Нарушение экологических прав граждан в России (стр. 31 )

§  организация переработки радиоактивных металлических отходов на ЛАЭС;

§  разработка проекта подземных атомных станций;

§  внедрение технологии уплотненного хранения отработавших тепловыделяющих сборок на АЭС;

§  строительство сухих хранилищ для ОЯТ на АЭС.

В России не менее 9 млн. чел. подвергаются повышенной радиационной нагрузке в результате аварий и катастроф в атомной промышленности. В этих условиях нарушение законов, обеспечивающих атомную и радиационную безопасность, государственными структурами является особенно нетерпимым и безответственным.

5.6. Нарушение права граждан на участие в осуществлении экологического контроля

Экологический контроль является действенным средством обеспечения экологических прав граждан. В соответствии со ст. 68 Федерального закона «Об охране окружающей среды» (2002) общественный экологический контроль осуществляется гражданами, общественными и иными некоммерческими объединениями «в целях реализации права каждого на благоприятную окружающую среду и предотвращения нарушения законодательства в области охраны окружающей среды». Результаты общественного экологического контроля, представленные в органы государственной власти и местного самоуправления, подлежат обязательному рассмотрению. В соответствии со ст. 72 Закона РСФСР «Об охране окружающей природной среды» (1991) общественный экологический контроль осуществлялся общественными объединениями, трудовыми коллективами, гражданами с целью проверки выполнения требований охраны окружающей среды министерствами и ведомствами, предприятиями, учреждениями, организациями, независимо от форм их собственности и подчиненности, должностными лицами и гражданами. Общей юридической основой действий граждан по экологическому контролю является с одной стороны, их обязанность охранять природу (ст. 58 Конституции), а с другой - право обращения в государственные и муниципальные органы за защитой своих прав (ст. 33, 46 Конституции РФ).

Ст. 35 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» дает возможность осуществления общественного контроля за соблюдением санитарных правил, включающих и охрану среды обитания, общественным объединениям.

Рассмотрим некоторые примеры нарушения прав граждан при осуществлении общественного экологического контроля (ОЭК).

Большая группа граждан и ряд общественных организаций, реализуя свое право на общественный экологический контроль обратились в 2001 г. в Верховный суд РФ с просьбой отменить Указ Президента РФ «О структуре федеральных органов исполнительной власти» (№ 000 от 17.05.00 г.), согласно которому в России упразднялись Государственный комитет РФ по охране окружающей среды и Федеральная служба лесного хозяйства России, а их функции возлагались на Министерство природных ресурсов РФ (см. Приложение …). Совмещение этих функций в одном государственном органе противоречит нескольким федеральным законам, которые прямо указывают на то, что специально уполномоченный государственный орган в области охраны окружающей природной среды и государственные органы в области охраны и использования недр, лесных и водных ресурсов являются разными самостоятельными органами исполнительной власти специальной компетенции (ст. ст. 131, 133, 135, 136 Лесного кодекса РФ, ст. ст. 77, 78, 81, 83 Водного кодекса РФ, ст. ст. 37 и 38 закона «О недрах», ст. ст. 26 и 36 закона «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации», ст. ст. 17, 18, 29 ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации»). Кроме того, ст. 11 закона «Об экологической экспертизе» проекты правовых актов Российской Федерации нормативного и ненормативного характера, реализация которых может привести к негативным воздействиям на окружающую природную среду, отнесены к объектам обязательной государственной экологической экспертизы федерального уровня. Такой экспертизы указ Президента не проходил. Закон не предоставляет даже Президенту права до проведения экологической экспертизы решать вопрос, может или не может издаваемый им ненормативный правовой акт (каким является упомянутый Указ) привести к негативным воздействиям на окружающую среду. Президент не имел права издавать данный Указ (в части реорганизации государственных органов охраны окружающей среды и природопользования) без положительного заключения государственной экологической экспертизы. Т. е. Указ в этой части незаконен по порядку его принятия. Верховный Суд РФ не признал права общественного контроля со стороны граждан и общественных организаций за соответствием принимаемых органами власти решений положениям Конституции РФ.

Пытаясь реализовать свое право на общественный экологический контроль, Костромское движение «Во имя жизни» получило отказ Костромского областного комитета по охране окружающей среды в выдаче для ознакомления документов, касающихся соблюдения природоохранного законодательства при строительстве Костромской АЭС. Решением Ленинского районного суда г. Костромы в 1999 г. действия председателя комитета признаны незаконными и на него возложена обязанность предоставить требуемую документацию.

