Законность и типы уголовного процесса (стр. 10 )

Если публичность присутствует и в розыскном, и в состязательном уголовном процессе, то степень ее выраженности явно различна. В розыскном производстве публичное начало поглощает частное, а в состязательном - они органично сочетаются. Следовательно, для характеристики розыскного процесса лучше подходит употребление публичности в более узком смысле. В этом плане принципом розыскного процесса будет служить “официальность” как преобладание публичности над диспозитивностью[133]. В связи с этим стоит присоединиться к , который разделяет публичность и ее разновидность: официальность. Официальность (или должностная инициатива) означает обязанность должностных лиц и органов в уголовном процессе по собственной инициативе (ex officio) устанавливать истину и принимать решения вне зависимости от волеизъявления заинтересованных лиц[134]. Именно в таком смысле понимание публичности было наиболее распространено в советской литературе[135].

В связи с анализом принципа официальности следует подчеркнуть обоснованность раскритикованной точки зрения и на соотношение законности и публичности применительно к розыскному типу, к которому в значительной степени относился советский уголовный процесс. По мнению указанных исследователей, в советском уголовном процессе публичность не имела значения самостоятельного принципа, потому что раскрывала содержание принципа законности. Принцип законности сводился к обязанности должностных лиц и органов вести производство по делу, как правило, вне зависимости от воли заинтересованных лиц. Ученые обосновывали свои выводы следующими свойствами советского уголовного процесса: 1) несвязанностью активности суда пределами предъявленного обвинения и зависимостью всего движения процесса лишь от инициативы государственных органов; 2) преобладанием односторонне-властных полномочий должностных лиц[136]. Эти свойства в настоящее время можно назвать инквизиционными.

Итак, элементом содержания законности в розыскном процессе является принцип официальности, который выражает его сущность, определяет все его построение. Из принципа официальности вытекают другие общие положения “второго”, более низкого уровня общности: единоначалие, ревизионное начало, письменность, тайность производства.

Процессуальное единоначалие раскрывается в двух аспектах. Первый из них состоит в концентрации полномочий у органа, ведущего расследование, и их отсутствии у обвиняемого и потерпевшего. Деятельность во имя неограниченного государственного интереса предполагает слияние полномочий обвинителя, защитника и судьи в руках одного органа: судьи - инквизитора. Судья - инквизитор становится руководителем не только потерпевшего, но и обвиняемого. В этом управленческом отношении потерпевший и обвиняемый являются объектами. В результате на судью - инквизитора возлагается обязанность обеспечить интересы заинтересованных в деле лиц. Заметим, что в состязательном процессе также существуют управленческие отношения. Однако объектом в них служит сам процесс производства по делу. Второй аспект единоначалия обусловлен тем, что безгранично преобладающему над личностью государственному интересу свойственна концентрация власти в обществе в одних руках (деспота). Отсюда вытекает подчинение судьи - инквизитора вышестоящему начальнику (инстанции). В этом плане единоначалие точно выражает иерархию (вертикальное распределение) власти бюрократического режима - принцип бюрократического централизма[137]. Следовательно, в инквизиционном процессе и личность судьи - инквизитора служит объектом управления. Тем не менее в развитых формах розыскного процесса (например, следственном) ведущий процесс орган получает некоторую процессуальную самостоятельность.

С процессуальным единоначалием тесно связаны условия и гарантии официальности: 1) письменность (вместо личного участия граждан производство ведется по документам); 2) ревизионное начало (по письменным материалам вышестоящая инстанция вправе изменить процессуальное решение по своей инициативе); 3) тайность процесса (материалы уголовного дела скрываются не только от общественности, но даже от заинтересованных лиц).

Наряду с принципом официальности содержание законности в уголовном процессе раскрывает принцип инструктивности. Должностная инициатива как источник производства по делу с необходимостью требует строгой регламентации. По точному выражению , регламентация выступает центральной политической идеей розыска, достигая своего высшего развития в уголовном процессе эпохи абсолютизма, и является средством консервации, укрепления власти, обезличивания подданных[138]. Императивный характер правового регулирования стремится к детальному предписанию поведения, “заурегулированности”, при которой инструкция выходит на первый план[139]. Сообразно с этим, инструктивность наряду с официальностью является вторым элементом содержания законности в розыскном типе процесса.

