Электронный учебно-методический комплекс по учебной дисциплине Теория налогов (стр. 13 )

В 1886 году в США федеральные доходы составляли 3% от ВВП, при основная доля налоговых доходов принадлежала акцизам.

С третьей четверти XIX ситуация постепенно изменяется Немаловажная причина изменений – попытки Франции и Германии догнать стран лидеров. В этих странах не было твердого убеждения в необходимости минимального государства. Национальные традиции, а также влияние последствий аграрной эпохи допускали государственное участие в обеспечении индустриализации стран и обеспечении конкурентных условий для развития внешней торговли.

Развивается индустриальное общество и старую демократию сохранить не возможно, расширение избирательного права, участие низкодоходных слоев в политическом процессе расширяется.

С конца XIX века уже и в Америке возникли идеи о том, что по мере развития и увеличения объемов производства государственные расходы, а следовательно и налоги должны расти. Однако считалось, что темпы относительного роста расходов и налогов не должны превышать роста экономики.

Стремительный рост государственных расходов начался в 20-е гг. и был обусловлен Первой мировой войной и необходимостью мобилизации значительных финансовых ресурсов. Последующая индустриализация, увеличение налоговых доходов, рост социальных обязательств государства обусловили дальнейшее увеличение государственных расходов. В это время немецкий экономист А. Вагнер, один из разработчиков системы социального страхования, выдвинул тезис о неизбежном росте государственной доли в экономике по мере экономического развития, получившей впоследствии название «закона Вагнера». Закономерность роста роли государства в экономике Вагнер выводил из наблюдений за динамикой государственных расходов в западных странах. Он выделил несколько групп государственных затрат и пытался доказать, что в каждой из них расходы, затрачиваемые на выполнение государственных функций, будут расти быстрее, чем общественное производство. И это не зависит от политической и социальной природы общества, в котором проявляется такая закономерность: ускоренный рост общественных затрат задан природой современной индустриальной экономики. Именно в усложнении экономической жизни заложены причины расширения правительственных функций. Недостаток финансовых средств может временно сдерживать государственную активность, но в долгосрочной перспективе рост масштабов государства неизбежен. Данная концепция признавала активную роль государства и его возможность приносить доходы.

Даже в Англии возникали новые расходные программы, что обеспечивалось ростом налогов.

В 1842 году в Англии введен подоходный налог, позволяющий снизить таможенные тарифы, в 1894 – впервые вводится прогрессивный налог на наследство. Изменения в налоговой системе позволяли повысить ее привлекательность для широких слоев населения, поскольку проповедовался принцип более высокого обложения наиболее обеспеченных слоев. Принимая во внимание тот факт, что электоральное поле существенно расширилось, данные меры можно рассматривать как результаты политического развития общества.

В 1893 принят и после долгих дебатов в 1913 введен подоходный налог в Америке, предназначенный в первую очередь для строительства военного флота.

С начала ХХ века концепция минимального государства перестала быть актуальной. Исследователи обратились к проблемам и представлениям о верхних пределах налогового бремени.

Главное отличие концепций заключается в том, что ограниченность возможности мобилизовать доходы – менее надежный инструмент сдерживания вмешательства государства в экономику. И если минимальное государство – идеологическая конструкция, основанная на мысли, что частные инвесторы лучше распоряжаются своими средствами, то существование предела налогообложения – гипотеза, требующая эмпирической проверки в каждой стране.

Несмотря на закон Вагнера у стран – лидеров налоги долго не росли быстрее ВВП, однако мировая война изменила ситуацию.

Величина налоговой нагрузки во много зависела от уровня создаваемого валового внутреннего продукта. Так, у аграрных обществ к 1914 году нельзя было забирать более 15% доходов, поскольку более высокая нагрузка сдерживала бы рост из-за невысокого уровня располагаемого дохода. Индустриализация стран Европы и США, позволяющая обеспечить более высокий уровень добавленной стоимости дала возможность увеличивать перераспределение ВВП.

К 1937 году в развитых странах доля налогов возросла в 2 раза и достигла 22% по сравнению с 10% в 1913. После второй мировой войны перераспределялось 25-30% ВВП. Возникла необходимость развивать систему налогового администрирования, что дополнительно удорожало налоговую систему для общества.

По мере развития постиндустриального общества растет количество и качество государственных услуг, а следовательно и налогов, обеспечивающих их финансирование.

Но в 1970-х гг. начался финансовый кризис, причем преимущественно в странах, где существовала высокая налоговая нагрузка (Швеция), поскольку отсутствие заинтересованности бизнеса в развитии из-за высоких налоговых изъятия стимулировало смену налоговой юрисдикции, а также уклонения от уплаты налогов. Тезис о верхних границах налогообложения потерял популярность.

