Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (стр. 50 )

Следует особо отметить, что в законодательстве большинства государств с развитым правопорядком предусмотрен так называемый запрет конкуренции, под которым понимается адресованный работнику запрет работать на конкурирующем предприятии в период его трудовых отношений с работодателем.

Поэтому в условиях отсутствия прямого запрета в российском законодательстве, не полагаясь на общий запрет разглашения секрета производства, работодателю целесообразно включать в трудовые договоры положение о запрете работнику работать по совместительству в конкурирующей организации.

Статья 1471. Секрет производства, полученный при выполнении работ по договору

Комментарий к статье 1471

1. В комментируемой статье установлены правила определения принадлежности секрета производства, полученного при выполнении работ по гражданско-правовым договорам.

В соответствии с ранее действовавшим законодательством, т. е. в ст. 12 ("Охрана конфиденциальности информации в рамках гражданско-правовых отношений") Федерального закона от 01.01.01 г. N 98-ФЗ "О коммерческой тайне" регулировались отношения между обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, и его контрагентом в части, касающейся охраны конфиденциальности информации, которая была исключена в результате принятия Федерального закона от 01.01.01 г. N 231-ФЗ (СЗ РФ. 2006. N 52 (ч. 1). Ст. 5497).

2. В абзаце первом комментируемой статьи перечислены виды гражданско-правовых договоров, при выполнении которых полученный секрет производства принадлежит подрядчику (исполнителю), если соответствующим договором (государственным или муниципальным контрактом) не предусмотрено иное: договор подряда; договор на выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских или технологических работ; государственный или муниципальный контракт на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

Как следует из вышеизложенного, комментируемая норма охватывает все виды договоров, перечисленных в главах 37 и 38 ГК РФ. Между тем ничто не препятствует включить в указанный перечень договор возмездного оказания услуг, урегулированный в главе 39 ГК РФ.

Следует особо указать, что комментируемая норма сформулирована как диспозитивное правило, которое может быть заменено сторонами договора подрядного типа, в результате чего секрет производства будет принадлежать заказчику.

Ввиду того обстоятельства, что комментируемая норма регулирует только принадлежность секрета производства, полученного при выполнении работ подрядного типа, стороны договора, исходя из принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ), вправе сами определять условия такого договора.

При этом к существенным условиям указанного договора следует отнести предмет договора, цену договора, если договор является возмездным, а также конфиденциальность секрета производства.

Кроме того, следует иметь в виду положение ст. 575 ГК РФ о запрете дарения в отношениях между коммерческими организациями. В отношении указанного договора стороны не могут, при отсутствии в договоре указания на цену, установить ее, основываясь на ценах, взимаемых в сравнимых обстоятельствах.

3. Сформулированная в абзаце втором комментируемой статьи норма предусмотрена для случая, когда секрет производства получен при выполнении работ по договору, заключаемому главным распорядителем или распорядителем бюджетных средств с федеральными государственными учреждениями. В этом случае исключительное право на такой секрет производства принадлежит подрядчику (исполнителю), если договором не установлено, что это право принадлежит Российской Федерации.

Как и в предыдущем случае (абзац первый комментируемой статьи), комментируемая норма сформулирована как диспозитивное правило, допускающее иное решение вопроса о принадлежности секрета производства. Отличие заключается в том, что сторона заказчика может быть представлена только Российской Федерацией, выступающей в качестве субъекта гражданского права. Кроме того, в качестве подрядчиков (исполнителей) могут быть представлены только федеральные государственные учреждения.

Понятие главного распорядителя бюджетных средств, определенное в ст. 158 БК РФ, включает главного распорядителя средств федерального бюджета (орган государственной власти Российской Федерации, имеющий право распределять средства федерального бюджета по подведомственным распорядителям и получателям бюджетных средств, а также наиболее значимое бюджетное учреждение науки, образования, культуры, здравоохранения и средств массовой информации), а также главного распорядителя средств бюджета субъектов РФ, средств местного бюджета (орган государственной власти субъекта РФ, орган местного самоуправления, бюджетное учреждение, имеющее право распределять бюджетные средства по подведомственным распорядителям и получателям средств бюджета субъекта РФ, средств местного бюджета, определенные ведомственной классификацией расходов соответствующего бюджета).

