Законность и типы уголовного процесса (стр. 19 )

Несмотря на английское происхождение, должная правовая процедура не является исключительным явлением англо-американского уголовного процесса. Она органично связана с гражданским обществом и правовым государством, она свойственная любому цивилизованному судопроизводству, невозможному без начал состязательности.

Согласно Конституции РФ, “Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора” (ч.4 ст.15)[252]. В этой связи целый ряд международно-правовых актов в той или иной степени формулируют независимость суда и равноправие сторон. Для подтверждения выделим конкретные нормы международного права.

Всеобщая Декларация прав человека предусматривает следующие правила: “каждый человек, для определения.... обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения, имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом”(ст.10); “каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты” (ст.11)[253].

“Каждый имеет право, при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему,... на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона” - гарантирует Международный Пакт о гражданских и политических правах (ч.1 ст.14)[254].

Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод содержит норму аналогичного характера: “Каждый имеет право... при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона” (ст.6)[255]. Кроме того, особое внимание в международно-правовых актах уделяется праву обвиняемого на защиту как важнейшему элементу принципа равноправия сторон (ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; ст.6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Идеи независимости суда и равенства сторон нашли свое прочное место не только в нормах международного права, но и в российском законодательстве. Согласно ч.3 ст.123 Конституции РФ, судопроизводство в России осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Поскольку с одной стороны, принципы состязательного уголовного процесса удачно отражены в понятии должной правовой процедуры, а с другой - они закреплены в нормах международного права и Конституции РФ, постольку для характеристики содержания законности в российском уголовном процессе возможно использование термина должная правовая процедура. Действительно, данное понятие употребляется не только в процессуальной науке[256], но и в отечественном законодательстве. Так, в Декларации прав и свобод человека Союза ССР от 5.09.1991 г. (ст.15) провозглашено: “Каждый человек, привлекаемый к ответственности за правонарушение, считается невиновным, пока его вина не будет установлена судом в рамках надлежащей правовой процедуры (курсив наш - К. Б.)”[257]. Дело даже не в самой терминологии. Главное заключается в том, что и общепризнанные нормы международного права, и Конституция РФ закрепляют идею состязательности уголовного процесса.

Изложенное выше позволяет сделать вывод о том, что действующее уголовно-процессуальное законодательство России должно закреплять принципы состязательного типа уголовного процесса. Следовательно, при исследовании содержания законности именно на их реализацию должно быть обращено внимание. При этом рассмотрение реализации принципов состязательности имеет важное практическое значение. Оно выражено в том, что принципы состязательности могут послужить критериями: 1) оценки соответствия норм российского уголовно-процессуального права международным стандартам; 2) разработки рекомендаций по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства с целью последовательного его преобразования по состязательному типу; 3) определения и классификации существенных процессуальных нарушений как оснований для отмены приговоров, направления дел на дополнительное расследование и для признания доказательств недопустимыми[258].

Прежде чем перейти к анализу обеспечения независимости суда и равенства сторон в российском уголовном процессе, следует сделать несколько замечаний, определяющих рамки дальнейшего исследования.

Все многогранное содержание законности не рассматривается и не может быть рассмотрено в настоящей работе. Это объясняется тем, что законность в российском уголовном процессе исследуется с позиции типа (идеальной модели) судопроизводства. В то же время содержание законности может быть еще более приближено к конкретной, реальной правоприменительной практике. Поскольку ввиду обособленности предмета регулирования каждому институту в рамках правовой отрасли свойственны особенности юридического воздействия[259], постольку содержание законности отличается не только в типах процессов, но и в отдельных стадиях и институтах отрасли права. Однако эти вопросы не входят в предмет данной работы.

К тому же важно отметить еще два обстоятельства. Первое касается толкования ч.3 ст.123 Конституции РФ. Из буквального смысла нормы следует, что состязательность и равноправие сторон являются однопорядковыми положениями. Однако на основе вышеизложенного равенство прав сторон является составной идеей состязательности, наряду с независимостью суда. По справедливому утверждению , такое толкование не противоречит действующей Конституции, так как при подготовке ее проекта на первый план выдвинулась задача раскрыть содержание термина “состязательность”[260]. Второе обстоятельство требует учитывать особенности уголовно-процессуальной состязательности (или степени смешения “чистой” состязательности с публичностью), так как ч.2 ст. 118 Конституции РФ, кроме уголовного, предусматривает еще три вида судопроизводства: конституционное, гражданское и административное, каждое из которых должно строиться по принципу состязательности.

Итак, поскольку законность предполагает правовое содержание законов, постольку необходимо обращение к правовым началам. Согласно используемой типологии, российский уголовный процесс относиться к состязательному типу. Следовательно, в уголовно-процессуальном законодательстве должны содержаться основные правовые начала состязательности: независимость суда, стремящегося к объективной истине, и предоставление каждой стороне достаточных процессуальных возможностей для отстаивания своей правоты.

Рассмотрим реализацию этих принципов в российском уголовном процессе с учетом общепризнанных норм международного права.

§ 2 Процессуальные средства обеспечения
независимости суда

Важнейшее правило, согласно которому никто не может быть судьей в своем собственном деле (nemo judex in re sua), очень богато своим содержанием. Когда говорится о независимости суда как об основополагающем начале состязательного типа уголовного процесса, подразумевается множество идей, положений, требований. Так, независимость суда означает и его самостоятельность от других ветвей государственной власти, и невозложение на него функций обвинения и защиты, и его способность правильно разрешить дело, будучи беспристрастным и компетентным правоприменителем. [К. Б.1] 

В советской уголовно-процессуальной литературе содержание принципа независимости суда ограничивалось его процессуальной самостоятельностью, руководящим положением, принятием решений на основе внутреннего убеждения и подчинением закону[261]. Как одна из составляющих должной правовой процедуры, судейская независимость требует более широкого подхода. Для рассмотрения реализации данного принципа в российском уголовном процессе необходимо классифицировать вытекающие из него положения.

В русской процессуальной науке распространенным было деление независимости суда на внешнюю и внутреннюю. К внешней относились положения, обеспечивающие независимость судебной власти в целом, то есть отделение судебной власти от исполнительной и законодательной и вытекающие отсюда требования. К внутренней причислялись принципы, обеспечивающие независимость личности судьи, в том числе и психологические факторы в виде условий судебной службы, надзора за судами, отводов, гласности и другие)[262]. Очевидно, что в данной классификации основанием служит субъект независимости. Представляется, что выделение наукой таких существенных признаков субъекта как его защищенность от посторонних влияний и его способность отправлять правосудие также органично дополняют внешнюю и внутреннюю независимость как независимость судебной власти и судьи[263]. Тогда к внешней независимости относится самостоятельность функции юстиции, институт отводов, несменяемость, неприкосновенность судей, достойное материальное содержание, несовместимость судебных и административных округов по территориальному признаку. Внутреннюю независимость обеспечивают требования, предъявляемые к кандидатам на судебные должности, порядок формирования состава суда, подсудность. Кроме того, можно выделить в зависимости от состава суда независимость профессиональных судей и независимость народных или присяжных заседателей.