Конституционный контроль (стр. 15 )

контроль и рецензировать проекты договоров и нормативных актов, консультировать кого бы то ни было о подведомственным вопросам, высказывать суждения о конституционности неподписанных договоров, непринятых нормативных актов, отсутствующей практики их применения и несовершенных действий, (п.6 ст.32 Зако­на РФ "О Конституционном Суде Российской Федерации"). В то же время есть основания говорить о его превентивных Функциях. Во-первых, подобная реакция возможна и на подготовку к слушанию де­ла в Конституционном Суде. Во-вторых, целям предупреждения конституционных нарушений могут служить послания Конституционного Суда Российской Федерации (ст.54 Закона Российской Федерации). В-третьих, постановления Конституционного Суда по делам о консти­туционности правоприменительной практики, признающие неконституционными обыкновения правоприменительной практики, предупреждают решения, не соответствующие Конституции.

Анализ практики Комитета конституционного надзора СССР пока­зывает, что игл были сделаны определенные шаги для обеспечения верховенства Конституции, прав и свобод человека. Важное место здесь занимают предположения Президента СССР. Взаимоотношения Коми­тета конституционного надзора СССР и главы государства тем интересны, что оба органа являлись гарантами соблюдения Конституции, основных прав и свобод человека, но речь идет о самостоятельных органах в системе государственности.

В Законе СССР "О конституционном надзоре в СССР" (ст.3) ска­зано: "Органы конституционного надзора в СССР самостоятельны и подчиняются только Конституции СССР, конституциям союзных и авто­номных республик". В России такая многосубъектность в охране Кон­ституции сохраняется, хотя она не так заметно проявляется ввиду того, что Конституционный Суд учрежден в качестве сильного контрольного органа. По предложению Президента СССР Комитет конститу­ционного надзора СССР давал заключения о соответствии законов и иных правовых нормативных актов Конституции СССР. Принципиальный вопрос, рассмотренный комитетом по инициативе Президента, - постановление Съезда народных депутатов РСФСР от 20 июня 1990 г. "О механизме народовластия в РСФСР". (Одно из его положений: не допускается совмещение должности руководителя государственного органа власти или управления с любой другой должностью, в том чи­сле в политических или общественно-политических организациях.)

Комитет пришел к заключению: указанная норма "не соответствует положениям Конституции СССР, законодательству СССР о труде и международным обязательствам СССР о правах человека и потому теряет силу с момента принятия настоящего заключения"21.

Также по предложению Президента СССР комитетом был рассмотрен вопрос о соответствии постановления Верховного Совета Латвий­ской Республики от 4 августа I990 г. "О приостановлении действия на территории Латвийской Республики распоряжения Совета Министров СССР от 2 ноября 1989 г. № 000р "О прописке состоящих на действительной военной службе военнослужащих сверхсрочной службы по месту дислокации воинской части" Конституции СССР. Комитет установил, что упомянутое постановление существенно ограничивает пра­ва и законные интересы военнослужащих и членов их семей на терри­тории этой республики и принято с нарушением порядка разрешения разногласий между Союзом ССР и союзной республикой, и заключил, что указанное постановление не соответствует Конституции СССР, международным обязательствам и утрачивает силу22.

Основное значение деятельности Комитета конституционного надзора СССР состоит в том, что было положено начало становлению "третьей" правосудной власти на уровне высших государственных органов23. Так, при рассмотрении ряда дел конституционной проверке подверглись нормативные акты Совета Министров СССР: комитет рассмотрел вопрос о соответствии существующего в стране порядка, до­пускающего применение неопубликованных нормативных актов о правах, свободах и обязанностях граждан, Конституции СССР и международно­му праву. На заседании комитета прозвучала информация: согласно подсчетам экспертов КГБ СССР 70 процентов правовых актов, касающихся прав и свобод граждан в СССР, в той или иной мере носят за­крытый характер; только у Президиума Верховного Совета СССР, Совета Министров СССР, КГБ СССР, МВД СССР, Главного управления государственного таможенного контроля при Совмине СССР в общей сло­жности 210 действующих актов с грибами "секретно", "для служебно­го пользования", "не для печати", "особая папка".

Таким образом, как было отмечено в заключении комитета, налицо условия для произвольного, неправомерного и неконтролируемо­го обществом ограничения прав и свобод, для возложения на граждан дополнительных, обременительных обязанностей, а также для предос­тавления неоправданных льгот. Люди лишены возможности в полной

мере использовать свои конституционные и иные права. Исходя из этого, Комитет конституционного надзора СССР обязал государствен­ные органы в трехмесячный срок опубликовать изданные ими нормати­вные акты, касающиеся прав, свобод и обязанностей граждан и не­опубликованные раньше из-за триста ограниченного пользования24.

