Уральская индустрия в экономической политике Советского государства второй половины 50-х – середины 80-х гг (стр. 44 )

В самом УЭР шел процесс внутрирайонного перераспределения индустрии. Административно-территориальные единицы района по величине среднегодовых темпов индустриального делятся на две группы (табл. 7).

С. 408:

Таблица 7

Темпы роста общего объема продукции в промышленности, %[829]

Регион	1965 к 1960	1970 к 1965	1975 к 1970	1980 к 1975	1985 к 1980
СССР	151	150	143	124	120
РСФСР	145	149	142	122	118
УЭР	149	147	139	…	116
Курганская обл.	171	165	150	128	126
Оренбургская	153	164	156	128	114
Пермская	149	152	137	113	119
Свердловская	144	140	135	115	114
Челябинская	114	139	133	120	114
Удм. АССР	165	180	169	140	125

Первая – Удмуртская АССР, Курганская и Оренбургская области. Темпы прироста промышленной продукции в них были значительно выше среднерайонных, что позволило им увеличить удельный вес в промышленной продукции всего района.

Вторая – Свердловская, Челябинская, Пермская области. Здесь приросты были ниже среднерайонных, или незначительно их превышали (Пермская обл.), что вызвало снижение удельного веса этих областей в выпуске общеуральской индустриальной продукции.

В 70-е гг. негативные процессы в экономике страны затронули и Урал. Произошло падение показателя фондоотдачи, производительности труда. В УЭР такое положение было вызвано неоправданно медленным (особенно в металлургии) выбытием основных производственных фондов по ветхости и износу. На снижение

С. 409:

фондоотдачи воздействие оказало и отставание капитального строительства.

На Урале в 60 – 70-е гг. в структуре отраслей возникли серьезные противоречия. С одной стороны, происходило заметное увеличение доли отдельных отраслей в удовлетворении потребностей хозяйства района. Это относится к производству цемента, деловой древесины, ряду изделий легкой промышленности. С другой, постепенно уменьшалась роль местных источников в удовлетворении районных потребностей и прежде всего в изделиях металлургии, продукции топливной промышленности, производстве электроэнергии.

Неоднозначная динамика темпов развития отраслей региональной индустрии привела к негативной трансформации ее структуры.

В 60-е гг. наметились, а в 70-е гг. нарушились традиционные пропорции в развитии отраслей тяжелой промышленности Урала. В регионе несбалансированность развития отраслей (серьезное отставание в темпах роста прежде всего металлургии и энергетики от машиностроения и металлообработки) стала тормозить их былое гармоничное развитие, снижать эффективность функционирования всего комплекса. Между добывающими и перерабатывающими отраслями стали нарастать диспропорции, противоречия.

С. 410:

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Экономическая стратегия государства со второй половины 50-х гг. все больше начинает ориентировать индустрию Урала на интенсивное использование созданного потенциала. Индустрии Урала предстояло решить две основные задачи, тесно связанных с переходом от количественных факторов развития к качественным. Первая – ускорить темпы обновления и замены устаревшей техники, введенной в эксплуатацию в 30-е гг. и во время Великой Отечественной войны. Вторая – создать качественно новые орудия труда и более совершенную технологию.

В 50-х – первой половине 80-х гг. объемы производства в индустрии Урала продолжали нарастать. В 70-е гг. по величине ввоза грузов Урал превосходил любой другой экономический район, а по размерам вывоза – уступал лишь Донецко-Приднепровскому и Поволжскому экономическим районам. В структуре чистого вывоза продукции, отражающей место Урала в народнохозяйственном комплексе страны, ведущая роль принадлежала черной металлургии (51%), машиностроению (12), лесной, деревообрабатывающей и бумажной промышленности (11), химической (5). Одновременно из других районов ввозилось топливо (27% чистого ввоза), продукция легкой и пищевой (31 и 35% соответственно) промышленности, а также некоторых других отраслей.

