыт и знания.

... Началась мирная работа, хотя темпы ее оставались по-прежнему боевыми. Он строил дорогу в Сибири, подъездные пути к шахтам в Донбассе, путепроводы, дома, депо для Куй­бышевской ГЭС, в Волгограде был командиром мостовой роты.

К двум медалям «За боевые заслуги», медалям «За оборо­ну Москвы», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Герма­нией» прибавился орден Красной Звезды.

В 1960 году демобилизовался Иван Петрович из армии, при­ехал в Ярославль, где решил обосноваться прочно и навсегда.

Поступил работать на моторный завод. И здесь выбрал он работу, где нельзя обойтись без находчивости, солдатской сме­калки, решительности и расторопности. Стал мастером таке­лажных работ. Вместе с товарищами устанавливал в заводских Цехах тяжелое оборудование, что всегда связано с немалыми

ТРУДНОСТЯМИ.

Годы идут, а забот не убавляется у ветерана. Вот уже чет­вертый год он член завкома, председатель комиссии по охране тРУДа. Немало было в его жизни риска, теперь он сам следит, чтобы люди рядом с ним как можно бережнее относились к себе, к своему здоровью. Много времени отнимает эта работа, а у Ива­на Петровича немало и других общественных поручений, он — пропагандист, дружинник. Но есть еще одно, как он считает, важнейшее его партийное поручение на всю жизнь. Хорошо знают Героя Социалистического Труда Гаркавенко во всех колах Ленинского района, на предприятиях. Он приходит на стречи с молодежью, и всегда его рассказы о боевых буднях елезнодорожников слушают с огромным интересом. Вот и в ень нашей беседы он только что вернулся из Дворца пионеров

°СЛе ВСТПРЧИ гл тк-опкниьглд,™

встречи со школьниками.

185

поколении, о том, них, наших детей и

— О чем рассказывал? О старшем что все нами сделанное мы делали для внуков.

Е. Козлова ЗАСЛУЖЕННАЯ, УВАЖАЕМАЯ

На ордена Ленина и ордена Октябрьской Революции шин­ном заводе шел обмен партийных документов. Первыми полу­чали новые партийные билеты люди, всеми уважаемые, заслу­женные. Среди них была уже не молодая женщина с золотой звездой Героя — Варвара Яковлевна Работнова. ; . Она получила партийный билет за номером . С лю­бовью вглядывалась в мудрое и доброе лицо Ильича. Ленин! С ленинским комсомолом, а потом с ленинской партией связана вся ее жизнь.

В члены партии ее принимали двадцать восемь лет назад, в апреле, в самом преддверии Победы. На собрании говорили, что своим трудом она участвовала в разгроме врага. На душе •,у нее, как и теперь, был большой праздник. И, вместе с тем, она по-деловому прикидывала, что требуется, чтобы работать еще лучше. Ведь коммунист должен быть примером, вести за собой.

; Варвара Яковлевна всегда считала своим долгом — отлич­ную работу. Вся ее биография тесно переплетается с биогра­фией дважды _ орденоносного предприятия.

В 1930 году, когда началось строительство шинного завода, Варвара Яковлевна, тогда еще Варюша Блохина, начала свои трудовой путь. Ее, безработную девчонку, биржа труда послала в школу ФЗУ учиться на резинщика, готовиться к работе на шинном заводе.

Вместе с другими фабзаучниками Варя после занятий при­ходила на строительную площадку на субботники и воскресни­ки, в которых участвовал весь Ярославль. Она копала землю, .подносила кирпичи — все делалось тогда вручную.

Жила Варя на Коровницкой, ныне Портовой, набережной. Глухие тогда Коровники не были связаны транспортом ни с центром города, ни с районом строительства. Приходилось хо­дить пешком, а путь не близкий — больше семи километров

186

один конец. Но девушка не жаловалась, и училась, и работала на совесть. Когда мать принималась ее жалеть, говорила:

_ Я ведь комсомолка. Как же мне иначе!

Один за другим поднимались заводские корпуса. Заработал механический завод, за ним — кордный, подошвенный, регене­ратный. Самые крупные заводы — шинный и асбестовый реше­но было пустить к 7 ноября 1932 года.

