Гражданское процессуальное право (стр. 39 )

По итогам рассмотрения заявления суд выносит определение. У суда, рассматривающего заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоя­тельствам, существует два полномочия'.

1) признать обстоятельство вновь открывшимся и на этом основании отменить оспариваемый судебный акт, и рассмотреть дело с учетом вновь открывшегося обстоятельства. Очевидно, при рассмотрении заявления вы­шестоящими судами дело может быть направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции2;

1 См.: РГ. 20янв.

2 Непосредственно в ст. 397 ГПК вопрос этот не регламентируется. Однако такой вывод можно сделать из совокупного толкования норм ГПК, устанавливаю­щих полномочия вышестоящих судов.

442

Раздел IV. Пересмотр судебных решений и определений, вступивших в законную силу

2) отказать в признании обстоятельств вновь открывшимися и оста­вить обжалуемое судебное постановление в силе.

Обжалованию подлежит только определение суда об отказе в призна­нии обстоятельств вновь открывшимися (ст. 397).

Согласно ч. 3 ст. 397 ГПК, в случае отмены решения или определения дело рассматривается по правилам, установленным Кодексом. Вновь от­крывшееся обстоятельство исследуется и оценивается судом в совокупно­сти с другими доказательствами.

5. Наиболее значимые отличия пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам от надзорного проявляются по следующим признакам: суды, полномочные рассматривать заявления (представления); основания и порядок пересмотра; полномочия судебных инстанций.

В науке было высказано предложение о нецелесообразности сохране­ния стадии пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам1, однако оно не нашло поддержки. Как было показано выше, в настоящее время в российском законодательстве существует обратная тенденция включения обстоятельств, традиционно относимых к основаниям пересмотра в поряд­ке надзора, в перечень оснований пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам. Высказано мнение об отказе от пересмотра в порядке надзора в арбитражном процессе, теоретическое обоснование которого было предложено 2, аргументировавшим свою позицию наличием двух инстанций, пересматривающих постановление суда первой инстанции (в. апелляционном и кассационном порядке) и отсутствием надзорного производства в зарубежном законодательстве. Аналогичная ар­гументация допустима и в отношении гражданского процесса.

1 См.: И Теоретические аспекты судебного надзора в сфере гражданского судопроизводства. Автореф. дис. .. докт. юрид. наук. Свердловск, 1971. С. 39-40.

2 См.: О нецелесообразности сохранения надзорного произ­водства в арбитражном процессе Российской Федерации. СПб., 2000.

Раздел V

ПРОИЗВОДСТВО ПО ДЕЛАМ С УЧАСТИЕМ ИНОСТРАННЫХ ЛИЦ

Глава 23 ВОПРОСЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССА

§ 1. Общие положения. Источники fji

1. Предметом рассмотрения суда в ряде случаев становятся граждан­ские правоотношения, осложненные иностранным элементом. Связь с иностранным государством может выражаться, например, в том, что уча­ствующие в деле лица имеют иностранное гражданство или проживают за границей (а юридические лица
созданы за пределами РФ и там находятся), что за границей находится предмет спора или там заключен договор между сторонами.

Связь с иностранным государством может проявляться и в том, что оказывается необходимым (в том числе по делам без участия иностранных лиц) допросить свидетеля, проживающего за границей, или истребовать из-за границы документы, выданные иностранными властями. Российский суд вообще может не вести основное производство по гражданскому делу, а лишь выполнять поручение ведущего такое производство иностранного суда о совершении отдельных процессуальных действий или по просьбе взыскателя осуществлять действия, связанные с признанием и исполнени­ем в Российской Федерации решений иностранных судов.

В современных условиях число подобных гражданских дел увеличива­ется, что связано с укреплением внешнеэкономических связей, с расшире­нием контактов между гражданами разных стран. Распад СССР и рост ми­грации населения в пределах бывшей его территории придал данной про­блеме еще большее значение.

Вопросы судопроизводства по гражданским делам, так или иначе свя­занным с иностранным государством, относятся к области международного гражданского процесса.

