Регистры ремесел и торговли города Парижа (стр. 5 )

Никто из мерщиков не может торговать каким бы то ни было зерном в городе Париже и не может покупать зерно, чтобы отправить его горожанину в город Париж, если горожанин или кто-либо по его поручению не присутствуют при этом. Никто из торговцев зерном, т. е. продавец и покупатель какого бы то ни было зерна внутри города Парижа, не может измерять продаваемое [зерно] больше одного сетье за один раз; а если случается мерить больше, он должен позвать присяжного мерщика, и мерщик должен измерить мюид за 4 денье, с большего больше, а с меньшего меньше. Каждый, кто продает свое зерно в Париже, может позвать мерщика, какого захочет, лишь бы городского присяжного, принесшего клятву, и этот мерщик должен исполнить свое дело хорошо и честно по своей клятве вышеуказанным образом.

Если кто-либо из этих мерщиков нарушает что-либо из вышесказанного, с него следует штраф королю согласно установлению парижского прево, так как горожане Парижа не имеют никакой власти и никакой юрисдикции в вышеупомянутых делах, кроме как давать разрешение на измерение и всякому давать измерять, если им это кажется хорошо и нравится.

Никто из мерщиков не должен нести караул, так как это своего рода наемники. Мерщики обязаны тальей и другими повинностями, которыми другие горожане обязаны королю. Оглавление.

Статут V

О глашатаях

Никто не может быть в Париже глашатаем, если он не испросил согласия купеческого старшины и эшевенов купцов; когда же он испросит согласие, он должен 4 денье старшине глашатаев, и за эти 4 денье старшина глашатаев должен проверить и пометить его меры. Полагается, Чтобы каждый парижский глашатай дал купеческому старшине, эшевенам купцов или кому-либо по их поручению залог в 60 су и 1 денье и под этот залог кабатчик должен вручить ему свой кубок. Если же кабатчик его утратит [т. е. если глашатай его потеряет], может взыскать убыток с поручителей за его кубок.

Каждый парижский глашатай во все дни, в которые он записан, начиная с первого дня, как только он будет записан и до того, как будет выписан, должен 1 денье братству купцов, кроме воскресенья, когда он ничего не должен, или если он болен, или ушел в паломничество к св. Якову, или за море. Когда он уходит в паломничество, он должен получить Согласие в городском собрании, чтобы приостановить эту уплату на время [319] паломничества, иначе платит за каждый день 1 денье. Если он болен, он должен известить об этом старшину глашатаев, иначе он будет платить денье за каждый день. Каждому парижскому глашатаю полагается поклясться на святых, что он принесет хорошие меры в свою таверну и что там не будет ни одной плохой меры, о которой он бы не сообщил; и что он, как только может, будет охранять пользу кабатчиков и простого народа города (coumun de la vile). Каждой парижский глашатай может идти в любую таверну, в какую захочет, и выкрикивать вино, пока там есть разливное вино; если в таверне нет глашатая, кабатчик не может запретить ему; если же кабатчик говорит, что он не имеет разливного вина, глашатай берет с него клятву, что он не продавал вина, будь то при закрытом или при открытом погребе. Если глашатай находит пьющих в таверне, он их спрашивает, за какую цену они пьют, и глашатай будет выкрикивать эту цену, которую ему сказали, хочет или не хочет этого кабатчик, поскольку он не имеет глашатая. Если кабатчик, продающий вино в Париже, не имеет глашатая и закрывает двери перед глашатаем, то глашатай может выкрикивать вино этому кабатчику по королевской цене, т. е. в 8 денье, если вино дешево, и в 12 денье, если вино дорого. Глашатай не может под своей клятвой носить вино для выкрикивания, если он его не нацедил или не видел, как его при нем нацедили. Глашатай имеет каждый день от своей таверны не меньше 4 денье, а больше он не может брать под клятвой.

Если глашатай не имеет таверны, из этого не следует, чтобы он не уплачивал ежедневно 1 денье, как выше сказано. Глашатай обязан требовать себе таверну прежде, чем настанет время выкрикивать, потому что прежде он должен проверить вино, которое он выкрикивает; если же идут те, кто проверяет вино, кабатчик может запретить ему вход в свою таверну и сказать, что не время требовать хозяина, потому что идут проверять вино, и глашатай может требовать себе таверну на следующий день. Глашатай должен выкрикивать два раза в день, кроме великого поста, воскресений, пятниц, восьми дней рождества и сочельников, когда глашатаи выкрикивают один раз. В святую пятницу глашатаи не выкрикивают, но проверяют вино после службы. Глашатаи не кричат в дни, когда умирает король, королева или их дети.

Если король дает свое вино в таверну, все другие кабатчики прекращают [продажу], и все глашатаи должны выкрикивать королевское вино на перекрестках Парижа утром и вечером, и должен управлять ими старшина глашатаев, и от выкрикивания этого вина каждый из них должен иметь по 4 денье, так же как и со своих других таверн. Старшина братства купцов и эшевены имеют юрисдикцию над всеми глашатаями, кроме дел по собственности, уголовных и других, указанных выше. Если глашатай нарушает установления их цеха, купеческий старшина держит его под арестом до тех пор, пока тот не искупит свой проступок, если это не кража или вышеуказанные дела, подлежащие королевскому суду. Глашатаи должны поставлять своему кабатчику хорошие меры, или пусть у кабатчика не будет мер (ou nescient les mesures au tavernier). Оглавление.

Статут VI

О мерщиках жидкостей (jaugeurs)

Никто не может быть мерщиком жидкостей, если не имеет согласия купеческого старшины и присяжных братства парижских купцов. Каждый парижский мерщик жидкостей должен поклясться перед вышеназванным старшиной в том, что он будет хорошо и честно выполнять ремесло мерщиков [320] жидкостей в меру своих возможностей, и что будет соблюдать права продавцов и покупателей, что он пойдет мерить всякий раз, как его позовут, лишь бы была возможность пойти и вовремя вернуться в пределы стен Парижа.

Никто из мерщиков жидкостей но может и не должен брать за одну измеряемую бочку, какова бы она ни была, маленькая или большая, более, чем 2 денье, т. о. 1 денье с продавца и 1 — с покупателя, какая бы жидкость ни была в бочке, кроме мода, за измерение бочки которого он имеет 4 денье, т. е. 2 денье с продавца и 2 — с покупателя. Если один мерщик мерит и тот, кто продает или покупает, сомневается в измерении, т. с. [опасается], что оно неправильно, он может обратиться к другому мерщику, и этот мерщик может перемерить то, что другой прежде смерил; и если [измерение] совпадет с первым, нельзя обращаться к другому мерщику, и каждый получает вышеопределенные деньги. Если же измерение второго не совпадет с первым, можно попросить третьего и тот, у кого [оно] совпадает, должен быть признан; и получит вышеопределенные деньги каждый из тех, кто измерял, хотя их и проверяли. Парижские мерщики жидкостей обязаны отправляться мерить по просьбе жителей Парижа повсюду в пределах парижского превотства при условии, что тот, кто вызывает, должен дать лошадь и оплатить расходы; должны они иметь с каждой бочки вышеуказанные деньги, а больше, согласно клятве, не могут требовать. Прюдомы — парижские мерщики жидкостей — свободны от караула, потому что их цех этим но обязан, но они обязаны тальей и другими повинностями, которыми другие горожане Парижа обязаны королю. Оглавление.

Статут VII

О кабатчиках

Всякий может быть в Париже кабатчиком, кто захочет и имеет средства, заплатив шантеляж королю, меры горожанами глашатаям. Каждый кабатчик должен ежегодно покупать свои меры у горожан Парижа, и их продают горожане одному дороже, другому дешевле, как им понравится, от 1 донье за день.

Каждый, кто продает в Париже вино в розлив, обязан иметь глашатая, если он не договорился [не откупился?] (se il nе fine) с горожанами. Все парижские кабатчики могут продавать вино такое, какое хотят, сras или boute[13], и по любой цене, по пусть не повышают своих цен; снижать же могут. И могут иметь в розлив столько вина, сколько им нравится, но пусть они измеряют честной мерой; а если кто-нибудь будет пойман с под-цельной мерой, он будет оштрафован по воле короля. Оглавление.

Статут VIII

О пивоварах

Может быть в Париже пивоваром всякий, кто захочет, лишь бы работал по обычаям и кутюмам цеха, созданным и установленным прюдомами цexa для хорошей и честной работы, как это угодно королю. Эти обычаи и кутюмы таковы.

Всякий, кто, если королю угодно, делает пиво в Париже, может иметь только учеников и подмастерьев, сколько хочет, и работать днем и ночью, [321] если в этом есть потребность. Никто из пивоваров не может и не должен делать пиво, кроме как из воды и зерна, т. е. из ячменя, из смеси ржи с пшеницей (mestuel) и из солода; если же он кладет другие вещи для усиления, а именно можжевеловые (bауе) ягоды, пряности, камедь (pois reisine), то каждый, кто положит какую-нибудь из этих вещей, штрафуется в пользу короля на 20 пар. су всякий раз, как будет уличен, и будет все его пиво, которое сделано с этими вещами, отдано нищим. Прюдомы цеха говорят, что не надо класть в пиво эти нехорошие и нечестные вещи, потому что они плохо и болезненно действуют на голову и тело здоровых д больных. Никто не может и не должен продавать пиво в другом месте, кроме как в трактире или в пивной, потому что мелочные торговцы пивом продают не такое хорошее и доброкачественное пиво, как те, кто его делает в своих трактирах; а продают они кислое и испорченное, потому что они не умеют его делать настоящим образом. Те же, кто не делают пиво в своих трактирах, посылают его продавать в два или три места в городе Париже, и продают они его не сами и не их жены, а маленькие мальчики на чужих улицах, и идут в те места и таверны безрассудные люди (li fol et li foles) совершать свои грехи. Поэтому прюдомы цеха согласились на этом, если угодно королю; и каждый, кто будет против этого постановления, будет оштрафован в пользу короля на 20 пар. су всякий раз, как будет уличен, и пиво, которое найдут в таких трактирах, будет отдано нищим.

Прюдомы цеха парижских пивоваров просят, если королю угодно, чтобы вышеупомянутый цех имел двух прюдомов, присяжных и принесших королю присягу; каковые прюдомы клянутся на святых перед парижским прево, что будут хорошо и честно охранять вышеупомянутый цех и что обо всех нарушениях, которые произойдут, и о которых они узнают, они сообщат, как можно скорее, парижскому прево или его помощникам. Этих прюдомов парижский прево назначает и смещает по своей воле, и эти два прюдома обладают властью забрать именем короля недоброкачественное пиво, где бы они его ни нашли, до того, как они сообщат парижскому прево или его помощникам.