Мой ХХ век. Воспоминания (стр. 22 )

В июне 1984 г. в Болгарии состоялось совещание академий наук социалистических стран по многостороннему сотрудничеству в области общественных наук. Делегации возглавляли вице-президенты. В состав нашей делегации вошли академик , другие ученые. Я также был в их числе. И вот в вновь поднял вопрос о целесообразности баллотироваться мне в действительные члены по Отделению истории. Эту идею сразу же поддержал Петр Николаевич Федосеев. В Москве он обсудил этот вопрос с Президентом АН СССР академиком , и было решено объявить в Отделении истории вакансию в действительные члены с учетом моей специализации. После объявления выборов в Академию наук в печати позвонил академику . Разговор получился интересный. Сергей Леонидович сказал: «Владимир Алексеевич, в Отделении 12 академиков. Один голос — это мой — вы уже имеете. Вам предстоит получить еще 11 голосов».

Перед Общим собранием Отделения истории выступил на заседании Бюро Отделения с докладом: «Вклад ИНИОН в развитие исторической науки». Доклад прошел успешно. После доклада ко мне подошел академик и сказал: «Очень рискованно было перед самыми выборами выступать с таким докладом, но у вас получилось хорошо. Это должно помочь».

В Общем собрании Отделения истории я, естественно, не участвовал. В конце дня узнал, что в первом туре проходной балл — по 8 голосов — получили сразу три члена-корреспондента АН СССР: , и я. Отделение обратилось в Президиум АН СССР с просьбой выделить две дополнительные вакансии, но получило отказ. На следующий день состоялся второй тур голосования. В результате я получил 10 голосов и был избран, а и получили меньше 8 голосов. Но впереди предстояло еще Общее собрание АН СССР — праздновать победу был рано. При входе в здание Московского университета, где проходило Общее собрание, встретился с моим другом академиком . Он сказал мне, что кто-то распускает слух: если меня изберут академиком, то я стану главным ученым секретарем Президиума АН СССР, сменив на этой должности . Сразу стало ясно, что такие разговоры ведутся целенаправленно и могут мне сильно повредить. Однажды такой слух уже сработал. активно опровергать это измышление, использовать для этого все возможности. Он это пообещал и действительно выполнил. С такой же просьбой я обратился и к ряду других академиков. В значительной мере эту новую «диверсию» против меня удалось нейтрализовать. Итак, в декабре 1984 г. я был избран академиком по специальности «экономическая история», перешел из Отделения экономики в Отделение истории и активно включился в его работу. Члены Отделения видели во мне ведущего специалиста в области разработки проблем отечественной и зарубежной экономической истории. Этими сюжетами я продолжаю заниматься и по сей день. Данная область знания, охватывающая все века и страны, неисчерпаема.

Во главе Научного совета АН СССР

по экономической истории

Прежде всего, хочу отметить, что ценность историко-экономического знания для историков, экономистов, демографов и представителей других специальностей очевидна: оно способствует анализу прошлого в интересах настоящего и будущего. В конце 80-х и в 90-е гг. в нашей стране стала складываться благоприятная ситуация для расширения и углубления историко-экономических исследований, которые длительное время находились у власти в «опале».

В январе 1988 г. на заседании Бюро Отделения истории я выступил с докладом «О развитии исследований по экономической истории». Прежде всего отметил, что эта отрасль исторической науки в организационном плане в Отделении никак не оформлена. Отсутствует единый план работы по экономической истории, в институтах нет структурных подразделений, специально занимающихся ее изучением. Без знания экономической истории анализ современных процессов, прогнозы социально-экономического развития могут оказаться лишенными исторической почвы и научной обоснованности. Например, американский ученый профессор Р. Батри, разработавший ряд прогнозов экономического развития США, часть из которых подтвердилась, на вопрос, как ему удается предсказывать события задолго до того, как они произойдут, ответил: «Мне это позволяет делать знание исторических фактов. Мною собраны данные за последние три столетия».