2. Нормы о процессуальном положении иностранных лиц и ино­странного государства, международной подсудности, исполнении судеб­ных поручений, признании и исполнении иностранных судебных решений сосредоточены в разделе V ГПК. Он значительно полнее, чем был соответ­ствующий раздел ГПК 1964 г. (20 статей вместо 7). Впервые получили пря­мое решение в ГПК вопросы гражданской процессуальной право - и дее­способности, международной подсудности (статьи о подсудности состав­ляют теперь самостоятельную главу), вопросы признания и исполнения иностранных судебных и арбитражных решений (единственную статью в ГПК 1964 г. заменила самостоятельная глава, где использованы в основ­ном положения действовавшего ранее Указа Президиума Верховного Со­вета СССР от 01.01.01 г. «О признании и исполнении в СССР реше­ний иностранных судов и арбитражей»).

Регулирование международного гражданского процесса в ГПК не ис­ключает действия специальных норм, содержащихся в иных федеральных законах, например, в ФЗ от 01.01.01 г. «О правовом положении ино-

444

Раздел V. Производство по делам с участием иностранных лиц

странных граждан в Российской Федерации», а также в Положении о ди­пломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР от 01.01.01г., в Консульском уставе СССР от 01.01.01 г. и некоторых других актах.

Для арбитражных (хозяйственных) судов существенны правила гл. 31—33 АПК, где детально регулируются особенности рассмотрения дел с участием иностранных лиц, компетенция арбитражных судов (междуна­родная подсудность), приведение в исполнение решений иностранных су­дов и иностранных арбитражных решений.

Для судопроизводства по делам с участием иностранных граждан и юридических лиц основополагающи положения Конституции РФ, в ча­стности о том, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России являются составной частью ее правовой системы (ч. 4 ст. 15).

Общее значение имеет и норма ч. 4 ст. 46 Конституции, согласно кото­рой каждый вправе в соответствии с международными договорами РФ об­ращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод граждан, если исчерпаны все имеющиеся средства правовой защиты. Так, присое­динение России к Факультативному протоколу Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. дает гражданам возможность обращаться в Комитет по правам человека в порядке, установленном ука­занным Протоколом, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударствен­ные средства правовой защиты нарушенных прав или когда эта защита не­оправданно затягивается.

3. Наряду с российским законодательством источником международ­ного гражданского процесса являются договоры России с иностранными го­сударствами, а также действующие в России как правопреемнице СССР международные договоры СССР. Среди двусторонних, договоров в первую очередь следует назвать договоры о правовой помощи по гражданским, се­мейным и уголовным делам, заключенные, в частности с Албанией, Алжи­ром, Болгарией, Венгрией, Вьетнамом, Грецией, Египтом, Индией, Ира­ком, Ираном, Испанией, Италией, Йеменом (НДРЙ), Кипром, Китаем, КНДР, Кубой, Монголией, Польшей, Румынией, Тунисом, Финляндией, Чехословакией (ныне — Чехия и Словакия), а также с рядом стран СНГ и Балтии.

В отношениях стран СНГ особенно велика роль Конвенции о право­вой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголов­ным делам, подписанной всеми странами Содружества в Минске 22 янва­ря 1993г. (некоторые изменения в Конвенцию внесены Протоколом от 01.01.01 г.). Конвенция обеспечивает, с одной стороны, защиту в су­дах этих стран граждан стран СНГ и других лиц (т. е. лиц, не являющихся их гражданами), если они проживают в стране-участнице, а также юриди­ческих лиц; с другой — четкое и надежное правовое сотрудничество судов и других учреждений юстиции. Конвенцией охватывается широкий круг вопросов сотрудничества в сфере гражданского процесса: правовая защита граждан и юридических лиц, порядок сношений при оказании правовой помощи, исполнение поручений учреждений юстиции, действительность документов, предоставление информации о праве, разграничение компе­тенции судов, вопросы применения права (коллизионные нормы), призна­ния и исполнения иностранных судебных решений, а также вопросы уго­ловного процесса.

Глава 23. Вопросы международного гражданского процесса

445

7 октября 2002г. большинство стран СНГ, участвующих в данной Конвенции, подписали в г. Кишиневе новую конвенцию с таким же на­званием, правила которой в области гражданского процесса в основном воспроизводят положения Минской конвенции 1993 г. Новая конвенция призвана после вступления ее в силу (пока она еще не действует) заменить собой Минскую конвенцию 1993 г.; последняя прекратит свое действие в отношениях между ее участниками, подписавшими Кишиневскую кон­венцию. Со странами же, не подписавшими новую конвенцию (Туркмени­стан, Узбекистан), Россию будет по-прежнему связывать Минская конвен­ция 1993г.

Для арбитражных (хозяйственных) судов стран СНГ велика роль Со­глашения стран Содружества о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, от 01.01.01г. В этом международном договоре решаются вопросы правовой защиты хозяйст­вующих субъектов (юридических лиц и граждан-предпринимателей), раз­граничивается компетенция судов (общих и арбитражных), рассматриваю­щих их споры, определяется порядок оказания судами правовой помощи, предусматривается взаимное признание и исполнение решений, вынесен­ных судами одной из стран-участниц, на территории других стран-участ­ниц, решаются вопросы подлежащего применению права и предоставле­ния информации о праве. В отличие от Минской конвенции 1993 г., где имеются в виду любые гражданско-правовые споры, Соглашение от 01.01.01 г. охватывает только споры, связанные с осуществлением хо­зяйственной деятельности.

Минская конвенция 1993 г. не исключает действия двусторонних дого­воров о правовой помощи, заключенных между РФ и странами, участвую­щими в Конвенции; последняя подлежит применению лишь постольку, поскольку в соответствующем двустороннем договоре отсутствует регули­рование.

С 1967 г. наша страна участвует в Гаагской конвенции (1954 г.) по во­просам гражданского процесса. 12 февраля 2001 г. приняты федеральные законы о присоединении Российской Федерации к двум другим Гаагским конвенциям: о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам от 01.01.01 г. и о получении за границей доказательств по гражданским и торговым делам от 01.01.01 г.1 Они были приняты в развитие упомянутой Конвенции 1954 г. и за­меняют многие ее положения. В обеих конвенциях наряду с европейскими и другими странами участвуют Великобритания и США. Россия участвует также в Венских конвенциях: о дипломатических сношениях (1961 г., бо­лее 130 стран-участниц) и о консульских сношениях (1963 г.); в Гаагской конвенции (1961 г.), отменяющей требование легализации иностранных официальных документов. Действуют и многочисленные двусторонние консульские конвенции.

Предусматривая возможность расхождения между конкретными нор­мами внутреннего российского законодательства и нормами международ­ных договоров России, ч. 2 ст. 1 и ч. 4 ст. 11 ГПК, основываясь на положе­ниях ст. 15 Конституции РФ, устанавливают, что при таком расхождении применяются нормы соответствующего международного договора

1 СЗ РФ. 2001. №7 Ст. 615, 616.

446

Раздел V. Производство по делам с участием иностранных лиц

РФ. Аналогичную норму, адресованную арбитражным судам, содержит ст. 13 АПК.

§ 2. Положение иностранных лиц и иностранного государства в гражданском процессе

1. Наличие того или иного иностранного элемента в правоотношении в принципе не влияет на порядок рассмотрения дела: оно рассматривается по общим правилам гражданского судопроизводства (ст. 398 ГПК). АПК тоже закрепляет этот принцип (ст. 253). Вместе с тем в отдельных случаях допускается применение и иностранных процессуальных норм — как ис­ключение из общего принципа. Так, в принудительном исполнении реше­ния иностранного суда можно отказать, если решение не вступило в за­конную силу или не подлежит исполнению по праву страны, на террито­рии которой оно принято (ч. 1 ст. 412). Иностранное право может оказаться решающим и при определении процессуальной право - и дееспособности иностранных лиц.

Отступление от процессуальных норм российского законодательства возможно и в случаях, предусмотренных международными договорами РФ (например, при исполнении судебных поручений).

2. Иностранным гражданам, т. е. лицам, не являющимся гражданами РФ и имеющим доказательства наличия гражданства иностранного госу­дарства, гарантируется право на судебную защиту их личных, имуществен­ных, семейных и иных прав и свобод (ч. 3 ст. 62 Конституции). В соответ­ствии со ст. 398 ГПК иностранные граждане, как и другие иностранные лица (лица без гражданства, иностранные организации и международные организации), могут беспрепятственно обращаться в российские суды нарав­не с российскими гражданами и организациями. Гражданская процессуальная защита предоставляется им на началах национального режима, что соот­ветствует норме ч. 3 ст. 46 Конституции РФ.

Законодательство не требует от обращающегося в суд иностранного гражданина или организации внесения, как в ряде зарубежных стран, за­лога в обеспечение уплаты судебных расходов, к которым он может быть присужден в случае отказа ему в иске.

Что касается арбитражных (хозяйственных) судов, то к ним вправе об­ращаться иностранные, международные организации и осуществляющие предпринимательскую деятельность иностранные граждане, а также лица без гражданства (при этом важно подтверждение того, что организация действительно является иностранной и обладает правосубъектностью по своему национальному закону, а для гражданина — подтверждение того, что он осуществляет предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеет статус предпринимателя, приобретенный в ус­тановленном порядке). Данным иностранным лицам процессуальные пра­ва предоставляются наравне с организациями и гражданами РФ.

Специальную норму о свободном доступе иностранных граждан и юридических лиц в суды содержат и договоры о правовой помощи, и Минская конвенция 1993 г. Эти лица имеют право свободно и беспре­пятственно обращаться в суды другого договаривающегося государства, выступать в них, возбуждать ходатайства и предъявлять иски на тех же ус­ловиях, что и граждане данного государства.

Глава 23. Вопросы международного гражданского процесса

447

Иностранным лицам, согласно ст. 398 ГПК, предоставляются одинако­вые с российскими гражданами и организациями гражданские процессуальные права. Они могут на общих основаниях выступать в процессе в качестве стороны или третьего лица. Им предоставляются процессуальные права, и они выполняют обязанности участвующих в деле лиц, предусмотренные ст. 35 и др. ГПК. Как и российские граждане, они могут представлять в суд документы, выданные за границей иностранными властями. Однако такие документы должны быть в установленном порядке удостоверены - легали­зованы, если только международный договор не освобождает от легализа­ции (ст. 408 ГПК). Консульская легализация заключается в устаиевлении и засвидетельствовании консулом подлинности подписей на документах и актах и соответствия их законам государства пребывания. Освобождение от легализации предусмотрено договорами о правовой помощи, Минской конвенцией стран СНГ 1993 г. Упрощенная форма удостоверения доку­ментов (проставление апостиля) введена Гаагской конвенцией 1961 г., от­меняющей требование легализации иностранных документов; в ней участ­вует большое число стран, в том числе и Россия.

Иностранные граждане могут быть освобождены от уплаты судебных расходов; они вправе вести дело в суде лично или через представителей; на общих основаниях допускаются судом к представительству по конкретно­му делу. В качестве представителей иностранных граждан в российских су­дах чаще всего выступают адвокаты Инюрколлегии - коллектива адвока­тов, специализирующегося на ведении дел иностранцев в России и рос­сийских граждан за границей. Иностранные граждане могут быть представлены в судах консулами соответствующих государств. Согласно консульским конвенциям консул может представлять граждан своего госу­дарства без специальных полномочий (без доверенности). Процессуальные обязанности иностранные лица выполняют наравне с российскими граж­данами и организациями.

Правительство может устанавливать ответные ограничения в отноше­нии процессуальных прав граждан и организаций тех государств, где до­пускаются специальные ограничения гражданских процессуальных прав российских граждан и организаций (ч. 4 ст. 398 ГПК). Это - исключитель­ная мера. Возможность ответных ограничений (реторсий) не означает пре­доставления в нашей стране иностранным гражданам процессуальных прав под условием взаимности: при рассмотрении конкретных дел суды не должны рассматривать вопрос о взаимности, требовать от иностранного гражданина, участвующего в деле, подтверждения того, что в государстве его гражданства российским гражданам предоставляются процессуальные права наравне с гражданами этого государства.

3. Вопрос о процессуальной право - и дееспособности иностранных граж­дан и лиц без гражданства ранее практически решался, как и другие про­цессуальные вопросы, по российскому праву. Однако тесная связь этих институтов с соответствующими институтами материального права (граж­данского, семейного, трудового и т. п.) потребовала специального их уре­гулирования, «изъятия» их из сферы действия общего принципа ведения производства по делам с участием иностранных лиц в соответствии с нор­мами российского процессуального права. Теперь определяющим является личный закон иностранца (ст. 399 ГПК). Тем самым регулирование прибли­жено к тому, которое принято в ГК применительно к гражданской право-

448

Раздел V. Производство по делам с участием иностранных лиц

Глава 23. Вопросы международного гражданского процесса

449

и дееспособности (ст. 1196, 1197 ГК) и в СК применительно к брачной дееспособности (ст. 156 СК).

К гражданской процессуальной право - и дееспособности иностранно­го гражданина должно применяться право страны, гражданство которой лицо имеет. Закон исходит из того, что этот признак определенен и отра­жает устойчивую связь лица с государством. Если лицо имеет несколько гражданств, одно из которых российское, подлежит применению россий­ское законодательство, а при наличии гражданств нескольких иностран­ных государств — законодательство того из этих государств, где лицо имеет место жительства. Для лиц без гражданства решающим признается законо­дательство страны места их жительства. Гражданская процессуальная право - и дееспособность иностранного гражданина, имеющего место жи­тельства в России, определяется по российскому законодательству.

Процессуальная правоспособность иностранных организаций (т. е. уч­режденных за пределами РФ юридических лиц, а также организаций, не являющихся юридическими лицами по иностранному праву), определяет­ся по праву страны, где организация учреждена (это право именуется лич­ным законом соответствующей организации). Действие личного закона распространяется обычно на всю совокупность отношений, связанных с правосубъектностью организации: определение организационно-правовой формы, требования к наименованию, вопросы создания и ликвидации, со­держание правоспособности и др.

Процессуальная правоспособность международной организации опре­деляется на основе международного договора, в соответствии с которым она создана, ее учредительных документов или соглашения с компетент­ным органом РФ.

4. Субъектом гражданско-правовых отношений может быть и государ­ство (ст. 124 ГК). Участие в таких отношениях иностранного государства имеет свою специфику.

Из международно-правового принципа суверенного равенства госу­дарств (par in parem non habet imperium) вытекает неподчинение государст­ва юрисдикции другого государства. Различается три вида юрисдикционного иммунитета государства:

1) судебный иммунитет, означающий, что иски к иностранному госу­дарству не могут рассматриваться без его согласия в судах другого государ­ства;

2) иммунитет от предварительных мер, предполагающий, что в поряд­ке обеспечения иска имущество иностранного государства не может быть подвергнуто обеспечительным мерам со стороны другого государства;

3) иммунитет от исполнительных действий, означающий, что недо­пустимо обращение мер принудительного исполнения на имущество ино­странного государства.

Статья 401 ГПК закрепляет предоставление иностранному государству всех трех видов иммунитета, предусматривая, что предъявление иска к иностранному государству, обеспечение иска и обращение взыскания на его имущество, находящееся в России, могут быть допущены лишь с со­гласия компетентных органов иностранного государства, если иное не предусмотрено международным договором РФ или федеральным законом. Таким образом, закон, как и ранее действовавшее законодательство, исхо­дит из концепции так называемого абсолютного иммунитета, допуская, правда, иное регулирование в законе или договоре.

Отказ от иммунитета может получить выражение в международном до­говоре. Например, согласно ст. 95 и 96 Конвенции ООН по морскому пра­ву 1982 г., в которой с 1997 г. участвует и Россия, полным иммунитетом от юрисдикции какого бы то ни было государства, кроме государства флага, пользуются в открытом море лишь военные корабли, а также суда, при­надлежащие государству или эксплуатируемые им и состоящие только на некоммерческой государственной службе.

Наряду с концепцией абсолютного иммунитета в мировой практике используется и концепция ограниченного иммунитета государства. Соглас­но этой концепции иностранное государство пользуется иммунитетом только тогда, когда оно совершает действия в качестве суверена. Если же оно совершает действия коммерческого характера (заключает внешнетор­говые сделки, эксплуатирует торговый флот и т. п.), т. е. ставит себя в по­ложение торговца, частного лица, оно не пользуется иммунитетом: к нему могут предъявляться иски, а на его собственность распространяются при­нудительные меры. Концепция ограниченного иммунитета широко рас­пространена в иностранных государствах. Она отражена в посвященных иммунитету законах Австралии, США, Великобритании, Канады, Паки­стана, Сингапура, ЮАР и принята в судебной практике Австрии, Бельгии, Греции, Дании, Норвегии, Финляндии, Франции, ФРГ, Швейцарии. Сле­дует также назвать заключенную европейскими странами конвенцию об иммунитете государства от 01.01.01 г. (Россия в ней не участвует). В рамках Комиссии международного права ООН уже давно ведется разра­ботка проекта статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их соб­ственности.

Позиция России, основанная на концепции абсолютного иммунитета, претерпевает определенные изменения. Так, в отличие от нового ГПК, ос­тавшегося в общем на прежних позициях, АПК сделал серьезный шаг в направлении признания принципа ограниченного иммунитета: в ст. 251 АПК установлено, что судебным иммунитетом в отношении предъявлен­ного иска, привлечения к участию в деле в качестве третьего лица, нало­жения ареста на имущество государства, находящееся в РФ, и принятия мер по обеспечению иска пользуется иностранное государство, выступаю­щее в качестве носителя власти. Отсюда можно сделать вывод, что ино­странное государство, выступающее в ином качестве (торговца, коммер­санта), такими иммунитетами не будет пользоваться. В то же время приме­нительно к иммунитету от принудительного исполнения судебного акта такой оговорки в ст. 251 АПК не делается. Новелла АПК в отношении им­мунитета государства лежит в русле современных тенденций, однако едва ли обоснованны различия в имеющей общее значение концепции имму­нитета, выраженной в ГПК и АПК, принятых практически одновременно.

Законодательство регулирует и положение представителей иностран­ных государств. Дипломатические представители иностранных государств и другие лица, указанные в соответствующих законах и международных договорах, подлежат юрисдикции российского суда по. гражданским делам лишь в пределах, определяемых нормами международного права или дого­ворами с соответствующими государствами (ст. 401 ГПК).

Круг лиц, пользующихся в России дипломатическим иммунитетом, со­держание дипломатического иммунитета в гражданском судопроизводстве определяются российским законодательством и международными догово­рами. Так, на основании Положения о дипломатических и консульских

15-1588

450

Раздел V. Производство по делам с участием иностранных лиц

представительствах иностранных государств на территории СССР от 01.01.01 г. глава дипломатического представительства и члены дипломати­ческого персонала (а также члены их семей, если они проживают вместе с указанными лицами и не являются российскими гражданами) пользуют­ся иммунитетом от гражданской юрисдикции Российской Федерации как правопреемницы СССР.

Данные лица не обязаны давать показания в качестве свидетелей, а в случае согласия давать такие показания - не обязаны являться в суд. Иммунитет от гражданской юрисдикции не распространяется, однако, на случаи, когда дипломатические представители вступают в гражданско-правовые отношения как частные лица в связи с исками о принадлежащих им строениях на территории России, наследовании или деятельности, осу­ществляемой за пределами официальных функций. Иммунитетом от граж­данской юрисдикции в том, что касается служебной деятельности, пользу­ются и консулы.

Права и льготы иностранного государства и его представителей в РФ носят безусловный характер в том смысле, что суд в каждом случае не дол­жен ставить по своей инициативе вопрос о наличии взаимности. Это выте­кает из упомянутого Положения о дипломатических и консульских пред­ставительствах иностранных государств. Однако в качестве исключения из этого правила ст. 16 и 17 названного Положения устанавливают, что лица технического и обслуживающего персонала дипломатического представи­тельства пользуются юрисдикционным иммунитетом в отношении дейст­вий, совершенных ими при исполнении служебных обязанностей, лишь на основе взаимности. В этом случае суд на основании прямого указания за­кона, если в международном договоре не установлено иное, должен при­нимать меры для установления наличия или отсутствия взаимности. За­прос может быть направлен в Министерство иностранных дел РФ.

Из международных договоров России в этой области наибольшее зна­чение имеют упомянутые Венские конвенции о дипломатических и о кон­сульских сношениях. Вопросы иммунитета затрагиваются в двусторонних консульских конвенциях и других международных договорах специального характера.

§ 3. Подсудность дел, осложненных иностранным элементом

1. Поскольку правоотношения с иностранным элементом связаны как с российским, так и с иностранным правопорядком, возникает вопрос о том, компетентны ли российские суды рассматривать возникающие по этим правоотношениям споры, т. е. вопрос о международной подсудности.

Наилучший вариант решения вопроса — заключение международных договоров, разграничивающих подсудность судов договаривающихся госу­дарств. Такие договоры стали чаще заключаться в последнее время. Мож­но назвать, например, имеющие особое значение для стран ЕС Брюссель­скую конвенцию от 01.01.01 г. «О судебной компетенции и ис­полнении судебных решений по гражданским и торговым делам» и Луганскую конвенцию от 01.01.01 г. с тем же названием. В этих конвенциях Россия не участвует, но она имеет ряд других международных договоров, разграничивающих подсудность (см. о них далее, п. 6).

Если подсудность не разграничена в международном договоре, следует обращаться к внутреннему законодательству. Государства обычно сами оп-

Глава 23. Вопросы международного гражданского процесса

451

ределяют пределы компетенции своих судов и в принципе не обязаны учи­тывать соответствующие правила иностранных государств. Способы опре­деления международной подсудности отдельными государствами при этом не всегда совпадают. Чаще всего подсудность определяется исходя из мес­та жительства (нахождения) ответчика, из гражданства сторон, места нахо­ждения спорной вещи, места причинения вреда. Отрицательная сторона такой «самостоятельности» заключается в том, что в силу различий в зако­нодательстве могут возникнуть ситуации, когда суды сразу двух государств признают себя компетентными рассматривать конкретное дело или, на­оборот, когда суды каждого из государств признают себя некомп^т^нтны-ми («конфликт юрисдикции»).

Отнесение дела к подсудности судов данного государства нередко (но не всегда) влечет за собой применение материального права этого государ­ства — процессуальные вопросы международной подсудности тесно связа­ны с относящимися к области международного частного права вопросами применения права того или иного государства.

2. В России в качестве основного правила международной подсудно­сти действует следующее: российским судам подсудны дела по искам, предъ­являемым к лицам, имеющим в РФ место жительства (применительно к физическим лицам) или место нахождения (применительно к организа­циям). Понятие места жительства физических лиц определяется в соответ­ствии со ст. 20 ГК, а места нахождения юридического лица - по месту его государственной регистрации, если в соответствии с законом в его учреди­тельных документах не установлено иное (п. 2 ст. 54 ГК). Порядок регист­рации юридических лиц, в том числе определение места регистрации, ус­тановлен Федеральным законом от 8 августа 2001 г. «О государственной регистрации юридических лиц».

Наряду с общим правилом международной подсудности применяется и альтернативная подсудность. В перечисленных в законе (ст. 402 ГПК) случаях (перечень исчерпывающий) допускается рассмотрение дел судами РФ и при проживании (нахождении) ответчика за границей. Существен­ными обстоятельствами, влияющими на подсудность, признаются: нахож-<дение на территории РФ органа управления, филиала или представитель-1ства организации, наличие в РФ имущества; по определенным видам дел [место жительства в РФ истца или российское гражданство одной из сто-|рон, совершение действия или наступление иного обстоятельства |в РФ. Право выбора в этих случаях суда (иностранного по месту жительст-|ва (нахождения) ответчика или российского) принадлежит истцу.

Не исключается действие и специальных правил, определяющих подсуд­ность по отдельным видам дел. Таковы, в частности, нормы о подсудности по делам о расторжении брака проживающих за границей российских гра­ждан с проживающими там же лицами (независимо от их гражданства): (подобные дела российским судам подсудны (ст. 160 СК).

По некоторым делам закон (ст. 403 ГПК) устанавливает исключителъ-\ную подсудность российским судам. Это прежде всего дела о вещных пра­вах на находящееся на территории РФ недвижимое имущество, в частно­сти земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты, леса, многолетние насаждения, здания, в том числе жилые и нежилые помеще­ния, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей (см. ст. 130 ГК). Это также дела по спорам, возникающим из договора пе­ревозки, если перевозчики находятся в РФ; о расторжении брака россий-

15'

452

Раздел V. Производство по делам с участием иностранных лиц

ского гражданина с иностранным лицом, если оба супруга имеют место жительства в РФ; по делам, возникающим из публичных правоотношений.

В ГПК урегулирована международная подсудность и по делам особого производства. При этом она тоже рассматривается как исключительная. В соответствии с характером того или иного вида дел определяющими признаются критерии места жительства, гражданства заинтересованного лица, места нахождения вещи и др. Например, дела об установлении фак­тов, имеющих юридическое значение, отнесены к подсудности российских судов в одном из двух случаев: если в РФ имеет место жительства заяви­тель и если факт имел (имеет) место на территории РФ; по делам о при­знании лица безвестно отсутствующим или об объявлении умершим ре­шающим признается российское гражданство отсутствующего или место его жительства в РФ. Подсудность по делам об усыновлении определена с учетом ст. 125 СК, установившей судебный порядок усыновления в осо­бом производстве.

Отнесение к исключительной подсудности судов РФ дел, затрагиваю­щих личный статус граждан РФ, а также иных лиц, если они имеют в РФ место жительства, отражает свойственное и другим государствам стрем­ление оставить такие дела исключительно в компетенции собственных судов.

Внутренняя территориальная и родовая (предметная) подсудность спо­ров, отнесенных к компетенции судов РФ, определяется на основании норм гл. 3 ГПК.

Особенности судебной системы РФ, предусматривающей рассмотре­ние гражданских дел как судами общей юрисдикции, так и арбитражными судами, приводят к тому, что вопросы международной подсудности реша­ются и в ГПК, и в АПК. В последнем определяется подсудность по делам, отнесенным к подведомственности арбитражных судов: об экономических спорах и по другим делам, связанным с осуществлением предпринима­тельской и иной экономической деятельности. Это не расходится с поло­жениями международных договоров РФ, так как они обычно определяют подсудность российских судов в целом, не претендуя на распределение дел между отдельными судами РФ, т. с. не решая вопросов подведомственно­сти внутри страны. Эти вопросы решаются российским законодательст­вом.

Применительно к арбитражным судам международная подсудность оп­ределяется в АПК исходя, как правило, из места нахождения ответчика и места жительства гражданина на территории России (ст. 247 АПК). Ар­битражные суды вправе рассматривать дела с участием иностранных лиц и в некоторых других случаях, в частности если имеется соглашение об этом между организацией или гражданином России и иностранным лицом, либо на территории России находится орган управления, филиал или представительство иностранного лица, либо ответчик имеет в России иму­щество, и др. Следует иметь в виду, что ст. 247 АПК, в отличие от ГПК, допускает рассмотрение дел арбитражными судами и в иных, кроме пере­численных в данной статье, случаях - «при наличии тесной связи спорно­го правоотношения с территорией Российской Федерации».

По некоторым делам с иностранным элементом российские арбитраж­ные суды имеют исключительную компетенцию (дела, связанные с недви­жимостью, находящейся в России, дела по спорам в отношении имущест-

Глава 23. Вопросы международного гражданского процесса

453

ва, находящегося в государственной собственности РФ, дела, возникаю­щие из публичных отношений, и др.).

3. Изменение установленной российским законодательством между­народной подсудности соглашением сторон по делу (пророгационное согла­шение) до принятия нового ГПК допускалось практически лишь тогда, когда речь шла о внешнеэкономических сделках и о сфере торгового море­плавания. Теперь ст. 404 ГПК договорную подсудность (по делам с участи­ем иностранных лиц) допускает, причем безотносительно к характеру спо­ра, т. е. не только в отношении внешнеэкономических споров; из закона следует, что она может затрагивать любые категории дел, в отношении ко­торых суд общей юрисдикции обладает компетенцией, кроме случав ис­ключительной подсудности (нельзя, в частности, передавать на рассмотре­ние иностранного суда дела, перечисленные в ст. 403 ГПК).