В начале 80-х гг. с помощью уральской техники страна добывала значительную часть нефти и газа, производила 80% агломерата, 70 чугуна, 80 непрерывно литых слябов, 30 горячекатаного проката, 100% закаленных рельсов и др. На заводах региона производились все установки для непрерывной разливки стали и мощные шагающие экскаваторы, преобладающая доля агломерационного и дробильно-размольного оборудования, буровых уста-

С. 411:

новок, бульдозеров, электропогрузчиков, дизелей, различного электрооборудования и т. д.

Некоторые виды оборудования, создаваемого на Урале, по своим технико-экономическим параметрам находились на уровне лучших зарубежных образцов или превосходили их (обжиговые машины, установки непрерывной разливки стали криволинейного типа, блюминга 1300, рулонированные сосуды высокого давления для химической промышленности и т. д.). По участию тяжелой промышленности в международной специализации и кооперировании Урал относился к основной группе экономических районов СССР.

Повышалась роль Урала как «опорного края» осваиваемых районов страны. Впервые стали выпускаться машины в «северном исполнении» для эксплуатации в условиях низких температур. В числе поставляемой Уралом продукции в северном исполнении были установки карьерные ЭКГ-20КЛ, шагающие экскаваторы ЭШ-40, грузовые автомобили марки «Урал-375К» и «Урал-4320» и др.

Анализ сравнительной экономической эффективности развития хозяйства районов РСФСР в 60 – 70-е гг. показал, что УЭР среди них имел наиболее выраженные черты интенсивного типа воспроизводства.

Индексы капиталоотдачи и производительности труда, исчисляемые по чистой продукции, были значительно выше, чем во всех восточных районах РСФСР, на Северо-Западе, в Поволжье, Центрально-Черноземном районе. Доля прироста чистой продукции на Урале превышала долю направляемых в его экономику капитальных вложений. Так, использовав в седьмой пятилетке только 12% инвестиционных вложений в народное хозяйство РСФСР, район дал 13,5% чистой продукции республики, в восьмой пятилетке эти показатели составили соответственно 12 и 12,9%, в девятой – 10,2

С. 412:

и 11,7%[830].

В 70 – 80-х гг. темпы роста объемов производства и производительности труда в индустрии СССР и РСФСР замедлились. Начиная с девятой пятилетки, отмечается снижение показателей эффективности производства и в промышленности Урала. Так, в девятой и за три года десятой пятилеток постепенно снижались среднегодовые темпы роста производительности труда. По подсчетам, проведенным Институтом экономики УНЦ АН СССР, тенденция роста фондоотдачи на Урале в восьмой пятилетке сменилась снижением этого показателя в девятой пятилетке на 7,7% (или на 1,54% в год) и в десятой – на 1,1% в год[831]. В тоже время для Урала по сравнению с СССР и РСФСР были характерны более благоприятные тенденции изменения фондоотдачи. Если по промышленности РСФСР в 1965 – 1978 гг. прослеживалась устойчивая тенденция снижения фондоотдачи, то по Уральской промышленности в восьмой пятилетке фондоотдача повысилась на 5%. Снижение же фондоотдачи на Урале началось в 70-е гг. и в последующий период наблюдалось в меньших размерах, чем по РСФСР (на 3% вместо 7% по РСФСР в девятой и на 5 вместо 6 в десятой пятилетке)[832].