Далее в докладе я отметил, что к числу актуальных вопросов экономической истории относятся генезис собственности в нашей стране в ХХ столетии, а также такие проблемы, как демографическая, энергетическая, продовольственная и экологическая, которые уже привлекли внимание советских историков, этнографов и востоковедов.

Упомянул здесь только основные положения доклада. В заключение выдвинул задачу в сжатые сроки разработать и утвердить целевую комплексную программу исследований по экономической истории до 2000 г., рассмотреть вопрос о создании соответствующего Научного совета, а также структурных подразделений и творческих групп в институтах Отделения.

Эти предложения были поддержаны и дополнены участниками заседания. Бюро приняло развернутое постановление, в котором признало изучение экономической истории одним из важных направлений исследовательской работы в институтах.

Для меня это постановление имело принципиальное значение — оно определило мою роль в Отделении истории. Через год Бюро Отделения утвердило персональный состав Научного совета по проблемам экономической истории под моим председательством. В состав Совета вошли наиболее видные специалисты по экономической истории, работавшие как в институтах Отделения истории, так и за его пределами. Одновременно была утверждена комплексная программа развития этой области знания, рассчитанная на 10 лет. Она охватывала 47 тематических направлений. В институтах Отделения была начата подготовка около 100 коллективных работ и монографий. Научный совет стремился объединить вокруг указанной программы творческие научные силы, оживить всю работу в области экономической истории, определить ее место в системе общественных наук, выступить инициатором и организатором научных встреч, дискуссий, а также публикации документов, архивных и информационных материалов, подготовки практических рекомендаций.

Особенно большая работа была развернута в Институте российской истории. Это направление исследований возглавил известный ученый профессор . Много сделал и Институт всеобщей истории, где Отделом экономической истории руководил доктор исторических наук . Под его руководством стал традиционным «круглый стол» по проблемам экономической истории.

Бюро Научного совета уделяло внимание участию российских ученых в работе международных научных конгрессов по экономической истории (в Бельгии, Италии, Испании и Аргентине). Итоги этих конгрессов рассматривались на заседаниях Бюро Отделения истории или Национального комитета историков. В результате делались выводы, предусматривавшие внесение изменений в направления развития историко-экономических исследований с учетом достижений мировой науки.

Бюро Совета избрало в качестве одного из главных направлений работы организацию научных конференций, в том числе международных, по наиболее актуальным проблемам экономической истории. Такие конференции были призваны привлечь внимание специалистов к темам и направлениям, которые имеют не только теоретическое, но и практическое значение. Есть основания утверждать, что проведенные научные конференции способствовали оживлению исследовательской работы по экономической истории в России.

За двенадцать лет работы Советом было подготовлено шесть научных конференций:

— «Проблемы экономической истории капитализма» (март 1989 г.);

— «Кооперация. Место и роль в экономической истории» (март 1990 г.);

— «Госсобственность, госкапитализм, приватизация: история и современность» (апрель 1991 г.);

— «Россия во внешнеэкономических отношениях: уроки истории и современность» (ноябрь 1993 г.);

— «Экономическая история России XIX–XX вв.: современный взгляд» (ноябрь 1997 г.);

— «Собственность в ХХ столетии (социально-экономические, политические и правовые аспекты)» (декабрь 2000 г.).

Материалы первых четырех конференций были опубликованы весьма оперативно, в год их проведения, и стали достоянием широкого круга специалистов. Большой интерес вызвала третья конференция. Вопрос о роли и месте государственной собственности в механизме капиталистического воспроизводства и ранее привлекал внимание политических и научных кругов. В центре дискуссии, развернувшейся на конференции, оказались судьбы национализированных отраслей в условиях структурной перестройки капиталистической экономики, новых форм переплетения государственного и частного капитала. В центре внимания оказалась проблема приватизации, которая получала все более широкое распространение в Европе и в государствах на других континентах. В 80-е гг. происходила переоценка сложившихся в предыдущие годы представлений о допустимых масштабах участия государства в предпринимательской деятельности. Многообразие форм перестройки государственно-монополистического механизма лишь подтверждало тот очевидный факт, что капитализм в целом оказался способным к серьезным преобразованиям традиционных моделей государственного вмешательства в экономику. Этот вывод, к которому пришли участники конференции, приобретал все более важное теоретическое и практическое значение.

Закономерно, что пятая конференция привлекла ученых из многих регионов России — в ней приняло участие до 200 историков-экономистов. К конференции в Институте научной информации по общественным наукам РАН была подготовлена специальная выставка новейших книг по экономической истории. Доклады, представленные на конференцию, показали, что социально-экономические и политические преобразования, происходящие в России накануне XXI в., имеют большое значение для будущего государства.

Развернувшаяся дискуссия убедительно показала, что попытки решения вопроса о путях дальнейшего развития общества без знания конкретных фактов экономической истории порождают лишь плюрализм высказываемых мнений и предложений, которые не могут быть подкреплены реальными, убедительными аргументами. Этим определяется важность историко-экономической информации, призванной удовлетворить запросы самых различных категорий пользователей — ученых и практиков хозяйствования, руководителей различных уровней управления, широких кругов читателей.

Методически конференция способствовала коррекции мнений в теории и практике выбора пути дальнейшего развития, сбалансированному подходу в отборе всего полезного из досоветского, советского и постперестроечного опыта, заставляла более внимательно отнестись к особенностям общественно-экономического развития России. Исходя из необходимости формирования стратегии социально-экономического развития России в XXI столетии, участники конференции рассмотрели ключевые проблемы экономической истории России, раскрыли направления и технологию реформирования экономики на различных исторических этапах, изменения характера и методов государственного регулирования.

Особое внимание было уделено анализу эволюции аграрных отношений, влияния финансово-кредитной системы на динамику развития отраслей производственной и непроизводственной сфер. Конференция показала, что фактически все проблемы экономического развития страны имеют региональный срез, идет ли речь о системе управления экономикой, о становлении рыночной инфраструктуры, о привлечении иностранного капитала и т. д. Поэтому оценки роли регионов в развитии страны, взаимодействия с центром и между ними, характера специализации и кооперирования на различных этапах российской и советской истории требуют большого внимания и новых подходов.

Экономическую роль государства в России, огромной по своим масштабам многонациональной стране, следует, несомненно, отнести к одной из важнейших исторических традиций, идет ли речь о методах прямого или косвенного регулирования, о поддержке предпринимательской деятельности или решении социальных проблем. На основе материалов конференции в 2000 г. была опубликована книга с тем же названием. Ключевую роль в публикации сыграл Институт российской истории.

Опыт западных стран, где подобные исследования приобрели широкий размах, свидетельствует, что они должны обеспечиваться целой системой государственных и общественных институтов, занимающихся проведением научных исследований, организацией научных конференций и подготовкой кадров историков-экономистов.

В России складываются условия, позволяющие вывести историко-экономические исследования на уровень, достигнутый мировой наукой. Наряду с Научным советом по проблемам российской и мировой экономической истории Отделения истории РАН при историческом факультете Московского университета создан Центр экономической истории. Центр активно работает, провел ряд конференций, издает труды. С 1992 г. действует Ассоциация «История предпринимательства в России». В Волгограде создан Научно-исследовательский институт экономической истории России ХХ в. Этот институт является головным учреждением в области экономической истории для вузов страны. Происходит организационное объединение специалистов по экономической истории на Урале и в других регионах.

В 1999 г. Научный совет по согласованию с Отделением истории решил провести на исходе тысячелетия (в декабре 2000 г.) большую международную научную конференцию «Собственность в ХХ столетии (социально-экономические, политические и правовые аспекты)». В подготовке конференции наряду с Научным советом приняли участие Институт российской истории, Институт научной информации по общественным наукам, Институт экономики, Институт мировой экономики и международных отношений, исторический факультет Московского университета.

Оргкомитет конференции в течение года провел большую подготовительную работу. В результате для обсуждения на конференции было представлено специалистами по экономической истории из разных городов России свыше 100 докладов. Конференция состоялась 5–6 декабря 2000 г.

С приветствием к участникам конференции обратился президент Российской Путин. Он отметил, что «вопросы собственности, развитие и изменение ее форм всегда играли ключевую роль в истории человеческой цивилизации. Но в современной России, где происходит переход от государственной собственности к различным формам частной и смешанной собственности, эти вопросы имеют особое значение. Поэтому очень важно продолжить поиск более эффективных и менее болезненных для общества путей такого перехода, определить роль государства в новых экономических условиях.

Уверен, что ваша дискуссия о путях развития собственности в нашей стране станет не только существенным вкладом в науку, но будет полезна и с практической точки зрения».

Президент Российской академии наук в своем приветствии участникам конференции подчеркнул важность подхода Оргкомитета, выделившего «тему собственности в качестве универсальной научной задачи… Именно ретроспективный взгляд на ХХ столетие способен помочь в разработке полноценных стратегий социального и экономического развития России в наступающем веке».

Открывая конференцию, во вступительном слове я отметил, что проблемы возникновения собственности, развития ее различных форм, влияния на общественные отношения привлекала внимание мыслителей и в древние времена, и в Средневековье, и в новое, и в новейшее время. И это не случайно — ибо простейшая форма собственности появилась вместе с возникновением человеческого общества. В каждую историческую эпоху собственность имела свои особенности, специфический характер, оказывала различное влияние на развитие производительных сил и общества в целом. Вопрос о собственности, об изменении ее форм всегда был одним из самых острых, животрепещущих в истории человечества.

Исходя из исторического опыта, подчеркнул, что с частной собственностью связаны богатство и бедность, неравенство людей по отношению к средствам производства и предметам потребления. Еще Аристотель заметил, что человеческой природе близка именно частная собственность. Инстинкт частной собственности глубоко укоренился в человеческой природе, и попытки изжить его, неоднократно предпринимавшиеся на протяжении веков, всегда оканчивались провалом.

Известно, что в марксизме вопросу о собственности вообще и об общественной собственности в особенности отводится центральное место. Маркс, рассматривая собственность как объективное, экономическое отношение между людьми, видел в ней «самую глубокую тайну, скрытую основу всего общественного строя».

Октябрьская революция ознаменовала начало невиданного по своим масштабам эксперимента по трансформации формы собственности и построению новой системы хозяйствования, основанной на государственной форме собственности. Этот эксперимент, как мы знаем, окончился на наших глазах неудачей. В соревновании между социализмом и капитализмом победил последний. Однако и социалистический общественный строй не раз демонстрировал свои преимущества, оказывал влияние на мировое развитие.

Нельзя не отметить, что победитель в указанном соревновании совсем не похож на своего «близкого предка» — капитализм XIX в. Можно сказать, что значительная часть ХХ в. прошла под знаком «социализации» капитализма. Государство, которое вынуждено было взять на себя больше ответственности за экономические процессы в условиях глубочайшей депрессии, а затем и во время Второй мировой войны, не ушло в тень и в мирное время. Напротив, оно превратилось в важнейшего игрока на социально-экономическом поле, что породило в конечном счете специфический круг новых проблем.

В 60–80-е гг. ХХ в. политика активного государственного участия в воспроизводстве общественного богатства, которая определенное время была выгодна монополистическому капиталу, постепенно утрачивала свое значение. Государственные предприятия стали обременительны для экономики. Немалую роль здесь сыграла бюрократизация управления государственной собственностью. Наступила эра либерализации экономики, свободной конкуренции, реструктуризации государственных предприятий и их приватизации.

Экономические реформы, включая приватизацию, развернулись в России и других бывших социалистических странах. Здесь эти процессы проходят неоднозначно. Наиболее сложен оказался процесс перехода от всеобъемлющей социалистической собственности к частной в России.

Международная научная конференция «Собственность в ХХ столетии» привлекла внимание многих видных специалистов, работающих в различных областях социального и гуманитарного знания. В ней принимали участие более 300 научных работников. В представленных на конференцию докладах были всесторонне проанализированы российский и мировой исторический опыт эволюции собственности в ХХ столетии.

По общему мнению участников конференции, она прошла успешно. Это было отмечено на заключительном пленарном заседании, посвященном подведению итогов ее работы. Конференция, несомненно, внесла вклад в изучение форм собственности в ХХ столетии, способствовала выдвижению новых идей, прогнозов развития собственности в XXI в.

Глава девятая

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ПЕРЕСТРОЙКА

И РАСПАД СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Потрясения 80-х годов

В июньские дни 1974 г., когда с переездом в новое здание перед ИНИОН открылись широкие возможности для развития информационной деятельности, я, разумеется, не предполагал, что проработаю в должности директора еще 24 года. Не мог, разумеется, и предвидеть, что страну впереди ждут тяжелые испытания, произойдет распад Советского Союза, который так больно скажется на всей России, на работе Института, на жизни сотрудников, на мне лично.

В 1982–1985 гг., т. е. за каких-нибудь два с половиной года, ушли из жизни один за другим три Генеральных секретаря ЦК КПСС. Пришедший к руководству партией в 1985 г. Михаил Сергеевич Горбачев, совсем недавно ставший секретарем ЦК КПСС и членом Политбюро, в отличие от своих предшественников был молод, полон сил и казался готовым к проведению широких экономических реформ, способствующих укреплению социализма. Все это подкупало, его первые начинания встретили поддержку в народе.

Мне тогда невольно вспомнился давний разговор с группой французских ученых и дипломатов, входивших в состав советско-французской межправительственной Комиссии по научно-техническому сотрудничеству, в которой я проработал несколько лет. Очередное заседание Комиссии, проходившее в Москве, совпало по времени с выборами в Академию наук СССР. Когда я вернулся с заключительного заседания Общего собрания АН СССР, мои французские коллеги заинтересовались итогами выборов и, прежде всего, средним возрастом членов Академии. Отвечая, я допустил оплошность, сказав, что средний возраст наших академиков выгодно отличается от возраста членов Академии Франции. Реакция одного из французов была мгновенной: «Зато у нас министры молодые», — сказал он. Это был намек на то, что все основные руководящие должности в СССР занимали люди пенсионного возраста. Мне нечем было парировать это вполне справедливое утверждение. И вот теперь во главе партии, наконец, стоял молодой руководитель. Это радовало, возникла надежда на перемены к лучшему.

впервые увидел в конце июня 1984 г. В это время я вернулся из командировки в Чехословакию. Дома меня ждало сообщение, что на следующий день я приглашен в ЦК КПСС на совещание экономистов. Около 10 часов утра вошел в зал заседаний Секретариата ЦК КПСС. Зал был полон, увидел только одно свободное место рядом с академиком в первом ряду, напротив стола президиума. От Тиграна Сергеевича и узнал, что на совещание приглашены ведущие экономисты из Москвы и союзных республик для обсуждения состояния советской экономики.

Через несколько минут вошли и . Михаил Сергеевич открыл совещание кратким вступительным словом, в котором прозвучала серьезная озабоченность положением дел в стране и содержался призыв к откровенному обмену мнениями. Особенно, подчеркнул Горбачев, будут приветствоваться конкретные, обоснованные предложения по исправлению допущенных ошибок в руководстве экономическим развитием страны.

Совещание продолжалось два дня. Разговор был действительно откровенный и полезный. Участники совещания подняли много острых проблем, вносили предложения по их разрешению на основе развития технического прогресса, использования достижений науки и техники. Речь шла не просто о «косметическом ремонте» социализма, а о коренной перестройке экономики. Не буду перечислять выступивших экономистов с академическими званиями и без оных. Вспомнил о совещании, чтобы высказать мои первые впечатления о Горбачеве. Я сидел напротив. Нас разделяло не больше двух метров, и я мог наблюдать реакцию Михаил Сергеевича на каждое выступление, на особенно остро поставленные экономические вопросы. Хочу отметить, что он улавливал и записывал все наиболее интересное. Значит, подумалось тогда, в руководстве Политбюро появился человек, который разбирается в экономических проблемах, ищет выход из тяжелой ситуации, сложившейся в стране.

В перерыве я подошел к Михаилу Сергеевичу, представился и передал ему несколько последних информационных изданий ИНИОН. Он поблагодарил и сказал, что знает Институт, ценит его работу и уже не раз использовал в выступлениях наши информационные материалы, в частности при подготовке продовольственной программы.