К началу 80-х гг. сформировались современные системы пенсионного обеспечения, пособий по безработице, семейных пособий, государственного финансирования образования и здравоохранения, характерные для индустриально развитых стран, что стало основанием для того, чтобы называть государства с такой системой социальной поддержки – «государствами благосостояния», а саму рыночную систему – «социально ориентированной экономикой». Государственные расходы в этих странах к 1999 г. составляли от 32,7 % в США до 60,2 % – в Швеции. В результате был заложен значительный инерционный потенциал роста социальных расходов, связанный с демографической ситуацией и старением населения. По расчетам Европейской комиссии, только вследствие этого фактора в ближайшие 40 лет большинство стран ЕС будет вынуждено увеличить долю государственных расходов в ВВП как минимум на 4–8 процентных пункта, при этом компенсировать такое повышение фактически будет нечем.

Финансовый кризис 1990-х потребовал реформ. Снова приобрела популярность идея предела налоговой нагрузки, за которым экономика переставала быть эффективной, развивалась теневая экономика и т. д.

Современная экономическая теория утверждает, что любое перераспределение вносит искажения в оптимальный режим функционирования экономики, создаваемый рыночными силами. Чем выше госрасходы, тем выше эти искажения. Согласно теории альтернативных издержек перераспределение ведет к потерям. По оценкам, сделанным для американской экономики, такие потери составляют примерно 30 % от перераспределяемых средств.

Одним из первых на угрозу кризиса «налогового государства» обратил внимание Й. Шумпетер, который предположил, что рост государственных возможностей мобилизовывать доходы вызывает увеличение социальных обязательств и дальнейшее увеличение налогового бремени, что в перспективе несовместимо с экономическим ростом.

Целевым параметром бюджетной политики экономического роста в настоящее время должна служить обоснованная оптимальная доля государственных расходов, а, следовательно, и налогов, в отношении к ВВП. Данный показатель не является универсальным и подлежит изучению в рамках отдельной экономики с учетом экономических и социально-культурных традиций.

3. Налоговое бремя и экономический рост.

В современной теории существуют две противоположные точки зрения на характер влияния налоговой нагрузки на экономический рост. Согласно первой, чем меньше доля государства – тем динамичнее развивается экономика; представители другой утверждают, что рост доли государства в ВВП является общемировой тенденцией, характеризующей уровень развития страны.

Можно предположить, что и та и другая точки зрения правомерны для определенных экономических условий. На определенной стадии экономического развития увеличение госрасходов оказывает позитивное влияние на экономический рост, что обусловлено расширением функций и соответственно затрат государства. Однако при дальнейшей экспансии влияние государственных расходов на экономический рост оказывается отрицательным. Это объясняется тем, что перераспределение ВВП через бюджет или иные государственные институты имеет свою цену.

Вместе с тем целесообразность государственного финансирования отдельных видов экономической деятельности обусловлена значительным экстернальным эффектом последних (их результатами может пользоваться все общество). В таких случаях чисто рыночные силы могут и не обеспечивать достижения социального оптимума.

В экономической теории анализ налоговой нагрузки с точки зрения ее влияния на экономический рост, как правило, базируется на учете следующих факторов и гипотез:

Согласно кейнсианской теории, если в экономике наблюдается неравновесие, то увеличение госрасходов ведет к расширению совокупного спроса и, следовательно, производства. Рост государственных расходов вызывает увеличение объема производства на величину, равную произведению первоначального прироста государственных закупок на мультипликатор расходов, поэтому государственные расходы могут оказать стабилизирующее либо дестабилизирующее воздействие на объем производства на различных стадиях экономического цикла. При этом следует отметить, что различные модели демонстрируют существенные расхождения значений мультипликатора, что обусловлено, с одной стороны, тем, что природа экономических взаимосвязей не до конца выяснена, а с другой – тем, что экономика с течением времени эволюционирует. Модель мультипликатора государственных расходов имеет несколько упрощенный характер, так как она показывает сущность взаимосвязи между госрасходами и объемом выпуска, при этом предполагается, что другие факторы остаются неизменными, в частности, объем инвестиций и совокупное предложение. Данная модель не позволяет проанализировать, как прирост расходов влияет на цены и объем производства.

Одновременно с повышением государственных расходов в период экономического спада кейнсианская теория предлагает снижать налоги, что возможно при увеличении бюджетного дефицита и государственного долга. Опасность такой политики заключается в нарушении макроэкономического равновесия и росте инфляции. В силу этого современные государства, включая социал-демократические правительства, традиционно ориентированные на практику государственного перераспределения, отказались от проведения антицикличной сознательно затратной политики оживления государственного спроса.