Приостановление 14 сентября I99C г. комитетом Указа Президента СССР о регламентации проведения массовых мероприятий в пре­делах Садового кольца г. Москвы стало первым случаем в истории со­ветской государственности, когда акт высшего должностного лица по официальному решению "со стороны" утратил юридическую силу, прав­да, в последующем конституционная оценка президентских указов ос­ложнилась, так как законом от 24 сентября 1990 г. Верховный Совет СССР на полтора года делегировал Президенту СССР законодательные полномочия по довольно широкому кругу вопросов, и указы по этим вопросам приобрели силу законов. Аналогичное положение не помеша­ло Конституционному Суду Российской федерации отменить один из указов Президента России. Деятельностью комитета были охвачены и законы Верховного Совета СССР. Например, законы о делегировании законодательных полномочий Президенту СССР, о милиции и государственной безопасности25.

Решение комитетом принципиальных вопросов через определение исходных правовых позиций представляется весьма существенным. Ими, как символами, очерчиваются контуры законодательной системы с очень важной стороны - конституционных и международно признанных прав человека. Комитет оказался тем органом, который во взаимодействии с законодательным учреждением пытался практически внедрить международно признанные права человека в действующую систему, установить по этим вопросам своего рода "планку″ и, следовательно, его работа была нацелена на то, чтобы поднять, возвысить советское право до уровня стандартов современных правовых систем, передовых требований, базирующихся на фундаментальных правах и свободах человека26.

Можно привести еще один очень важный документ, принятый комитетом - это постановление "О присоединении СССР к факультативному пакту о гражданских и политических правах". Факультативный протокол, к которому предлагалось присоединиться, был "принят и открыт для подписания, ратификации и присоединения" резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН еще в 1966 году, а вступил в силу 23

марта 1976 года. Подписавшие этот протокол государства признают в качестве высшего ориентира Пакт о гражданских и политических правах, а также полномочия Комитета по правам человека ООН рассматривать жалобы отдельных лиц, которые утверждают, что они яв­ляются жертвами нарушения государством какого-либо из своих прав. Если еще проще: на любое решение государства, включая судебные приговоры, можно жаловаться прямо в ООН. В постановлении Комитета конституционного надзора СССР говорится: "Присоединение Советско­го Союза к Факультативному протоколу дало бы возможность обращаться в Комитет ООН по правам человека, когда исчерпаны все средства правовой защиты, предусмотренные законодательством СССР. Пре­доставление гражданам такой возможности не только на деле продемонстрирует открытость советского общества, его приверженность общечеловеческим ценностям, ориентацию на международные стандарты в области прав человека, укрепит доверие к нашей стране, но и по­высит ответственность государственных органов и должностных лиц за свои действия". В Верховный Совет СССР было внесено официальное предложение о присоединении к Факультативному протоколу. Очень высокая планка, предложенная Комитетом конституционного надзора, сыграла свою роль и для России, объявившей себя правопреемники Союза ССР. Необходимо помнить, что национальные меньшинства и "некоторые пласты" населения есть практически везде и они долины иметь защиту своих прав от произвола своих властей27.

Проведение комитетом в жизнь исходных, фундаментальных конституционных начал проявилось также в заключении комитета по воп­росам о возможности признания виновности в совершении уголовно наказуемого деяния во внесудебном порядке. Оно вынесено 13 сентября 1990 г. и именуется "О несоответствии норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, определяющих основания и порядок освобождения от уголовной ответственности с применением мэр административного взыскания или общественного воздействия, Конституции СССР и международным актам о правах человека"28.

Комитет признал ст.43 Основ уголовного законодательства СССР не соответствующей Конституции СССР и указал на необходимость ус­транения указанного несоответствия. Можно в качестве примера при­вести заключение комитета "О несоответствии отдельных положений. Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик и иных нормативных актов, предусматривающих последствия продажи

товаров ненадлежащего качества, положениям Конституции и законам СССР" от 14 сентября I990 г. Здесь речь шла об ограничении прав потребителей. В принятом 25 октября 1990 г. заключении "О законодательстве по вопросу о принудительном лечении и трудовом перевоспитании лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией" констатируется, что с началом в 1985 году антиалкогольной кампании нормативные акты перестали считать нарушение общественного порядка, трудовой дисциплины и правил социалистического общежития обязательным основанием для направления алкоголиков на принудительное лечение и трудовое воспитание в лечебно-трудовые и лечебно-воспитательные профилактории. Основанием стало уклонение указанных лип от добровольного лечения или продолжение пьянства. Члены комитета пришли к выводу о несоответствии такого порядка Конституции СССР и международным актам о правах человека. Согласно зак­лючению ст.10 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 25 апре­ля 1974 г. "Об усилении борьбы с наркоманией" (в редакции 1987 г.), устанавливающая административную и уголовную ответственность за потребление наркотиков без назначения врача, также признана не соответствующей Конституции СССР. Граждане, осужденные за такие действия, подлежали освобождению от наказания30.