Распорядителем бюджетных средств, согласно ст. 159 БК РФ, считается орган государственной власти или орган местного самоуправления, имеющие право распределять бюджетные средства по подведомственным получателям бюджетных средств. При этом распорядитель бюджетных средств может быть уполномочен Правительством РФ (органом исполнительной власти субъекта РФ, органом местного самоуправления) представлять соответственно сторону государства (субъекта РФ, муниципального образования) в договорах о предоставлении соответственно средств федерального бюджета (бюджета субъектов РФ, местного бюджета) на возвратной основе, государственных гарантий (муниципальных гарантий), бюджетных инвестиций.

Статья 1472. Ответственность за нарушение исключительного права на секрет производства

Комментарий к статье 1472

1. Комментируемая статья посвящена важному вопросу ответственности за нарушение исключительного права на секрет производства.

Сложность доказательства правонарушений в указанной сфере крайне ослабляет систему реальной защиты прав и интересов обладателей секретов производства.

Право на секрет производства фактически лишено исключительного характера, поскольку любой самостоятельный разработчик секрета производства или его добросовестный приобретатель считается законным правообладателем, однако ни один из них не пользуется монопольным положением на рынке.

2. В пункте 1 комментируемой статьи дается определение нарушителя исключительного права на секрет производства путем изложения примерного (открытого) перечня правонарушителей.

Так, нарушителем исключительного права на секрет производства считается в том числе лицо:

- которое неправомерно получило сведения, составляющее секрет производства, и разгласило или использовало эти сведения;

- обязанное сохранять конфиденциальность секрета производства в соответствии с п. 2 ст. 1468 (правообладатель в договоре об отчуждении исключительного права), п. 3 ст. 1469 (лицензиар и лицензиат в лицензионном договоре) или п. 2 ст. 1470 ГК РФ (гражданин, которому в рамках трудовых правоотношений стал известен секрет производства).

Лицо, которое нарушило исключительное право на секрет производства, обязано возместить убытки, причиненные правонарушением, если иная ответственность не предусмотрена законом или договором с этим лицом.

Первая категория правонарушителей характеризуется тем, что они получают доступ к секретам производства в результате своих противоправных действий: неправомерное получение, разглашение или использование сведений, составляющих секрет производства.

Неправомерное получение сведений, составляющих секрет производства, должно толковаться широко и включать в себя, в частности, совершение действий по завладению данными, к которым отсутствует свободный доступ, любыми незаконными способами, в том числе путем похищения документов (промышленный шпионаж), подкуп служащих конкурента.

Лица, допустившие перечисленные выше правонарушения, обязаны возместить убытки, причиненные обладателю секрета производства (ст. 15 ГК РФ, параграф 1 главы 59 ГК РФ "Обязательства вследствие причинения вреда").

Понятие "разглашение" секрета производства не раскрыто в ГК РФ. Для восполнения указанного пробела можно использовать аналогичное понятие, предусмотренное в ст. 3 Закона о коммерческой тайне. Указанное понятие касается разглашения информации, составляющей коммерческую тайну, однако оно применимо и к секрету производства, поскольку в результате внесения изменений в Закон о коммерческой тайне (Федеральный закон от 01.01.01 г. N 231-ФЗ) термины "информация, составляющая коммерческую тайну" и "секрет производства" стали синонимами. Таким образом, под разглашением секрета производства понимается действие или бездействие, в результате которых сведения, составляющие секрет производства, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становятся известными третьим лицам без согласия обладателя таких сведений либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору.

Лицо, не обеспечившее сохранность конфиденциальности секрета производства в соответствии с гражданско-правовыми договорами (договор об отчуждении исключительного права на секрет производства, лицензионный договор), обязано возместить другой стороне договора убытки, если иное не предусмотрено договором (в том числе ограничение размера ответственности, выплата неустойки). В данном случае применяются положения о договорной ответственности (гл. 25 "Ответственность за нарушение обязательств" ГК РФ).

3. Гражданин (работник), получивший доступ к секрету производства в рамках трудовых правоотношений, обязан сохранять конфиденциальность полученных сведений до прекращения действия исключительного права на секрет производства.

Поскольку гражданское законодательство не содержит положений об ответственность работника за нарушение обязательства по сохранению конфиденциальности секрета производства, принадлежащего его работодателю, целесообразно обратиться к нормам трудового законодательства.

