ОК Робин Хобб (стр. 9 )

Другой параллелью являются волчьи сны. Здесь у Фитца наконец есть хоть какая-то способность контроля — он может попадать в волчий сон по собственному желанию. Кроме этого нет никаких особенных отличий, дающих понять, что волчий сон — это какой-то особенный сон, какая-то иная реальность. В мире же Колеса волчий сон является либо частью, либо вариацией Тел’аран’риода. Попадающий в него, так же как и в Тел’аран’риоде, способен частично управлять реальностью сна: своими перемещениями, появлением отдельных предметов, и даже — как мы видим уже в последней книге, в месте, где происходит битва Перрина и Губителя, — имеет возможность управлять свойствами любой материи, например, сделать воздух твёрдым либо заставить воду расступиться. Причём не только для себя, но и для находящихся рядом с собой. Таким образом, схватку в мире снов выигрывает тот, чья фантазия шире и уверенность в действенности сделанных изменений твёрже.

Ещё один аспект, представляющий интерес, — пророчества и пророки. В мире Джордана этот аспект проработан не так глубоко, как прочие. За пару десятков лет до основных событий пророчество о Драконе (как мы помним, в мире Колеса это человек, предназначенный для схватки с Тёмным) сделала одна из направляющих. Существуют также древние пророчества, больше похожие на легенды. Таким образом, явление это исключительно редкое, поэтому нам трудно проникнуть в его природу. Связан ли дар пророчества со способностью направлять — неизвестно. По одиночному случаю невозможно сделать общий вывод, как и в случае связи управляемых снов и владением Скиллом на основе возможностей только лишь Неттл. Но что интересно, сама структура мира, его заданная цикличность является отличной базой для того, чтобы углубиться в тему пророчеств, потому что вращается Колесо Времени, Эпохи приходят и уходят, и возвращаются, и всё, что когда-то было, повторяется вновь.

Зато у Хобб один из центральных персонажей оказывается пророком. Шут является потомком загадочной расы Белых. Он способен видеть вероятности — и способен видеть лучшую из этих вероятностей. А также то, что должен сделать Изменяющий, чтобы привести историю к нужному результату. Если провести параллели, то в мире Джордана главным Изменяющим является Дракон, есть там и такое понятие, как та’верен — человек, вокруг которого Узор плетётся особым образом, концентрируя события. Ранд ал’Тор, Дракон Возрожденный, является самым сильным та’вереном, но не единственным. У Хобб предполагается, что в одно время в мире может быть только один Белый Пророк и один его Изменяющий. И множество проблем возникает из того, что в какой-то момент происходит сбой и в мире появляются два Пророка и, соответственно, два Изменяющих: Шут с Фитцем и Белая женщина с Кебалом Робредом. Причина этого сбоя нам так же, как и многое, неизвестна и оставляет простор для размышлений.

Но сравнивая Фитца с Рандом, мы видим, что если Ранд — личность, о которой постепенно узнаёт весь мир (вопреки его желанию, естественно), то Фитц, скорее, «серый кардинал». Даже если бы ему не приходилось скрывать свою истинную личность перед опасностью быть уничтоженным в качестве носителя запрещённой магии Уита, его деяния, призванные изменить направление движения колеса судьбы, не имеют такого большого общественного резонанса. Например, самым важным его деянием было, наверное, решение не убивать Айсфира. Конечно, дракон освободился и взлетел, и молва об этом событии пошла, но роль Фитца в этом не выставлялась главенствующей. Более того, если бы Фитц не принял этого решения и дракона бы убили — это стало бы не менее широко известно, и роль Фитца бы была не большей, чем роли остальных участников экспедиции на остров Аслевджал. Да и так о Фитце знают только в Шести Герцогствах и в Горном Королевстве, а в Калсиде, Джамелии о нём могут встретиться разве только какие-то слухи в виде любопытных баек, не говоря уже о более дальних странах.

Итак, подведём итоги.

Как нам удалось установить, обе вселенные имеют множество точек пересечения. Вряд ли это является осознанным решением авторов (точнее, Робин Хобб, ведь её саги вышли хронологически позже книг Джордана), и уж тем более нелепа мысль о плагиате. Скорее всего, авторы подпали под влияние ранее упомянутых универсальных символов и архетипов. А может быть…

Давайте на секундочку включим фантазию и представим, что Создатель, например, водит дружбу с Са, отвисая с ним по вечерам за кружечкой бренди. Возможно, эти два мира находятся рядом, гораздо ближе, чем мы могли бы представить. Может быть, одно из ответвлений Путей приведёт нас в Кельсингру? Или же Эпоха Элдерлингов — это одна из Эпох, которые наступают с новым оборотом Колеса Времени, ведь…

«Вращается Колесо Времени, приходят и уходят Эпохи, оставляя в наследство воспоминания, которые становятся легендой. Легенда тускнеет, превращаясь в миф, и даже миф оказывается давно забыт, когда Эпоха, что породила его, приходит вновь. В Эпоху, называемую Третьей Эпохой, Эпоху, которая еще будет, Эпоху, давно минувшую, поднялся ветер в Горах Тумана. Не был ветер началом. Нет ни начала, ни конца оборотам Колеса Времени. Оно само — начало всех начал». © «Око мира»

Путь

Исполнение: Аврора

Монтаж: Nory-chan

Автор слов: Nory-chan

Музыка: Urban Symphony – Randajad

Форма: песня

Пейринг/Персонажи: разные персонажи вселенной

Категория: джен

Рейтинг: G

Длительность: 2:59

Размещение: С разрешения исполнителя и автора слов.

