История и философия науки (стр. 35 )

Одним из первых взаимодействие науки, социума и культуры отмечал еще в 1950-е гг. немецкий философ М. Хайдеггер в своей работе «Время и бытие». Он писал, что «науки все решительней и вместе с тем неприметней внедряются во все организованные формы современной жизни: в промышленность, экономику, образование, политику, военное дело, в публицистику всякого рода»5.

Отечественный исследователь 6 указывает, что следует проводить различие между социальной природой познания, творческой деятельности, его социокультурной обусловленностью и социокультурной детерминацией. Если в тезисе о социальной природе предполагается, что социокультурные факторы играют главным образом роль предпосылок познавательного процесса, то концепция социокультурной обусловленности признает более глубокую связь между ними. Она выражается в том, что социокультурные факторы вовлекаются в саму ткань научного исследования, включаются в процесс формирования научных теорий таким образом, что невозможно провести сколько-нибудь определенную границу между научным знанием и социокультурным окружением. Через философию, мировоззрение, картину мира, идеалы научного знания социокультурное окружение оказывает свое влияние на познавательный процесс.

В случае с социальной детерминацией предполагается, что социальные факторы играют роль механизмов развития научного знания, его «движущих сил», что они определяют внутреннюю логику развития науки. Допущение о существовании социокультурной детерминации научного знания, выдвинутое , является более узким по сравнению с тезисами о социальной природе познания и социальной его обусловленности. Все три данных подхода имеют свое обоснование в целом ряде работ, прежде всего, отечественных исследователей: , , и др.

указывает три типа социокультурного детерминирующего воздействия на процесс познания: а) каузальный; б) акаузальный (случайный); в) акаузальный, синхронизирующий (осмысленный).

Первый тип характеризуется тем, что через общую духовную атмосферу, мировоззренческую картину мира, господствующий стиль мышления, имеющие хождение в среде ученых идеалы научного знания, вовлекаются в интерпретацию математического формализма естественнонаучных теорий, обеспечивают их концептуальный аппарат «наглядными» компонентами для истолкования, определяют способы организации теоретического материала и его истолкование7.

Второй тип характеризуется случайным детерминирующим воздействием социокультурного окружения на развитие научного познания.

Для третьего типа детерминации характерно осознание осмысленной параллели между повторяющимся явлением (в данном случае развитием научного знания) и некоторыми внешними событиями. Данный тип вызывает наибольший интерес у современных исследователей науки, научного творчества, ибо выводит на понимание очевидной близости идей синхронизации и концепции самоорганизации.

Особенности внутрисистемной организации науки как детерминанты научного творчества. Рассматривая социокультурные детерминанты научного творчества и представляя науку как сложно организованную, открытую систему, объединяющую различные отрасли, сферы, уровни научного познания, необходимо выяснить степень и особенности участия каждой структурной единицы в трансформациях общественной жизни и гармонизации взаимоотношений между обществом и природой. Как отмечает , в данной связи важное место занимает выяснение вопроса о дифференциации научного знания и, соответственно, научного творчества, по различным признакам, т. к. наука несет в себе различные интенции: прагматическую, аксиологическую (ценностную), когнитивную, деятельностную и др. Во многом именно прагматическая интенция науки определяет ее деление на фундаментальную и прикладную. Функционирование науки в обществе, ее включение в социокультурное пространство делает ее неотъемлемой частью общественного развития. Способность научных разработок внедряться в другие сферы жизни общества, активно влиять и даже определять их содержательное наполнение, придает науке созидательные функции, проявляющиеся в широком освоении достижений целого ряда научных дисциплин, таких как кибернетика, информатика, генетика, синергетика, в других областях знания и сферах деятельности, в смене стиля мышления, поведения, в изменении ценностных ориентиров людей в трансформирующихся социальных условиях.

Каковы же конкретные результаты взаимного влияния фундаментальных и прикладных наук и общественного развития?

Среди исследователей нет единодушного мнения по этому вопросу. Так, считает, что задачей фундаментальных наук является познание законов, которые управляют поведением и взаимодействием базисных структур природы, общества и мышления. Они изучаются в «чистом виде», безотносительно к их возможному использованию. Прикладные науки имеют иную цель, которая состоит в использовании результатов фундаментальных наук для решения не только познавательных, но и практических проблем8.

Целый ряд исследователей отмечает неодномерность смысла понятий «фундаментальный» и «прикладной» для характеристики научного знания применительно к воздействию, которое оно оказывает на социокультурный процесс. , , и др. отмечают целесообразность рассмотрения понятия «фундаментальное» в широком и узком смысле слова.

