Обещание Макса (стр. 24 )

Дальше? А что дальше? Баксы получили, обмыли, конечно, изрядно. А через пару дней выяснилось, что деньги ушли на по­гашение каких-то там его долгов. А еще через пару недель Вася вообще исчез. Уж и не знаю, жив ли он.

Но дальше, дальше! "Вези меня, извозчик!" А дальше — мне стали звонить из центра "Защита". "Землячок, — говорят, — дол­жок за тобой. Когда погасишь?" "Вы что, — говорю, — ребята? Это ж не я, это АО "Элина"!" "В договоре, — говорят, — твое фамилие!" Я: "Но у меня нет таких денег! Я всего лишь артист!" Они: "А это нас не..." Тут они слово такое специальное употребили. "Давай, — говорят, — землячок. Мы включаем счетчик. У тебя, мы слышали, сынок есть, да? Учится в школе номер двести семьдесят девять? Поспеши, земля­чок. Месяц сроку даем." У меня тут уже не голос — ноги задрожа­ли. Знаю, что такое ужас...

Ладно, еще пропустим. Что могли, с женой продали, в долги влезли страшные. Через две недели одиннадцать тысяч я им отдал. Жена в церковь пошла бога молить, мать в больницу увезли... И ведь услышал нас боженька, услышал. Звонок. "Землячок, дельце есть. Сделаешь, ты ничего не должен, понял?"

Встретились. Все исключительно корректно. Дал он мне сум­ку полиэтиленовую, красивую, а в ней посылочка аккуратненькая, ленточкой перевязана. Зашел я с ней в банк "Садко" — узнать условия депозитных вкладов. Сидел, изучал проспекты. А сумку за шторку поставил. Потом поулыбался девочкам, сказал, что зайду непременно. А на следующий день — сообщение: "В помещении банка "Садко" произошел взрыв. По счастливой случайности прои­зошел он в момент, когда в помещении находились лишь два сотрудника, которые и доставлены в больницу. Пожар продолжался около часа."

Нашему герою с тех пор никто не звонил. Позвольте в заклю­чение. Уж если не заладится, господа... Не то. А вот то: та­лантливый человек талантлив во всем. Но столь же справедливо и обратное: бездарный в чем-то бездарен во всем. Остаюсь с совер­шеннейшим почтением...