Мальчик со спутником-волком

На зов еле слышный бредут

Змеи в подводных глубинах

На памяти запах плывут.

Припев:

Это путь

Предсказанный пророка словами

Это путь

Враги пусть смеются над нами

Это путь

Поспорить должны мы с судьбою

Не свернуть

Зову я тебя за собою

Воин, скрывающий имя

Друга из мёртвых вернёт

Дракон воспарит над рекою

Столицу родную найдёт

Припев

Будут снова драконы парить в небесах...

Квест 4. Тексты крупных форм

Близнецы

Автор: nano_belka

Беты: Мириамель, Хель*, wakeupinlondon, Aviendha

Форма: проза

Размер: миди, кол-во слов: 4 696

Пейринг/Персонажи: Кеннит Ладлак, Совершенный

Категория: джен

Жанр: Angst

Рейтинг: R

Предупреждения: Жестокое обращение с детьми и прочими существами. Хронология не соблюдена толком, событийность и достоверность хромают. В общем, авторские ООС и AU.

Краткое содержание: Немного более подробная история Кеннита и Совершенного.

Размещение: С разрешения автора.

Босые ноги маленького мальчика истоптали палубу вдоль и поперёк; его яркий, живой дух, играя наперегонки с ветром, мчался вперёд и ввысь.

Корабль, подхватывая его смех, рассекал воды легко и непринуждённо, а изваяние на носу улыбалось солнечным лучам.

Так всё начиналось.

Мальчик сам был подобен ветру: лёгкий, весёлый, сейчас здесь, через мгновение там, он избегал корабль вдоль и поперёк, облазил все самые тёмные углы — и корабль разрешал. Удивительно, говорили свидетели, наблюдая, — такая махина (имея в виду носовую фигуру, конечно же) — и такой чувствительный.

Откуда она взялась, эта чувствительность — да никто бы не сказал. Возможно, по памяти кого-то из семейной линии — кого-то, кто потерял одного ребёнка или многих детей. Быть может, тонкие плетения диводрева рождали своё особое волшебство, напитывая каждое творение по-своему. Возможно, душа корабля — как всё же между собой называли люди это чудо — оказалась слишком человеческой для деревяшки.

А возможно, просто бывает так: совпадают двое, и не всегда важно, кто они друг другу, кем были рождены или кем стали, ходят на двух ногах или рассекают волны, расправляют руки, как крылья, воображая полёт, — или летают, мечтая однажды ступить на землю.

Просто совпадают две детали: душа корабля и душа мальчика, деревяшка и человек, ребёнок и новорождённый. Совершенный и… ещё один.

Его впервые подняли на палубу нескольких дней от роду, мать пронесла его на руках, что-то тихо бормоча — Совершенный же улавливал только ровное биение детского сердца и сладость детского сна. Он уловил слабые отголоски — мальчику снилось море уже тогда.

Бывают люди, их так и называют — обречённые с детства, морские существа. Что или кто тому виной — неизвестно, но они рождаются такими, пропахшими песком и морской солью.

Когда Кеннит впервые открыл глаза, в них уже бушевала стихия.

Ребёнок рос, ярче становились оттенки, подробнее — карта, по которой в голове очерчивался мир. Совершенный был центром этого мира.

Ладошки скользили по дереву, не опасаясь щепок и заноз, любовно, с трепетом — уже тогда зарождалась эта связь. Через прикосновение. Совершенный — могучий корабль, могучая душа — трепетал перед ребёнком так, что мелко подрагивала палуба.

Моряки шутили над ним по-доброму, но чаще между собой — корабль-то, конечно, трепетал, но и садануть мог неслабо, и за борт выкинуть запросто. Особенно если Кеннит из-за этого заливался безудержным смехом.

Кенниту исполнилось три года, и мать позволила Совершенному взять его на ладони и рассмотреть, наконец, поближе. Не просто почувствовать — разглядеть.

Мальчик и носовая фигура заворожённо уставились друг на друга, и если бы кто взглянул на них с приличного расстояния, скажем, шагов с пятидесяти — показалось бы, что мальчик — тоже часть корабля.

И нормальна эта связь, и понятна, конечно же, — одно дитя тянется к другому, вместе они растут, познавая мир. В других семьях живые корабли тоже считались родными существами.

Но что-то напрягало всех, кто окружал этих двоих.

Бывают люди, их так и называют — обречённые с детства, с тёмной меткой над головой. Им суждено совершить множество открытий — и всё потерять. Покорить море и умереть на суше глупой, нелепой смертью. Однажды ступить на загадочную землю, чтобы получить предсказание, — и определить тем самым свою судьбу.

Ничего не сделаешь, шептали люди. Мальчик проклят.

А у проклятых есть одна неприятная особенность — они тянут в свою бездну тех, кто рядом с ними.

Как бы то ни было, тот самый мальчик по имени Кеннит проводил на корабле столько времени, сколько иные люди не проводят вместе. Он был способен затеряться в нём — и Совершенный ощущал только, что одна из его неотъемлемых частей будто бы чуть подвижнее других. Сейчас здесь, через секунду там.