В широком смысле понятие «фундаментальное» применяется к определенной системе знаний в целом, нерасчлененном виде. Такое понимание позволяет говорить о фундаментальности тех наук, которые составляют основание, фундамент всего строения научного знания. К ним можно отнести математику, механику, физику, биологию и другие науки. В свою очередь, на их базе строится здание тех наук, которые возникают на месте интеграционных стыков указанных научных дисциплин.

В узком смысле понятие «фундаментальное» используется при дифференциации наук в рамках этой целостной системы по уровням их функционирования в практике, а также по признаку степени их практического использования в пределах какой-либо одной науки. Исходя из этого можно сказать, что, например, математика является фундаментальной наукой, т. к. служит основанием для построения системы других наук: физики, химии и др. С другой стороны, математика представляет собой внутренне дифференцированную науку, сочетающую функцию фундаментальной и прикладной науки, в зависимости от того, опосредованно или непосредственно применяется та или иная теория в практической деятельности.

В последнее время обозначилась тенденция к снятию жесткого разделения системы наук на фундаментальные и прикладные, когда за фундаментальными науками закрепляли функцию выдвижения и формирования идей, теорий, концепций, служащих в качестве основных средств производства для прикладной науки, функция которой – вырабатывать «с помощью этих средств предметы потребления для отраслей народного хозяйства и культуры»9. Постмодернистское методологическое сознание ученых и философов уже не разграничивает так резко функции фундаментального и прикладного знания.

Как отмечает , науки, исследования, теории становятся фундаментальными или прикладными не сами по себе, а в контексте определенных социокультурных условий, которые требуют применения в практической деятельности тех или иных научных знаний10. Например, известно, что А. Эйнштейн обосновал формулу, которая устанавливает соотношение массы и энергии. Именно она, будучи фундаментальной, в 40-е годы ХХ в. приобрела функцию прикладного знания. Другой пример связан с дифференциальным и интегральным исчислением, которое в 70-е годы ХХ в. стало фундаментальной теорией поведения сложных открытых неравновесных систем различной природы в рамках синергетики, а при решении задач прикладной математики и механики дифференциальные уравнения превращаются в прикладную теорию.

В различных ситуациях одни и те же теории могут выступать то как фундаментальные, то как прикладные, если они используются в исследованиях практического характера, а могут войти в историю науки и лишь как красивые конструкции самой науки.

Таким образом, фундаментальные и прикладные науки и наука в целом формируются под непосредственным воздействием производственной деятельности общества, во взаимодействии с широкой культурной и социальной средой, содержащей разнообразные философские, религиозные, этические и институциональные элементы. В силу этого наука не может не учитывать в своем развитии комплекс социальных и культурных проблем, которые исследуются ее средствами. Особую силу и важность это взаимодействие приобретает в последнее время, когда наука вторглась в общественную и частную жизнь каждого человека.

Особенности формирования установки в процессе научного творчества. Жизнедеятельность каждого человека неотделима от развития науки. Естественные источники сырья, энергии, воды, еды и др. во многом уже почти исчерпаны или находятся на стадии истощения. В силу этого люди вынуждены искать искусственные источники ресурсов для воспроизводства жизни, что требует помощи со стороны науки. Как отмечает , «ныне вполне очевидно искусственное происхождение самих предпосылок биологического существования современного человека: как потребляемые основные продукты питания, так и жилье, транспорт и связь представляют собою прямое порождение деятельности человека. Если же иметь в виду высшие формы жизнедеятельности человека – разнообразные виды его духовной жизни, основу чего составляют наука и искусство, то они заведомо представляют собою продукты творческой деятельности человека»11.

Подобная же оценка «искусственности» человеческого бытия в мире и процесса научного познания характерна и многих других исследователей. Так, И. Пригожин – создатель теории самоорганизации – в совместной работе с И. Стенгерс указывает, что «современным ученым удалось выработать определение своего предприятия, приемлемое с точки зрения культуры. Человеческий разум, которым наделено подчиняющееся законам природы тело, с помощью экспериментальных установок получает доступ к той самой сокровенной точке, откуда бог наблюдает за миром, к божественному плану, осязаемым выражением которого является наш мир. Однако сам разум остается вне своих собственных достижений. Все, что составляет живую ткань природы, например, ее запахи и краски, ученый может описать лишь как некие вторичные, производные качества, не образующие составную часть природы, а проецируемые на нее нашим разумом. Принижение природы происходит параллельно с возвеличиванием всего, что ускользает от нее – бога и человека»12.