История и философия науки (стр. 43 )

Естественно, что классификация наук будет выражать человеческую способность идеализировать объекты действительного мира, будет служить точкой отсчета для познавательного процесса. Очень хорошо такая специфическая идеализация проявляется при анализе языка наук. Конечно, верно то, что существует общий научный язык, но его никак нельзя отождествлять с языком любой специальной науки, потому что если даже мы используем одно понятие, то его значение не будет одним в условиях разных наук. Тем самым гносеологическое основание для классификации науки позволяет понять, что дифференциация наук – это серьезная возможность развития познавательного потенциала науки.

Методологическое основание для классификации наук, как показывает , строится на анализе специфичности методов каждой из наук. Очевидно, что данное основание может позволить адекватней представить сами способы и формы исследования в различных научных дисциплинах. Следует оговориться, что существуют и общенаучные методы (индукция, дедукция, анализ, синтез, наблюдение, эксперимент и т. д.). Но единство науки не может заключаться лишь через наличие общенаучных методов так же, как оно не может строиться на единстве материального мира или на единстве языка. Вряд ли даже общенаучные методы будут тождественными в различных сферах науки. По этому факту существует несколько причин, объясняющих невозможность подобной зависимости. Во-первых, наверное, не существует такого метода, который мог бы применяться во всех науках. Тот же эксперимент применяется не везде. Он не может быть использован в истории, языкознании и т. д. Можно, конечно, возразить и сказать, что существуют всеобщие философские методы, но за счет своей универсальности они могут быть использованы не только в науке, но и вне ее. Во-вторых, допустим, что есть такие методы, без которых не может обойтись ни одна наука. Но эти методы все равно никогда не исчерпают всю полноту исследуемого объекта. Кстати, во многом по этой причине специальные науки пришли к выводу, что необходимо к общенаучным методам присовокупить свои собственные методы. Так, к примеру, социология дополнительно использует такие специфические методы, как анкетирование, опрос и т. д., история - критику источников и т. д.

Специфика методов частных (специальных) наук находит свое выражение и проявляется в специфике технического оснащения каждой науки (приборах, инструментах). Поэтому дифференциация наук важна и с точки зрения демонстрации разных познавательных средств, которая очевидным образом представляет данную картину на основе методологического критерия (основания).

По сути, все три основания для классификации наук на различные виды, как показывает , приводят к одному очень важному результату. Этот результат можно обозначить с помощью понятия – несоизмеримость (несоотносимость). Несоизмеримость проявляется в том, как на основании различности объектов, различности идеализаций объектов, различности методологических подходов, сложно найти какие-либо точки отсчета. Их просто нет. И хотя сама классификация носит необходимый характер, следует предположить: человек никогда не откажется от поиска единого основания. предлагает предварительно ввести новое основание – социальное основание. Оно не ново, тем более, что и разделение труда уже давно служило таким основанием. Другое дело, как в современную эпоху структура разделения труда влияет на дифференциацию науки и наоборот.

Наука – это прежде всего социальный институт, элемент общественной структуры. Отсюда ее пересекаемость (параллельность) с обществом. Наука – это общественный труд, поэтому и в науке возможно разделение труда, что закрепляется в особенности классификации науки. Как подчеркивает , в истории цивилизации всегда можно проследить связь в эволюции системы разделения труда и структуры видов научных дисциплин. Сама наука возникла в процессе третьего разделения труда: на труд физический и труд умственный (первое разделение труда – разделение между скотоводами и земледельцами, второе – отделение ремесла от всех видов производства и появление городов). В эпоху капитализма бурное развитие промышленности подготовило почву для специализации труда, что, в свою очередь, сказалось на необходимости специализации в науке, как обеспечивающего фактора общественной эволюции. В ХХ в. количество наук увеличилось на невероятное количество (наверное, очень сложно будет осуществить подсчет). Появилось много новых наук. Причем их специфика заключается в интеграционном и дифференцирующем проявлении. Новые науки возникают на стыке дисциплин. Например, биохимия, бионика, психолингвистика, социальная психология, социономия и т. д. Исследователи также стали делиться по всяческим многозначимым критериям. Специалисты по тому или иному периоду истории, региону, стране, теоретик или практик, фундаменталист или человек, занимающийся прикладными исследованиями.

Важно также учитывать и еще один аспект, обозначенный социальным обоснованием классификации. Он заключается в том, что наука как социальный институт создает своеобразную иерархию и систему ценностей, на основании которых проявляются востребованность тех или иных научных знаний (или исследований объектов специальных наук). Чем нужнее ученый и его исследования обществу, тем более актуальна и наука, которую он представляет.