В качестве общего правила ст. 238 Трудового кодекса РФ устанавливает, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. При этом неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Таким образом, Трудовой кодекс РФ (ТК РФ) обязывает работника возместить причиненный работодателю ущерб, но не убытки.

В пункте 1 комментируемой статьи также указано, со ссылкой на п. 2 ст. 1470 ГК РФ, что нарушитель исключительного права на секрет производства обязан возместить причиненные убытки, если иная ответственность не предусмотрена законом. Именно иной вид ответственности предусмотрен ТК РФ - ограниченная материальная ответственность работника. За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка (ст. 241 ТК РФ). Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными законами.

Установленный в ст. 243 ТК РФ перечень случаев полной материальной ответственности является исчерпывающим, т. е. он не может быть расширен ни в локальных правовых актах организации, ни в трудовых договорах, заключаемых с работниками.

Норма п. 7 части 1 ст. 243 ТК РФ, казалось бы, дает правовую основу на уровне федерального закона для установления полной материальной ответственности за ущерб, причиненный разглашением сведений, составляющих в том числе коммерческую тайну.

Однако после внесения в 2007 г. изменений в Закон о коммерческой тайне в его ст. 11 исключен п. 4 части 3, который ранее обязывал работника возместить причиненный работодателю ущерб, если работник виновен в разглашении информации, составляющей коммерческую тайну, ставшей ему известной в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Кроме того, в связи с внесенными в Закон о коммерческой тайне изменениями понятие "коммерческая тайна" окончательно трансформировалось из объекта охраны в режим конфиденциальности информации, что в принципе привело к выхолащиванию его содержательной части.

Поэтому в большинстве случаев работник несет ограниченную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, в то время как экономические потери работодателя от разглашения секрета производства обычно выражаются именно в упущенной выгоде. Здесь можно усмотреть несогласованность действий законодателя в различных отраслях нормотворческой деятельности.

Однако в отдельных случаях имеется возможность возложить на работника полную материальную ответственность за ущерб, причиненный работодателю в связи с разглашением его секрета производства. Таким случаем является причинение ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей, предусмотренное п. 8 части первой ст. 243 ТК РФ.

На практике такие случаи имеют место, если разглашение секрета производства происходит, например, при выполнении работником работы по совместительству, т. е. когда ущерб работодателю по основному месту работу обусловлен трудовой деятельностью работника у другого работодателя. Поэтому при определении размера материального ущерба, причиненного работником разглашением секрета производства работодателя (разглашение секрета производства в рамках работы по совместительству можно презюмировать), следует исходить из того, что такой ущерб, как причиненный не при исполнении трудовых обязанностей работника по основному месту работы, подлежит возмещению с применением норм гражданского законодательства, т. е. по правилам наступления деликтной ответственности с возмещением работодателю убытков.

4. Пункт 2 комментируемой статьи освобождает от ответственности за безвиновное нарушение исключительного права на секрет производства. Так, лицо, которое использовало секрет производства и не знало и не должно было знать о том, что его использование незаконно, в том числе в связи с тем, что оно получило доступ к секрету производства случайно или по ошибке, не несет ответственность, предусмотренную комментируемой статьей.

В комментируемой норме приведен один из способов добросовестного (безвиновного) использования чужого секрета производства: случайное или ошибочное получение доступа к секрету производства, что в принципе умаляет и без того ослабленный характер исключительного права на секрет производства.

Вместе с тем дальнейшее использование секрета производства лицом, которое прежде не знало и не должно было знать о незаконном использовании чужого секрета производства, может привести к предъявлению к нему требований правообладателя о прекращении использования секрета производства и возмещению правообладателю причиненных убытков.

Глава 76. ПРАВА НА СРЕДСТВА ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ ЮРИДИЧЕСКИХ

ЛИЦ, ТОВАРОВ, РАБОТ, УСЛУГ И ПРЕДПРИЯТИЙ

§ 1. Право на фирменное наименование

Статья 1473. Фирменное наименование

Комментарий к статье 1473

1. Комментируемая статья открывает параграф 1, посвященный регулированию отношений, складывающихся в связи с правовой охраной фирменного наименования - одного из видов средств индивидуализации.

На протяжении многих лет в СССР, а затем в Российской Федерации практически единственным источником <1> правового регулирования фирменных наименований было Положение о фирме, утвержденное Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 01.01.01 г. (далее - Положение о фирме) (Собрание законодательства СССР. 1927. N 40. Ст. 395).

