Первичные опухоли головного мозга у жителей Чуйской области (стр. 17 )

Таблица 4.2.13 ‒ Распределение гистологических типов опухолей головного мозга в зависимости от их размера

Гистологический тип опухоли
Размер опухоли	Менин-гиомы	Глиоблас-томы	Астроци-томы	Аденомы гипофиза	Невриномы VIII пары
до 1 см	21 (12,4%)	15 (25,4%)*	14 (25,5%)*	22 (56,4%)*^°	2 (9,5%)
до 3 см	54 (31,8%)	24 (40,7%)	24 (43,6%)	12 (30,8%)	4 (19,0%)
до 5 см	43 (25,3%)	13 (22%)	4 (7,2%)*^	4 (10,3%)*	10 (47,6%)
> 5 см	52 (30,5%)	7 (11,9%)*	13 (23,6%)	1 (2,6%)*^°	5 (23,8%)
Всего	170	59	55	39	21

Примечание ‒ * p<0,05 в сравнении с группой менингиом; ^ p<0,05 в сравнении с группой глиобластом; °p<0,05 в сравнении с группой астроцитом.

Так, с опухолями малых размеров (до 1 см) в стационар госпитализировано всего 6,8% больных. Опухоли средних размеров (до 3 см) выявлены у 38,4% больных, а большие и гигантские ПОГМ диагностированы соответственно у 30,2 и 24,5% пациентов, что говорит о низком уровне диагностики ПОГМ среди жителей Чуйской области и г. Бишкека.

Среди менингиом большие и гигантские размеры определялись в 55,8 %, среди глиобластом ‒ 33,9%, среди астроцитом ‒ 30,8%, среди аденом гипофиза ‒ 12,9%.

Необходимо отметить, что опухоли малых размеров выявлены среди аденом гипофиза, что, по-видимому, объясняется спецификой клинических проявлений данной опухоли и анатомо-физиологическими особенностями ее локализации.

Невриномы VIII пары ЧМН зачастую имели большие и гигантские размеры (47,6 и 23,8% соответственно).

Таким образом, более 40% больных поступают в стационар с опухолями больших и гигантских размеров, причем чаще опухоли больших размеров характерны для супратенториальной локализации и менингиом. Приводим клиническое наблюдение:

38 лет, история болезни № 000/552; находилась на стационарном лечении в отделении нейрохирургии с диагнозом: опухоль височно-базальной локализации слева с выраженным гипертензионным синдромом. Эписиндром.

Поступила в бессознательном состоянии, после двух эпизодов генерализованного приступа с клонико-тоническими судорогами в конечностях, пеной изо рта и прикусом языка.

Из анамнеза установлено, что головные боли беспокоили ее в течение многих лет. Больная неоднократно получала консервативное лечение по месту жительства по поводу дисциркуляторной энцефалопатии, от которого отмечался положительный эффект. Утром на фоне относительного благополучия у больной развился генерализованный эпиприступ с потерей сознания, на неопределенное время, с тонико-клоническими судорогами в конечностях, пеной изо рта, прикусом языка. После приступа — выраженная общая слабость и умеренные головные боли. Больная была доставлена в территориальную больницу, где на фоне консервативного лечения ее состояние несколько улучшилось.

По настоянию родственников проведено МРТ - исследование головного мозга и получены МРТ - данные за геморрагический инсульт в височной доле слева на фоне дисциркуляторной энцефалопатии с наружной заместительной гидроцефалией (рис.4.2.5).

Рис 4.2.5. МР-томограмма головного мозга больной А. Ш. без контрастного усиления.

После консультации нейрохирурга проведено МРТ ‒ исследование головного мозга с внутривенным контрастированием (рис. 4.2.6).

Рис. 4.2.6. МР-томограмма головного мозга больной А. Ш. с контрастным усилением.

На МР – томограмме получены данные за объемное образование височной доли слева с реактивными изменениями ТМО лобно-височно-теменной долей слева, неравномерное расширение субарахноидального пространства правого полушария головного мозга.

При поступлении в стационар состояние пациентки средней тяжести, сознание заторможенное. Неврологический статус представлен легкой правосторонней пирамидной недостаточностью, умеренной ригидностью затылочных мышц.

Произведена операция: птериональная КПТЧ в левой лобно-височной области с удалением менингиомы крыла основной кости.

Гистологическое исследование: менингиома.

Рис. 4.2.7. МР - томограмма головного мозга больной А. Ш. после операции.

Послеоперационное течение без осложнений. Больная была активизирована. Отмечался полный регресс неврологической симптоматики. Во время пребывания в клинике эпиприступов не было.

Контрольная МРТ головного мозга после операции: данные за послеоперационные изменения без признаков наличия новообразования (рис. 4.2.7).

В данном клиническом наблюдении была неверной трактовка первоначальных симптомов в течение многих лет без МРТ-контроля с диагнозом: дисциркуляторная энцефалопатия без должной консультации нейрохирурга, что исключило установление основной причины заболевания.

