Гуманизация социально-экономического развития как системное проявление его всеобщего родового «начала» (стр. 25 )

Таким образом, новый способ соединения средств производства с работниками предъявляет качественно новые требования и к самим работникам. С одной стороны, современная НТР требует не только совершенных машин и технологий, но и совершенных людей. С другой стороны, само общество, в целях самосохранения предъявляет более высокие требования к их социальным качествам, позволяющим коллективно обеспечивать общую безопасность во всех её аспектах. Поэтому воссоединение труда и собственности на средства производства есть переход к экономике, основанной на знаниях, когда наука в широком её понимании становится непосредственной производительной силой. Это означает, что такой силой становятся образованные и культурные люди, которые ставят под собственный контроль условия своего существования. То есть главным условием дальнейшего прогресса общества становится массовое развитие людей, совершенствование способностей и потребностей каждого человека. Здесь истоки снятия стоимостной парадигмы экономического роста, его ориентации на человеческое развитие, поскольку воссоединение труда и собственности – это коренное изменение мотивационного механизма человеческой деятельности, связанное с ограничением материального интереса и превращением труда в первую жизненную потребность, в творчество. Изменение же мотивационного механизма трудовой деятельности предполагает трансформацию отношений собственности, изменение способа присвоения результатов производства, их распределения и перераспределения. В связи с этим важное значение имеют такие экономические формы реализации собственности на рабочую силу и средства производства как заработная плата и прибыль, имеющие общую стоимостную субстанцию, и между которыми существует реальное противоречие. Гуманизация механизма их распределения предполагает тесное сотрудничество между наёмными работниками и собственниками средств производства на основе развития различных форм хозяйственной демократии (участие в управлении, кружки качества, передача акций в собственность работников). Авторы фундаментального труда «Собственность в экономической системе России» выделяют пять главных предпосылок, наличие которых может обеспечить процесс такого сотрудничества. Во-первых, прибыль и её максимизация не должна рассматриваться как самоцель, как самодостаточный эффект, а лишь как конечный результат удовлетворения потребностей общества, деловых партнеров, человека – работника – потребителя. Во-вторых, должно быть минимизировано использование фактора власти как решающего условия экономического присвоения собственности (что характерно для американских корпораций). В-третьих, на уровне микросистемы должны использоваться демократичные и открытые механизмы распределения прибыли. В-четвёртых, участие в распределении прибыли и в самой прибыли должно быть обеспечено всем работникам (при добросовестном отношении к работе). В-пятых, отношения эксплуатации, обусловленные безраздельным присвоением прибыли собственниками или администрацией, должны смениться отношениями сотрудничества в распределении общих результатов производства во имя достижения будущих успехов[98с.91].

Реализация этих предпосылок предполагает, с одной стороны, трансформацию собственности во всех фазах воспроизводственного процесса на основе таких принципов как развитие, самообновление, экологизация, демократизация, безопасность, а с другой – формирование нового типа работника с такими развитыми социальным качествами как ответственность, инициативность, высокая трудовая мораль, снимающими «налёт» отчуждённости с их труда.

Все отмеченные предпосылки в разной степени реализуются в развитых странах на основе многообразия форм собственности на средства производства: государственной, корпоративной, кооперативной, коллективной и др. Между этими формами собственности сложился подвижный баланс сил, и каждая из них занимает в экономической системе сегодня ту нишу, где приносит наибольшую пользу с точки зрения соотношения экономической эффективности и социальной справедливости.

Между тем, с переходом к экономике, основанной на знаниях, возрастает значение интеллектуальной собственности в широком смысле (знания, информация, культурные ценности и т. д.), с которой связано воспроизводство человека не в качестве товара «рабочая сила», а как нового типа работника. Формирование такого работника как носителя «рационализации» и «гуманизации» предполагает комплексное преобразование всех сфер общественной жизни, тесную интеграцию, целостную взаимосвязь производственной и социальной сферы. Более высокая экономическая эффективность производства и результативность труда создают предпосылки для повышения уровня и качества жизни самого человека. В свою очередь более богатая по своему содержанию непроизводственная досуговая деятельность человека оказывает влияние на содержание, эффективность и качество труда. При этом возрастает приоритетное значение развития социальной сферы: науки, образования, просвещения, культуры, здравоохранения, услуг, отдыха, физкультуры и спорта, сферы свободного самовыражения человека. Это является важным моментом становления нового системного качества социально-экономического развития. Причём, речь идёт не только об увеличении удельного веса этой сферы в отраслевой структуре общественного производства, который в развитых странах сегодня достигает 70%, но об усилении её развивающей функции по сравнению с восстановительной. В связи с этим особое значение приобретает фактор свободного времени, проблема повышения культуры его использования, уровень которой является важным показателем развития человека, гуманизации общественного развития. Комплексное преобразование всех сфер общественной жизни, их интеграция, обеспечивающая воспроизводство целостного человека, вызывает необходимость возникновения нового социально-экономического механизма – механизма использования современных производительных сил как общественного достояния, поскольку в них воплощён огромный потенциал знаний, являющихся непосредственно-общественным продуктом различных поколений.

С учётом вышеизложенного можно сделать вывод о том, что с переходом к экономике, основанной на знаниях, приоритетная роль, как в формировании нового типа работника, так и в устранении угроз общественному развитию (экологических, военных и т. д.) в перспективе принадлежит общественной собственности на средства производства, поскольку именно она в наибольшей мере обеспечивает интеграцию всех сторон общественной жизни, присвоение человеком социально-экономических благ, трансформирующееся в целостную систему его личностных качеств. Обеспечивая ориентацию экономики на человеческое развитие, она трансформирует, очеловечивает весь хозяйственный механизм: он превращается из стихийно действующего механизма в механизм регулируемого общественного развития.

Гуманизация экономического развития означает возрастание сознательного начала в регулировании социально-экономических процессов на основе опережающего отражения действительности в форме социального планирования, программирования, прогнозирования и т. п. При этом существенное значение приобретают ценностные аспекты человеческого бытия. «В системе гуманистического развития формируются объективные основы общечеловеческих ценностей: осуждение агрессии, насилия, эксплуатации, любых действий, направленных против жизни и свободы личности и ее человеческого достоинства. Вместе с тем самосознание этих принципов является необходимой предпосылкой перехода к гуманистическому типу развития»[5,с.27]. Такой тип развития предполагает не только целостное развитие человека, но и целостное развитие общества, основанного на интеграции всех общественных отношений.

Завершением этой целостности, как уже отмечалось, является надстроечная сфера, как область средоточия непосредственно-общественной власти, обеспечивающая внутреннюю согласованность функционирования всего общественного организма. Поэтому трансформационные процессы экономической системы в направлении гуманизации неизбежно связаны с формированием нового системного качества политической системы. Если же говорить о родовом признаке нового качества политической системы, то им, безусловно, является новый идеал общественного устройства – гуманистический идеал, который исключает монополию на власть олигархических и бюрократических групп, выражает общенародные интересы и реализует их на основе развитых механизмов демократии и гражданского общества, обеспечивая благосостояние и свободное и массовое развитие всех его членов.

Подводя некоторый итог рассмотрению данного вопроса, следует подчеркнуть, что в работе не ставится задача исследовать новую экономическую систему в конкретных деталях. Главное для авторов – осмыслить общую логику процесса гуманизации экономического развития и на этой основе обрисовать общие контуры его нового системного качества. Как уже отмечалось, теоретическое осмысление новой экономической системы по-разному рассматривается различными экономическими школами. «Наиболее длительно, - замечает ,- она наблюдалась советскими экономистами. Обобщение, которое было выполнено советской школой…, позволило понять многое из коренных признаков плановой системы социализма»[92,с.153]. утверждает, что «история «советского социализма» содержит в себе, несомненно, ценные качества нового социально-экономического устройства в виде первого и неизбежного несовершенного опыта»[57,с.79]. Ещё более определённо на этот счёт мнение , который считает, что при всех недостатках бывшей социалистической системы всё же «содержание основного закона социализма выше, гуманней и перспективней, чем методологический индивидуализм. Многовековым развитием общественной мысли не найдена формула лучше той, которой К. Маркс сформулировал для социалистического общества: «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех»[57,с.85].

Теперь уже с высоты времени рыночной трансформации в России авторы монографии «Гуманистические ориентиры России» формулируют следующие важнейшие принципы гуманистического развития:

- «снятие» проблемы обеспечения населения жизненно необходимыми материальными благами (пища, одежда, жилище и т. п.);

- создание благоприятной для физического здоровья среды жизнедеятельности;