История и философия науки (стр. 44 )

Эмпирический и теоретический уровень познания: различие определяющих характеристик. Главная доктринальная задача рационализма состояла в дедуктивном выведении знаний из «интуитивно ясных», «отчетливых», «врожденных» общих идей.

Рассматривая эмпирический уровень познания,

можно зафиксировать, что несомненными могут считаться лишь единичные утверждения об объектах в терминах чувственных данных, но это не может относиться к общим утверждениям или к утверждениям о будущем. Даже простейшие обобщения типа «трава зеленая» содержат больше случаев, чем субъект обобщения может реально наблюдать.

Достаточно четко фиксация теоретического и эмпирического уровней познания была осуществлена именно в позитивизме 30-х гг. ХХ века, в работах, посвященных анализу языка науки. В них было указано на различие в смыслах теоретических и эмпирических терминов, средств исследования, а также различие в специфике методов и характера предметов исследования и др. Рассмотрим их более пристально:

во-первых, эмпирическое исследование базируется на непосредственном практическом взаимодействии исследователя с изучаемым объектом, которое предполагает осуществление наблюдений и экспериментальную деятельность. Именно поэтому средства эмпирического исследования включают в себя приборы, приборные установки и другие средства наблюдения и эксперимента. В теоретическом исследовании непосредственное практическое взаимодействие с объектами отсутствует. Объект изучается только опосредованно, в мысленном эксперименте, но не в реальном;

во-вторых, различаются понятийные средства эмпирического и теоретического исследования. Эмпирический язык науки имеет сложную организацию, в которой взаимодействуют эмпирические термины и термины теоретического языка.

Особенность эмпирических терминов, как указывают , и др., состоит в том, что они отражают особые абстракции – эмпирические объекты, которые не идентичны и не тождественны объектам реальности. Эмпирические объекты – это абстракции, отражающие в действительности только некоторый набор свойств и отношений вещей. Такое понимание обусловлено тем, что в эмпирическом познании реальные объекты представлены в образе идеальных объектов, имеющих строго фиксированное, ограниченное число признаков, в то время как реальному объекту присуще бесконечное число признаков, в силу постоянного движения, взаимодействия с другими объектами[11].

В основе теоретического языка лежат теоретические термины, отражающие теоретические идеальные объекты (или идеализированные, абстрактные объекты, теоретические конструкции). Эти объекты представляют собой логическую реконструкцию действительности. Они могут быть наделены не только признаками, которыми обладают реальные объекты, но и теми, которыми не обладает ни один такой объект. Примерами подобных идеальных объектов является материальная точка, абсолютно черное тело, идеальный товар, который обменивается на другой товар в соответствии с законом стоимости и др.[12];

в-третьих, в реальности невозможно сущность объекта отделить от явления. Сущность объекта проявляется через взаимодействие с другим объектом. В теоретическом исследовании задачей является познание сущности объекта в чистом виде. Введение в теорию абстрактных, идеализированных объектов позволяет решить эту задачу;

в-четвертых, для эмпирического и теоретического уровней познания характерны разные методы исследовательской деятельности. В эмпирических исследованиях проводится реальный эксперимент и наблюдение, которые дополняют методы эмпирического описания, ориентированные на устранение субъективных наслоений для создания объективной характеристики изучаемых явлений.

Для теоретического исследования характерны иные методы: идеализация (метод построения идеализированного объекта), мысленный эксперимент с идеализированными объектами, который в некоторой степени заменяет реальный эксперимент с реальными объектами, особые методы построения теории (восхождение от абстрактного к конкретному, аксиоматический и гипотетико-дедуктивный методы), методы исторического и логического исследования и т. д.;

в-пятых, различие в средствах и методах исследования на эмпирическом и теоретическом уровнях связано со спецификой предмета исследования на каждом из них. Она обусловлена разностью предметных срезов, разностью аспектов изучения на каждом уровне, даже если исследователь имеет дело с одной и той же объективной реальностью. Эмпирическое исследование в своей основе ориентировано на изучение явлений и зависимостей между ними. Здесь сущностные связи высвечиваются в явлениях, но не выделяются в чистом виде, как это имеет место на теоретическом уровне познания, где сущность объекта представлена через указание ряда законов, которым он подчиняется. Задача теории состоит в том, чтобы расчленяя сложную сеть законов на компоненты, затем воссоздать их взаимодействие, тем самым раскрывая сущность объекта.

Как уже было указано, эмпирическое познание способно обнаружить действие объективного закона, но, изучая конкретные реальные явления и связи между ними, оно фиксирует его в форме эмпирических зависимостей, которые отличаются от теоретического закона. Эмпирическая зависимость – результат индуктивного обобщения и представляет собой вероятностное знание, а теоретический закон – это всегда достоверное знание, получение которого требует особых исследовательских процедур. Как отмечает [13], увеличение опытов не делает эмпирическую зависимость достоверным фактом, ибо индукция всегда имеет дело с незаконченным, неполным опытом. Сколько бы мы ни проделывали опытов и ни обобщали их, простое индуктивное обобщение опытных результатов не ведет к созданию теории. Теория не строится путем индуктивного обобщения опыта.