Группа граждан – жителей г. Томска, осуществляя свое право на контроль за соблюдением экологических требований Сибирским химическим комбинатом (СХК) в части захоронения им жидких радиоактивных отходов в подземные горизонты обратилась в 1996 г. в суд с заявлением о признании лицензии СХК на право захоронения РАО недействительной ввиду отсутствия по ней положительного заключения государственной экологической экспертизы. Суд отказал в удовлетворении жалобы граждан.

Массовые выступления общественных экологических организаций г. Новороссийска и г. Анапы против строительства в Южной Озерейке нефтяного терминала Каспийского трубопроводного консорциума привели лишь к противодействию со стороны органов власти усилиям граждан по сбору информации, организации общественной экспертизы и проведению местного референдума по этой проблеме, а также к уголовному преследованию известного правозащитника (см. главу 4).

Несомненно, общественный экологический контроль развит в стране далеко не в той степени, как это вытекает из законодательства. Одна из причин в том, что подзаконная нормативная база в этой области весьма неполна. Есть лишь два общероссийских специальных положения: «Об общественной лесной инспекции» (утв. приказом Рослесхоза №6 от 04.01.94 г.) и «Положение об общественной охотничьей инспекции в РСФСР» (утв. приказом Главохоты РСФСР № 000 от 12.05.85 г.). Правда, в ряде субъектов Федерации разработаны и действую собственные положения, как, например, «Положение о внештатной экологической инспекции Томской области» (принято ОГУ «Облкомприрода» 23.01.01 г.).и аналогичное положение в Республике Мари-Эл.

Несмотря на неоднократные предложения Всероссийского общества охраны природы и других общественных экологических организаций, подзаконные акты по регламентации общественного экологического контроля не принимаются специально уполномоченными органами в области охраны окружающей среды. Одна из формальных причин - органы государственного управления не имеют полномочий по утверждению норм общественного контроля. Государственные органы могли бы создать общественную инспекцию, например, в форме внештатной инспекции государственного экологического контроля (по аналогии дружин по охране общественного порядка). Другой путь открывается с введением в законе «Об охране окружающей среды» (2002) понятия «муниципального экологического контроля», в котором участие общественности более чем естественно.

Законодательство в области ОЭК содержит и другие пробелы. Так ст. 72 закона «Об охране окружающей природной среды» (1991) отсылает в части порядка проведения общественного контроля к законодательству об общественных объединениях, а это законодательство не содержит таких норм. Ст. 13 упомянутого закона и ст. 68 закона «Об охране окружающей среды» (2002) указывают, что такой контроль осуществляется в соответствии с уставом общественного экологического объединения. Однако устав общественной организации не может чем либо обязывать иных физических и юридических лиц. Для действенной реализации прав граждан на общественный экологический контроль должны быть приняты специальные подзаконные акты. При этом уместно использовать положение ст.68 закона «Об охране окружающей среды» (2002) в соответствии с которым «результаты общественного контроля в области охраны окружающей среды (общественного экологического контроля), представленные в органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, подлежат обязательному рассмотрению…».

Заключение

Одним из главных показателей демократичности общества является участие граждан в процессе принятия государственных решений. В России существует законодательная база для активного участия общественности в процессе принятия государственных решений, затрагивающих экологические интересы общества, путем прямого волеизъявления (референдумы, сходы), корректировки планов экологически опасной деятельности посредством общественных обсуждений и экспертиз и осуществления общественного экологического контроля.

В то же время, реализация этих законов оставляет желать лучшего. Первой причиной такого положения является отсутствие нормативной базы (подзаконных актов), регламентирующей практическое участие граждан в процессе выработки решений, контроле их выполнения и экологического контроля в целом. Действующая нормативная база в области обеспечения участия общественности в разработке и реализации экологической политики оказывается по этим направлениям менее разработанной, чем существовавшая в 60-80-е гг.

Второй причиной является противодействие участию общественности со стороны органов исполнительной власти, определяемое широко установившимися в последние годы связями их с субъектами хозяйственной деятельности, заинтересованными лишь в быстром получении прибыли без оглядки на долгосрочные экологические последствия.

Третьей причиной является недостаточная активность (а порой и противодействие) судебной системы и прокуратуры в защите законных экологических прав граждан. Суды и прокуратура реально стоят на позиции защиты от граждан России ложно понимаемых так называемых «государственных интересов» вместо осуществления функций защиты права.