Местное самоуправление: сравнительно-правовой анализ основ организации и деятельности (стр. 25 )

Чтобы в городе не было бездомных, голодных или нищих, также требуются средства. Их величина зависит от уровня притязаний местного сообщества на степень реализации гуманистических идеалов и от имеющихся материальных и финансовых возможностей. Отношение расходов муниципалитета на материальную помощь малоимущим слоям населения к такой их величине, которая бы обеспечивала нижнюю границу качества жизни на приемлемом уровне, также можно выразить коэффициентом. Его достаточно высокое значение сможет реально защитить каждого жителя от возможности наступления тяжких последствий при трагических поворотах судьбы.

Законодательное, на общегосударственном уровне, установление высокой нижней границы в оплате труда не позволит предпринимателям унижать наемных работников чрезмерно низкой заработной платой и малоэффективным трудом. Одновременно, это не позволить содержать и лишних людей также. Следует учитывать, что развитие на локальном уровне различных форм предпринимательства, отчасти сможет компенсировать сокращение числа рабочих мест на действующих производствах. Но это не будет являться гарантией того, что не будет безработных, которым, как жителям города и членам местного сообщества органы местного самоуправления в этот период должны помочь сохранить приемлемые условия жизни и в возможно короткий срок восстановить свой активный социальный статус. Причем, здесь вопрос не исчерпывается лишь выплатой пособий. Потребуется осуществление специальных мероприятий по обеспечению занятости - организация эффективной системы профессионального обучения и переподготовки кадров, участие в создании новых рабочих мест путем обеспечения местных производств муниципальными заказами и т. д.

На уровне местного самоуправления в период рыночных реформ проявляются и более глубинные экономические процессы, затрагивающие семейные интересы членов местного сообщества. Неизбежная дифференциация индивидуальных доходов при проведении и успехе экономических реформ наиболее явно проявится на уровне семейных бюджетов. С течением времени разница в 2-3 раза в средней зарплате приведет к разнице в десятки раз по суммам денежных средств, находящихся в распоряжении семьи. По мере активизации реформ это приведет к принципиальным различиям в материальных условиях членов семьи, и в конечном счете - к качественным изменениям образа жизни: иным способам проведения досуга, разной приобщённости к явлениям культуры и искусства, разному уровню потребления материальных благ и т. д. Таким образом, будет происходить неизбежная стратификация местного сообщества, разделение его на четко обозначенные слои и социальные группы, но уже внутри казалось бы сложившихся и устоявшихся общностей на уровне семьи.

Следует отметить, что в морально-психологическом плане посткоммунистическое общество к этому совершенно не готово. Общественное сознание сталкивается с непривычной реальностью, опровергающей миф о само собой разумеющемся социальном равенстве. Поэтому переосмысливание и осознание, а также неизбежное признание новой “жесткой” реальности, которую несут происходящие перемены, проходит болезненно и не без потерь в моральном и статутарном облике всего общества и местного сообщества в частности.

Вместе с тем, не все последствия стратификации легко признать справедливыми. Примером является судьба “второго поколения”, выросшего в условиях тотальной деидеологизации, т. е. без каких-либо моральных и ценностных установок, и занявшего, в лучшем случае, в основном конформистскую социальную позицию, либо, в худшем случае, избравшего маргинальные социальные ценности и приоритеты.

Общеизвестно, что люди рождаются равными в своих правах и достоинстве, и в большинстве своем, привержены этой популярнейшей парадигме. При социализме они в значительной степени были равными, хотя и в “нищете”. За исключением относительно небольшого слоя детей высших партийных и советских функционеров, вступавших в жизнь в привилегированных условиях, основная масса “второго поколения” довольствовалась теми же самыми врачами и учителями, стадионами и бассейнами, вузами и перспективами. Процесс стратификации социума это равенство стремиться ликвидировать. Однако этот процесс никоим образом не связан со стимулированием лучшего служения обществу, поощрением развития инициативы, способностей и трудолюбия. Поэтому случайность неравенства поражает сознание молодых людей цинизмом, неверием в справедливость устройства мира.

Выход из такого положения находит, отчасти, сама молодежь, отрицая материальные блага и возможности, даруемые благосостоянием родителей (хиппи, панки, дзен-буддисты и пр.). Отчасти его находит общество, устанавливая весьма высокие налоги на наследство и дарение, а также создавая возможности получения самого престижного образования любым юношам и девушкам, проявившим достаточно способностей. Наилучшей альтернативой “равенству в нищете” здесь представляется в данном случае “равенство в богатстве”, означающее, что на нужды молодого поколения должно выделяться достаточно средств для обеспечения приблизительно одинаковых, но хороших условий не только учебы, но и досуга. И именно в этом проявляется организующая роль местного сообщества и формируемых им органов местного самоуправления.

В частности, для решения указанных проблем необходимы в достаточном количестве всегда доступные и недорогие бассейны, спортзалы, корты - как детям, так и взрослым. Отдельный стадион или комплекс может быть “самоокупаемым”, но за счет муниципалитета, оплачивающего услуги, оказываемые населению. Развитие же физической культуры и создание условий для занятий спортом в целом по городу - один из самых надежных путей превращения денег в драгоценнейший конечный результат – в здоровье людей, причем, не только в физическое.

“Самоокупаемость” как принцип вообще приемлема лишь только в сфере товарного производства и обращения, где всё имеют свою стоимость и цену. Здоровье же человека цены не имеет. Как не имеет и не может иметь стоимости произведение подлинного искусства. “Общественно необходимые затраты труда” - абсурд в отношении продуктов творчества, которые принадлежат всему человечеству. Они должны быть доступны каждому. Требование “самоокупаемости” бессмысленно в отношении полотен Рафаэля Санти или музыки Д. Шостаковича. Ограничение соображениями “экономической целесообразности” развития искусства и возможности всем желающим (как бы мало не оказалось “любителей”) приобщаться к нему - верный способ духовного самоубийства нации. Но внедрение принципа “самоокупаемости” в сферу местного самоуправления как эффективного экономического механизма, помогающего решать важные социальные задачи посредством удовлетворения интересов членов местного сообщества, в том числе и духовных, не вызывает каких либо противоречий в его практическом использовании.

Итак, рассмотрев основные направления по которым будет расходоваться муниципальный бюджет, с необходимостью приходится констатировать, что для того, чтобы члены местного сообщества могли жить в условиях определенного “осоциального комфорта”, он должен быть весьма значительным как по количественным, так и по качественным параметрам. Ведь возможность обеспечения социальной справедливости и защиты, в определенном смысле, прямо пропорциональна доле платежей и налогов в общественных фондах потребления. Не случайно для наиболее развитых в социальном отношении стран характерны и высокие – прогрессивные муниципальные налоги.

Обобщая сказанное, целесообразно отметить следующее:

а) наличие локальной системы социальной защищенности и справедливости является прерогативой богатого в финансовом и материальном отношении городского поселения:

б) предварительный расчет платежей в муниципальный бюджет должен исходить из оценки величины необходимых средств для разумного обеспечения социальных программ, поэтому пресловутый остаточный принцип финансирования следует заменить принципом достаточности;

в) обеспечивая всем жителям города определенный минимум социальных благ и услуг за счет общественных фондов, все же необходимо создавать условия, при которых аналогичные блага и услуги, но в более широком объеме или лучшие блага население могло бы получать дополнительно за плату;

г) видится целесообразной постановка вопроса о том, чтобы жители, не получившие от муниципалитета установленного минимума социальных благ в обмен на свои налоги, могли требовать, например, денежной компенсации оплаты найма квартиры в частном секторе по фактическим ценам или оплаты счета за визит к частному дантисту, если к “бесплатному” не досталось талончика и т. д.;

д) потребление социальных благ, имеющихся в ограниченном количестве, сверх гарантированного минимума, должно оплачиваться жителями по высокой прогрессивной шкале;

е) следует признать объективными факт и экономическую обусловленность расслоения членов местного сообщества по уровню материального благосостояния и обеспечить им на локальном уровне легальные пути практической реализации экономических интересов и возможностей, исключив, таким образом, условия для “теневых махинаций”, коррупции;

ж) для всех детей-членов местного сообщества условия учебы, занятий спортом и искусством, должны быть равными и весьма хорошими;

з) одной из главных задач органов местного самоуправления следует считать приобщение членов местного сообщества к ценностям культуры, в условиях их равной доступности для каждого желающего, и, следовательно, – с покрытием расходов за счет местного и государственного бюджета.

Следует особо остановиться на проблемах совершенствования экономической базы локальной демократии. Экономической базой самоуправления являются действующие на его территории предприятия и другие коммерческие структуры. В ходе перестройки экономических отношений, происходящие в обществе перемены, опережают традиционные представления об соновных социальных ценностях, поэтому новые реалии как бы “повисают” в воздухе. Сопутствующий реформам плюрализм форм собственности и способов регулирования производственно хозяйственной деятельности, вызывает некоторую временную путаницу в тактических и стратегических экономических установках и своеобразный паралич социальной активности. Как представляется, отчасти это связано с появлением таких ранее неизвестных муниципальным служащим и членам местного сообщества категорий, как местное хозяйство и муниципальная собственность, а также с широко декларируемым расширением полномочий местных советов. Так как взаимоотношения предприятий с органами местного самоуправления отнюдь не повторяют знакомую управленческую модель субординационной подчиненности министерствам, а имеют совершенно иной характер отношений, представляется целесообразным на этом вопросе остановиться подробнее.