Планы занятий 1 цикл «Феномен народной художественной культуры в контексте сохранения и развития института семьи» (стр. 16 )

В концепции Платона музыка есть слышимое звучание всеобщей идеи, которая в душе музыканта отражается в виде созвучий. Для постижения высшей идеи музыки душа должна пройти путь от материального к идеальному (чувственное знание — рассудочное знание — просветленное знание). Учение Платона положило начало идеалистическому пониманию музыкального искусства. Другое понимание — материалистическое — восходит к учению Аристотеля. Главный принцип теории подражания Аристотеля состоит в том, что художественное мышление (в том числе музыкальное) есть отражение мира действительного (материального). «Объективная красота, согласно Аристотелю, есть материя, реально существующая в определенной форме. На вопрос: чему подражать и как подражать, Аристотель отвечает, что следует подражать реальной, находящейся в движении материи посредством непосредственного душевного восприятия содержания и формы материи», — пишет исследователь философии Аристотеля [1, с. 109.].

Линия, идущая от Аристотеля, получила свое логическое завершение в марксистско-ленинском диалектико-материалистическом учении. Согласно этим представлениям, «музыка — вид искусства, которая отражает действительность и воздействует на человека посредством осмысленных и особым образом организованных по высоте и по времени  звуковых последований, состоящий в основном из тонов (звуков определенной высоты)» [15.]. Материалистическое представление о музыке основано на материалистическом предпонимании мира в целом. Не случайно окружающую действительность мы называем действительностью, реальностью в отличие от мира фантазий, вымыслов, которые в нашем сознании существуют «не на самом деле». Вообще наше сознание, сформированное под влиянием физической науки, устроено таким образом, что все, что не имеет физического объяснения (а еще проще — материального носителя), получает статус сомнительного, вторичного, эфемерного, вымышленного.

В конце ХХ века европейская культура вступает в новую стадию развития. Отказ от мышления — разумного познания мира и принятие новой парадигмы — постижение (откровение, преображение) — есть тот вектор развития, по которому пойдет культура в следующем тысячелетии.

Искусство ХХ века ищет новые формы и создает новые художественные пространства. Идея театра как совместного действия «здесь и сейчас» переходит в другие виды искусства. Принципиальное отличие этого искусства в том, что от самовыражения в музыке человек переходит к выражению музыки через себя: от ситуации «я – в музыке» к ситуации «музыка – через меня». Новая художественная практика ориентирована не на зрелище, а на участие, совместное действие.

Для виртуального пространства характерно подлинное присутствие, динамическая непрерывность настоящего. Виртуальная реальность продуцируется активностью какой-либо другой реальности, внешней по отношению к ней. введен термин «порожденность» [16, с.163]. Человек, погружаясь в виртуальный мир, легко в нем ориентируется и действует, для субъекта он объективен, «осязаем», существует. Парадоксальность такого бытия состоит в том, что «существует» то, чего по сути нет. Бытие такого рода не обладает сущностью, оно не-эссенциально.

Современная музыкальная картина мира строится на основе интонационной теории, разработанной в трудах и . Согласно этой теории, музыка содержит две стороны: звуковую и смысловую. Звук – важнейшая сторона музыки, ее природное, космическое начало, воплощение ее гармонических законов. Не случайно музыку называют «искусством звука». Все современное музыкознание основано на анализе звучания. Музыка как звучание предстает человеку как «звучащая вселенная».  Однако звучанием не исчерпывается все богатство музыки. Известно, что звук кончается там, где начинается музыка. Смысл – «человеческое измерение» музыки. Музыка не просто «есть», она всегда воспринимаема и осмысляема кем-то, всегда значима.

Так же как (согласно современной картине мира) материя и сознание суть два полюса единой субстанции, так и звук и смысл – не две составляющие, а два полюса единого феномена музыки. Поскольку музыка – проявление мироздания, ей свойственна та же структура, что и человеку, и миру в целом. Музыка родилась вместе с человеком и является его неотъемлемым видовым атрибутивным качеством.

Поскольку музыка — проявление мироздания, ей свойственна та же структура, что и человеку, и миру в целом.

«Тело» музыки — ее вещество — составляют звуковые вибрации, воспринимаемые телом человека (не только ухом в диапазоне 16 Гц — 20 кГц, но и всем организмом на уровне ритма и смысловых структур). «Звук и смысл замыкаются отнюдь не в ratio — эти две стороны интонации соедииняются еще в теле», — пишет [с. 168.]. Телесный пласт интонации включает в себя биение сердца, дыхание, напряжение мышц и голоса. Этот пласт называет «низшим уровнем музыкального смысла». Высший — «духовная информация»: «Звуки музыки прорастают в ее мировоззренческий смысл через тело, как бы минуя разум» [с.170.].

