Предисловие переводчика (стр. 19 )

ГЛАВА XLV.

Брату Иоанну из Пенны было от Бога откровение, что он совершить длинный путь и после придет к Нему; благодаря этому, он сделался братом и долгое время пробыл в Ордене в великой святости.

Брату Иоанну из Пенны, когда он был подростком-мирянином в провинции Марки, однажды ночью явился прекраснейший юноша и, назвав его по имени, сказал ему:—Иоанн, ступай к Святому Стефану, где проповедует один из меньших братьев; уверуй в его учение и внимай его словам, ибо это я послал его туда. После же того тебе предстоит великий путь и затем ты придешь ко мне.—Тогда тот немедленно встал и почувствовал великую перемену в души своей и пошел к Святому Стефану и нашел там великое множество мужчин и женщин, собравшихся слушать проповедь; проповедовать же должен был некий брат, носивший имя брата Филиппа, и он был одним из первых братьев, пришедших в Марку Анконскую; тогда еще мало обителей основано было в Марке. Этот брат Филипп всходит на возвышение для проповеди и держит благочестивейшую проповедь, возвещая царство жизни вечной, не столько в речах человеческой мудрости, сколько в силе духа Христова; и по окончании проповеди названный юноша пошел к тому брату Филиппу и сказал ему:—Отец, если вам угодно принять меня в Орден, я охотно принесу покаяние и послужу Господу нашему Иисусу Христу.—Брать Филипп, узрев и признав в юноше изумительную невинность и решимость служить Богу, сказал ему:—Ты придешь ко мне в такой-то день в Раканати и я сделаю, чтобы тебя приняли.—В том месте должен был происходить местный капитул. Из этого юноша, бывший в высшей степени невинным, заключил, что это и есть тот великий путь, который ему предстояло совершить, согласно бывшему ему откровенно, а после того пойти в рай. Это—думал он—случится немедленно, как только он будет принять в Орден. Итак он был принять и увидел, что помыслы его не исполняются; тогда, как раз, министр на капитуле сказал, что если у кого есть желание пойти в Провансальскую область во имя святого послушания, он охотно даст тому разрешение; ему и пришло великое желание пойти туда, ибо он подумал в сердце своем, что это и есть тот великий путь, который ему предстояло совершить прежде, чем пойти в рай. Но он стыдился сказать это. Наконец, он открылся названному выше брату Филиппу, принявшему его в Орден, и умильно просил его оказать ему эту милость, чтоб идти ему в Провансальскую область. Тогда брат Филипп, видя его невинность и его святые намерения, достал ему это разрешение; и брат Иоанн с великой радостью двинулся в путь, имея уверенность в том, что по совершении этого пути он пойдет в рай. Но Богу было угодно, чтобы в этом ожидай! и желании он пробыл в той области двадцать пять лет, проводя жизнь в величайшей честности и святости и служа всем примером, и непрестанно возрастая в добродетелях и в милости у Бога и у людей; и был он чрезвычайно любим братьями и мирянами. Однажды стоял брат Иоанн в благоговении на молитве и плакал, и сокрушался, что желание его не исполнялось и слишком затягивался путь этой жизни, и предстал ему благословенный Христос; при виде Его душа его вся источилась; и сказал ему Христос:—Сын Мой, брат Иоанн, проси у Меня, чего желаешь.—Он же ответил:—Господь мой, я не знаю, чего мне просить, кроме, как Тебя Самого, ибо ничего другого я не желаю; но об одном прошу Тебя, прости мне все мои грехи и подай мне милость увидеть Тебя еще раз, когда мне будет в этом наибольшая нужда.—Христос сказал:—Услышана молитва твоя.—И, сказав это, исчез, а брат Иоанн остался всемирно утешенным. В конце концов, братья из Марки, прослышав про его святость, так пристали к генералу, что тот послал ему такое послушание—вернуться в Марку. Послушание это он принял с радостью и пустился в путь, полагая, что по совершении этого пути он, согласно обещанию Христа, должен пойти на небо. Но, по возращении в Марку, он прожил в ней тридцать лет, и никто из родных не признал его, а он каждый день ждал милосердия Божия, то-есть исполнения обещания. За это время он неоднократно и с великой скромностью отбывал службу гвардиана, и Бог через него совершил много чудесь. Среди прочих даров, полученных от Бога, быль у него дух пророчества; так, однажды, когда он не был в обители, а был в пути, один из его послушников стал претерпевать нападения демона, и искушения его были так сильны, что он, поддаваясь им, помышлял в душе о выходе из Ордена и ждал только возвращения брата Иоанна. Брат Иоанн, узнав своим пророческим духом о таковом искушении и помышлении его, немедленно вернулся домой и позвал к себе того послушника и высказал ему свое желание, чтобы он исповедался. Но прежде, чем тот начал исповедь, он рассказал ему по порядку его искушение, как оно было ему открыто Богом, и заключил так:—Сын мой, за то, что ты дождался меня и не хотел уйти без моего благословения, Бог оказал тебе такую милость, что ты никогда не выйдешь из этого Ордена, но умрешь в Ордене в милости у Бога.—Тогда этот послушник укрепился в доброй воле; и, оставшись в Ордене, сделался святым братом. Про все же это рассказал мне брат Уголино. Названный выше брат Иоанн, будучи человеком радостным и тихим, редко с кем разговаривал и был весьма предан молитве и благочестию и, особенно после заутрени, никогда не возвращался в свою келью, но оставался в церкви на молитве вплоть до наступления дня. И, когда однажды он стоял после заутрени на молитве, предстал ему ангел Божий и сказал:—Брать Иоанн, твоя жизнь завершилась, чего ты так долго ждал, и потому я возвещаю тебе от имени Бога, что ты можешь просить себе какой хочешь милости, и еще возвещаю тебе: выбирай, что ты хочешь, или один день в чистилище, или семь дней мучений в этом мире. И когда брат Иоанн предпочел выбрать семь дней мучений в этом мире, он внезапно заболел разными болезнями: его схватила сильная лихорадка, а в руках и ногах сделался костолом, боль в боку и много других недугов. Но хуже всего было то, что перед ним стоял все время демон и держал в руке большой лист, исписанный всеми грехами, какие он совершил или о каких помыслил, и говорил ему:—За эти грехи, что ты совершил мыслью или языком, или делом, ты осужден и будешь в самых недрах ада!—Он же не мог вспомнить ни о чем добром, совершенном им, ни о том, что он находился в Ордене, ни о том, что он когда-либо в нем был; но он так и думал, что осужден, как говорил ему демон. Поэтому, когда его спрашивали, как он себя чувствует, он отвечал: — Мне плохо: я осужден.—Братья, видя это, послали за одним престарелым братом, а именно за братом Матфеем с горы Руббианской, человеком, святынь и большим другом того брата Иоанна. Упомянутый брат Матвей пришел к нему на седьмой день его смятения и приветствовал его, и спросил у него, как ему. Отвечал, что ему плохо, потому что он осужден. Тогда сказал ему брат Матвей:—Ты, значить, не помнишь, как много раз исповедовался передо мною и как я совершенно отпустил тебе все грехи твои. А еще не помнишь ты, как много лет служил ты Богу в этом святом Ордене? Затем: не помнишь ты разве, что милосердие Божие превыше всех грехов Mиpa и что благословенный Христос, Спаситель наш, заплатил, чтобы искупить нас, безмерной ценой? И потому питай благую надежду, ибо, будь уверен, ты спасен.—И при этих словах, так как наступил предел, положенный его очищению, ушло от него искушение и снизошло утешение. И с великою радостно сказал брат Иоанн брату Матвею:—Так как ты устал, а час теперь поздний, я прошу тебя, поди отдохни.—Брат же Матвей не хотел оставлять его; но все же, в конце концов, по настоятельной просьбе его, ушел отдохнуть; а брат Иоанн остался один с братом, ходившим за ним, И вот приходить благословенный Христос в великом сиянии и несказанно сладостном благовонии, согласно тому, как обещал ему явиться вторично, когда он будет в этом больше нуждаться, и совершенно исцелил его от всякого недуга. Тогда брат Иоанн сложил руки и возблагодарил Его за то, что таким наилучшим концом заключил Он путь его здешней жалкой жизни, затем поручил Христу и предал в Его руки душу свою, перейдя с благословенным Христом, Которого он так долго жаждал и ждал, от этой смертной жизни к жизни вечной. И похоронен упомянутый брат Иоанн в Пенне, в обители святого Иоанна. Во славу Христа. Аминь.

ГЛАВА XLVI.

Брат Пачифико увидел душу брата своего, брата Умиле, идущей на небо.

В упомянутой провинции Марки, после смерти святого Франциска, в Ордене жило двое братьев: одному было имя брат Умиле, а другому—брат Пачифико, и были они людьми великой святости и совершенства. И один из них, а именно брат Умиле, жил в обители Соффианской, там же и умер; другой жил с братией в другой обители, довольно далеко оттуда. По Божию соизволению, брат Пачифико, стоя однажды в пустынном месте на молитве, быль объят восторгом и видел душу родного брата своего, брата Умиле, идущей прямо, без всяких задержек и препятствий на небо—в тот час она покидала тело. После, много лет спустя, случилось так, что этот оставшийся в живых брат Пачифико был перемещен в упомянутую обитель Соффианскую, в которой умер его брат. К этому времени братья, по просьбе владельцев Бруфорте переменили это место на другое; поэтому, между прочими предметами они перенесли останки святых, умерших в той обители; и пришел к гробнице брата Умиле родной брат его, брат Пачифико, и взял кости его и обмыл их добрым вином, и затем завернул их в белую простыню и с великим почтением и благоговением целовал их и плакал. Тому другие братья изумлялись и не видели в том доброго примера для себя; ибо он, ведь, был человеком великой святости, а тут казалось, что он плачет по брате из чувственной и мирской любви и что он проявляет к его останкам больше благоговения, нежели к останкам других братьев, которые отличались не меньшей святостью, чем брат Умиле, и в равной мере с ним достойны были почтения. Брать Пачифико, узнав про пагубный мысли братьев, смиренно дал им удовлетворение и сказал:—Дорогие братья мои, не изумляйтесь тому, что я сделал перед костями родного брата своего, а не сделал того же перед другими; ибо— да будет благословен Бог—я не быль подвигнуть, как вы полагаете, плотской любовью; но вот почему я сделал так: когда мой брат уходил из этой жизни, я стоял на молитве далеко от него в пустынном месте и видел душу его прямо восходящей на небо; и потому я уверен, что кости его святы и должны быть в раю; и если бы Бог дал мне такую уверенность относительно других братьев, я оказал бы такое же точно почтение и их костям.—После этого, братья, видя его благоговейные и святые намерения, стали о нем хорошего мнения и воздали хвалу Богу, который творить столь дивные дела со святыми братьями. Во славу Христа. Аминь.