Уральская индустрия в экономической политике Советского государства второй половины 50-х – середины 80-х гг (стр. 18 )

На усиление оттока из села в город влияли просчеты Советского государства. Так. в 70-е гг. при решении проблемы концентрации сельскохозяйственного производства ошибочно ликвидировались небольшие села как неперспективные. Однако большинство жителей переезжали не на центральную усадьбу, как планировалось, а в город. На II пленуме Свердловского обкома КПСС (июнь 1976 г.) секретарь обкома отмечал: «Поселки в большинстве своем сселяются стихийно. Так, из 420 таких населенных пунктов ликвидировалось уже 130, часть работоспособного населения переехала в промышленные центры и потеряла связь с сельским хозяй-

С. 225:

ством[417]. На Южном Урале, в Оренбуржье, в годы девятой пятилетки было ликвидировано 287 сельских населенных пунктов.

В то же время для индустрии сельское население как источник пополнения кадров было незавидным приобретением. Большинство бывших сельских жителей трудоустраивалось на вспомогательные службы, не требующие высокого уровня образования и квалификации. Особенно много выходцев из сельской местности было на предприятиях, использовавших малоквалифицированный труд.

С другой стороны, на Урале отток населения из села в город вызвал серьезное напряжение с кадрами в самом сельском хозяйстве. На XXII Свердловской областной партийной конференции (март, 1981) в докладе первого секретаря обкома КПСС отмечалось, что «несмотря на то, что в 1971 – 1980 гг. подготовка механизаторских кадров для села увеличилась почти в два раза, во многих колхозах и совхозах число трактористов-машинистов в 1980 г. было меньше количества имеющихся тракторов»[418].

Дефицит рабочих рук в сельском хозяйстве потребовал усиления помощи селу со стороны промышленных предприятий. Иными, чем в 30 – 50-е гг. стали планы шефской помощи. Они включали уже не только техническую помощь, но и помощь в уборке значительной части урожая, строительство объектов на селе. Зачастую отвлечение промышленных кадров в сельское хозяйство сказывалось на выполнении предприятиями своих плановых заданий. Выступая на II пленуме Свердловского обкома КПСС (июнь, 1976) Генеральный директор производственного объединения «Уралмаш» поделился опытом организации шефской помощи селу. Выступление дает представление о масштабах и формах помощи только одного из 600 шествующих предприятий об-

С. 226:

ласти. «За девятую пятилетку, – рассказывал директор, – коллектив объединения оказал помощь в строительстве, монтаже, реконструкции и ремонте более 100 объектов. Только в 1975 г, с целью оказания помощи работниками объединения в совхозах отработано 120 тыс. человеко-дней». В выступлении директора объединения «Уралмаш» прозвучала серьезная критика в адрес обкома, облисполкома, сельских райкомов партии за слабую организацию труда шефов, недостаточную заботу об их быте. «Проверки показали, – говорил он, – что не все совхозы были готовы к приему рабочих «Уралмаша», как по их бытовому устройству, подготовке общественного питания, так и по обеспечению работой». В то же время, подчеркнул выступающий, «для выполнения шефских мероприятий ежегодно отвлекается значительное количество сотрудников, что несомненно сказывается на работе объединения, создает напряжение, а подчас приводит к отставанию в выполнении важнейших заказов по пусковым объектам»[419].

Важным источником и резервом пополнения индустриальных кадров являлось и трудоспособное население, не участвовавшее по тем или иным причинам в производстве (женщины, трудоспособные пенсионеры). Так, по подсчетам , общая численность этих групп населения в 1959 г. составляла не менее 15 млн чел., или 15% от числа всех занятых в народном хозяйстве. До 90% из них составляли неработающие женщины[420]. По подсчетам в 1959 г. на Урале численность трудоспособного населения, не занятого в общественном производстве, составляла 2 млн чел.[421] (наши расчеты, в основном, подтверждают цифру 1,9 млн чел., или 13,5% от числа занятых в народном хозяйстве)[422].

Государство стало уделять возрастающее внимание вовлечению женщин-домохозяек в общественное производство. Был из-

С. 227:

дан ряд постановлений, направленных на развитие детских дошкольных учреждений, бытового обслуживания, общественного питания[423]. В результате выполнения мер, намеченных в этих постановлениях, удавалось вовлечь в общественное производство значительное количество женщин, занятых ранее в домашнем хозяйстве. В стране в седьмой пятилетке из домашнего и личного хозяйства в общественное производство было вовлечено 10 млн чел., преимущественно женщин, в восьмой – около 3 млн чел., к началу девятой пятилетки данный источник был практически исчерпан[424]. В 1975 г. удельный вес населения, занятого в домашнем и личном подсобном хозяйстве, в республиках Средней Азии, Азербайджана и Грузинской ССР составил 16 – 20%, на Украине, в Белоруссии, Эстонской ССР и РСФСР – 8%[425]. В УЭР в условиях обостренного дефицита кадров процесс сокращения удельного веса населения, занятого в домашнем и личном подсобном хозяйстве шел интенсивнее, чем в других районах: в 1960 г. – 13,6%, 1970 г. – 7,2%, стабилизировался в 1975 г. – 6,7% и в дальнейшем не изменялся[426]. К началу 80-х гг. на Урале численность трудоспособного населении, занятого в народном хозяйстве, достигла, по мнению специалистов, максимально допустимой величины[427]. Есть все основания считать, что для региона лица, занятые в домашнем и личном подсобных хозяйствах (в основном временные нетрудоспособные и женщины с малолетними детьми), перестали иметь значение как источник трудовых ресурсов. Заслуживает внимания в связи с этим мнение на перспективу использования женского труда. Она считает, с чем нельзя не согласиться, что «в настоящее время там, где достигнут высокий уровень занятости женщин, расширение льгот в трудовом режиме работающих матерей может способствовать уменьшению участия женщин в обшественно-производ-

С. 228:

ственном труде»[428].

На производстве шире стал использоваться труд пенсионеров. Объясняется это тем, что в начале 60-х гг. наблюдается общее сокращение прироста трудовых ресурсов. В то же время в 1959 г. по стране насчитывалось 5,9 млн мужчин и 3,1 млн женщин пенсионного возраста[429]. Многие сохраняли трудоспособность. Ценность этой категории трудящихся заключается в том, что в основной массе они имели большой опыт производственной деятельности и высокую профессиональную квалификацию. В марте 1964 г. постановлением Совета Министров СССР было разрешено предприятиям в случае производственной необходимости принимать на работу пенсионеров с сохранением 50% (а в районах Урала, Сибири и Дальнего Востока 75%) пенсии. На рудниках и шахтах, на подъемных работах разрешалось выплачивать до 100% пенсии[430]. На Урале в 1966 – 1978 гг. темпы роста численности пенсионеров по старости, работающих в промышленности, были гораздо выше, чем по стране[431]. Причины более быстрого роста числа трудящихся пенсионеров в УЭР по сравнению со страной в том, что во-первых, потребность региона в рабочей силе из-за несбалансированности производства, как было уже отмечено, значительно опережала рост численности трудящихся. Во-вторых, Урал – индустриальный центр, в котором много производств с вредными и тяжелыми условиями труда. Отсюда часть рабочих, уходя на пенсию на льготных условиях (женщины до 50 лет, мужчины – до 55 лет), продолжали работать на своих местах.

Порой историки и экономисты выделяют такой источник пополнения кадров индустрии, как демобилизованные из рядов Советской Армии. На наш взгляд, такая постановка вопроса сомнительна. Мы придерживаемся мнения , который считает, что «Со-

С. 229:

ветская Армия... никогда, за исключением массовых демобилизаций после войны, не была источником пополнения рабочего класса. Объясняется это тем, что армия сама черпает свои кадры из рядов рабочих, колхозников, служащих, а после военной службы эти кадры возвращаются на свои места... Источником же пополнения рабочего класса она служит лишь в том случае, когда отдает рабочему классу свой кадровый состав, то есть офицеров или сержантов сверхсрочной службы»[432]. В то же время до начала семилетки армия может рассматриваться как источник пополнения рабочего класса, так как шло сокращение численности вооруженных сил, проходили массовые демобилизации. В частности, 15 января 1960 г. Верховный Совет СССР принял закон «О новом значительном сокращении Вооруженных сил СССР», согласно которому в народное хозяйство влилось 1 демобилизованных воинов[433]. В дальнейшем в 60 – 70-е гг. массовые демобилизации не проводились.

В условиях НТР ведущая роль принадлежит внутренним источникам формирования трудовых ресурсов. Возрастает роль таких источников формирования трудовых ресурсов, как перераспределение рабочей силы внутри предприятия, высвобождающейся в результате ускорения научно-технического прогресса и внедрения научной организации труда, а также внутриотраслевое и межотраслевое перераспределение.

В индустрии Урала несоответствие между возрастающими потребностями в рабочей силе и уменьшение возможности удовлетворения их кадрами стало все более прикрываться за счет выявления и использования внутрипроизводственных резервов: механизация и

С. 230:

автоматизация производства, улучшение организации труда и управления, экономия и бережливость, внедрение ресурсосберегающих технологий и др. По мере внедрения новой техники, механизации и автоматизации производственных процессов численность рабочих, выполняющих работу при помощи машин и механизмов, выросла на 191,5%. В то же время численность работников, применяющих ручной труд, выросла на 114,5% (табл. 4).

Таблица 4

Распределение численности рабочих УЭР по степени механизации труда, %[434]

Рабочие, выполняющие операции	1959	1965	1975	1979	1979 к 1959
Всего в промышленности в том числе:	100,0	100,0	100,0	100,0	100,0
По наблюдению за работой автоматов	0,3	0,8	1,3	1,3	566,6
При помощи машин и механизмов	34,9	40,0	44,7	45,6	191,5
Вручную при машинах и механизмах	10,0	8,6	7,5	7,8	114,6
Вручную не при машинах и механизмах	46,3	37,8	32,6	30,9	98,5
Вручную по ремонту и наладке машин и механизмов	8,5	12,5	13,9	14,4	251,0

Ряд исследователей определяют не только источники пополнения индустриальных кадров, и прежде всего самого многочисленного отряда – рабочего класса, но и формы[435]. Мы поддерживаем мнение, что данные понятия (источники и формы пополнения рабочего класса) имеют следующие соотношения. Если источником по-

С. 231:

полнения рабочего класса служит определенная среда, то форма его пополнения является как бы каналом, по которому кадры из этой среды направляются в ряды рабочих. Формы пополнения рабочего класса не носят социального характера, тем не менее развиваются они вместе с производством и обществом.

В конце 50-х – первой половине 80-х гг. продолжали действовать традиционные формы пополнения рабочего класса: 1) набор самими предприятиями; 2) оргнабор (эта форма утрачивает свои позиции, в стране при помощи оргнабора в 1958 г. принято лишь 6% рабочих)[436], 3) перевод с других предприятий; 4) система профессионально-технического образования (значение последних двух форм усиливается).

На рубеже 60-х гг. возникают новые формы: 1) общественные призывы, начало которым положило освоение целины. В дальнейшем многие важнейшие строительные объекты, как правило, объявляются комсомольскими стройками; 2) создание и деятельность комиссий по делам несовершеннолетних при исполкомах местных Советов депутатов трудящихся. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 01.01.01 г. этим комиссиям были представлены неограниченные права в трудоустройстве подростков и окончившей школу молодежи. Без ведома этих комиссий ни одно предприятие не имело права ни принять, ни уволить подростка[437].

Таким образом, на Урале в силу региональных особенностей раньше, чем в СССР и РСФСР традиционные источники пополнения рабочего класса (т. е. социально-классовые) во многом исчерпали себя. Менялся характер воспроизводства рабочего класса. Если в годы первых пятилеток, когда шло формирование рабочего класса, основное пополнение, за счет крестьян, порой пре-

С. 232:

вышало по численности кадровое ядро рабочих, то со второй поло вины 60-х гг. ведущей, тенденцией стало воспроизводство на собственной основе, увеличение доли потомственных рабочих, коренных горожан.

В конце 50 – первой половине 80-х гг. существенные изменения претерпел и состав кадров: социальный, отраслевой, половозрастной, национальный.

Социальный состав трудящихся Урала (соотношение общественных групп – рабочих, крестьян, интеллигенции) отражал индустриальный профиль района (табл. 5). По сравнению с СССР и РСФСР на Урале в социальном составе доля рабочих была выше. В социально-классовой структуре трудящихся региона удельный вес рабочих продолжал увеличиваться, а колхозников – уменьшаться. Среди областей и республик Урала быстрее всего росла численность рабочего класса и ИТР в ранее заметно отсталых в индустриальном отношении районах: Удмуртской АССР, Курганской и Оренбургской областях.

Росла численность организаций КПСС, ВЛКСМ, профсоюзов (табл. 6 – 8).

С. 233:

Таблица 5

Распределение населения Урала по общественным группам, %[438]

Регион	Рабочие	Служащие	Колхозники
1959	1970	1979	1959	1970	1979	1959	1970	1979
РСФСР	55,4	61,3	63,0	20,2	24,3	26,9	24,2	14,3	10,0
УЭР	62,3	67,1	68,1	20,1	22,2	23,8	17,5	10,6	8,0
Курганская обл.	49,8	57,5	61,1	16,8	19,0	20,9	33,2	23,4	17,9
Оренбургская	69,6	72,7	71,7	22,0	24,1	25,7	8,0	3,1	2,5
Свердловская	71,6	74,3	73,6	20,5	22,9	23,9	7,8	2,8	2,4
Челябинская	48,3	58,2	61,5	17,2	20,5	23,3	34,4	21,2	15,2
Удм. АССР	48,3	58,2	61,5	17,2	20,5	23,3	34,4	21,2	15,2
Размах вариаций по областям Урала	28,3	17,8	13,5	5,2	5,1	4,8	26,5	20,5	15,5

Таблица 6

Изменение численности КПСС и партийных организаций Урала[439]