Жизнестойкость личности (стр. 35 )

Значение присутствия чувства юмора у учителя как личностной черты для улучшения самочувствия учеников, подчеркивалось различными педагогами, психологами. Однако юмор может выступать не только как черта характера, но и рассматриваться как педагогическое средство, когда учитель сознательно использует гиперболу, шутки, анекдоты, пословицы как обучающие и воспитательные факторы.

Конечно, учителю очень важно очень осторожно использовать шутки в отношении учеников. Существуют общепризнанные этические требования к эффективному использованию юмора в качестве специфического приема воспитательного взаимодействия:

– использовать юмористические высказывания можно только в отношении того, что учащийся может исправить, изменить (конкретного поведения, поступка);

– никакая шутка не должна унижать достоинство человека;

– не следует смеяться над случайностью, высмеивать непроизвольный промах школьника;

– нельзя сердиться на проявление юмора учащимися, нужно всегда быть готовым ответить на их шутку, уметь посмеяться над собой.

Юмор в очень серьезном деле обучения и воспитания детей, конечно, никогда не может быть целью. Юмор – это средство, помогающее сделать общение более эффективным, эмоциональное состояние – более уравновешенном, обучение – более интересным, усвоение – знаний более прочным, а жизнь – более радостной.

(Юмор в педагогике. Классное руководство и воспитание школьников, № 7, 2011.)

Приложение 4

Психологический аспект избыточности знаний в средней школе

Вопрос об избыточности знаний наших школьников стал обсуждаться все более активно в связи с процессом реформирования школы.

Иногда в выступлениях сторонников реформы образования можно услышать, что учащимся средних школ не надо изучать некоторые предметы (например, астрономию), или о необходимости сократить информацию по отдельным предметам до минимума, так как знания по этим предметам никогда им не пригодятся, эти знания избыточны (например, для всех учащихся – по астрономии, а для некоторых учеников – по истории или химии и т. д.).

Представляет интерес рассмотреть с психологической точки зрения явление избыточности знаний.

Принцип избыточности является одним из принципов современного образования. Он подразумевает высокую степень насыщенности обучающей среды – использование разнообразной литературы, Интернета, работу с лабораторным оборудованием, тематическое общение с более взрослыми учащимися и с экспертами. Погружаясь в такую среду, ребенок или подросток, волей‑неволей овладевает определенной информацией, вырабатывает навыки мыслительной и практической деятельности.

Возникает вопрос, каким образом понятие «избыточность» стало для образования нести некоторый негативный оттенок?

В словаре и «избыточный» трактуется как «излишний», «выходящий за пределы необходимого», а «избыток» – как «обилие», «полнота».

Можно сказать, что избыточные знания школьника подчеркивают их полноту и обилие, но знания эти выходят за пределы установленного стандарта.

С точки зрения системного подхода понятие избыточности характеризует такое состояние объекта, когда в нем чего‑либо (вещества, энергии, информации) имеется в избытке, то есть в количестве, превышающем нужное. Как правило, на создание такого избытка расходуются соответствующие ресурсы, и естественным выглядит стремление экономить ресурсы и вообще не создавать избыточность.

Из системы управления понятие избыточности как некоторого артефакта, связанного с излишним расходованием ресурсов, перешло в образование. А понятие «услуга», которое прикрепили к образовательной деятельности, изменяет смысл работы школы, поэтому возникает вопрос об экономии ресурсов, которые естественно затрачиваются при создании избыточных знаний.

Как можно наблюдать из проекта реформы образования, экономия ресурсов, чтобы не было избыточности, идет двумя путями. Первый – сокращение часов на предметы, которые раньше казались незыблемыми в школьном расписании (например, литература, русский язык, математика), второй – создание избыточной образовательной среды не для всех, а только для избранных, по социальному принципу, иногда по интеллектуальным способностям. Опять возникают ситуации экономии энергии. В первом случае – не надо тратить сил на обсуждение с учениками сложных и глубоких вопросов по предмету или вообще не производить никаких затрат, отменив сам предмет; во втором – если уж и тратить силы, то не на всех детей.

Эти тенденции отражаются и в настроениях некоторых учителей. Так учитель, литератор Инна Кабыш приводит примеры, когда один учитель литературы выражает удовлетворение по факту отмены экзамена по литературе, аргументируя это тем, что русская литература очень сложна, ставит социальные, нравственные, философские вопросы, не говоря уже о сложных любовных взаимоотношениях. А другой учитель утверждает, что знания по литературе нужны только для избранных, заинтересованных детей.

Таким образом, когда речь идет об избыточности знания современных учащихся, то возникают два основных вопроса. Во‑первых, какие знания считать избыточными? Во‑вторых, избыточность знаний для кого? Для каких учащихся?

Начнем обсуждение с первого вопроса. Он не так‑то прост, сторонники сокращения часов на профилирующие предметы приводят данные о школьных перегрузках детей, перегруженности программ.