Месяца за два до пуска Варя окончила школу ФЗУ и пришла на шинный завод. Там ее определили в заготовительный цех (теперь заготовительный участок шестого цеха). Этому заводу, этому цеху она была верна тридцать шесть лет — всю свою тру­довую жизнь.

На первых порах Варя и другие будущие шинницы убирали из заводских корпусов строительный мусор, мыли стекла, помо­гали монтажникам. Порой вместе с ними не уходили с завода по нескольку суток.

Навсегда запомнились Варваре последние дни перед пуском. В заготовительный цех, где должны были изготовлять брасле­ты для шин, долго не шел обрезиненный корд — на первых по­рах трудно было отрегулировать подачу кордных нитей из шпу-лярника в каландр. Когда корд, наконец, поступил, оказалось, что плохо отрегулирована резательная машина. Как ни бились, ничего не выходило.

Варвара вспомнила, что на ленинградском заводе «Красный треугольник», куда ее летом посылали на практику, браслеты изготовляли вручную. Она взяла большие ножницы и, как ее учили на том заводе, стала резать корд и делать браслеты.

«Красный треугольник» поделился с ярославским шинным заводом всем, чем мог, послал сюда часть наиболее опытных рабочих и мастеров. Первую покрышку собирал ленинградский мастер Иван Захарович Иванов, который впоследствии долгое время руководил сборочным цехом.

^'тром 7 ноября покрышку понесли на демонстрацию.

За праздником потянулись будни. Не легко было осваивать заграничное оборудование, которое оказалось громоздким, тре­бовало от рабочих большой физической силы. Впоследствии все эти станки и машины были заменены более совершенными оте­чественными. Труд рабочих значительно облегчился, стал во много раз производительнее. А тогда, в первый год работы за-в°Да, страна испытывала острый недостаток резиновой обуви Для автомашин.

Нарком Серго Орджоникидзе поставил боевую задачу: заво-ДУ Удвоить производство автомобильных покрышек.

187

1

Боевую задачу и выполнять начали боевыми методами В один из выходных июльских дней в четыре часа утра было созвано партийно-комсомольское собрание. Перед этим всю ночь Варя вместе с группой других комсомольцев бегала по го­роду, разносила повестки. И вот собралась гвардия завода.

Секретарь партийной ячейки Алексей Петрович Рыбаков зачитал приказ наркома. Единогласно приняли решение: объ­явить август месяцем штурма. Когда после собрания все запели «Интернационал», у Вари гулко билось сердце. Ей, комсомол­ке, ударнице предстояло штурмовать в первых рядах, вести за собой девчат.

В штурмовой месяц Варвару назначили бригадиром. Дове­рили ей обучать и воспитывать новых работниц, вчерашних кре­стьянок. Старшие товарищи помогли молодому бригадиру усво­ить золотое правило: руководитель даже самого маленького коллектива должен быть примером во всем •— ив отношении к труду, и в отношении к людям. Он должен предъявлять высокую требовательность, прежде всего, к самому себе. Тогда по нему будут равняться.

Бригада шаг за шагом продвигалась вперед и, наконец, вы­шла в первые ряды соревнующихся.

В 1935 году передового бригадира браслетчиц послали учить­ся на курсы мастеров. В 1936 году Варвара Яковлевна приняла смену. С тех пор и работала все годы сменным мастером брас­летного участка шестого цеха.

Позже, особенно после того, как Работнова стала Героем Социалистического Труда, она часто ловила недоумевающие взгляды корреспондентов различных газет, гостей, и наших, и иностранных. Как же так! — Столько лет, и никакого роста! По­рой ее напрямик спрашивали об этом. Варвара Яковлевна усме­халась:

— А я росла вместе с заводом. Разве таким был шинный, когда я начинала! Наш браслетный участок, к примеру, хоть и называли тогда цехом, а было на нем всего одна резательная машина и три браслетных станочка. Теперь в смене около ста человек, оборудование сложное. Как по-вашему, мастер «каким он был, таким остался» или другим стал?

Завод неустанно идет вперед. За последние годы, что Вар­вара Яковлевна на пенсии, браслетный участок и вовсе переме­нился. Оборудование стало занимать два этажа. Браслетные станки усовершенствованы. Раньше приходилось затрачивать силу, чтобы снять с барабана браслет, и браслетчица порядком уставала. Сейчас она нажимает педаль, и браслет снимается сжатым воздухом. Введено горячее сквиджевание одной из Де"

188

талей браслета, сократилась ручная работа сквиджмашинисток.