<1> Можно также отметить ст. 149 ("Право на фирменное наименование") Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 01.01.01 г. (Ведомости СССР. 1991. N 26. Ст. 733); ст. 10 Закона РФ от 01.01.01 г. N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (Ведомости РСФСР. 1991. N 16. Ст. 499).

С введением в действие части первой ГК РФ 1 января 1995 г. нормы Положения о фирме действовали в той части, в какой они не противоречили ГК РФ.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 01.01.01 г. N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Вводный закон) Положение о фирме и Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик признаны недействующими на территории РФ.

Следовательно, до введения в действие части четвертой ГК РФ в сфере правовой охраны фирменных наименований действовали некоторые статьи Положения о фирме, ряд статей ГК РФ и отдельные статьи, посвященные фирменным наименованиям, некоторых специальных Законов, например ст. 2, 4, 7 и 11 Федерального закона от 01.01.01 г. "Об акционерных обществах" (СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 1), ст. 2 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. "Об обществах с ограниченной ответственностью" (СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 785), ст. 4 Федерального закона от 01.01.01 г. "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (СЗ РФ. 2002. N 48. Ст. 4746).

Положения ст. 54 ГК РФ являлись определяющими в сфере правовой охраны фирменных наименований. Согласно п. 4 указанной статьи исключительное право на использование фирменного наименования связывалось с его регистрацией, порядок которой должен был определяться законом и иными правовыми актами в соответствии с ГК РФ.

Однако специальный закон в сфере правовой охраны фирменных наименований в России так и не был принят. Законодатель отказался от регистрационной системы, учитывая, по-видимому, значительные финансовые расходы по ее созданию, а также неизбежные в таком случае коллизии с нормами международного права, изменив соответствующим образом ст. 54 ГК РФ, а также внеся изменения в другие статьи ГК РФ и специальных законов.

2. На международном уровне, в рамках международных договоров универсального характера, фирменным наименованиям посвящено только несколько статей, большинство из которых сосредоточено в Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 01.01.01 г. (далее - Парижская конвенция), с последующими изменениями и дополнениями.

Фирменное наименование (nom commercial, trade name) включено в перечень объектов охраны промышленной собственности согласно стПарижской конвенции.

В статье 8 Парижской конвенции предписывается, что фирменное наименование охраняется во всех странах Союза (т. е. в странах, к которым применяется Конвенция) без обязательной подачи заявки или регистрации и независимо от того, является ли оно частью товарного знака.

Положения ст. 9 Парижской конвенции предусматривают арест при ввозе продуктов, незаконно снабженных товарным знаком или фирменным наименованием в тех странах Союза, в которых этот знак или фирменное наименование имеют право на законную охрану.

В соответствии со ст. 2 (viii) Конвенции от 01.01.01 г., учреждающей Всемирную организацию интеллектуальной собственности (далее - Конвенция, учреждающая ВОИС), под интеллектуальной собственностью понимаются права, относящиеся, в частности, к фирменным наименованиям (nom commercial, trade name) и коммерческим обозначениям (denomination commerciale, commercial name).

Как следует из вышеизложенного, термин "фирменное наименование" появился в Парижской конвенции в 1883 г. для обозначения одного из объектов промышленной собственности. Этот же термин указан в качестве объекта интеллектуальной собственности в 1967 г. в Конвенции, учреждающей ВОИС, наряду с новым термином, обозначающим новый объект интеллектуальной собственности - коммерческое обозначение.

Указанная выше терминология утвердилась в законодательстве и доктрине, и поэтому представляются беспочвенными сомнения в корректности перевода на русский язык термина nom commercial, trade name как фирменного наименования и утверждения о якобы наличии охраны коммерческих обозначений согласно стПарижской конвенции.

Эти немногочисленные нормы в сфере правовой охраны фирменных наименований обязательны для Российской Федерации, и они имеют приоритет перед национальными нормами, поскольку Россия участвует как в Парижской конвенции, так и в Конвенции, учреждающей ВОИС.

3. На национальном уровне правовое регулирование отношений в сфере фирменных наименований отличается большим разнообразием и в принципе не поддается унификации.

В некоторых государствах в качестве фирменного наименования может быть избрано практически любое обозначение. К государствам, придерживающимся принципа "свободы фирмы", относятся, например, США, Великобритания, Канада, Япония.

