Уральская индустрия в экономической политике Советского государства второй половины 50-х – середины 80-х гг (стр. 36 )

С. 346:

бочего в год производилось стали в 5 раз, проката – в 6 и чугуна – в 8 раз меньше, чем на Магнитогорском металлургическом комбинате[686]. Встал вопрос об их закрытии. В условиях деятельности совнархозов (1957 – 1965) решение вопроса затягивалось. Определенную роль в этом играли местнические настроения, вопросы престижности. Переход к отраслевому принципу управления промышленностью в соответствии с решениями XXII съезда КПСС и сентябрьского (1965 г.) Пленума ЦК потребовал оперативного разрешения проблемы. ЦК КПСС и Совет Министров СССР в постановлении от 01.01.01 г. «О мерах по обеспечению высоких темпов развития черной металлургии в соответствии с директивами XXIII съезда КПСС по пятилетнему развитию народного хозяйства СССР на 1966 – 1970 гг. «дали указания «Министерству черной металлургии СССР в 1966 – 1969 гг. .... определить целесообразность реконструкции старых уральских заводов и перспективу их дальнейшего развития. Предложения по этим вопросам представить в Госплан СССР»[687].

Таблица 2

Производство черных металлов в УЭР[688]

Показатель	1960	1965	1970	1973	1977	1977 к 1960, %
Добыча железной руды (товарная), млн т	26,9 67,0	27,5 50,8	26,2 404	25,8 34,6	26,4 29,0	98,3 226,9
Выплавка чугуна, млн т	15,0 69,4	18,8 60,2	22,9 54,7	25,2 62,2	28,2 …	188,0 …
Выплавка стали, млн т	21,6 59,0	29,4 58,9	36,0 56,5	40,9 56,4	45,0 53,7	208,4 -
Производство проката, млн т	15,6 48,7	19,1 58,6	23,6 57,5	26,2 45,9	29,0 50,6	213,5 -

С. 347:

Продолжение табл. 2

Показатель	1960	1965	1970	1973	1977	1977 к 1960, %
Производство стальных труб, млн т	…	…	…	…	…	276,6 -
Производство чугунных труб, млн т	…	…	…	…	…	182,6 -

Вопрос о целесообразности эксплуатации старых предприятий был обсужден и уральскими партийными и советскими органами. Закрытие старых небольших заводов (специфика дореволюционного Урала завод-город) привело бы к ликвидации малых и средних городов, где они расположены. Важно было сохранить коллективы потомственных металлургов, рационально использовать имеющийся жилищный фонд. Пленум Свердловского обкома партии (май, 1968) предложил проектным организациям детально обосновать перспективу развития 14 старых заводов: Серовского, Салдинского. Староуткинского металлургических заводов, Алапаевского комбината и др., обратив при этом внимание на рациональное использование существующих мощностей и трудовых ресурсов предприятий[689].

Партия и правительство приняли решение – часть старых уральских металлургических заводов специализировать на производстве высококачественных марок сталей, а часть перевести на выпуск малых партий трудоемких видов проката. На производство качественных сталей была направлена реконструкция Серовского металлургического завода, на Кушвинском заводе создавалось массовое централизованное производство валков, на Алапаевском – налаживался выпуск железных порошков, на Чусовском – произ-

С. 348:

водство рессорных полос, фассонных профилей проката, на Лысьвенском – хромированной лакированной жести и полос, покрытых полимерным металлом, на Верх-Исетском – трансформаторной стали[690].

Из старых уральских предприятий наиболее широкой реконструкции был подвергнут Верх-Исетский металлургический завод.

В начале 60-х гг. в стране возросла потребность в трансформаторной стали. Импорт ее из-за рубежа усложнял, а порою ставил в зависимость развитие отечественной электротехнической промышленности. Остро назревал вопрос расширения отечественного производства трансформаторного листа. Правительством было принято решение переоборудовать на выпуск трансформаторной стали работающий по давно устаревшей технологии Верх-Исетский металлургический завод (ВИЗ).

В старые (времен Демидова) цеха ВИЗа новое производство не вписывалось. Было принято решение построить на уровне последних достижений науки и техники цех холодной прокатки трансформаторного листа (ЦХП), обеспечивающий выпуск стали с низкими потерями, высокой индукцией и хорошим электроизоляционным покрытием. Первая очередь цеха вступила в строй в сентябре 1973 г., первый этап второй очереди – в декабре 1974 г., второй этап – в июне 1974 г. В 1976 г. введенные агрегаты вышли на проектную мощность[691].

По существу рядом со старым заводом было создано новое современное металлургическое производство. Освоение сложного процесса получения электротехнической листовой стали явилось крупным достижением уральской металлургии. Тем самым был сделан решительный шаг по ликвидации зависимости развития отечественной электротехнической промышленности от зарубежных поставок трансформаторной и динамной стали.

С. 349:

В металлургии Урала расширялись и реконструировались и относительно «новые» предприятия, построенные в первые годы Советской власти. При этом вводились в эксплуатацию более мощные агрегаты и улучшалось использование действующих мощностей. Так, выступая на XXV съезде КПСС, директор Магнитогорского металлургического комбината докладывал, что в результате интенсификации производства, реконструкции и модернизации производственных процессов при минимальных капиталовложениях за пятилетку удалось увеличить выпуск чугуна на 14%, стали – на 25%, проката – на 20%[692].

На Урале реконструировались не только старые и относительно «новые» (построенные в советский период) агрегаты, но и часть агрегатов, только что введенных в эксплуатацию. С одной стороны, это свидетельствовало о несовершенстве проектной документации, с другой – о постоянном поиске рабочих, ИТР, путей повышения эффективности освоенных мощностей. Так, в первой половине 60-х гг. на Первоуральском новотрубном заводе был смонтирован и пущен крупнейший в мире непрерывный трубопрокатный стан «30 – 102», по производству горячекатанных бесшовных стальных труб. В 1967 г. была достигнута проектная мощность стана и по производительности труда он превзошел все существовавшие в то время отечественные трубопрокатные агрегаты. Однако, используя накопленный в период освоения стана опыт, специалисты цеха и Центральной заводской лаборатории выдвинули идею комплексной реконструкции всего технологического потока с увеличением производства труб на одну треть. В 1972 г. при одновременной работе по совершенствованию стана и капитальному ремонту, в основном, был закончен первый этап реконструкции непрерывного трубопрокатного агрегата «30 – 102» с увеличением

С. 350:

мощности с 430 тыс. т до 564 тыс. т горячекатанных труб в год[693]. В 1975 г. на стане было прокатано 630 тыс. т, что на 46% превысило проектную мощность. Стан «30 – 102» по производительности превзошел все существовавшие в то время отечественные трубопрокатные агрегаты почти в 5 раз, а зарубежные – более чем в 3 раза[694].

На Урале основными направлениями технического прогресса в металлургии являлись увеличение мощности и емкости агрегатов, повышение концентрации производства, совершенствование технологии и интенсификации производственных процессов.

На рубеже 60-х гг. осваиваются введенные во второй половине 50-х гг. шесть доменных печей полезным объемом 1719 м3. В середине 60-х гг. вводятся в действие домны объемом 2300 м3. В 1969 г. на Нижнетагильском металлургическом комбинате была пущена самая крупная на Урале и вторая в СССР доменная печь № 6 объемом 2700 куб. м.[695]

Вместе с тем только на Урале продолжали оставаться в эксплуатации доменные печи дореволюционной постройки объемом до 500 м3. Отсюда если в стране средний объем печи составлял 1275 м3, то в УЭР – 937 куб. м.[696]

С середины 50-х гг. увеличиваются и размеры мартеновских печей. Однако практика показала, что эксплуатация мартеновских печей недостаточно эффективна. Более того, перспективность всего мартеновского передела стала казаться сомнительной. В середине 60-х гг. строительство мартеновских печей прекратилось. Возник вопрос о путях повышения эффективности мартеновского передела. Ответ на него дали металлурги Магнитки. Так, в мартеновском цехе № 1 Магнитогорского металлургического комбината (ММК) в ноябре 1964 г. была введена в строй десятая

С. 351:

по счету мартеновская печь. С тех пор число сталеплавильных агрегатов осталось неизменным, а годовой выпуск металла увеличился вдвое и в 1979 г. превысил 7 млн 700 тыс. т. Проектная мощность цеха была перекрыта в 1,5 раза. В чем же секрет? Впервые в мире в цехе был создан принципиально новый двухванный агрегат. Новый агрегат был рожден на базе обычного мартена, переоборудованного за короткий срок с малыми материальными затратами. 16 июня 1965 г. в мартеновском цехе № 1 уже началась завалка печи № 29 – двухванной[697]. К концу пятилетки на двухванном агрегате № 29 производство стали выросло с 350 до 1150 тыс. т. На комбинате в 1971 – 1973 гг. еще четыре мартена были реконструированы в двухванные агрегаты. Конструкция двухванной печи была признана изобретением. В ее создании принимали активное участие , , . и др.

По примеру магнитогорцев начали переоборудовать мартеновские печи в новые агрегаты и коллективы других заводов. В стране к 1975 г. насчитывалось 10 двухванных сталеплавильных печей (из них 5 на ММК). Двухванные печи стали рассматриваться как ступень к созданию сталеплавильных агрегатов непрерывного действия (САНД). В то же время, несмотря на производственную экономичность двухванных печей, они имели существенный недостаток. Так, они в большой степени оказывали влияние на загрязнение окружающей среды. Поэтому со второй половины 80-х гг. создание двухванных печей как генеральное развитие сталеплавильного производства стало свертываться.

На рубеже 60-х гг. в стране берется курс на выплавку кислородно-конвертерной стали. В постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 01.01.01 г. «О развитии кислородно-

С. 352:

конвертерного способа производства стали на металлургических предприятиях» поставлена задача введения в 1963 г. в строй действующих кислородно-конвертерных цехов на Нижнетагильском металлургическом комбинате и Ждановском металлургическом заводе[698].

Трудящиеся Урала выполнили задания партии и правительства. В 1963 г. на Нижнетагильском металлургическом комбинате вступил в строй действующих цех большегрузных конвертеров. В составе кислородно-конвертерного цеха были запроектированы три 100-тонных конвертера и мощный миксер для чугуна[699]. Это событие знаменовало поворот в развитии отечественного сталеплавильного производства. Уральская металлургия поднималась на новый технический уровень. Существенно улучшались экономические показатели выплавки стали.

С пуском в 1968 г. конвертера на Челябинском металлургическом заводе началось конвертерное производство стали и на Южном Урале[700].

В последующие годы производство кислородно-конвертерной стали росло быстрее, чем мартеновской. В 1970 – 1977 гг. этот рост составил 52%. В то же время доля УЭР в союзном производстве конвертерной стали сократилась за этот период на 4%[701]. Объясняется это тем, что на Урале имелось большое количество (55% от общего числа) мартеновских печей, построенных в 50-е гг. Однако «новые печи» уже при строительстве были морально устаревшие, т. е. в 50 – 60е гг. под металлургию Урала была заложена мина замедленного действия. В 70 – 80-е гг. в регионе выводить из эксплуатации недавно построенные мартеновские печи в условиях нехватки металла в стране было нерентабельно. Производство конвертерной стали начали развивать в других райо-

С. 353:

онах страны.

Экономическая стратегия все более ориентировала металлургию на производство высококачественного металла. При выработке курса исходили из того, что производство качественного металла на Урале способствовали местные руды, содержащие минимальное количество вредных примесей. Урал в 70-е гг. уже давал около половины союзного производства легированной, значительную долю низколегированной и две трети стали, обработанной синтетическими шлаками[702]. Выпуск этих сталей рос более высокими темпами, чем производство углеродистых[703].

К числу прогрессивных способов получения качественного металла относится непрерывная разливка стали.

В 1962 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О дальнейшем развитии непрерывном разливки стали и меди в металлургическом производстве». Первая в стране машина непрерывного литья заготовок (МНЛЗ) была изготовлена на Уралмаше и в 1968 г. смонтирована и пущена в мартеновском цехе № 2 Нижнетагильского металлургического комбината[704]. Вторая МНЛЗ была пущена на Орско-Халиловском металлургическом комбинате. Однако к концу 70-х гг. доля стали, разливаемой непрерывным способом, в общеуральской выплавке была мизерная и составляла менее 1%[705].

В регионе по мере укрупнения металлургических агрегатов уделяется внимание автоматизации. На металлургических предприятиях Челябинской области число автоматических линий составляло в 1965 г. 20 ед., в 1971 г. – 191, в 1975 г. – 237, в 1979 г. – 387 ед.[706]

На заводах с внедрением новой техники освобождались от морально и физически устаревшей. Однако предприятия Урала,

С. 354:

ведя расширение производства, с трудом расставались с отжившей срок техникой и в большинстве случаев продолжали ее эксплуатацию. Поэтому обновление основных фондов черной металлургии шло медленнее, чем по стране (табл. 3)[707].

Таблица 3

Структура основных промышленно-производственных фондов черной металлургии, %[708]

Регион	Пассивная часть	Активная часть
1966	1971	1976	1981	1966	1971	1976	1981
СССР	48,0	48,7	48,3	48,3	52,0	51,3	51,7	51,7
РСФСР	47,1	47,6	47,7	47,7	52,9	52,4	52,3	52,3
Свердловская обл.	48,8	50,5	50,9	50,6	51,2	49,5	49,1	49,4
Оренбургская	45,6	н/д	44,6	45,1	54,4	н/д	55,4	54,9
Челябинская	н/д	н/д	45,4	45,7	н/д	н/д	54,6	54,3

Причины медленного обновления активной части (машины, оборудование, транспорт и др.) основных производственных фондов на Среднем Урале были вскрыты в докладе первого секретаря Свердловского обкома КПСС на областной партийной конференции в январе 1981 г.[709] Они типичны для всей уральской металлургии и сводятся к следующему. Во-первых, замедлилось развитие и реконструкция предприятий черной металлургии. В десятой пятилетке объем выполненных строительно-монтажных работ по промышленному строительству был меньше, чем в девятой. Выделенные капитальные вложения не были освоены. Во-вторых, выделенные капитальные вложения шли в новые производства в составе старых заводов. В связи с этим основные средства в отрасли росли, но

С. 355:

почти не обновлялись. Нужда в реконструкции и обновлении действующего производства в черной металлургии все более обострялась, но не удовлетворялась, чем резко снижалась эффективность производства.

Особенностью развития металлургии Урала, определившего результативность ее развития в сравнении с другими регионами, являлся высокий уровень концентрации. Черная металлургия по уровню концентрации производства опережала не только средние показатели по стране, но и металлургию развитых стран[710].