Но чтобы вникнуть в проблему любого учебного предмета, почувствовать и понять нужно время, не затратив его, мы не получим глубины знания. Непонимание глубинных связей между явлениями, противоречий развития природного и социального мира будут приводить к ситуациям, когда хотели как лучше, а вышло как всегда.

Считать ли избыточными знания о необыкновенных личностных качествах людей, вершивших историю; о парадоксах и неоднозначности исторических событий; о положении Земли во Вселенной; о законах биологии, физики, химии и т. д.?

Конечно, на школьника не должна обрушиваться лавина готовых знаний, которые он порой не может не только усвоить, но и воспринять. Выдающийся отечественный психолог , подчеркивая значимость интеллектуальной деятельности в формирование ума человека, отмечал, что «критичность – существенный признак зрелого ума. Некритический, наивный ум легко принимает любое совпадение за объяснение, первое подвернувшееся решение – за окончательное». Поэтому оппонентам, которые считают виной перегрузки школьников, якобы обилие учебных часов, можно сказать о значимости развития оптимальных методах преподавания, совершенствовании самой системы образования, в результате чего ребенок будет действительно развиваться, проявлять, применять и обнаруживать свои интеллектуальные способности. И примеры именно такого преподавание предметов у нас есть, и там нет речи об избыточности знаний.

Если же мы будем рассматривать преподавание какого‑либо предмета исходя из конкретного стандарта, узкого, необходимого набора правил, то столкнемся, прежде всего, с потерей интереса у учащихся к предмету, урезанному до минимума и упрощенному до максимума. В середине XX в. американским психологом была разработана теория программированного обучения, имеющая много положительных моментов. Однако учителя столкнулись и с большой проблемой. По данной системе обучения, шло программирование информации, выдаваемой учащимся. Информация выдавалась небольшими порциями и постоянно шла проверка очень коротких и очень простых для понимания блоков. Если 10 % учащихся информацию не усваивали, то информация разбивалась еще на более мелкие блоки. Такая жесткая стандартизация, упрощенность и отсутствие эмоциональной насыщенности информации, избыточности, приводила к потере интереса у большей части учащихся.

Обучение не может существовать отдельно от эмоций человека, от переживаний и сопереживаний в процессе изучения материала. А возникновение чувств в процессе обучения требует времени, напряжения, личностного участия, здесь сложно говорить об экономии ресурсов. Согласно Платону, всякое знание начинается с удивления, которое вызывается необычностью, несовпадением собственных представлений о явлении и реальности. И вот удивление перерастает в любознательность, более активную форму интеллектуального поиска, возникает желание интеллектуальной самостоятельности. Известный психолог Э. Торндайк предлагал использовать при изучении химии естественный интерес детей к кухне, но при этом необходимо, чтобы возникающий интерес к химии перекрывал на уроках интерес к кухне, чтобы ребенок включался в исследовательскую деятельность по химии. Именно проявление эмоциональной включенности и интеллектуальной самостоятельности порой не хватает школьнику, когда от него требуют лишь запоминания, лишая возможности проявить живой интерес, включиться в рассуждение, критический анализ того или иного явления. При таком подходе к обучению, избыточности не будет, все знания будут переработаны, восприняты и, так или иначе, отразятся на интеллектуальном и личностном развитии ребенка. Но такое обучение требует времени.

Невключенность же в получение знаний в школе, формализованный подход к обучению, приводит к снижению потребности думать, анализировать. Сложно говорить об избыточности знаний у недавних выпускников школ, когда по результатам опроса ВЦИОМ, проведенном в январе 2011 г., треть молодых Россиян (32 процента) считают, что Солнце – это спутник Земли. По сравнению с 2007 г. количество Россиян, считающих, что Солнце вращается вокруг нашей планеты, возросло – в прошлый раз такой ответ дали 28 процентов респондентов. За четыре года, прошедших с момента предыдущего опроса, с 14 до 20 процентов увеличилось число Россиян, считающих, что полный оборот вокруг Солнца Земля совершает за один месяц.

На вопрос о том, правда ли, что кислород на Земле поступает от растений, согласием ответили 78 процентов Россиян. В 2007 г. в этом были уверены 83 процента жителей РФ. Почти не изменилось количество людей, которые уверены, что люди и динозавры появились на Земле одновременно – 29 процентов в 2011 г. против 30 процентов в 2007 г.

Сложным моментом оказалась для Россиян радиация – 11 процентов жителей РФ полагают, что радиоактивное молоко становится безопасным после кипячения, а 55 процентов уверены, что всю радиоактивность на Земле создали люди. По сравнению с 2007 г. увеличилось количество тех, кто считает, что электроны меньше атомов (52 процента против 48 процентов). Больше стало и тех, кто уверен, что антибиотики одинаково эффективны как против бактерий, так и против вирусов (в 2007 г. так думали 45 процентов жителей РФ, а в 2011 – 46 процентов).