Очная ставка (стр. 8 )

Уголовно-процессуальный закон не предусматрива­ет проведения очных ставок с целью так называемого закрепления показаний. Следовательно, производство очной ставки при подобных обстоятельствах никакого доказательственного значения не имеет, а является пу­стой тратой времени23.

При расследовании преступлений подозреваемые (обвиняемые), а также свидетели (потерпевшие) иногда заявляют, что в силу сильного алкогольного опьянения не помнят обстоятельств, связанных с совершенным преступлением. Нужно ли с участием таких лиц производить очные ставки?

В литературе различают легкую, среднюю и тяже­лую степени острой алкогольной интоксикации. Замече­но, что при употреблении значительных доз алкоголя воспоминания, касающиеся последних этапов деятель­ности лица, могут отсутствовать, наблюдается частич­ная потеря памяти или даже полная амнезия 24. При та­ких обстоятельствах очные ставки не могут восполнить пробелов памяти, безрезультатность их вполне очевид­на. Несмотря на это, отдельные следователи, полагая, что находившееся в момент совершения преступления в состоянии сильного алкогольного опьянения лицо, мо­жет быть, все-таки вспомнит интересующие следствие обстоятельства, привлекают его к участию в очных ставках.

Б. в нетрезвом состоянии пришел в баню и уснул на скамье. Воспользовавшись этим, К. из кармана пид­жака Б. похитил деньги, но был замечен и задержан. При допросе Б. заявил, что он по поводу кражи ничего сообщить не может, так как был в сильной степени опьянения. Следователь все же провел очную ставку ме­жду Б. и К., на которой Б. показал: «К. не знаю, показаниям его верю. По поводу кражи у меня денег ничего пояснить не могу. В бане я был в нетрезвом состоянии и ничего не помню. Как я очутился в медвытрезвителе, также не помню»25.

В данном случае следователь не имел законных оснований для проведения очной ставки, поскольку между показаниями Б. и К. существенных противоречий не было. В ходе такой очной ставки показания одного уча­стника могут оказать на второго внушающее воздей­ствие, по своему значению и не менее опасное, чем по­становка наводящих вопросов.

Таким образом, очные ставки, проводимые при отсутствии существенных противоречий в показаниях допрошенных лиц, неэффективны и от организации их следует отказаться.

В литературе высказана рекомендация о том, что очная ставка может производиться, когда «одно лицо дало показания о важных обстоятельствах, а другое за­явило, что о них ему ничего не известно» 26.

Например, и полага­ют, что «очная ставка может производиться и в тех слу­чаях, когда противоречий как таковых нет, когда одно лицо ссылается на то, что не помнит или не знает об­стоятельств, сообщаемых другим» 27.

Вряд ли эти рекомендации приемлемы. Между допрашиваемыми, один из которых сообщил следователю о каких-то важных обстоятельствах совершенного преступления, а другой заявил, что о них ему ничего не известно и у следователя нет данных сомневаться в этом, проводить очную ставку не следует, так как в по­казаниях этих лиц нет существенных противоречий.

Заявления допрашиваемого «не помню», «не знаю» подлежат тщательной проверке. Если выяснится, что допрашиваемый действительно не знает обстоятельств, интересующих следствие, то привлекать его к участию в очной ставке бессмысленно. Когда же допрашиваемый

умышленно не желает давать правдивые показания, уси­лия следователя должны быть направлены на преодо­ление лжи и получение правдивых показаний. И, нако­нец, если допрашиваемый действительно запамятовал воспринятые им однажды события и не в силах их вос­произвести, в ходе допроса целесообразно ему оказать помощь в воспоминании забытого.

Грубым нарушением закона является искусствен­ное соединение показаний допрошенных отдельно друг от друга лиц в одном протоколе «очной ставки».

В практике имеют место случаи, когда следователь, выявив существенные противоречия в показаниях двух ранее допрошенных лиц изолированно друг от друга допрашивает их по имеющимся противоречиям, а затем оформляет протокол, дает подписать его допрошенным лицам, подписывает сам и именует это действие «оч­ной ставкой». Внешне такой протокол выглядит вполне благополучно. И только при рассмотрении дела в суде вскрывается допущенное следователем нарушение закона.

Подобное соединение показаний извращает суть оч­ной ставки, поскольку её проведение предполагает доп­рос двух лиц в присутствии друг друга. Результаты та­кой очной ставки являются фальсифицированными и их нельзя положить в обоснование выводов по делу.

§ 2. Порядок производства очной ставки

Уголовно-процессуальные кодексы союзных респуб­лик в основном одинаково и достаточно подробно регламентируют порядок производства очной ставки. Соблюдение установленных правил является обязатель­ным во всех случаях её проведения. Рассмотрим каждое правило в отдельности.

Разъяснение участникам очной ставки прав и обязанностей

В ст. 163 УПК РСФСР и в соответствующих статьях УПК других союзных республик не содержится прямо­го указания о необходимости до начала очной ставки разъяснять её участникам процессуальные права и обязанности. Мы полагаем, что в этом случае следователь

должен руководствоваться указанием ст. 58 УПК РСФСР, обязывающей его разъяснять и обеспечивать права и обязанности участвующим в деле лицам. Наря­ду с разъяснением процессуальных прав и обязанно­стей участникам очной ставки целесообразно разъяснить порядок производства этого следственного действия.