Причины замедления развития экономики страны и Урала были общие. «Главное в том, – отмечал на XXVII съезде Генеральный секретарь ЦК КПСС , – что мы своевременно не дали политической оценки изменению экономической ситуации, не осознали всей остроты и неотложности перевода экономики на интенсивные методы развития, активное использование в народном хозяйстве достижений научно-технического прогресса. Призывов и разговоров на этот счет было немало, а дела практически стояли на месте»[833]. Через четыре года на XXVIII съезде КПСС было принято программное заявление «К гуманному, демократическому социализ-

С. 413:

му", в котором содержится более глубокая и справедливая оценка причин, приведших к кризисному состоянию советское общество. Так, в документе отмечено, что искажения принципов социализма уже в 30 – 50-е гг. породили сложные проблемы в развитии страны, а во второй половине XX в., когда наметился серьезный поворот в жизни всего человечества, связанный с научно-технической революцией, выявилась неспособность авторитарно-бюрократической системы (ядром которой являлась партия) вывести страну в русло мировой цивилизации. Съезд признал, что «... глубинные истоки кризиса не в ущербности самой идеи социализма, а в тех деформациях, которым она подверглась в прошлом. Огосударствление всех сторон общественной жизни, диктатура, проводившаяся партийно-государственной верхушкой от лица пролетариата, породили новые формы отчуждения человека от собственности и власти, привели к произволу и беззаконию»[834].

В стране при выработке политики и практической деятельности с конца 60-х гг. возобладали консервативные настроения, стремление отмахнуться от всего, что не укладывалось в привычные схемы командно-бюрократической системы. Постепенно был свернут начавшийся в середине 50-х гг. процесс демократизации общества, восстановлена былая роль центрального аппарата в управлении народным хозяйством.

Возврат в управлении к централизму особенно негативно воздействовал на структуру УЭР, где индустрия исторически носила многоотраслевой характер. Возникло противоречие между экономической стратегией, разработанной на съездах партии – дальнейшее комплексное развитие региона на основе интенсификации уже созданного потенциала и политикой отдельных министерств и ведомств – получение максимальной прибыли при наименьших затра-

С. 414:

тах и в предельно сжатые сроки.

В условиях растущей централизации управления принцип территориального планирования и управления на уральской практике только декларировался, а создаваемые территориально-производственные комплексы в отличие от создаваемых по первому пятилетнему плану носили не многоотраслевой, а однобокий – чисто ведомственный характер.

Без правомочного межотраслевого хозяйственного органа (каким являлся Уралплан в 1961 – 1965 гг. и руководимые им совнархозы: Западноуральский, Среднеуральский и Южноуральский) задача, поставленная директивами XXI – XXVI съездов партии, о дальнейшем развитии территориально-промышленного комплекса Уральского региона как единого целого была невыполнима.

Централизация управления стала тормозом всестороннего и гармоничного развития индустрии региона как единого целого. На Урале не были реализованы составленные по инициативе местных органов власти комплексная программа «Урал», перспективные планы развития народного хозяйства отдельных областей и республик; строительство промышленных (межведомственных) комплексов.

Экономическая стратегия развития СССР, РСФСР, определенная XXI – XXVI съездами партии на ускоренный рост потенциала восточных районов страны, а также уральские внутрирайонные факторы (истощение разведанных запасов минеральных, сырьевых и других ресурсов, напряженность топливно-энергетического баланса и др.) предопределили по региону в большей степени, чем по СССР и РСФСР, замедление темпов роста объемов производства индустрии по сравнению с предшествующим 30-летием.

К тому же на Урале увлечение экстенсивными (основной причиной нарушения директив XXI – XXVI съездов партии о переводе ин-

С. 415:

дустрии на преимущественно интенсивный) способами развития народного хозяйства было вызвано усилением централизации управления, что позволяло отраслевым министерствам и ведомствам в погоне за наращиванием объемов производства вопреки интересам региона (нейтрализуя протесты местных органов в ЦК КПСС, Совет Министров, Госплан рассуждениями об общегосударственных интересах) под флагом реконструкции действующих предприятий вести новое строительство (расширение), создавая дополнительные рабочие места. В то же время планирующими органами согласно директив партийных съездов имеющиеся мощности подрядных организаций не были рассчитаны на массовое новое строительство. В регионе, начиная с восьмой пятилетки, возникла несбалансированность между приростом основных фондов и численностью трудящихся. Первые опережали, как следствие, вводимые фонды медленно осваивались, использовались не полностью. Несовершенство хозяйственного механизма позволяло министерствам вступать в противоречие с устоявшимися связями крупного региона, нарушая комплексность его развития.

