Оценка преобразований в системе уголовного правосудия Молдовы: необходимость акцента на соблюдении прав человека (стр. 11 )

Насколько успешно прокуроры справляются со своей работой?

Около 30% не захотели дать ответа вопрос о том, насколько успешно прокуроры справляются со своей работой. Этот процент выше, чем процент респондентов, не пожелавших дать ответ на вопрос об эффективности работы полиции. Среди тех, кто ответил на этот вопрос, большинство (около 39%) выбрали вариант ответа "ни хорошо, ни плохо"; 27% сказали "плохо или очень плохо". Около 34% дали более положительную оценку, что было несколько выше, чем положительная оценка в 32% в отношении органов полиции по уголовным преследованиям. Средний рейтинг оценки работы прокуроров составил 3.10 из 5 возможных баллов, что тоже несколько выше, чем рейтинг полиции по уголовным преследованиям.

Какие факторы ухудшают мнение о прокурорах?

Регрессивный анализ выявил, что взятый по отдельности, каждый из таких факторов, как мужской пол, молодость, образованность, роль потерпевшего в результате преступлений за последние три года, оказывает значительный отрицательный эффект на мнение о прокурорах ("насколько успешно прокуроры справляются со своей работой"). Ни уровень доходов, ни участие в судебных разбирательствах за последние три года не играют статистически значимой роли в вариации мнений об органах прокуратуры. Это говорит о том, что мнение людей о прокуратуре не смещается в положительную или отрицательную сторону в зависимости от их достатка. Это также означает, что все вопросы, касающиеся прокуратуры, граждане урегулируют в суде. Если рассмотреть все эти факторы в совокупности, то влияние всех статистически значимых факторов на общественное восприятие органов прокуратуры остается отрицательным.

3.2.4  Итоги интервью с прокурорами

Слишком широкий круг обязанностей

Многие прокуроры высказывали свое недовольство тем, что помимо выполнения чисто прокурорских функций, на них также лежит обязанность рассматривать обращения со стороны граждан и осуществлять надзор за соблюдением законов юридическими и физическими лицами.

На первый взгляд, реформа от 2008 года изменила круг полномочий прокуроров, но в реальности оставила за прокурорами обязанности, не связанные с уголовным преследованием. Руководство прокуратурой поддерживает и целиком одобряет наличие этих широких полномочий. В отличие от руководства, нижестоящие прокуроры считают, что полномочия, не связанные с уголовным правосудием, являются излишней нагрузкой.

Руководство утверждает, что "население полностью доверяет органам прокуратуры и поддерживает их, что доказывает значительное количество обращений, петиций и других материалов, которые поступают в органы прокуратуры от населения ", а также "отсутствие иных органов, уполномоченных выполнять эти функции". Значительное количество обращений в органы прокуратуры может объясняться доверием, но это можно объяснить просто как привычку, оставшуюся с советских времен. Данные, приведенные в графике 11, говорят о незначительном росте количества рассмотренных петиций за период с 2005 по 2007 г.

График 11: Сравнительная статистика по количеству полученных и рассмотренных петиций/обращений, а также заслушанных граждан в органах прокуратуры за период 2005-2007 гг.[100]

Нижестоящие прокуроры утверждают, что дополнительная работа, не связанная собственно с уголовным преследованием, отнимает ценное время и отвлекает их от прямых обязанностей. Более того, зачастую вопросы, которые приходится рассматривать, очень сложны и относятся к коммерческой, налоговой или таможенной сфере, которые не входят в область компетенции прокуроров. Некоторые прокуроры утверждают, что обязанности, не связанные с уголовным преследованием, отнимают у них около 50% рабочего времени, при том, что в некоторых органах прокуратуры есть сотрудники, которые занимаются только этими вопросами.

Некоторые из этих обязанностей совершенно очевидно принадлежат к компетенции других государственных органов. К примеру, оказание юридической помощи лицам с особыми потребностями, несовершеннолетним и иным уязвимым слоям населения не должно входить в круг обязанностей прокуратуры, принимая во внимание тот факт, что недавно созданный Национальный совет по юридической помощи и его территориальные структуры также в состоянии справиться с этими обязанностями.

Помимо того, существует ряд органов, таких как налоговые службы, суды по административным делам, министерство экологии и министерство труда, которые могут не менее эффективно обеспечивать соблюдение законодательства юридическими лицами. Однако, перераспределение ролей означает и сокращение бюджета и пересмотр структуры кадров, что, возможно, является главной причиной нежелания руководства прокуратуры ограничить роль этого органа.

