Конституционный контроль (стр. 11 )

3 период обсуждения проекта Закона "О конституционном надзоре в СССР" некоторыми депутатами было заявлено несогласие со ст. II Закона, предусматривающей рассмотрение союзно-республиканских споров союзным органом - Комитетом конституционного надзора, так как, по их мнению, нарушалось юридическое правило - никто не может быть судьей в собственном деле3. Эти аргументы не бесспорны, так как в Комитет конституционного надзора СССР включались представители республик (ст.5 Закона). Необходимый для рассмотре­ния указанных споров нейтралитет обеспечивался конституционной нормой, согласно которой "липа, избранные в Комитет конституцион­ного надзора СССР, не могут одновременно входить в состав органов, акты которых поднадзорны комитету" (ст.124 Конституции СССР).

Теперь обратимся непосредственно к тексту Закона. Он состоял из 5 разделов, включающих 31 статью. Его можно условно разбить на две основные части. Первая посвящена общим положениям. Поскольку Закон учреждал новый политико-правовой институт, было важно его понимание как прямыми адресатами норм, так и другими субъектами права, в том числе и гражданами. Поэтому прежде всего он закреплял цели конституционного надзора в СССР4. Статья I Закона гласи­ла: "Конституционный надзор в СССР учрежден в целях обеспечения соответствия актов государственных органов и общественных органи­заций Конституции СССР, конституциям союзных республик и автоном­ных республик, охраны конституционных прав и свобод личности, прав народов СССР, демократических основ советского общества". Указан­ные положения Закона позволили не только правильно толковать со­держание акта, но и определять сферу его действия. Так, в ст.1 была четко определена основная направленность на охрану конститу­ции в правотворчестве ("обеспечение соответствия актов государст­венных органов и общественных организаций Конституции СССР, конституциям союзных и автономных республик"). Такое толкование под­тверждается ст.10, определявшей акты, поднадзорные Комитету кон­ституционного надзора СССР. В ней, в частности, закреплялось не­распространение конституционного надзора на правоприменительные акты: "Надзорные функции Комитета конституционного надзора СССР не распространяются на приговоры и иные решения судов, решения органов расследования, прокуратуры, государственного арбитража по гражданским, уголовным, административным, арбитражным делам". За­метим, что Закон РФ "О Конституционном Суде Российской Федерации" не только дал более широкое понимание нормативно-правового акта как объекта конституционного контроля, но и включил в него правоприменительную практику. Тем самым было продолжено создание все­объемлющей системы конституционного контроля, выражающейся в со­ответствующем государственно-правовом институте и охватывающем в идеале нормы, закрепляющие верховенство Конституции и ее непосредственное действие, особый порядок принятия и изменения Консти­туции, толкование (в частности, аутентическое) как форму юридиче­ской охраны Основного Закона; а также нормы, устанавливающие государственно-правовую ответственность за нарушение конституционных положений, нормы, регулирующие компетенцию, процедуру функционирования

и акты органов, призванных специально охранять Конституцию5.

Явно то, что Закон о конституционном надзоре как первый акт о специализированной охране Конституции начал с вершин в правовых завалах советской государственности, т. е. со сферы правотворчества. Но углубление реформ и учет, в том числе опыта функционирова­ния Комитета конституционного надзора СССР, показал необходимость единого () контроля на всех этапах реализации Конституции, хотя, конечно же, как отмечалось, кон­ституционная законность в первую очередь должна быть достигнута в правотворчестве. Этому выводу не противоречит тот факт, что и сейчас в России сохраняется множественность субъектов, компетенция которых может быть использована для гарантирования верховенства Конституции. Речь идет о неспециализированных органах, контроль или надзор которых носит, например, верховный характер (только в законодательстве, например, Верховный Совет Российской Федерации) или общий характер (суды общей юрисдикции).

В общей части Закона СССР "О конституционном надзоре в СССР" также определяются органы конституционного надзора (ст.2). Союзный орган учреждался . Наименование аналогичных республиканских органов определялось союзными и автономными республиками. Союзный законодатель, как уже говорилось, отказываясь от определения наименования этих органов, по-существу, предоставил республикам право самим выбирать характер органов конституционного надзора, их деятельность не подконтрольна Комитету конституционного надзора СССР. Органы конституционного надзора в СССР должны были подчиняться только Конституции СССР, конституциям республик. Основными принципами деятельности органов конституционного надзора провозглашались со­циалистическая законность, коллегиальность и гласность (ст.3). Статья 4 Закона СССР "О конституционном надзоре в СССР" касалась законодательства, регулирующего задачи, организацию и порядок осуществления конституционного надзора в СССР. В качестве таких источников выступали Конституция СССР, конституции республик, За­кон СССР "О конституционном надзоре в СССР", законы республик об органах конституционного надзора.