Государства континентальной Европы исторически более привержены принципу "истинной фирмы", в соответствии с которым индивидуальные предприниматели обязаны основывать свой бизнес только под своим собственным именем. На практике, однако, этот принцип последовательно не может быть соблюден с реорганизациями и переходами прав собственности на предприятия. А применительно к акционерным обществам и обществам с ограниченной ответственностью этот принцип вообще не применим.

Источники права, в которых содержатся нормы, регулирующие порядок возникновения, использования, защиты от нарушения и прекращения права на фирменное наименование, весьма разнообразны в зависимости от правовой системы и правовых традиций конкретного государства.

Такие нормы могут быть включены в торговые кодексы (ФРГ), законодательство о пресечении недобросовестной конкуренции (Япония), законодательство о компаниях или корпорациях (Великобритания, США), законодательство о товарных знаках (Испания), международных договорах регионального характера (Соглашение о создании Африканской организации интеллектуальной собственности, приложение V) либо устанавливаться судебными прецедентами.

Законодательные акты комплексного характера, предметом регулирования которых были бы исключительно фирменные наименования, встречаются достаточно редко (например, Швеция - Закон о фирменных наименованиях 1974 г., Финляндия - Закон о фирменных наименованиях 1979 г., Закон Республики Армения "О фирменных наименованиях" 1999 г.).

4. В пункте 1 комментируемой статьи установлено, кого должно индивидуализировать фирменное наименование: юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией (т. е. хозяйственные товарищества и общества, производственные кооперативы, государственные и муниципальные унитарные предприятия).

Ранее для столь однозначного вывода не было достаточных оснований, поскольку, хотя в большинстве статей ГК РФ, относящихся к фирменным наименованиям, и предусматривалось, что фирменное наименование индивидуализирует юридическое лицо, в ГК РФ имелись также положения, согласно которым фирменное наименование индивидуализировало предприятие, выступающее как объект права (п. 2 ст. 132, ст. 559). Полагаю, что в этом проявилось влияние Положения о фирме, согласно которому фирменное наименование в целом индивидуализировало предприятие, принадлежащее тому или иному юридическому лицу.

С внесением изменений в ст. 132 и 559 ГК РФ, согласно которым термин "фирменное наименование" уступил место термину "коммерческое обозначение", указанное противоречие устранено, и в России окончательно утвердилась концепция индивидуализации фирменным наименованием юридического лица, владельца предприятия.

5. Следует особо отметить, что указанная выше концепция не получила широкого распространения в мировой практике.

С учетом всех различий в национальных законодательствах в общем виде в большинстве государств фирменное наименование - это имя или обозначение, предназначенное для идентификации предприятия определенного физического или юридического лица.

Это определение практически совпадает с определением фирменного наименования, которое закреплено в стd) Типового закона для развивающихся стран "О товарных знаках, фирменных наименованиях и недобросовестной конкуренции", разработанного ВОИС в 1967 г.: "Фирменное наименование означает имя или обозначение, определяющее предприятие физического или юридического лица" (BIRPI. Geneva, 1967).

Например, в Швеции для того, чтобы фирменное наименование могло быть зарегистрировано, оно должно быть способно отличать предприятие собственника от других предприятий (ст. 9 Закона о фирменных наименованиях // Industrial Property. 1986. N 10. Text 1-001).

От упомянутых выше определений фирменного наименования отличается определение, предусмотренное ст. 2 Закона Армении о фирменных наименованиях: фирменное наименование - это название, под которым юридическое лицо осуществляет свою деятельность и которым отличается от других юридических лиц. (Промышленная собственность. Официальный бюллетень. Ереван, 2001. N 2(18). С.

6. В комментируемом пункте закреплена обязанность юридического лица, являющегося коммерческой организацией, правда, не в такой абсолютной форме, как прежде, иметь фирменное наименование.

Примечательная особенность российского законодательства о фирменных наименованиях: обладание фирменным наименованием является одновременно не только правом, но и обязанностью. Сделано это в публичных интересах, с целью устранения с рынка анонимных товаров, работ (услуг).

В общей норме п. 4 ст. 54 ГК РФ эта обязанность проявлена более определенно: юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь фирменное наименование.

7. В пункте 1 комментируемой статьи предписано, что фирменное наименование юридического лица, являющегося коммерческой организацией, определяется в его учредительных документах и включается в Единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Как следует из вышеизложенного, в России принята система условной регистрации фирменного наименования, по сути, сходная с системой регистрации, согласно ст. 149 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, когда включение сведений о фирменном наименовании в государственный реестр юридических лиц приравнивалось к государственной регистрации фирменного наименования.

В тех государствах, где действует сугубо регистрационная система охраны фирменных наименований, сведения о фирменных наименованиях заносятся в отдельный реестр фирменных наименований и публикуются в отдельных официальных бюллетенях.

Примечательно, что в России сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, в том числе полные наименования юридических лиц, формально считаются открытыми и общедоступными. Так, согласно Приказу Федеральной налоговой службы от 01.01.01 г. N САЭ-3-09/355@ сведения, содержащиеся в указанном Реестре, размещаются в сети Интернет на сайте ФНС России и публикуются в журнале "Вестник государственной регистрации" еженедельно (Бюллетень НА РФ. 2006. N 28). Указанная косвенная система оповещения о фирменных наименованиях не требует в принципе дополнительных расходов, являясь в то же время полезным источником доказательств при разрешении споров в отношении исключительного права на фирменное наименование.

8. В комментируемой статье не дается определение понятия фирменного наименования.

Пункт 2 данной статье содержит только признаки, которым должно соответствовать фирменное наименование юридического лица: указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности.

Следовательно, фирменное наименование должно быть словесным обозначением, оно должно иметь индивидуализирующую функцию, т. е. оно должно обладать способностью отличать одно юридическое лицо от другого юридического лица, оно не должно быть описательным.

Следует особо подчеркнуть, что требование различительной способности (т. е. отсутствие простого указания на род деятельности организации, например "Электрификация") в отношении фирменного наименования минимально. Поэтому даже добавление одного элемента к словесному обозначению делает возможным обойти чужое фирменное наименование (например, "Электрификация плюс").

Согласно комментируемому пункту как указание на организационно-правовую форму юридического лица, так и собственно наименование юридического лица являются обязательными частями в структуре фирменного наименования.

В литературе принято подчеркивать относительную автономность двух частей фирменного наименования - основной (обязательной) части, определяющей организационно-правовую форму юридического лица, и специальной (отличительной) части фирменного наименования. Специальная (отличительная) часть должна включать обязательный элемент, представляющий собой словесное обозначение, служащее, соответственно, для индивидуализации юридического лица, и может включать факультативный элемент, например сокращенное фирменное наименование. Именно специальная (отличительная) часть фирменного наименования, состоящая из оригинального, зачастую фантазийного обозначения, по существу, служит для индивидуализации того или иного юридического лица.

К сожалению, анализируемый пункт не содержит положения о том, что фирменное наименование не должно быть ложным, т. е. оно не должно вводить в заблуждение граждан относительно рода деятельности, характера, целей и порядка образования юридического лица, обязательно присутствующего в законодательствах или в судебной практике государств с развитым правопорядком.

Упущение законодателя здесь более чем очевидно, поскольку имелась подсказка в виде положения абзаца второго ст. 7 Положения о фирме, согласно которому не дозволяется включать в фирму обозначения, способные вводить в заблуждение.

9. В пункте 3 комментируемой статьи закреплено дополнительное требование к фирменному наименованию: оно должно быть составлено на русском языке.

В этом пункте оно обозначено как полное фирменное наименование (в состав которого входит указание на организационно-правовую форму юридического лица и, собственно, его наименование).

Кроме императивной нормы, п. 3 содержит ряд факультативных правомочий юридического лица в отношении формы выражения фирменного наименования.

Во-первых, юридическое лицо вправе иметь сокращенное фирменное наименование на русском языке.

Во-вторых, юридическое лицо вправе иметь дополнительно полное и (или) сокращенное фирменное наименование на языках народов Российской Федерации и (или) иностранных языках.

В-третьих, фирменное наименование юридического лица на русском языке и языках народов России может содержать иноязычные заимствования в русской транскрипции или, соответственно, в транскрипциях языков народов России. Указанное правомочие не распространяется на термины и аббревиатуры, отражающие организационно-правовую форму юридического лица.

10. В пункте 4 комментируемой статьи закреплен исчерпывающий (т. е. закрытый) перечень обозначений, преимущественно официальных наименований, которые не могут включаться в фирменные наименования юридического лица. Сделано это в целях устранения возможного введения в заблуждение граждан в отношении истинного статуса организаций, отражающего их реальный масштаб деятельности.