Теперь браслетчица, как и сбор­щик покрышек, сама выполняет все операции, а подсобник подносит прорезиненную ткань и заправляет ее в станок. Поэтому отпал бригад­ный метод работы, сократилось чис­ло рабочих. Вместе с тем, значитель­но возросла ответственность брас-летчиц за качество их изделий. По­требовалось усилить среди них вос­питательную работу. К воспитанию молодежи все больше привлекают старых кадровых рабочих, ветера­нов. Варвара Яковлевна не раз бесе­довала с молодыми шинниками, рас­сказывала им о первой пятилетке, о трудностях того времени.

Очень трудно было осваивать

синтетический каучук, который впервые в мире стал выпускать ярославский завод СК-1. Этот завод, всего на несколько месяцев старше шинного, сперва давал еще несовершенную продукцию. Многие, в том числе и известный американский изобретатель То­мас Эдисон, не верили в советский синтетический каучук. Надо было доказать, что синтетический каучук существует, что это — важный вклад в наше народное хозяйство.

Варвара Яковлевна помнит, сколько труда вложили шинни­ки, изготовляя из СК партию покрышек для автомашин, кото­рые шли в Каракумский пробег. Это было летом 1933 года. Все тогда по газетам, по радио следили за тем, как по пескам Каракумской пустыни, по старым верблюжьим тропам пробира­лись отечественные грузовики, обутые в шины из синтетического каучука. И дальний путь, и раскаленные пески пустыни оказа­лись не страшны для этих шин.

Сорок лет прошло с тех пор, но шинница и сейчас гордится изделиями, которые выдержали такое тяжелое и ответственное испытание. Очевидно, именно тогда она со всей полнотой ощу­тила свою ответственность перед заводом, перед страной за свой ТРУД, за плоды его.

В мае 1939 года резино-асбестовый комбинат, а значит, прежде всего его ведущий завод — шинный наградили орденом Ленина. В производственные успехи, которые принесли эту высокую награду, вложила свой труд и Варвара Яковлевна.

189

Какой это был яркий, солнечный день, когда тысячи рабочих пришли со знаменами и плакатами на торжественный митинг к заводским воротам!

3 июля 1941 года. Митинг. По-деловому решительно рабо­чие обсуждали речь Председателя Государственного Комитета Обороны . Десять тысяч рук поднялись за резо­люцию, в которой говорилось:

«...Обязуемся все, как один, работать с удесятеренной энер­гией, высокопроизводительно, без устали. Дадим нашей слав­ной, доблестной Красной Армии столько автопокрышек и другой продукции, сколько потребуется для победы над злейшим вра­гом всего человечества — фашизмом.

...Будем беречь как зеницу ока наши заводы... Все, как один, вступим в народное ополчение. Теснее спло­тим свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии и Советского правительства...»

Всю войну на шинном работали в две смены, по двенадцать часов в сутки. Июньской ночью сорок третьего года, когда фашистская авиация бомбила шинный, Варвара Яковлевна бы­ла дома. Узнав о беде, помчалась на завод. Здесь всюду стлал­ся едкий дым: горели валики с кордом, с прокладкой...

Заготовительного участка не было — эта часть корпуса вме­сте с оборудованием рухнула вниз, в первый этаж. Да не толь­ко заготовительный участок — и другие цеха лежали в облом­ках, важнейшее оборудование было искорежено. Это было не­переносимо, и Варвара Яковлевна заплакала.

Не так давно, беседуя с молодыми коммунистами, Работно-ва рассказывала им о том, как она вступала в партию. Партий­ное собрание проходило через несколько дней после того, как бомбили завод. Коммунисты собрались в изуродованном кор­пусе, сидели на обгоревших балках, на обломках оборудования, в воздухе еще пахло горелой резиной.

На повестке дня стояли два вопроса: прием в партию и вос­становление производства. Первым разбирали заявление масте­ра Варвары Яковлевны Работновой о приеме ее кандидатом в члены ВКП(б). Приняли единогласно.