Значение инструктивности обусловлено следующими обстоятельствами. Во-первых, если публичность определяет источник движения дела, то инструктивность указывает путь, способ достижения процессом своей цели, позволяет понять, как приводится в действие процессуальный механизм[140]. Следовательно, детальная регламентация является единственной гарантией достижения цели процесса. Во-вторых, инструктивность ограничивает власть государственного органа, указывает ее рамки[141]. Этот аспект справедливо отметила , увидев различие принципов законности и публичности (точнее официальности) в том, что необходимость в соблюдении закона возникает из-за вмешательства в сферу прав граждан, а смысл принципа публичности состоит в активной защите общества от преступных посягательств[142].

Однако особенно важное значение инструктивности в инквизиционном производстве, по нашему мнению, состоит в том, что максимальная “дозировка” полномочий должностного лица есть средство (и следствие) ограничения свободы его личности. Отрицание этой свободы, недоверие к личности судьи - инквизитора неизбежно приводит к детальной регламентации его действий. Этот признак непосредственно вытекает из сущности розыскного типа процесса, характеризуя положение органов, ведущих производство по делу. Вследствие этого, принцип инструктивности предполагает наличие формальной системы доказательств, поскольку судья признается неспособным без детальной инструкции правильно их оценить. При установлении фактических обстоятельств дела внутреннее убеждение должностных лиц не считается обязательным. Отрицание свободы потерпевшего (и отсутствие фигуры обвинителя) приводит к регламентации поводов к возбуждению уголовного преследования, которые заменяют собой понятие обвинения. Из инструктивности также следует правило об единстве, унификации процессуальной формы. Здесь же можно отметить, что усиленные призывы к детальной и строгой регламентации в отечественной уголовно-процессуальной литературе[143] были объективно связаны с существенными проявлениями принципа инструктивности в нашем уголовном процессе.

Кроме анализа понятия и принципов конкретного типа судопроизводства, содержание законности необходимо раскрыть посредством выявления в нем особенностей метода правового регулирования. Применительно к розыскному процессу для выявления признаков метода регулирования требуется обратить внимание на его соотношение с методами состязательного уголовного судопроизводства, административного и гражданского процессов.

Существенным показателем развития предмета и метода уголовно-процессуального регулирования является соотношение свободы личности и государства. Отношения публичного и частного начала применительно к методу регулирования выражаются в особом сочетании императивного (публичного) и диспозитивного способов регулирования.

В самом общем виде можно отметить, что общественные отношения в розыскном процессе носят такой управленческий характер, при котором авторитарно-бюрократическое государство всеобъемлюще деспотически (тоталитарно) подчиняет себе личность участников судопроизводства. В отношениях инквизиционного процесса объектом управляющих воздействий служит не только процедура отправления правосудия, сколько личность обвиняемого, потерпевшего и даже судьи. Иногда отношения в розыскном производстве могут даже сливаться с отношениями в области государственного управления, что ярко выражено в суде “административной расправы”[144]. В связи с этим, основным методом регулирования в розыскном процессе является императивный. Широчайшее применение метода власти-подчинения характеризует розыскной процесс в отличие от состязательного, где за сторонами признается определенная диспозитивность. В то же время применение этого метода ярко отличает розыскное производство от гражданского процесса. Метод власти-подчинения классически признается типичным для административного права, и в меньшей степени - для административного процесса[145]. Отсюда следует вывод, что розыскной процесс есть не что иное, как применение административного метода к общественным отношениям в области уголовного судопроизводства.

В этом отношении показателен французский уголовный процесс, дознание в котором подчинено розыскному началу. В связи с этим стирается грань между уголовно-процессуальной и административной деятельностью полиции. С одной стороны, первая приобретает административные черты, с другой - властные полномочия полиции при существенном ограничении прав граждан стремятся к судопроизводственной форме. Данное явление породило во французской теории концепцию “уголовной сферы”[146].

Резюмируя изложенное, подчеркнем, что содержанием законности в розыскном процессе являются принципы должностной инициативы и инструктивности. С точки зрения правового регулирования, законность характеризуется соблюдением императивного (административного) метода, который допускает диспозитивность в очень ограниченных пределах.