Указанные основания – это не только анализ возможных форм проявления многополярности мира и научные знания, отражающего эту многомерность, но и причины, которые говорят о том, что выделение различных видов наук – это неустранимый фактор развития науки. Поэтому констатация того, что наука представляет собой единство, есть следствие несколько неопределенного осмысления этого понятия. Тот же говорит о трех возможных интерпретациях этого термина. Первое значение, которое выделяет ряд авторов, заключается в том, что множество наук следует заменить одной (через их слияние). Правда, такой науки еще нет, но она возможна. К примеру, известный французский философ Ж. Деррида видит единую науку в качестве грамматологии (науке о письме), которая и объединит все остальные науки. Второе значение обусловлено таким пониманием «единства», в каком представлено нечто общее, присущее каждой конкретной науке. Ведь в любой из наук критерии знания едины: непротиворечивость, эмпирическая верифицируемость и т. д. В этом как раз и заключается отличие науки от других видов знания. Третье значение «единства» в научном знании связано с интегративными и редукционными процессами. Так, полагает, что ХIХ в. породил тенденции в специализации наук, а ХХ в., наоборот, к интеграции, единству13. Но другой исследователь, в частности , не согласна с этим мнением14. Она полагает, что в ХХ в. существует параллельно две противоположных тенденции: к интеграции и специализации.

, чей подход представлен в этой части пособия, не согласен ни с первым, ни со вторым утверждениями. Он считает, что тенденция деления науки на различные виды – это важнейшая черта науки вообще. А интеграция – это процесс конъюнктурный, носящий временный и локальный характер. Поэтому интеграционные процессы, даже если они и успешны, то они не носят долговременный характер. И, наоборот, процесс деления наук на виды (в направлении дальнейшей специализации) постоянен и фундаментален, так как позволяет адекватней обозначить особенность человеческих знаний о мире.

А единство, по мнению , - это момент, превносимый вненаучным фактором (мифом, религией или философией). Он всегда являлся формой стремления человека к трансцендированию (то есть выходу за рамки непознанного, неданного нам). Поэтому классификация наук по видам – это, в первую очередь, возможность реализации человека в любой из выявленных сфер деятельности. Наука так же, как и любая другая сфера деятельности, позволяет человеку найти себя, а значит, направлена на увеличение знаний о самом человеке, на выражение его многомерной сущности.

Раздел 6. Уровни научного познания

Особенности системной организации научного знания. Научное познание представляет собой сложную, динамичную систему. Ее эволюционное развитие приводит к возникновению все новых уровней организации. В силу этого происходит процесс изменения, трансформации ранее сложившихся уровней научного знания с возникновением новых приемов и способов теоретического и экспериментального исследования, меняется стратегия научного поиска. Чтобы представить закономерности эволюционного развития науки, научного знания необходимо раскрыть их системную организационную структуру.

Во-первых, в своих развитых формах наука представляет дисциплинарно организованное знание, в котором отдельные отрасли – научные дисциплины (математика, естественнонаучные, технические и социальные науки) выступают как относительно автономные, но взаимодействующие между собой подсистемы.

Во-вторых, система научного знания каждой дисциплины имеет гетерогенную структуру. Она включает в себя различные формы знания: эмпирические факты, законы, принципы, гипотезы, теории и др. Все эти формы знания могут быть отнесены к двум основным формам организации знания: эмпирическому и теоретическому. И, соответственно, можно выделить два типа познавательных процедур, порождающих эти знания.

Эмпирическое исследование сложным образом взаимосвязано с развитием теорий. Невозможно осуществить проверку теории фактами, не учитывая предшествующего влияния теоретических знаний на формирование опытных фактов науки. Таким образом, раскрывая проблему взаимодействия теории с опытом, необходимо рассматривать взаимоотношения эмпирических фактов с системой теорий, образующих научную дисциплину. В этом случае анализ теоретического и эмпирического уровней научной дисциплины предстает как первый и необходимый шаг в процессе анализа всей структуры научного исследования, ибо эти уровни представляют собой сложные системы, включающие в себя целое разнообразие типов знания и порождающих их познавательных процедур.

Фиксация этих уровней научного познания составляет основные программы традиционной эпистемологии (теории научного познания): эмпиризма и рационализма. Согласно доктринальным планам радикального эмпиризма основная задача усматривалась в индуктивном выведении истинного знания о природе из чувственного опыта. В доктринальном аспекте, как отмечает отечественный исследователь этого вопроса [10], радикальный эмпиризм не продвинулся со времен Д. Юма. Вместе с тем эмпиристы множество раз ставили перед собой задачу завоевания главного места в системе науки. Наиболее дерзкая из этих попыток была осуществлена в первой трети ХIХ века в форме позитивизма. Тем не менее, и эта попытка была неудачной.