«Душа» музыки — ее энергетика, слой, находящийся за пределами звучания. Явление внеакустических интонаций хорошо знакомо слушателям концертных залов, когда исполнителя мы не только слышим, но и чувствуем. «Он обращается к своему слушателю словно бы поверх его слуха», - говорит музыковед об исполнении музыки А. Шнитке [19, с. 82]. Любопытные сведения приводит И. Вышнеградский о Скрябине. В письме к В. Каратыгину он пишет: «Очень интересно, что Вы пишете о «слышанном Скрябиным пространстве между звуками». Скрябинские идеи привели Вышнеградского к осознанию «сверхзвуковой» природы музыкального восприятия: «Слышание пространства между звуками превратилось в слышание пространства вообще (музыкального, конечно), звуки же превратились как бы в пунктир на этой сплошной линии. Отбросьте звуки (пунктир) — слышание останется. его природа «сверхзвуковая» [3, с. 148].

Пространство мира в каждой своей точке имеет то или иное напряжение. Согласно Платону, каждая вещь — результат натяжения какой-то невидимой струны, и весь космос звучит как универсальная звуковая напряженность, как система определенных тональных интервалов. Человеческий организм как локатор (и одновременно вибратор) улавливает напряжения космоса и, настраиваясь на определенную «волну», испытывает различные гармонические ощущения. «Чистое музыкальное бытие, — пишет , — пронизано бесконечными энергиями и силами... В музыкальном произведении каждый его момент... своеобразное средоточие и фокус жизненных токов цельного организма» [11, с. 240.].

Энергетическая концепция музыки разработана в книге Э. Курта «Романтическая гармония и ее кризис в «Тристане» Вагнера». Так, например, исследователь пишет: : “Все звучащее в музыке представляет собой лишь взметающееся ввысь излучение гораздо более могучих изначальных процессов, силы которых кружат в сфере неслышимого. Первозданная мощь всей гармонии заложена именно в них, а не в игре звуков, красочно сверкающее движение которых вообще возникает лишь как отражение психических энергий, вырывающихся из глубинно-подсознательной области” [9, с. 15.].

«Логос» музыки — информационный слой интонации, воспринимаемый «разумным» слухом. Речь идет о сущностных закономерностях развертывания музыкального смысла, о «высшем масштабно-временном» уровне () музыкальной формы, о глубинных логических структурах музыкальной композиции. А. Веберн писал, что “музыка есть закономерность природы, воспринимаемая слухом” [2, с.15]. Музыка как одно из проявлений мироздания содержит в себе информацию о структуре бытия. «Предмет музыки — невидимое, логосы бытия и их отражение в сердце человека» (13, с. 66).

«Дух» музыки — смысл музыки, ее сущностное предназначение. Музыкальный смысл — не есть знание о музыке, но сама музыкальная реальность, в которую погружено внутреннее Я человека. Одной своей гранью он остается непостижимым, это вечная тайна Музыки, другой своей гранью музыка непосредственно и просто входит в жизнь человека, ее смысл открывается нам через ощущения так же естественно, как боль или наслаждение. «Если бы духовно-телесная боль и сладость вдруг заговорили о мире, это и была бы музыкальная интонация» — метко подметил [13, с. 215]. Та же мысль содержится в концепции Р. Штайнера: «Радость и страдания живут в нем [в человеке], но если он исследует в духовном мире — то в преображенном виде они стали «глазами и ушами» [25, с. 131.]. «Пока человек живет в радости и страдании, до тех пор он не познает через них. Когда благодаря им он научится жить, когда он высвобождает из них свое мироощущение, тогда они становятся его органами восприятия, тогда он видит, тогда он познает через них» [25, с. 131.].

Дух — сфера человеческих идеалов — Истины, Добра, Красоты. Через музыку, через звук, через идеальные звуковые формы и структуры человеком актуализируется эстетическое начало бытия. Музыка позволяет проникнуть в сакральный слой бытия, открывая человеку сокровенные глубины мироздания, давая ему ощущение полноты и свободы существования.

Итак, система «человек — музыка — мир» имеет следующую онтологию:

мир	материя	энергия	информация	трансцендент
человек	тело	душа	разум	дух
музыка	звук	энергия	число (логос)	смысл, сущность

Музыка должна быть воспринимаема, иначе она не существует. Поэтому после того, как определено место музыки в системе «человек – музыка – мир», необходимо обратиться к гносеологическому аспекту коммуникации. Природа музыкального искусства раскрывается через восприятие его человеком, в соотнесенности с личностным духовным миром творца. Здесь выявляется диалогический характер эстетического познания мира (диалог слушателя и композитора, автора и лирического героя, «раздвоение» творца и диалог со своим «Я»), вскрывается многослойность художественного освоения музыкальной действительности.