Проводя различие эмпирического и теоретического уровней научного познания по предмету, средствам и методам исследования не следует полагать, что это различие присутствует в реальной исследовательской деятельности ученого. Выделение и самостоятельное рассмотрение каждого из них представляет собой абстракцию. В реальном исследовании эти два слоя познания всегда взаимодействуют. Но выяснение и анализ строения каждого уровня познания, выявление их взаимосвязей позволяет детализировать представления о структуре научной деятельности, поскольку как эмпирический, так и теоретический уровни имеют сложную системную организацию. В структуре этих систем можно выявить особые слои знания и порождающие их познавательные процедуры.

Внутренняя структура эмпирического исследования. Рассматривая внутреннюю структуру эмпирического исследования, можно установить наличие двух подуровней: 1) наблюдения и эксперименты, позволяющие получить некоторые данные наблюдения; 2) познавательные процедуры, позволяющие перейти от данных наблюдения к эмпирическим зависимостям и фактам. Выделение этих подуровней связано с различием между данными наблюдения и эмпирическими фактами, что было установлено в позитивистской философии науки 20-30-х гг. ХХ века. Благодаря логике, эмпиризм приобрел в это время новое дыхание. С помощью новой логики представители позитивизма Л. Витгенштейн, Р. Карнап, Б. Рассел и др. полагали возможным редуцировать все знание, свести его к терминам наблюдения с помощью логико-математических средств. Особая скурпулезность в деле логической реконструкции чувственного опыта с целью добиться его «чистоты», и, таким образом, обеспечить прочность этого фундамента познания, характерна для исследований Р. Карнапа. Он вводит понятие «элементарный опыт», под которым подразумевается неорганизованный индивидуальный опыт в определенный момент времени. Главное отношение, связывающее множество элементарных опытов, есть припоминание сходства. Сходство элементарных опытов образует «круг сходства» из которого выводится понятие «чувственного качества». Это качество представляют элементарные опыты, образующие «класс качеств». Карнап пытался логически реконструировать известные пять чувств. Каждое чувство в его интерпретации – большой класс качеств, которые связаны друг с другом цепью сходств. Пять чувств отделены друг от друга разрывом в цепи. Каждое чувство имеет различное число измерений. Зрение, например, имеет пять измерений: два пространственных и три цветовых (оттенок, яркость, насыщенность). Измерения определяются математически. Затем двумерное визуальное поле проецируется на трехмерное пространство. Однако все эти блестящие и изощренные процедуры не привели Р. Карнапа к желаемым результатам.

В результате дискуссии относительно того, что может служить эмпирическим базисом науки, было отвергнуто предположение о том, что это непосредственные результаты опыта – данные наблюдения.

Данные наблюдения в языке науки выражаются в форме особых высказываний – записей в протоколах наблюдения, называемых протокольными предложениями. В протоколе наблюдения содержатся сведения о том, кто наблюдал, время наблюдения, описываются приборы, если они использовались в ходе наблюдения. Протокольные предложения формулируются в форме высказываний типа: «NN наблюдал, что после увеличения давления стрелка на приборе показывает цифру 7», «NN наблюдал изменение цвета раствора АВ в пробирке после увеличения концентрации вещества А».

В социологических опросах в роли протокола наблюдения выступает анкета с ответом опрашиваемого.

Анализ смысла протокольных предложений показал их отягощенность субъективными наслоениями, т. к. они содержат не только информацию об изучаемых явлениях, но и включают ошибки наблюдателя, приборов, воздействие внешних факторов и т. п. Как указывает М. Малкей, «один из фундаментальных выводов психологов состоит в том, что наблюдения никогда не могут быть столь пассивными, как того требует стандартная концепция науки»[14]. Жажда власти, денег, престижа и т. д. влияют на интеллектуальную предубежденность ученых. Кроме того, как отмечал еще Аристотель, удивление представляет собой важный фактор, активно влияющий на деятельность ученых. Поэтому проблема поиска и выявления форм эмпирического знания, которые бы имели интерсубъективный статус, содержали бы объективную информацию, нашла свое решение в выдвижении иного эмпирического базиса науки. В этом качестве выступает эмпирический факт.

Факты фиксируются на языке науки в форме высказываний типа: «ускорение, приобретаемое телом, зависит от действующей на него силы», «за прошедший календарный год в городе родилось больше мальчиков, чем девочек» и т. п. Различие между выражением данных наблюдения и эмпирического факта очевидно. Оно проходит по линии устранения влияния познающего субъекта на результаты наблюдения. Но именно здесь и возникает проблема, – каким образом возможно осуществление перехода от данных наблюдения к эмпирическим фактам, и что гарантирует объективный статус последних? Разработка этой проблематики в рамках позитивистской философии и методологии науки не привели к ее окончательному решению.