К таковым относятся следующие обозначения:

- полные или сокращенные официальные наименования Российской Федерации <1>, иностранных государств, а также слова, производные от таких наименований;

<1> В отношении использования в названиях организаций наименований "Россия", "Российская Федерация" и образованных на их основе слов и словосочетаний см. Постановление Правительства РФ от 7 декабря 1996 г. N 1463 (СЗ РФ. 1996. N 51. Ст. 5816), в ред. Постановлений Правительства РФ от 2 февраля 1998 г. N 112 (СЗ РФ. 1998. N 6. Ст. 773) и от 01.01.01 г. N 380 (СЗ РФ. 2004. N 31. Ст. 3268).

- полные или сокращенные официальные наименования федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления;

- полные или сокращенные наименования международных межправительственных организаций;

- полные или сокращенные названия общественных объединений;

- обозначения, противоречащие общественным интересам, а также принципам гуманности и морали.

В комментируемом пункте предусмотрены также исключения из указанного выше правила о запрете включения в фирменное наименование определенных обозначений.

Так, фирменное наименование государственного унитарного предприятия может содержать указание на принадлежность такого предприятия, соответственно, РФ и субъекту РФ.

Кроме того, включение в фирменное наименование акционерного общества официального наименования Российской Федерации, а также производных от этого наименования слов допускается по разрешению Правительства РФ, если более 75% акций акционерного общества принадлежит России.

Такое разрешение (равно как и его отзыв) выдается согласно порядку, установленному законом, без указания срока его действия и может быть отозвано в случае отпадения обстоятельств, в силу которых оно было выдано.

11. В случае несоответствия фирменного наименования требованиям п. 3 или 4 комментируемой статьи орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, <1> вправе предъявить такому юридическому лицу иск о понуждении к изменению фирменного наименования (п. 5 комментируемой статьи).

<1> В настоящее время органом, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц, является, согласно Указу Президента РФ от 9 марта 2004 г. N 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" (СЗ РФ. 2004. N 11. Ст. 945), Федеральная налоговая служба, находящаяся в ведении Министерства финансов РФ.

Полагаю, что законодатель имел в виду предъявление иска в суд, в данном случае в арбитражный суд, с целью понуждения к изменению фирменного наименования.

В таком случае не совсем ясно, почему законодатель не наделил орган, осуществляющий регистрацию юридического лица, правомочием отказать в регистрации заявленного обозначения в качестве фирменного наименования по причине его несоответствия установленным требованиям либо предложить заявителю в течение установленного срока изменить соответствующим образом фирменное наименование.

Полагаю также, что любые лица могут предъявить иски в суд с целью понуждения к изменению фирменного наименования в случае его несоответствия п. 3 и 4 комментируемой статьи.

12. В данной статье не определены правовые последствия несоответствия фирменного наименования требованиям ее п. 2, в котором изложены признаки фирменного наименования.

Следует полагать, что любое лицо вправе подать в суд иск о признании регистрации фирменного наименования недействительной вследствие его несоответствия требованиям п. 2, в частности в случае описательного характера фирменного наименования, т. е. когда оно состоит только из слов, обозначающих род деятельности юридического лица.

13. Как указано в ст. 14 Вводного закона, фирменные наименования юридических лиц, не соответствующие правилам параграфа 1 главы 76 ГК РФ, подлежат приведению в соответствие с этими правилами при первом после 1 января 2008 г. изменении учредительных документов юридических лиц.

В случае неисполнения упомянутого выше предписания орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, должен действовать в соответствии с п. 5 комментируемой статьи, т. е. предъявлять иски к юридическим лицам о понуждении к изменению их фирменных наименований.

В связи с принятием части четвертой ГК РФ в соответствии с Вводным законом в ряде федеральных законов приняты новые редакции положений о фирменных наименованиях (с незначительными изменениями и уточнениями), в частности включена запись о том, что иные требования к фирменному наименованию устанавливаются ГК РФ (ст. 7 и 10 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности"; ст. 3 Федерального закона от 8 декабря 1995 г. N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации"; ст. 4 Федерального закона от 01.01.01 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах"; ст. 5 Федерального закона от 8 мая 1996 г. N 41-ФЗ "О производственных кооперативах"; ст. 4 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"; ст. 4 Федерального закона от 01.01.01 г. 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях").