ОК Робин Хобб (стр. 19 )

— Ладно. — Чейд достал кольцо и вертел его в пальцах. — Возможно, я сам попробую провести с ним некоторые эксперименты.

Потом они обсудили кое-что о Скилле, найденное недавно Дьютифулом в одном из свитков, и вместе просмотрели сделанные принцем записи.

Церемония

Неттл с нетерпением ждала назначенного вечера.

В предыдущий раз у неё получилось, поэтому теперь она чувствовала уверенность, что сможет из своего сна про башню войти в Тел’аран’риод. И действительно, в этот раз ей было даже легче. Она встретилась с Мелэйн среди скал и переместилась вслед за ней куда-то в пустыню.

Палатки стояли несколькими группами, одна из групп была несколько на отшибе. В центре между ними и оказались Эгвейн и Мелэйн. Из палаток стали выглядывать женщины, одной из них оказалась Эмис. Это были Хранительницы мудрости.

Для церемонии все они собрались в одной из палаток. Неттл и Мелейн пришлось отвечать на ритуальные вопросы, а затем нескольких из хранительниц охватило сияние, такое, как раньше Неттл видела у Эмис. Она видела, как свечение разделилось на несколько потоков, которые сплелись причудливым узором. А затем этот узор опустился и окружил Неттл и Мелейн, впечатывая, вплетая их в себя.

В этот миг где-то в глубине сознания Неттл словно зажглась яркая точка. «Мелэйн!» — поняла Неттл. Она могла чувствовать подругу, и это было так прекрасно, что Неттл даже зажмурилась. Это было похоже на то, как если бы она касалась Мелэйн Скиллом.

— Сестра! — сказала она в чувствах, и бросилась к Мелэйн на шею.

И ощутила такой же горячий отклик.

Целоваться, чувствуя друг друга, как себя, было невыносимо прекрасно. Неттл не заметила, когда Хранительницы мудрости ушли, просто в какой-то момент поняла, что они с Мелэйн остались одни в палатке. И тогда поцелуи стали жарче, а рука уже скользила в ворот белой блузы в попытке обнажить для этих сумасшедших поцелуев больше пространства.

Они изучали одна другую с горячечной нетерпеливостью и были предельно открыты друг перед другом. Никогда — вдруг подумала Неттл, ощутив, как губы Мелэйн вобрали её сосок, а ладонь аккуратно сжала грудь, — не захочет она, чтобы кто-то другой касался её так. Никогда, — решила она позже, когда её поцелуи спустились ниже, ненадолго задержавшись во впадинке пупка, и стали касаться нежной плоти так, как Неттл и не представляла раньше, что так возможно, — никогда не будет она ласкать таким образом никого другого. Язык порхал, словно сумасшедший, кружа по разгорячённой плоти и проникая внутрь, а руками Неттл безостановочно гладила всё, до чего могла дотянуться — в ответ на схожие ласки Мелэйн. Неттл казалось, что бабочки, с которыми она так любила забавляться в своих снах, устроили ей сладкую пытку и теперь порхают в её животе и щекочут крылышками и лапками оголённые нервы.

И в какой-то миг нарастающее нечто внутри лопнуло, рассыпавшись, разлетевшись мириадами звёзд и бабочек, оставив истому и удовлетворение, которые Неттл чувствовала даже после того, как проснулась.

Эпилог

— Ты выглядишь сегодня как-то иначе, — сказал Дьютифул, когда они оторвались от эскорта, пустив лошадей в галоп.

Принц пригласил её на прогулку, заявив, что в последние дни Неттл совсем закисла над бумагами и стала просто невыносимой.

— Но, похоже, свежий воздух тут ни при чём, — продолжил он, и Неттл кивнула, смущённо улыбнувшись. В памяти всё ещё возникали картины ночного безумства.

— Неплохо, если у тебя наконец кто-то появился, — сказал Дьютифул и пришпорил кобылу, оставляя Неттл без возможности оправдаться.

Она отпустила поводья, позволяя скакуну самому выбирать темп и направление, и подставила ветру и солнцу лицо. В Бакк пришла весна, растапливая снег на полях и выгоняя яркую и свежую траву. А весна обычно вызывала у Неттл неясное томление и какое-то предвкушение. Впрочем, в этот раз Неттл точно знала, что именно предвкушает.

Связь с Мелэйн грела её изнутри больше, чем греет летнее солнце, неся счастье, и покой, и радость жизни, какую Неттл не ощущала, наверное, с самого детства.

— Сестра, — прошептала она, прислушиваясь к этой связи, а затем пришпорила коня и кинулась в погоню за принцем, весело смеясь.

Квест 5. Спецквест

Тайные перекрёстки

Название: Тайные перекрёстки

Автор: идея и текст — Хель*

Беты: Мириамель, Aviendha, wakeupinlondon

Иллюстрации: идея — Глинтвейн, отрисовка — Хель*

Флеш-версия: Мириамель

HTML-версия: Aviendha

Форма: Интерактивный рассказ. В процессе прочтения есть возможность выбирать поступки героя, что определяет дальнейшее развитие сюжета и финал.

Размер: миди, кол-во слов: 6 700

Количество: 8 возможных вариантов прохождения, 8 рассказов соответственно

Пейринг/Персонажи: Фитц, лорд Голден, ОМП, Фитц/лорд Голден, лорд Голден/Фитц

Категория: джен, слэш (в зависимости от выбираемого сюжета)

Жанр: Angst, Romance, Humour (в зависимости от выбираемого сюжета)

Рейтинг: G, PG-13, R (в зависимости от выбираемого сюжета)

Предупреждения: AU, насилие

Краткое содержание: Лорд Голден имеет доступ в тайные коридоры Оленьего замка и тайком от Фитца делает для Чейда некоторую работу. Как же поступит Фитц, узнав об этом?

Примечания: 1. Автор канона всегда прав — на то он и автор канона. Поэтому тему спецквеста «В чем автор был не прав» мы рассматриваем в свете того, что осталось за пределами правды автора.

2. Таймлайн — «Золотой Шут».

Размещение: С разрешения автора.

Белый Пророк утверждает, что будущее имеет множество вариантов. Каждый может воплотиться в жизнь, стоит лишь потянуть соответствующую нить Судьбы.

Больше других на будущее, уготованное миру, влияет Изменяющий. Даже самый незначительный его поступок способен направить колесо Судьбы в другую колею. Изменяющий делает выбор — и то, что было одной из вероятностей, становится реальным.

Именно эту сбывшуюся вероятность называют Истиной.

Но стоит ли считать ложью то, что могло произойти, но не случилось?

1

— Фитц, мне необходимо воспользоваться потайным выходом. — Шут только что вернулся в покои лорда Голдена, плотно закрыл за собой дверь и осторожно поглядел в мою сторону.

— Потайным выходом?

«Он что, знаком с тайными коридорами Оленьего Замка?» Я удивился, насторожился, а потом догадался:

— Ты встречаешься с Чейдом?

Шут поправил кружевной манжет, сложил руки на груди и нервно улыбнулся.

— Видишь ли, необходимо подслушать разговор, в котором он не может участвовать: Чейд на приёме, вместе с принцем. Лорду Голдену, кстати, эта беседа также интересна, но, как понимаешь, он на неё не приглашён.

Я хотел спросить напрямую, что ещё Шут делает для Чейда, но сдержался и промолчал. Кажется, я ревновал и чувствовал себя отстранённым.

Мне пришлось отступить в сторону, чтобы пропустить лорда Голдена в комнату слуги.

— Ах, да, — Шут остановился и заглянул мне в глаза, — Лорд Голден плохо себя чувствует и остаток дня намерен провести в своей кровати. Он скажет Тому, что не хочет его видеть, и отпустит до вечера. — Тонкая рука легла на моё плечо, и Шут мягко добавил: — Фитц, тебе не помешает отдых.

Уж действительно. Я чувствовал себя уставшим и никому не нужным.

Ночной Волк покинул меня — эту пустоту в моём сердце не могло заполнить ничто на свете. Мой самый близкий друг был рядом, но прятался за дурацкой маской избалованного лорда, а Чейд занимался политической жизнью Баккипа больше, чем безопасностью Видящих и угрозой, исходящей от Полукровок. А ещё он доверял Шуту то, что не доверял мне, и я злился.

Конечно, мне следовало отдохнуть.

Я не стал отвечать, просто открыл перед лордом Голденом потайную дверь.

Дождался, когда он скроется в темноте хода, присел на кровать и попытался справиться с обидой и негодованием.

Я не мог отдохнуть, но мог отвлечься.

Физическая работа и простой труд всегда были помощниками в этом деле, и я провёл день, упражняясь с мечом. Я успел искупаться, постирать одежду и даже заглянуть на кухню, прежде чем осознал, что Шут до сих пор не вернулся.

Неужели встреча затянулась так надолго? А вдруг что-то случилось?

Я беспокоился, но ничего не предпринимал до тех пор, пока солнце не коснулось горизонта.

А потом не выдержал и отправился по следам Шута.

Со мной был боевой нож, а свечу я не брал. Дождавшись, пока глаза привыкнут к тусклому освещению, я смог вполне уверенно ориентироваться в полутьме.

Наверное, в тот вечер мной двигали обида и ревность, иначе я не стал бы выискивать Шута в потайном коридоре замка — самом безопасном месте Баккипа.

Я беззвучно ступал по каменному полу и размышлял о том, куда направиться в первую очередь. Левый коридор вёл в гостевую часть замка — туда, где располагались комнаты для приёмов и покои послов. Если Шуту было необходимо подслушать какой-то важный разговор, вероятнее всего, он шёл именно этим ходом. Возможно, он просто слишком увлёкся наблюдением? Чужие тайны часто интересовали моего друга.

А если разговор давно закончился и Шута там нет? С такой же вероятностью лорд Голден мог находиться сейчас в кабинете моего старого наставника.

Я дошёл до развилки и остановился — мне нужно было выбрать, куда идти.

Немного посомневавшись, я свернул в западный коридор.

Коридор огибал почти всё западное крыло Оленьего Замка и заканчивался шпионским глазком для наблюдения за Жёлтой гостиной. Беспокойство заставляло меня действовать быстро и скрытно, но на обследование всего пути у меня всё равно ушло довольно много времени и сил. Я обнаружил огарок свечи и знакомые следы на пыльном полу, но самого Шута так и не нашёл.

Оставался лишь кабинет моего старого наставника, и я поспешил туда так быстро, как только мог.

Уит говорил мне, что в комнате кто-то есть. Прежде чем войти, я заглянул в скрытый глазок: мне хотелось удостовериться, что в кабинете именно Шут, а не кто-то другой. Однако комната выглядела пустой.

Но она не была пустой.

Я привёл в действие скрытый механизм, чтобы попасть в кабинет, и вытащил нож.

На письменном столе лежали открытая книга и свежая рукопись — перо было отложено в сторону, но чернильница оказалась полна свежих чернил. Ковёр под ногами был слегка примят, дверь в уборную закрыта не плотно, камин растоплен…