Подмена министерствами и ведомствами процесса реконструкции и технического перевооружения процессом расширения производства заложила мину замедленного действия под экономику Урала. На Урале с внедрением новой техники от физически и морально устаревшей практически не освобождались. Отсюда, несмотря на огромные капитальные вложения, производственный аппарат Урала старел. В регионе, как нигде в стране, преобладал процесс приращивания новых основных фондов (с сохранением в эксплуатации старой техники) над процессом ее замены. В общем объеме оборудования резко повысилась доля устаревшего. Старопромышленный Урал, как его

С. 416:

называли в литературе 50-х гг., за 60-е – первую половину 80-х гг., еще более постарел.

В УЭР во второй половине 1950-х – середине 1980-х гг. во всех областях и автономных республиках прежде всего получили развитие отрасли народного хозяйства, составляющие общее понятие «индустрия» – промышленность, строительство, транспорт. В ведущей отрасли народного хозяйства Урала – промышленности – при относительной устойчивости ее структуры (по сравнению с другими районами страны) происходило резкое повышение удельного веса предприятий машиностроения и металлообработки. С большим отрывом повысился удельный вес продукции химической промышленности. Особенно интенсивно развивалось машиностроение и металлообработка в Удмуртской АССР (производство легковых автомобилей) и Курганской области (сельскохозяйственное машиностроение). В Пермской области опережающими темпами развивалась химическая промышленность (производство минеральных удобрений, продуктов нефтехимии). В Оренбургской области был создан новый крупный район по добыче и переработке природного газа.

В силу специфики региона эффективность базовых отраслей промышленности (электроэнергетика, металлургия, машиностроение и металлообработка) была выше обшеотраслевой. В то же время в 70-е гг. все больше нарушались пропорции в развитии отраслей тяжелой промышленности Урала. Между добывающими и обрабатывающими отраслями стали нарастать противоречия.

Региональная разбалансированность отраслей промышленности высказалась в серьезном отставании темпов роста металлургии, энергетики, химии и нефтехимии от машиностроения и металлообработки. В СССР в общей структуре промышленности удельный вес машиностроения и металлообработки за 20 лет увеличился на 12,1 пункта, а УЭР – 16,5. В то же время в УЭР удельный вес черной

С. 417:

металлургии снизился на 10,3 пункта, лесной промышленности – 5,6, топливной – 2,6, электроэнергетики – 0,8. Уральская промышленность в 60 – 70-е гг. развивалась однобоко. Из других регионов страны на Урал (всесоюзную кладовую природных богатств) везли железную руду, топливо, перебрасывали электроэнергию.

С. 418:

На Урале в сравнении с другими регионами более медленно развивалась группа Б (производство предметов потребления). В легкой промышленности Урала в сравнении с СССР и РСФСР усилился экстенсивный путь развития.

По сравнению с республикой меньше капиталовложений направлялось на развитие транспорта, несмотря на то, что одновременно предусматривался резкий рост транзитных перевозок (Европейская часть – Сибирь) и опережающее развитие в регионе отраслей тяжелой промышленности. Грузонапряженность железных дорог в регионе была не только самая высокая в стране, но и имела тенденцию роста. Отставание в развитии транспорта стало тормозить развитие региона.

На индустриальное развитие экономического района существенное влияние оказывает оптимальное соотношение научного и промышленного потенциалов. Проведенные расчеты дают основание утверждать, что отношение научных работников к промышленно-производственному персоналу на Урале было ниже, чем в среднем по стране и РСФСР, и имело тенденции снижения. Характерно, что подобное положение наблюдалось и в других ведущих индустриальных регионах, в том числе и Донецко-Приднепровском, занимающем по наличию основных производственных фондов первое место в стране. В стране шел процесс концентрации научных учреждений в Москве и вокруг нее. Существенный разрыв местонахождения научных учреждений и индустриальных объектов негативно сказывался на процессе интеграции науки и производства.