Авторы данного отчета полагают, что органы прокуратуры должны привлекаться к процессу судопроизводства только после получения соответствующего запроса о возможном наличии уголовно наказуемых деяний со стороны основных органов, в обязанности которых входит обеспечение соблюдения законодательства юридическими и физическими лицами. Эти учреждения включают в себя инспекцию по труду, а также налоговые органы и агентства по охране окружающей среды. На прокуроров не должна возлагаться обязанность самим осуществлять надзор за соблюдением законов. Нынешнее положение дел зачастую справедливо создает впечатление политических махинаций.

Уголовное преследование, передача дела в суд, защита потерпевших и свидетелей, анализ уголовных тенденций и стратегий по предотвращению преступности представляют собой нормальный круг обязанностей для прокуроров. Контроль исполнения судебных решений по уголовным делам – неподходящая роль для прокуроров, принимая во внимание существующие механизмы юридического контроля, а также другие институты, такие как комитет по рассмотрению жалоб и национальный механизм по предупреждению преступности, а также институт омбудсмена.

Давление со стороны вышестоящего начальства

На прокуроров оказывается значительное давление. От них требуют, чтобы суд выносил решения в пользу обвинения и чтобы вынесенное ими обвинительное заключение было поддержано судом. От них требуют пространных объяснений в случае, если суд вынесет более мягкий приговор, чем тот, который вынес прокурор в обвинительном заключении. Таким образом, существует тенденция подавать апелляцию по каждому приговору, который оказывается мягче того наказания, которого требовал прокурор.

Натянутые отношения с офицерами по уголовным преследованиям

Прокуроры утверждают, что натянутые отношения с офицерами по уголовным преследованиям и сотрудниками органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, препятствуют эффективному осуществлению уголовного преследования или надзору за ним, и последующей передаче дела в суд. Обе структуры подчиняются министерству внутренних дел, которое, начиная с 2001 года, отдавало приоритет выполнению количественных показателей, установленных через внутренние механизмы.

Некоторые прокуроры рассматривали поправки от 2003 года, которые поменяли ролями прокуроров и офицеров по уголовному преследованию, в положительном ключе, поскольку более высокая степень контроля со стороны прокуроров над действиями офицеров по уголовному преследованию предоставляла дополнительную гарантию меньшей коррумпированности уголовных преследований.

Следователи по уголовным делам составляют все документы, связанные с уголовным преследованием, и представляют их на утверждение прокурору.

К сожалению, несмотря на то, что прокуроры и следователи работают в тесной связке по каждому делу, их стимулы совершенно различны. Офицер по уголовному преследованию стремиться выполнить "план", что на практике означает как можно быстрее направить дело прокурору, даже если это идет в ущерб качеству расследования.

Прокуроры, хотя и заинтересованы в быстром расследовании дела, отводят приоритет качеству уголовного дела, поскольку рискуют проиграть слабо подготовленное дело в суде. Оправдательные приговоры либо значительные сокращения изначальных сроков заключения рассматриваются в качестве отрицательных оценочных показателей работы прокуроров (см. ниже).

По итогам реформы 2003 года, офицеры по уголовному преследованию сохранили за собой полномочия по сбору доказательств, но утратили полномочия по принятию каких-либо решений, что фактически сняло с них конечную ответственность за проделываемую работу. Вместе с давлением, которое оказывается на них сверху в отношении выполнения количественных показателей работы, это привело, по мнению некоторых прокуроров, к снижению качества работы офицеров по уголовному преследованию.

Некоторые из опрошенных высказали мнение, что единственный возможный выход из этой ситуации - перевести офицеров по уголовному преследованию под ведомственную юрисдикцию прокурора либо сделать их отдельным управлением в составе прокуратуры.

Низкое качество предварительного расследования

Прокуроры отметили низкое качество работы констатирующих органов (сотрудников полиции, прибывающих на место преступления), а также органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. На этих органах лежит обязанность по установлению преступлений и сбору доказательств на месте преступления до подключения офицеров по уголовным преследованиям. К примеру, в одном регионе было зарегистрировано только 30 преступлений из 237 по итогам работы констатирующих органов (из них 110 по жалобе потерпевших, 97 в силу служебного положения).

Прокуроры также жалуются на процессуальные ошибки, которые допускаются при сборе доказательства по месту совершения преступления, к примеру, сбор отпечатков пальцев, которые зачастую являются неприемлемыми и затем исключаются из числа доказательств. Прокуроры либо офицеры по уголовному преследованию зачастую вынуждены снова проводить те или иные процессуальные действия. Это усложняет процесс. В результате, многие потерпевшие или свидетели не желают доводить дело до конца, поскольку их сначала допрашивают констатирующие органы, затем офицеры по уголовному преследованию (часто по нескольку раз), а затем еще и прокуроры. Кроме того, те же самые показания надо дать в суде. Потерпевшие зачастую вновь переживают травматическое состояние в результате этого обременительного процесса и отказываются от продолжения дела.