Предупреждение участвующего в очной ставке свидетеля (потерпевшего) об уголовной ответственности

Ст. 163 УПК РСФСР предусматривает правило, в силу которого следователь обязан предупредить уча­ствующего в очной ставке свидетеля (потерпевшего) об уголовной ответственности по ст. 182 УК РСФСР за отказ (уклонение) от дачи показаний и по ст. 181 УК РСФСР за дачу заведомо ложных показаний до начала допроса по существу противоречий

Анализ уголовных дел показал, что отдельные следователи в ходе очных ставок вообще не предупреждают свидетеля (потерпевшего) об уголовной ответственно­сти по ст. ст. 181, 182 УК РСФСР К общему числу изу­ченных нами протоколов очных ставок такие наруше­ния составляют 2,8%.

Встречаются также случаи предупреждения свиде­теля (потерпевшего) об уголовной ответственности за отказ (уклонение) от дачи показаний и за дачу заведо­мо ложных показаний в конце очной ставки. При этом ошибочно полагают, что используемая тактика преду­преждения положительно сказывается на установление истины по спорным обстоятельствам.

Предупреждение свидетеля (потерпевшего) об уго­ловной ответственности за отказ (уклонение) от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний явля­ется обязательным, а не факультативным требованием закона. Следовательно, делать его необходимо в самом начале очной ставки с тем, чтобы сразу же обеспечить надлежащую доброкачественность показаний участвующего в следственном действии свидетеля (потерпев­шего).

При наличии данных о том, что свидетель (потерпевший) искренне желает помочь следователю устано­вить истину по спорным обстоятельствам, предупреж­дение его об уголовной ответственности должно быть

сделано как можно в тактичной форме. Следователь должен разъяснять, что по закону он обязан во всех случаях предупреждать свидетеля (потерпевшего) об ответственности. Предупреждая свидетеля (потерпев­шего) об уголовной ответственности, следователь обя­зан разъяснить ему, что целью очной ставки является установление истины по опорным обстоятельствам и потому за вносимые изменения, дополнения в данные ранее показания он не понесет уголовной ответствен­ности. Уголовная ответственность наступает лишь за да­чу заведомо ложных показаний на очной ставке.

Если же свидетель (потерпевший) хочет помешать установлению истины по спорным обстоятельствам либо имеются обоснованные опасения, что под воздействием второго участника он изменит свои показания на лож­ные, то предупреждение об ответственности должно быть сделано в более строгой, развернутой форме. Следует подробно разъяснить содержание ст. ст. 181 и 182 УК РСФСР. При необходимости свидетелю (потер­певшему) может быть предоставлена возможность лично ознакомиться с содержанием этих статей. Целесообразно напомнить такому свидетелю (потерпевшему) о его гражданском долге давать правдивые показания.

Установление взаимоотношений участников очной

ставки

Закон предусматривает правило, что в начале очной ставки следователь должен установить, знают ли допрашиваемые лица друг друга и в каких отношениях нахо­дятся между собой. Как правильно указывают А. Н. Ва­сильев и , это процессуальное правило обязательно к исполнению во всех случаях, даже если характер ответа на данный вопрос заранее известен 28. Предварительная осведомленность следователя о харак­тере взаимоотношений допрашиваемых ни в коем случае не должна порождать формального отношения к их уста­новлению в процессе производства очной ставки. В присутствии друг друга ответы допрашиваемых на этот вопрос могут не соответствовать тем, которые они дали следователю во время предшествующих допросов.

Процедура выяснения на очной ставке взаимоотношений может быть использована следователем в не­скольких целях: 1) получить дополнительные фактические

данные, свидетельствующие о правдивости показа­ний допрашиваемых, 2) установить неизвестные до этого обстоятельства, характеризующие их взаимоотношения; 3) исключить недобросовестному участнику возможность заявить впоследствии, что его якобы оговорил второй участник в силу неприязненных личных взаимоотноше­ний; 4) обеспечить формирование психологического кон­такта между участниками очной ставки и следователем; 5) скорректировать тактические приемы проведения очной ставки, разработанные в процессе её подготовки; 6) уточнить, расширить, углубить знания психологии вызванных на очную ставку лиц и т. п.

Уголовно-процессуальный закон не предписывает какой-либо строго определенной формы, в которую должны облекаться и ставиться допрашиваемым на оч­ной ставке лицам вопросы относительно характера их знакомства и взаимоотношений. Обычно, начиная очную ставку, следователь обращается сначала к одному, а затем к другому допрашиваемому с вопросом, сформу­лированным в общей форме: «Знаете ли Вы сидящего напротив Вас гражданина и в каких взаимоотношениях находитесь с ним?». Как показывает практика, такая форма постановки вопроса не всегда оправдывает себя. На общий вопрос допрашиваемые, как правило, отве­чают кратко, односложно. Например: «Зарипова знаю по работе, взаимоотношения служебные», или «Карпов мой сосед, взаимоотношения нормальные» и др. Такие оценочные суждения допустимы, однако следователь должен добиваться того, чтобы они были обстоятельно пояснены. Если этого не будет сделано, то заинтересо­ванные в исходе дела недобросовестные участники очной ставки в ходе дальнейшего судопроизводства могут использовать возможность неоднозначного их истолко­вания в ущерб установлению истины по делу.