С. 419:

Уральскому научному центру АН СССР не удалось в 1960 – 1980-х гг. стать координатором научной работы на Урале. Видимо, в условиях несовершенства хозяйственного механизма 70-х гг., УНЦ АН СССР и не мог стать (в той степени, в какой ожидала от него партия и правительство) координатором научной работы в регионе. В условиях отраслевой разобщенности, монополии отдельных предприятий на производство того или иного вида продукции предприятиям было невыгодно удешевлять свою продукцию, применять научно-технические достижения. Возник диктат производителя. Готовые разработки не находили спроса.

Проблема окружающей среды на Урале стояла более остро, чем в других регионах. По оценке ЦЭНИИ при Госплане РСФСР на Урале шло «прогрессирующее ухудшение окружающей среды». Город Карабаш (Челябинская обл.) был назван ООН «черной точкой планеты». Только Нижнетагильский металлургический комбинат наносил природе и здоровью горожан годовой ущерб в размере 220 млн руб., в то же время прибыль имеет от выпускаемой продукции всего 260 млн руб.[835]

В регионе изменилась численность и состав кадров. Темпы роста населения УЭР снижаются и начинают отставать от других районов страны. Главное противоречие уральского народнохозяйственного комплекса, оказавшее существенное влияние на изменение численности и состава кадров, в том, что рост производства не сопровождается адекватным улучшением условий жизни населения. Результатом противоречия явился отток квалифицированных кадров с Урала. На Урале раньше, чем в других районах, проявлялись изменения в численности (снижение темпов роста рабочих рук) и составе (социальные, отраслевые, половозрастные, национальные и др.) работников. Традиционные

С. 420:

источники пополнения кадров (сельское население и незанятые в общественном производстве) перестали поставлять кадры промышленности, строительству, транспорту (что по СССР и РСФСР произошло позже).

Социально-классовый состав трудящихся полностью отражал индустриальный профиль региона. Опережающими темпами среди трудящихся увеличивалась численность рабочего класса и ИТР. Размещение индустриальных объектов по региону оказывало прямое воздействие на изменение соотношения социальных групп. Увеличилась численность трудящихся в КПСС, ВЛКСМ, профсоюзах, но темпы роста в этих организациях были ниже, чем по стране. В составе индустриальных работников увеличилась доля женщин. На Урале в сравнении с 30 – 40-ми гг. в 60 – 70-е гг. стабилизировался национальный состав кадров.

В стране и на Урале в структуре трудовых ресурсов происходило перераспределение рабочей силы в пользу непроизводственной сферы. Однако на Урале этот процесс шел медленнее, чем в других районах страны, что усилило индустриальный профиль региона. Изменение состава промышленных кадров шло в направлении уменьшения их доли в добывающих отраслях и увеличения в обрабатывающих. Межотраслевое перераспределение кадров сильнее, чем в других районах страны, сказалось на росте и формировании больших городов.

Уровень обеспеченности уральской индустрии квалифицированными кадрами отличался от других районов страны. Наличие большого количества старых производственных фондов обусловило более низкий средний разряд рабочих по сравнению с республикой. В то же время на Урале по сравнению с РСФСР сеть ПТО

С. 421:

была не только шире, но и развивалась быстрее. Выпуск уникальной продукции на ряде предприятий региона требовал и более высокого уровня квалификации части рабочего класса.

Из-за отставания Урала от РСФСР в развитии сети средней школы общеобразовательный уровень был ниже, чем в республике, а перевод профессионально-технических учебных заведений на подготовку рабочих со средним образованием осуществлялся медленнее.

Развитие сети высших учебных заведений на Урале также отставало от уровня РСФСР. В сравнении с республикой в регионе доля практиков в составе ИТР была несколько выше. Прежде всего не хватало дипломированных специалистов в отраслях, определяющих ускорение научно-технического прогресса: машиностроение и металлообработка, химия и нефтехимия и др. В то же время в хозяйственном комплексе Урала дипломированные кадры были в избытке, многие работали не по специальности, часть трудились на рабочих местах (хотя уровень производства зачастую этого не требовал). Общий уровень некомпетентности руководства, несовершенство хозяйственного механизма, приведшие к стагнации экономической и общественной жизни в 80-е гг., сказались на планировании подготовки и распределения дипломированных специалистов.

В индустрии Урала определенную положительную роль сыграло трудовое соперничество. Вместе с тем на рубеже 70-х гг., с усилением централизации управления народным хозяйством, многое перестало срабатывать в соревновании, его мощная потенциальная сила, огромные возможности, использовались далеко не в полной мере. Много было шума, надуманности вокруг соревнования. Реальное значение имели только те формы, которые были органически связаны с хозяйственным механизмом, элементами хозрасчета в нем.

С. 422:

Социологические исследования зафиксировали в конце 70 – начале 80-х гг. падение уровня удовлетворенности организацией труда, ослабление трудовой дисциплины, понижение заинтересованности в работе. На многих предприятиях, предоставленные трудовым коллективам Конституцией СССР (1977), Законом о трудовых коллективах (1983) широкие права для решения производственных, социальных и воспитательных задач, использовались не в полной мере. Это объяснялось тем, что эти права не были подкреплены соответствующим расширением самостоятельности предприятий. Все основные вопросы деятельности хозяйств решались вышестоящими органами, вследствие чего гасилась инициатива трудовых коллективов.

В организации трудового соперничества накапливались недостатки: недооценка характера состязательности (многие коллективы и ударники брали высокие обязательства, но ни с кем не соревновались); проявление бюрократизма, формализма, парадности; обязательства сплошь и рядом принимались шаблонно, причем многие из них были явно занижены и т. д.

В условиях усиления командно-бюрократических методов управления, застоя политической и хозяйственной жизни страны в 70-е – первой половине 80-х гг. возникавшие трудности и противоречия не находили разрешения и накопившись, привели индустрию к кризисной ситуации.

С. 531:

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Произведения классиков марксизма-ленинизма

1.  Манифест Коммунистической партии // Соч. 2-е изд. Т.4. С. 419 – 459.

2.  Капитал // Там же. Т.23. С. 5 – 773; Т.25, ч.2. С. 3 – 458.

3.  Анти-Дюринг: переворот в науке, произведенный господином Евгением Дюрингом // Там же. Т.20. С. 5 – 326.

4.  Диалектика природы // Там же. Т.23. С. 343 – 628.

5.  Ленин капитализма в России // Полн. собр. соч. Т.3. С. 1 – 609.

6.  Ленин и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции // Полн. собр. соч. – Т.33. – С. 1 – 120.

7.  Ленин организовать соревнование? // Полн. собр. соч. Т.35. С. 195 – 205.

8.  Ленин вариант статьи «Очередные задачи советской власти» // Полн. собр. соч. Т.36. С. 127 – 164.

9.  Ленин плана научно-технических работ // Там же. С. 228 – 231.

10.  Об едином хозяйственном плане // Полн. собр. соч. Т.42. С. 339 – 347.

11.  О придании законодательных функций Госплану // Полн. собр. соч. Т.45. С. 349 – 353.

12.  Ленин нам реорганизовать Рабкрин: (Предложение XII съезду партии) // Там же. С. 383 – 388.

С. 532:

13.  Ленин меньше, да лучше // Там же. С. 389 – 406.

14.  Ленин , 30 окт., 1916 г. // Полн. собр. соч. Т.49 С. 315 – 316.

Документы и материалы КПСС и Советского правительства.

15.  Программа Коммунистической партии Советского Союза. М., 19с.

16.  Программа Коммунистической партии Советского Союза. Новая редакция. М., 19с.