Но, может быть, при определении сущности сознания достаточно отметить лишь эти, специфические моменты, отличающие его от других явлений, и ничего не говорить о том, что оно есть отражение, поскольку последнее не отличает его от других форм отражения? Нет, не достаточно. Отражение действительности для сознания является фундаментальным свойством, обусловливающим возможность существования других его свойств. Потеря сознанием способности отражать действительность не -
1 G. Petrovic. Filozofija у marksizam. Zagreb, 1965, str. 252.
135
избежно ведет к потере всех других его свойств. В самом деле, сознание субъектом своего бытия и своего отношения к окружающей действительности как признак сознания есть не что иное, как отражение действительности; понимание субъектом происходящего вокруг достигается тоже лишь через отражение, через использование получаемой в результате него соответствующей информации. Далее, целеполагание как определенная функция сознания опирается на имеющиеся в распоряжении человека сведения о свойствах и связях окружающей действительности, т. е. на результаты отражения, и, кроме того, отражает потребности субъекта, а вместе с этим и его бытие.
Теперь о творческой деятельности сознания. Многие авторы, выступающие против понимания сознания как отражения действительности, указывают на то, что отражение является типичным для животного, а не для человеческого отношения к действительности. Человек, заявляют они, существо творческое. Для него типичным является творческое, практическое отношение к действительности. И если это так, рассуждают они, то сознание человека надо рассматривать не как отражение действительности, а как творение ее. «Когда мы говорим об отношении человека и человеческого познания к миру, — рассуждает Михаиле Маркович, — мы должны исходить из того, что мы — практические существа, что мы прежде всего работаем. Это — основная наша характеристика. Поэтому...свойство отражения не является типичным для человеческого сознания. Также теория познания не является типичной для марксистской философии: отражение не является типичным для человеческого сознания, — продолжает он, — потому, что отражение имеет место и в сознании животных. Для человеческого сознания и отношения человека к миру типическим является то, что это отношение творческое, активное, практическое»1.
По мнению сторонников этой точки зрения, человек не отражает, а творит, изменяет мир, и делает он это не только тогда, когда практически воздействует на него, но и тогда, когда интерпретирует, объясняет его. Критикуя 11-й тезис Маркса о Фейербахе, мысль о том, что домарксовские философы лишь различным образом
' «Neki problemi teorije odraza». Bled, 1960, str. 140.,
136
объясняли мир и не ставили задачи изменить его, Гайо Петрович пишет: «Интерпретация мира, не означающая его изменение, логически невозможна. ...Когда человек интерпретирует мир, он тем самым меняет, по крайней мере, свое понимание мира, а изменяя свое понимание мира, он не может не изменять и свое отношение к миру. Изменяя свое понимание и поведение, он влияет на понимание и деятельность других людей, находясь с ними в различных отношениях.
Насколько данная теория изменяет мир—это вопрос практики. Но в принципе не может быть, чтобы данная философская теория не изменяла мира. Это невозможно и потому, что всякая философская теория и вообще всякая интерпретация мира означает своеобразное создание мира»!.
Итак, согласно Г. Петровичу, всякое объяснение, познание мира есть его создание, творение, но не отражение. Отражение несовместимо с творчеством. «В нем нет ничего творческого»2. А если это так, то, делает вывод Г. Петрович, ленинская теория отражения не имеет научной ценности, она «не совместима с марксовым пониманием человека как творческого, практического существа»3. «Попытки спасти теорию отражения не имеют больших шансов на успех»4.
Посмотрим, насколько обоснованны все эти рассуждения. Что касается того, что отличительной чертой человеческого отношения к действительности является ее преобразование в процессе практической деятельности, то это верно. Верно и то, что мы из этого обстоятельства должны исходить при определении сущности сознания, которое возникло на основе трудовой деятельности людей и является важнейшим условием ее осуществления и развития. Но из этого вовсе не следует, что сознание только творит и ничего не отражает. Сознание не может творить, создавать новое, не отражая действительности, не опираясь на отраженные необходимые ее свойства и связи, законы ее изменения и развития, ибо все новое в объективной действительности, что создает человек в результате творческой деятельности своего сознания, должно подчиняться объективным, существующим
' G. Petrovic. Filozofija i marksizam, str. 256.
2 Ibid., str. 257.
3 I b i d., str. 250. 4 Ibid.
137
вне и независимо от сознания законам. Далее, любое истинное творчество является отражением и осуществлением в сознании и действительности реальных возможностей.
Конечно, если под творческой деятельностью сознания понимать создание любых идей, независимо от того, соответствуют они действительности или не соответствуют, осуществимы они или нет, тогда отражение не будет являться необходимой стороной сознания. Но такое творчество не способно преобразовать действительность, превратить ее в средства удовлетворения потребностей общества. И если это так, то оно не может составлять сущности человеческого отношения к действительности. Для человеческого отношения к действительности характерно такое творчество, которое ведет к реальному преобразованию окружающей действительности, к созданию необходимых условий для существования и развития общества. А последнее возможно лишь тогда, когда оно основывается на отражении существующей действительности и свойственных ей реальных возможностей.
По мнению же критиков ленинской теории отражения, творческая деятельность сознания не должна основываться на отражении. Если последнее и необходимо, то не для осуществления практического преобразования действительности, не для создания нового, а для познания созданного. Поэтому оно (отражение) осуществляется не в творчестве и не в предшествующий ему период, а когда творческая деятельность завершена. «Никто не мог раньше знать, — пишет по данному поводу Драган Еремич,—каким будет югославское общество до того, как его начали создавать политики и наш народ. До 1950 года,—продолжает он,—никто не мог предположить, как должна выглядеть работа рабочих советов. Вначале необходимо было на практике посмотреть их работу, чтобы потом увидеть, что речь идет о новой форме социалистического управления средствами производства». Позже «на основе практики были произведены соответствующие изменения в нашей экономической системе. Необходимо, следовательно, — делает вывод Д. Еремич, — действовать, создавать, изменять, а потом бдительно смотреть, как проходят действия, создание, изменение...»1. Следовательно, люди творят вслепую, наугад, не зная, что получится.
' «Neki problem! teorije odraza», str. 141.
138
Нетрудно понять, что подобное творчество, как и произвольное творение всевозможных мысленных конструкций, не составляет сущности человеческого отношения к действительности, необходимой функции его сознания. Сущность человеческого отношения к действительности составляет творчество, основывающееся на отражении существующей действительности и ее реальных возможностей, ее необходимых сторон и связей, объективных законов ее изменения и развития. Именно с такой творческой деятельностью связано сознание, именно она определяет его специфическую сущность.
Итак, с какой бы стороны мы ни подошли к характеристике сознания, мы не можем обойтись без указания на то, что оно представляет собой отражение действительности, отражение специфическое, существенным образом отличающееся от других, свойственных материи, форм отражения, но тем не менее отражение.
В качестве другого аргумента против понимания сознания как отражения действительности обычно выдвигается тот факт, что в сознании людей якобы имеются такие мысли, понятия, суждения, которые, будучи истинными, ничего не отражают в действительности. «Все мы, — пишет, например, Гайо Петрович, — ежедневно высказываем истинные суждения, в истинности которых ни на йоту не сомневаемся, хотя нельзя дать ответ на вопрос: что они отражают? Негативное экзистенциалистское суждение, — продолжает он, — является, например, истинным, если нет того, что оно отражает. Разве такое суждение можно интерпретировать как отражение действительности? Что отражает суждение «Нет кентавра» или суждение «Нет круглого квадрата»? Вся система математических суждений—это система истинных суждений, про которые трудно сказать, что они отражают. Что отражает, — продолжает автор, — суждение о прошлом, будущем, возможности, невозможности?» '.
Данное рассуждение не имеет под собой никакой реальной почвы. Автору кажется, что об отражении может идти речь лишь тогда, когда в сознании возникает мысль о том или ином реально существующем предмете, свойстве или отношении. Однако это далеко не так; сознание фиксирует не только то, что существует, что присуще тому или иному предмету, но и то, что не существует, что
' G. P e t г о v i с. Filozofija i marksizam, str. 254.
139
не характеризует предмет. И в первом, и во втором случае суждения, в которых осуществляется эта фиксация, являются истинными только потому, что они отражают действительное положение вещей.
С этих же позиций автор подходит к суждениям о прошлом и будущем, возможном и невозможном. Автор думает, что отражать можно только то, что существует сейчас, в данный момент. Суждения же о прошлом, будущем, возможном и невозможном касаются того, чего в данный момент нет, что сейчас не существует. Автор не учитывает того обстоятельства, что отражение бывает не только непосредственным, но и опосредствованным. При непосредственном отражении отражаемый объект должен существовать реально, в данный момент времени, при опосредствованном отражении объект реально в данный момент может и не существовать. Его воспроизведение в сознании осуществляется через отражение других объектов, которые позволяют высказать те или иные истинные суждения о нем. Что же в этих реально существующих объектах дает нам основание судить о том, что было и будет? Воспроизведение в сознании прошлого и будущего на основе отражения настоящего возможно потому, что прошлое в снятом виде существует в настоящем. Отражая сущность того или иного материального образования, открывая законы его функционирования и развития, мы так или иначе воспроизводим процесс его становления, пройденные ступени развития, а вместе с этим и свойственные им черты. Далее, познав сущность реально существующего материального образования, выявив свойственные ему необходимые стороны и тенденции, мы можем судить о гом, чем станет данное материальное образование в будущем, при других условиях, как изменятся его свойства, во что оно превратится. И эти наши суждения будут истинными, будут отражать действительное положение вещей.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 |
Основные порталы (построено редакторами)