Произведенное МРТ-исследование головного мозга без контрастного усиления интерпретировало данные как следствие инсульта в бассейне СМА. Только МРТ головного мозга с контрастным усилением позволило дифференцировать основную патологию — опухоль головного мозга. Удаление опухоли было тотальным. Острое развитие клинической симптоматики было связано с вторичными сосудистыми нарушениями.

Заключение

Согласно нашим данным, в клинической симптоматике ПОГМ доминировали головная боль, тошнота, рвота (96,7%), общая слабость (80,4%) и головокружение (66,3%). Параличи и парез конечностей отмечались в 35,1% случаев, судорожный синдром – в 29,7%. Из них у 20% больных судороги были генерализованные, еще у 2,4% ‒ вторично-генерализованные и у 7,3% пациентов выявлялись парциальные судороги. Атаксия отмечалась у 26,4% больных, поражение ЧМН ‒ у 16,7%, нарушение чувствительности ‒ у 15,1% пациентов. При офтальмологическом исследовании у 22,4% поступивших диагностированы застойные соски зрительных нервов, у 22,6% отмечалось снижение остроты зрения, у 7,5% диагностирована атрофия зрительных нервов и у 7,8% пациентов выявлялись изменения полей зрения. Интеллектуально-мнестические нарушения наблюдались у 19,8% больных, реже отмечалось снижение слуха (9,0%) и диагностированы эндокринные расстройства (8,5%).

Наиболее часто встречающимися ошибочными диагнозами, под маской которых скрывался основной диагноз ОГМ, отмечены: для менингиом и нейроэпителиальных опухолей ‒ синдром вертебро-базилярной недостаточности, эпилепсия, дисциркуляторная энцефалопатия и шейный остеохондроз; для аденом гипофиза ‒ различные заболевания глаз, эндокринологические и гинекологические заболевания; для неврином VIII пары ‒ кохлеоневрит, заболевания лор-органов, синдром вертебро-базилярной недостаточности и шейный остеохондроз.

Согласно полученным данным, в период до 1 месяца с момента начала заболевания в нейрохирургический стационар было госпитализировано всего 5,5% больных, в период с 1 до 6 месяцев ‒ 28,7%, а в сроки с 6 до 12 месяцев диагноз был установлен еще у 27,9%. В сроки от 1 до 5 лет госпитализировано в нейрохирургические отделения 125 больных (26,4%) и в сроки, превышающие пятилетний период ‒ 53 (11,3%).

Наиболее короткий нейроонкологический анамнез регистрировался у детей и юношей. В возрасте до 18 лет в течение первого года с момента появления клинических симптомов заболевание было диагностировано у 82,4% больных, причем у 55,6% нейроонкологическая патология была верифицирована в течение первых 6 месяцев от начала заболевания. В старших возрастных группах сроки с момента появления первых симптомов до установления диагноза увеличивались. Так, в сроки до 1 года опухоли мозга диагностированы только у 55 ‒ 58% больных, а в сроки до 6 месяцев ‒ менее чем у 40%.

Наиболее короткий анамнез до установления диагноза был характерен для злокачественных новообразований. В частности, более чем у 50% больных с глиомами диагноз устанавливается в течение первых 6 месяцев, еще у 29% верификация диагноза происходит в сроки от 6 до 12 месяцев. И лишь менее чем у 20% анамнез симптоматики до установления диагноза превышает один год. Напротив, длительные сроки заболевания, по данным анамнеза, чаще встречались у больных с опухолями мозга доброкачественного характера. Так, больные с ОГМ, особенно с менингиомой, невриномой VIII пары ЧМН и аденомой гипофиза, длительное время наблюдались и лечились амбулаторно по поводу различных заболеваний, симулирующих опухоль головного мозга.

При поступлении в нейрохирургическое отделение функциональный статус по шкале Карновского в 30 баллов отмечался у одного пациента (0,2%), 40 баллов ‒ у 4 больных (0,8%), в 50 баллов ‒ у 15 (3,2%), 60 баллов ‒ у 112 (23,6%), 70 баллов ‒ у 232 (48,3%), 80 баллов ‒ у 103 больных (21,7%) и в 90 баллов ‒ у 7 пациентов (1,5%). Иными словами, ту или иную степень инвалидности (функциональный класс 60 баллов и менее) имели 132 пациента (27,8%). Отметим, что наиболее низкий функциональный статус при поступлении имели дети и пожилые пациенты, а также больные, страдающие глиальными опухолями. Размер ОГМ существенного влияния на показатель функционального статуса пациентов не оказывал.

Проведенный анализ уровня нарушения сознания у нейроонкологических пациентов при первичном поступлении в стационар выявил, что 356 пациентов (84%) поступили в стационар в ясном сознании, 20 (4,7%) – в состоянии оглушения, 39 пациентов были госпитализированы в заторможенном состоянии, 5 (1,2%) ‒ в состоянии сопора и ещё 4 пациента (0,9%) были доставлены в коматозном состоянии. При этом наиболее часто с различными нарушениями сознания в нейрохирургический стационар госпитализируются дети, пожилые пациенты, лица с большими размерами ОГМ, а также больные с нейроэпителиальными опухолями.