Вторая, значительно большая часть Закона СССР "О конституци­онном надзоре в СССР" (4 из 5-ти разделов) посвящена Комитету

конституционного надзора СССР. Закон регламентировал состав и по­рядок избрания Комитета конституционного надзора СССР (гл. II), его полномочия и порядок деятельности (гл. III), статус лиц, избранных в комитет (гл. 1У), и иные вопросы организации и деятель­ности Комитета конституционного надзора СССР, в частности, о его регламенте, публикации материалов, секретариате комитета, печати (гл. У).

Давая характеристику этой части Закона, следует заметить, что он не в полной мере соответствовал своему назначению, которое вытекало из его целей. И само наименование акта позволяло предпо­лагать более широкую сферу правового регулирования, чем это следует из его буквального содержания. Как уже отмечалось, основная часть закона посвящена Комитету конституционного надзора СССР, между тем, судя по названию ("О конституционном надзоре в СССР"), речь должна идти о регулировании всей системы конституционного надзора в СССР. Хотя понятны и намерения законодателя, отказавше­гося от детального регулирования организации и деятельности республиканских органов конституционного надзора, однако это не дол­жно идти в ущерб полноте регулирования отношений.

Так, как нам кажется, практически не были учтены взаимоотношения Комитета конституционного надзора СССР с аналогичными республиканскими органами. При всей самостоятельности этих органов их деятельность трудно представима без взаимных контактов. Что касается названия, то российские закон о Конституционном Суде учел сказанное, и его название более точно отражает содержание ак­та. Но остается открытым вопрос о взаимоотношениях Конституционного Суда России с аналогичными органами в республиках, входящих в состав Российской Федерации. Было бы целесообразным предусмотреть возможность для республиканских органов обращаться за разъяснениями норм российского законодательства, в том числе и конституционного, в Конституционный Суд России. Степень обязательно­сти такого разъяснения можно было бы определить в Законе по согласованию с республиками или в Федеративном договоре.

На наш взгляд, несовершенно были урегулирован» взаимоотноше­ния Комитета конституционного надзора с иными правоохранительными органами. Хотя в ст.16 было предусмотрено право комитета привлекать в качестве консультантов ученых и практических работников, степень обязательности, контактов, их форма не были определены

законом. Этот пробел в определенной степени преодолен в Законе российской Федерации о Конституционном Суде.

Съезд народных депутатов СССР, принимая Закон СССР "О конституционном надзоре в СССР", предусмотрел особый порядок его введения. Согласно Постановлению Съезда, Закон СССР "О конституционном надзоре в СССР", принятый 23 декабря 1989 г., был введен в действие с I января 1990 г. Кроме того, было определено, что положения названного Закона, касающиеся надзора за соответствием конституций, законов союзных республик Конституции и законам СССР, вступают в силу одновременно с изменениями и дополнениями раздела Конституции СССР о национально-государственном устройстве СССР. Это исключение не распространялось на осуществление комитетом надзора за нормативными правовыми актами, касающимися основных прав и свобод граждан.

Правовая база конституционного надзора в СССР включала аналогичные республиканские законы. В качестве действующего республиканского закона о конституционном надзоре можно привести Закон Татарской ССР "О конституционном надзоре в ТССР". Он принят ровно через год после союзного - в декабре 1990 года. Причем, если дан­ный закон СССР рождался в жарких дискуссиях на Съезде народных депутатов СССР, в печати и был принят только через полгода, то аналогичный процесс в Татарстане прошел в достаточно короткий срок. Это связано в первую очередь с тем, что практически не вставал вопрос о целесообразности такого органа, с его безусловным признанием как необходимого атрибута правового государства, цель формирования которого провозглашена в Декларации о государ­ственном суверенитете Татарской ССР.

Кроме того, закон ТССР разрабатывался и принимался на основе уже имеющейся общесоюзной законодательной базы. Последнее привело еще и к тому, что закон ТССР во многом повторяет положения общесоюзного акта. Не сразу был решен вопрос об учреждении конституционного суда, хотя на сессии Верховного Совета ТССР, когда при­нимался закон, такие предложения высказывались. Помимо ссылки на общесоюзную практику, в качестве аргумента приводилась необходимость наработки опыта специализированной охраны Конституции, ука­зывалась перспектива преобразования в дальнейшем комитета в Кон­ституционный Суд. Усиление исполнительной власти после учреждения поста Президента Татарстана, укрепление позиции парламента респу­блики актуализируют вопрос о Конституционном Суде.