На следующий день совещание открыл . Он отметил полезность уже состоявшегося обмена мнениями. В первый день совещания, подчеркнул он, в ряде выступлений указывалось на существующую на предприятиях недооценку инженерно-технического персонала. Заработную плату инженерно-технические работники получают, как правило, более низкую, чем рабочие, что отрицательно сказывается и на авторитете инженера, и, как следствие, на самом производстве. Как бы подкрепляя этот тезис, Владимир Иванович рассказал, что в тот день утром инструктор ЦК на автобусной остановке прочитал объявление: «Химчистке требуется приемщица белья — оклад 150 р. и инженер-электрик — оклад 110 р.». Такое отношение к дипломированным инженерам, заявил Долгих, совершенно недопустимо. Меня удивило, что секретарь ЦК КПСС, хорошо знающий производство (в недавнем прошлом он был директором Норильского горно-металлургического комбината), сообщил данный факт как нечто для него новое, о чем следует рассказать участникам совещания.

, став Генеральным секретарем ЦК КПСС, провозгласил курс на перестройку экономики и других сторон жизни советского общества, он часто и многословно выступал, говорил о необходимости борьбы с коррупцией и теневой экономикой. К сожалению, как оказалось потом, продуманной, конкретной программой экономических реформ Горбачев не располагал. Концепция ускорения социально-экономического развития не была подкреплена взвешенными организационными и экономическими мерами. Реализация в целом правильных законов «О кооперации», «О предприятии» фактически вылилась в очередную кампанию, которых было так много в догорбачевский период. К ним добавилась катастрофическая по своим последствиям борьба с пьянством и алкоголизмом. Она привела к вырубке виноградников, массовому самогоноварению, к нарастанию продовольственного дефицита, к развитию инфляционных тенденций.

В 1987 г. в соответствии с решением июньского пленума ЦК КПСС о коренной перестройке управления экономикой, была сделана попытка придать регулирующей функции государства большую гибкость, заменив всеобъемлющее планирование государственными заказами. Однако от директивных заданий госзаказы мало чем отличались как по номенклатуре продукции, так и по ее объему. Проведение конкурса при их размещении не предусматривалось. Предприятиям разрешалось продукцию, производимую сверх заказа, реализовывать свободно по договорным ценам. Это была робкая попытка становления рыночных отношений.

Однако данное начинание не было подкреплено радикальными, жизненно необходимыми экономическими преобразованиями. Государство по-прежнему оставалось единственным заказчиком. Материально-финансовыми средствами обеспечивалось производство только заказанной продукции. Госзаказ подчас охватывал от 95% до 100% производственных мощностей предприятий, не оставляя им возможностей для действительного развития коммерческой деятельности. В результате указанных и других недостатков к концу 80-ых годов система госзаказов постепенно разрушилась. Возможность совершенствования государственного регулирования экономики в очередной раз была упущена. Административные рычаги управления советской экономикой практически уже перестали работать; некогда жесткая система была дезорганизована, распадалась буквально на глазах, под влиянием заложенных в нее в годы перестройки центробежных сил. Стало ясно, что возврат к прежнему состоянию невозможен.

Недальновидные и недостаточно проработанные экономические решения привели к легализации теневого капитала, расширению экономического пространства, на котором он хозяйничал. В дальнейшем теневой капитал стал одним из основных источников формирования частной собственности. Постепенно развернулась скрытая «стихийная» приватизация промышленных предприятий. К концу 80-х гг. было уже ясно, что перестройка фактически провалилась, экономика перестала быть управляемой.

Складывающуюся в стране предкризисную политическую и экономическую ситуацию я глубоко переживал. Мне трудно было осознать, почему не принимаются, казалось, лежащие на поверхности решения. Со стороны экономистов вносилось много рациональных предложений, но они оставались невостребованными, зачастую из-за ложного понимания принципов социалистического хозяйствования. Один из постулатов, наносивший колоссальный ущерб, состоял в том, что при социализме не может быть безработицы, хотя еще К. Маркс утверждал, что в каждом динамически развивающемся обществе необходимо наличие резервной армии труда. Выдавая отсутствие безработицы за одно из коренных достижений социализма, руководство государства закрывало глаза на перенасыщение большинства заводов и фабрик рабочей силой. Это отрицательно сказывалось на производительности труда и на заработке рабочих. Фонд зарплаты был привязан к численности занятых. Сокращалось их число, и тут же урезывался фонд заработной платы. Ни о какой материальной заинтересованности и повышении производительности труда в этих условиях не могло быть и речи.

Вспоминается разговор с другом моего детства Александром Куприяновым. В Казани мы жили в соседних домах. В 1972 г. во время одного из посещений родного города я разговорился с Сашей о его работе на заводе, об организации труда, оплате рабочих. Он мне, в частности, сказал, что зарабатывает в месяц «свои 250 рублей». Я задал вопрос: «Почему “свои”?» Ответ был обескураживающим, но убедительно иллюстрирующим вышесказанное. Оказывается, хотя он имел высшую квалификацию токаря, фрезеровщика и слесаря-лекальщика, больше ему заработать не давали. Если по уже выполненным нарядам его заработок превышал указанную сумму, то выплату «излишка» переносили на следующий месяц, а ему — мастеру на все руки — поручали вытачивать болты и гайки. «Если бы я постоянно выполнял работу, соответствующую моей квалификации, то без напряжения зарабатывал бы в два раза больше», — закончил Саша.

Правительство при решении экономических вопросов всегда проявляло нерешительность. Приведу один любопытный пример. В середине 70-х гг. (дату я не запомнил) мне пришлось по поручению Международного отдела ЦК работать с делегацией испанских парламентариев. В программу их визита входила встреча с председателем Московского Промысловым. Состоялась интересная беседа о перспективах развития Москвы, в том числе наземного общественного транспорта. Владимир Федорович отметил, что в целом этот транспорт убыточен. Поднять его рентабельность можно, если повысить оплату трамвайных билетов с 3 копеек до 5, а троллейбусных на одну копейку. Тогда стоимость билетов в трамвае, троллейбусе, автобусе и метро станет единой — 5 копеек. Это позволило бы не только покрыть дефицит, но и улучшить работу транспорта в целом. Затраты населения возрастут явно незначительно. Соответствующее предложение Моссовет внес в правительство, но получил отказ. В случае его принятия проезд в нашем городском транспорте по-прежнему оставался бы самым дешевым в мире.

Потерпев неудачи в перестройке экономики, попытался укрепить свой пошатнувшийся авторитет с помощью критики своих предшественников. В средствах массовой информации началась разнузданная кампания очернения всего советского. Справедливая критика преступлений и злоупотреблений переросла в ниспровержение всех достижений социализма. Оказывалось, что в жизни советских людей никогда не было ничего светлого. Несомненные успехи в области образования, науки и культуры, получившие мировое признание, были перечеркнуты. То же самое можно сказать и о многом другом, чем советские люди всегда гордились. Даже подвиг народа в Великой Отечественной войне пытались оклеветать, поставить под сомнение. Как-то академик с возмущением показал мне журнальную статью, в которой некий кандидат исторических наук писал, что наша победа в войне против фашистской Германии была ошибкой. Следовало войну проиграть, социализм был бы ниспровергнут, и сегодня мы жили бы так же хорошо, как живет народ ФРГ. Прочитал, и меня охватило чувство омерзения. Ведь победа нацистской Германии означала бы превращение нашей страны в сплошной «Освенцим». Ни о какой «хорошей жизни» не могло бы быть и речи. Большего кощунства трудно себе представить. Это было открытое надругательство над памятью миллионов советских воинов, погибших на фронтах, людей, умерших от голода в Ленинграде, расстрелянных гитлеровцами во временно захваченных городах и селах. В тот период в средствах массовой информации подобных клеветнических высказываний было более чем достаточно.

В середине 1985 г. тяжело заболела моя мать. После двух месяцев пребывания в больнице ей стало лучше, и ее выписали. Казалось, что все наладится, но в начале сентября она снова почувствовала себя плохо, и мы увезли ее с дачи в Москву. Снова больница. На этот раз спасти Марию Александровну не удалось. Я потерял самого дорого мне человека, так много сделавшего для меня и для всей моей семьи. Мать скончалась 7 сентября в возрасте 87 лет. Ее похоронили на Ново-Кунцевском кладбище Москвы. Проститься с Марией Александровной пришли и родственники, и мои друзья, и коллеги по работе. Было сказано много добрых слов, выражены соболезнования. Но слова не могут смягчить горечь утраты.

Прошел год, и в нашей семье произошло важное, радостное событие. Наш сын Алексей в сентябре 1986 г. женился. Его супруга Ирина Валентиновна окончила 1-й Московский медицинский институт и работала в Институте по изысканию новых антибиотиков Академии медицинских наук СССР. В 1990 г. в их семье родился сын. Назвали его Дмитрием. Мы с женой стали дедушкой и бабушкой. Появление внука нас очень радовало. Первые полтора года Ирина и Митя жили в нашей квартире. Алексей, работавший в то время в Генеральной прокуратуре СССР, почти постоянно находился в командировках в различных «горячих точках». С нашей стороны делалось все возможное, чтобы обеспечить внучонку комфортные условия. Годы бежали незаметно. Митя подрастал. В летний период на даче я часто гулял с внуком, ходили на пруд и речку, ловили маленьких рыбешек. Митя быстро научился распознавать разные грибы и очень любил их собирать. Его интересовали бабочки, кузнечики, ящерицы, лягушки. С другими детьми он быстро сходился и весело играл. Сейчас, когда я пишу эти строки, Мите уже 15 лет. Он стал высоким, стройным юношей, очень смышленым и ласковым. Жизненные интересы его еще не определились, но, скорее всего, он будет тяготеть к естественным наукам.

От событий домашних перейду к делам академическим. В 1985 г. я был назначен заместителем председателя Секции общественных наук Президиума АН СССР. Председатель секции академик поручил мне заниматься обеспечением институтов различным электронным оборудованием. Дело это было сложное – валютные средства, выделяемые Академии, с каждым годом сокращались. Тем не менее, кое-что удавалось сделать. В аппарате Совета Министров СССР меня знали, и это помогало. Особенно хорошие отношения сложились с – помощником , а затем и . Юрий Васильевич ценил информационные издания ИНИОН и, по мере сил, способствовал приобретению электронной техники. В результате больших усилий удалось добиться выделения Секции общественных наук 300 тысяч инвалютных рублей для покупки персональных компьютеров. С торжествующим видом я вошел в кабинет Федосеева. Однако его реакция на распоряжение Совета Министров меня обескуражила: Петр Николаевич сказал, что на всю выделенную сумму следует закупить ксероксы – таково мнение большинства директоров Институтов. Попробовал возразить, сослался на распоряжение, в котором объединению «Гостехника» поручено закупить компьютеры, а не ксероксы. Петр Николаевич ответил, что берется все уладить. И тут в голову пришла удачная мысль проконсультироваться с начальником «Союзглавприбора» , которого хорошо знал. С разрешения Федосеева позвонил ему по правительственному телефону. Владимир Дмитриевич выслушал и сказал, что я прав, и совершенно неожиданно спросил, сколько ксероксов нам требуется? Вопрос озадачил, но я сходу ответил: двадцать шесть. Поплавский несколько секунд помолчал и сказал, что готов продать такое количество за рубли: «Привезите письмо с соответствующей мотивировкой, подписанное вице-президентом РАН академиком , – и я выпишу счет». Так институты Секции получили и персональные компьютеры, и ксероксы. Воистину «не имей сто рублей, а имей сто друзей». В советские времена дружеские связи имели большое значение. Естественно, моя работа в Секции не ограничивалась только «добыванием» техники. Довольно часто я заменял Федосеева во время его отпуска или командировок. Приходилось снова вникать во все академические дела, выполнять различные поручения руководства. Делал это не без пользы и для ИНИОН.