На следующий день молодому кандидату партии дали пер­вое партийное поручение: быть агитатором среди рабочих дру­гих предприятий, присланных в помощь шинникам на восста­новление завода. Это поручение было временным — завод пус­тили через три месяца. Но Варвара Яковлевна, поняв силу и значение агитационной работы, ведет ее и по сей день. Прихо­дят новые слушатели, встают новые задачи, но слово коммуни­ста, разъясняющее эти задачи, всегда бывает нужным.

190

...Тогда, летом сорок третьего, в обеденный перерыв она за­биралась на крышу к кровельщикам и рассказывала им о том, какой это был красавец завод, как он помогал фронту. Ведь шинники — инициаторы Всесоюзного социалистического сорев­нования предприятий резино-каучуковой промышленности, они первыми завоевали переходящее Красное знамя Государствен­ного Комитета Обороны. Говорила, как на фронте ждут про­дукцию шинного, как надо торопиться всем, кто работает на его восстановлении.

В ту пору она редко ходила домой. Поспит немного на обго­релых тканях — и снова за работу. Разбивала кувалдой разру­шенные стены, таскала носилки с битым кирпичом, выполняла самую тяжелую работу.

Сделали невозможное — завод пустили раньше правительст­венного срока. Работники машиностроительных заводов, они изготовили отличное оборудование. Вскоре шинники взяли преж­ний темп, завоевали переходящее Красное знамя Государствен­ного Комитета Обороны. Когда кончилась война, знамя осталось на заводе на вечное хранение.

В 1957 году Работнова оставила свою хорошо обученную, дисциплинированную смену «А», на которую она положила не мало сил, и добровольно перешла в новую смену «Г», где было много новичков, а из старых рабочих такие, от которых другие мастера почему-либо захотели избавиться.

Из своей прежней смены 'Варвара Яковлевна взяла только одну бригаду комсомолки Галины Уткиной. Бригада была хоро­шая, но мастер расформировала ее, опытных работниц поста­вила к новичкам, а Галина стала бригадиром комсомольско-молодежной бригады, скомплектованной, опять-таки из нович­ков. Таким образом, на новую смену стали распространяться влияние и опыт смены «А».

Работнова организовала живое, действенное соревнование. На станинах браслетных станков ежечасно записывалась вы­работка. Работницы видели, каковы результаты их труда, сравнивали с показателями своих подруг. После смены на ко­ротких «летучих» совещаниях обсуждали итоги. Тот, кто выр­вался вперед, рассказывал, за счет чего добился этого. Отстаю­щих спрашивали, в чем причина? Впрочем, мастер обращал на них внимание еще во время работы, если было надо — помогал. Поэтому, невыполнение нормы становилось «ЧП».

В 1960 году торжественно отмечалось пятидесятилетие Меж­дународного женского дня. В Москву съехались передовые тру­женицы из ряда городов и сел страны. Были там и представи­тельницы Ярославской области, а в их числе — Варвара Яков-

191

левна Работнова. В день 8 марта был обнародован Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении большой группы женщин — передовиков промышленности и сельского хо­зяйства. Варваре Яковлевне было присвоено звание Героя Со­циалистического Труда.

Работнову послали делегатом на съезд профсоюза рабочих нефтяной и химической промышленности, а на съезде избрали членом Центрального Комитета этого профсоюза. Она стала подробно вникать в работу заводской профсоюзной организа­ции, вместе с руководством завода изыскивать возможности для того, чтобы ускорить жилищное строительство, улучшить лет­ний отдых рабочих и их детей. Заботиться о том, чтобы везде, во всех звеньях, возросло влияние профсоюзной организации на производственные дела.

Еще требовательнее к себе стала Работнова после того, как была избрана делегатом XXI съезда партии и участвовала в его работе. Съезд, обсуждавший вопросы дальнейшего строитель­ства коммунизма, явился самым большим, самым главным со­бытием в жизни Варвары Яковлевны. Рассказывая потом о съезде на собраниях трудящихся Ярославля и области, она под­черкивала, что сила наша — в мудрости партии, в ее единении с народом. Надо выполнять планы, начертанные партией, от­лично трудиться.

...Очень дружная, передовая была ее смена. А Варвара Яков­левна, вспоминая то время, улыбается с грустинкой: