Война и пропаганда (ХУ – ХХ вв.) (стр. 17 )

С октября 1918 года после получения передвижной типографии 6-я армия самостоятельно стала издавать красноармейскую газету, а также листовки для белогвардейцев. Издавались также и листовки на иностранных языках, хотя их тираж был незначительным. В октябре - декабре 1918 года было издано 12 наименований листовок и брошюр тиражом около 20 тыс. экземпляров. В 1919 году литературно-издательская секция политотдела ежемесячно выпускала 2-4 листовки для противника. Например, в июне были изданы листовки «Ответ генералу Айронсайду», «К иностранцам, пришедшим в Россию», «Ответ политотдела Н-ской армии чужеземным грабителям и русским предателям на их поганые прокламации». Политические отделения дивизий также издавали листовки. Так, 18-я дивизия с августа 1919 по февраль 1920 года тиражировала для противника 130 тысяч листовок, что в среднем составляло более 17 тысяч листовок ежемесячно.

Содержание 19 листовок к американским и английским солдатам, изданных в годах, по целям пропагандистского воздействия можно разделить на 9 направлений. Целью 25 тем являлось разоблачение пропаганды противника (27,2 %), в том числе разоблачение лжи «буржуазной» пропаганды - 15, разъяснение «истинных целей империалистической войны» - 10 тем.

На втором месте по частоте употребления были призывы, побуждающие к антивоенным действиям -,6 %), в т. ч. призывы «Заставьте правительство прекратить войну» - 4, «Требуйте отправки домой» - 4, «Заставьте правительство прекратить блокаду» - 3, «Заставьте правительство прекратить подготовку к войне» - 2. «Отказывайтесь убивать своих товарищей - рабочих в России» - 2, «Да здравствует солидарность рабочих всего мира» - 2. «Отказывайтесь воевать» - 1, «Требуйте мира» - 1, «Долой интервенцию» - 1 призыв.

Побудить к восстанию и неподчинению командирам имели цель 14 призывов (16,6 %), в том числе призывы «Поднимайте восстание» - 4, «Избирайте солдатский комитет в полку» - 4, «Да здравствует мировая революция» - 4, «Долой бандитов империализма» - 2 призыва.

На четвертом месте стояли 9 тем (9,7 %), целью которых было подорвать авторитет, дискредитировать правящие классы государств противника, в т. ч. информация о бегстве канцлера из Германии - 5, сведения о том, что «буржуазия обжирается» - 2, «живет в роскоши» - 1, «развратничает» - 1 тема.

Следующими по частоте употребления стояли 9 тем (9,7 %), целью которых было внушить сомнение в победе, возбудить пораженческие настроения, в т. ч. информация о военных неудачах противника - 3, о стачках за рубежом в поддержку русских рабочих - 3, о восстаниях в зарубежных странах - 2, об убийстве немецкого генерала на Украине - 1 тема.

На седьмом месте по частоте употребления были 4 темы (4,3 %), целью которых было возбудить недовольство материальным положением людей низших слоев общества, в т. ч. темы: «вас эксплуатируют», «вы живете в голоде и нужде», «ваши дети обречены на голод и нужду», а также тема «вас унижают».

Другим направлением содержания являлись 4 темы (4,3 %), которые имели целью вызвать тоску по семье и дому, сентиментальные чувства, в т. ч. темы «мать, жена, дети ждут вас» - 3, «родные тревожатся о вас» - 1 тема.

В текстах помещались призывы к крайним формам неповиновения командирам, в т. ч. 3 призыва «убивайте офицеров». Имелся также призыв к сдаче в плен: «Переходите на нашу сторону».

Анализ текстов листовок показал, что содержание имело общеполитический, абстрактный характер, оторванный от конкретной обстановки на фронте. Тексты листовок являлись политической пропагандой на самые общие темы. Для многих текстов были характерны рассуждения на тему о мировой революции, пролетариате, буржуазии, рабочих и крестьянах. Стереотипы коммунистической доктрины через листовки внедрялись в сознание военнослужащих противника.

Наряду с ведением печатной пропаганды на Северном фронте применялись и другие способы работы среди войск противника. Особенностью обстановки на фронте явилось то, что там в декабре 1918 года было несколько случаев братания русских и американских солдат. Первый случай контакта с американскими солдатами произошел ночью 11 октября 1918 года у деревни. Городецкой, когда «один наш партийный работник под наблюдением комиссара завязал переговоры с противником». В период с 18 по 26 декабря 1918 года прошли четыре братания и переговоры русских военнослужащих с американцами в полосе боевых действий 18-й стрелковой дивизии вдоль реки Емец у деревни Кодыш. Основываясь на информации из политотдела 6-й армии, сотрудники РВС республики разработали инструкцию о братании с войсками противника. Однако такие контакты не получили развития, поскольку командование интервентов приняло меры по недопущению братаний.

Более успешной была засылка в тыл военнопленных с агитационными задачами. На Севере она проводилась под руководством двух прибывших представителей из наркомата иностранных дел. В начале апреля 1919 года они руководили засылкой через линию фронта доставленных из Москвы 15 подготовленных английских и американских пленных. Обычно, на участке фронта в тыл противника отпускались 2-3 пленных, несших с собой прокламации и воззвания. Как правило, с пленных не брали обещания возвратиться обратно.

Американское и английское командование считало возвратившихся из плена военнослужащих вредными агитаторами. Принимались меры для их немедленной изоляции. Так, отпущенного в первых числах апреля 1918 года капеллана одного из английских полков немедленно отправили в Англию под охраной, как опасного пропагандиста, прошедшего специальную подготовку. Отпущенные из плена англичане подорвали боевой дух интервентов. Начальник имперского генерального штаба Англии Генри Уилсон писал, что волнения в войсках интервентов на Севере России весной и летом 1919 года были вызваны «пленными, посланными большевиками со специальными пропагандистскими целями».

Наряду с засылкой пленных для разложения противника также засылали письма пленных к родным или сослуживцам. Такие письма нелегально пересылались в Англию и США, где через агентурную сеть они публиковались в газетах. Параллельно письма пленных пересылали из Вологды в Москву и публиковали отделом советской пропаганды НКИД в газете «Call». В ноябре 1918 года из Москвы на Северный фронт направили тексты нескольких писем пленных, отпечатанных в виде листовок.

Наиболее распространенным способом пропаганды на противника являлось распространение листовок с помощью агентурной сети в крупных городах, захваченных интервентами. В Архангельске агентурная сеть по распространению листовок действовала с февраля 1919 года. В Мурманске и Шенкурске агентурные группы действовали осенью и зимой 1919 года, доставляя листовки с баз за линией фронта. В 1919 году при большинстве соединений создали агентурные группы для переброски листовок за линию фронта. Так, в 1-й стрелковой бригаде численность агентурной группы в мае составляла 16 человек, а в конце лета увеличилась до 40 сотрудников. Разложение войск противника и его тыла в 1919 году стала одной из основных задач агентурной разведки и партизанских отрядов. Каждый партизан, уходивший через линию фронта в тыл противника для выполнения диверсионных задач, нес с собой пачку листовок, распространяя их через свои явки.

Подрывная пропаганда имела эффект. Об этом свидетельствуют признания командования войск интервентов, издание приказов и обращений к русскому населению. Так, командующий войсками интервентов генерал Айронсайд в воспоминаниях писал: «Архангельск был полон большевистскими агентами и лицами, симпатизирующими им... Каждое утро мы находили листовки, расклеенные по стенам зданий. В почтовые ящики учреждений и частных домов забрасывались воззвания и брошюры на разных языках». В Мурманске генерал-майор Мейнард и адмирал Грин издали обращение к населению, в котором запугивали жителей наказанием за ведение пропаганды «против правительственной власти и союзников», называя агитаторов «кучкой преступников и безумцев».

Пропаганда влияла на американские войска. В докладе объединенной законодательной комиссии сената штата Нью-Йорк в апреле 1920 года говорилось: «Одним из результатов искусной пропагандистской деятельности советских агитаторов было то, что целый ряд американцев после своего возвращения домой посвятил себя активному распространению в различных формах пробольшевистской пропаганды в нашей стране». Один из американских ветеранов войны против России признался впоследствии, что «бациллы большевистской пропаганды несли с собой такое разлагающее воздействие, на которое не рассчитывали даже сами большевики».

Факты показали, что американские солдаты в годах оказались наиболее восприимчивыми к подрывной пропаганде. В то же время при воздействии пропаганды на французов, итальянцев и сербов на Северном фронте эффективности не отмечалось. Причиной эффекта пропаганды большевиков на войска США явилось то, что воздействие попало на благодатную почву. Американских солдат привезли из теплого климата в холод северной России. Они терпели лишения вдали от своих семей, несли потери в боях с партизанами и регулярными частями Красной Армии. Перспектива затяжной войны и многолетнего пребывания в этом опасном и тяжелом для жизни районе не могла быть интересной для американских солдат даже при условии получения дополнительного денежного вознаграждения. Следствием боевых потерь и трудностей стал рост недовольства солдат. Деморализация становилась сильнее по мере затягивания военной кампании, конца которой не было видно. Из-за роста недовольства войск американское командование болезненно реагировало на большевистскую пропаганду и вывело своих солдат с Севера России, опасаясь их разложения. Уход американцев деморализовал англичан, французов, итальянцев и сербов, снизил их боевой дух, способствовал поражению интервенции на Северном фронте.

Пропаганда на Западном фронте

Большевики после вооруженного захвата власти использовали членов зарубежных коммунистических партий для ведения подрывной пропаганды против правительств европейских стран и США. В начале 1918 года венгры одними из первых в России создали подразделение подрывной пропаганды. Донесение об этом гласило:

«Центральному комитету Русской Коммунистической Партии (большевиков).

Дорогие товарищи. Доводим до вашего сведения, что 24 сего марта мы создали коммунистическую венгерскую группу. Группа теоретически и практически стоит на платформе Русской Коммунистической Партии (большевиков). Мы признаем программу, выработанную коллегией последнего партийного съезда. Группа издает при помощи ЦК два раза в неделю газету под названием «Социальная революция» политического и научного содержания. Цель газеты - распространение коммунистических идей среди военнопленных в России, пролетариев и крестьян в Венгрии в интересах социальной революции при помощи вооруженного восстания. Для этого мы хотим доставлять газету иллегальным путем в Венгрию и Америку, где живут более 2 миллионов венгерских рабочих. Редакция производится коллегией в составе 3 членов. Группа устраивает агитаторские курсы. Таким путем здесь подготовленных товарищей мы хотим отправить в качестве эмиссаров в Венгрию (иллегальным путем). Эти эмиссары должны создать там коммунистическую организацию, поддерживающую связь с остающимися здесь группами эмигрантов и тамошним левым крылом социал-демократической партии. Просим признания нашей группы Русской Коммунистической Партией в рамках организационного устава.

С товарищеским приветом.

Москва, 25 марта 1918 года».

Правительство большевиков в апреле 1918 года переехало в Москву, куда также перевезли членов зарубежных коммунистических партий. В апреле 1918 года была создана немецкая группа Русской Коммунистической Партии (большевиков) /РКП(б)/, а 17 мая - польское бюро при ЦК РКП(б), начавшие ведение подрывной пропаганды на зарубежные государства и самостоятельное издание печатных материалов на иностранных языках.

В вооруженных силах РСФСР издание материалов подрывной пропаганды на противника началось после создания 1 июня 1918 года в политическом отделе при Революционном военном совете /РВС/ республики (с 1 мая 1919 года - политуправление) литературно-издательского отдела. Этот отдел за первые пять месяцев тиражировал 1975 тысяч листовок для войск противника, а также издал несколько номеров журнала «Светоч» общим тиражом 40 тыс. экземпляров. Авторами изданных в Москве текстов пропагандистских материалов на солдат противника были Бергман, Гальперин, Гарвев, Демьян Бедный, Карпинский, Сибиряков-Виленский и Троцкий.

Листовки политического управления (ПУР) РККА тиражировались во 2-й и 11-й государственных типографиях Москвы. Для заброски агатлитературы в тыл противника на юге в особом отделе Южного фронта было сформировано секретное отделение, которое руководило деятельностью центра агентурной работы, созданного в августе 1918 года в Воронеже. Агенты подпольных комитетов РКП распространяли подрывную литературу и листовки в тылу противника.

Листовки и брошюры подрывного содержания распространялись не только по агентурным каналам, но также разбрасывались над позициями противника «аэропланами для разброски агитлитературы». Большая часть тиражей листовок и газет поставлялась на фронты из Москвы. Учитывая важность срочной поставки такой продукции, Совет Народных Коммисаров (Совнарком, СНК) в 1918 году принял постановление, в котором агитационная литература объявлялась срочным грузом. На Южном фронте 3 декабря 1918 года было создано экспедиционно-транспортное отделение для обеспечения регулярной доставки агитлитературы из Москвы в дивизии первого эшелона. Экспедиционные отделения были организованы также на других фронтах и в военных округах. Они не только распространяли литературу из Москвы, но также самостоятельно издавали пропагандистские материалы для своих войск и для армии противника. Так, в Уральском военном округе экспедиционное отделение с 1 мая по 1 декабря 1919 г. издало для войск противника 37 воззваний тиражом 394,4 тыс. экземпляров, 69 листовок и 34 плаката тиражом по 16,8 тыс. экземпляров. Летом 1919 года в пропаганде на поляков основное внимание обращали на создание у них благоприятного представления о плене, нейтрализации слухов о расстрелах пленных польских офицеров и солдат. Этой цели служила листовка на польском языке: «Приказ Революционного Военного Совета Республики № 000. Серпухов, 15 июля 1919 года.

На основании приказа Председателя РВСР № 60 от 15 ноября 1918 года, Красной Армии и Военно-Морскому Флоту, а также всем Революционным Военным Советам следить за тем, чтобы дезертиры, добровольно сдающиеся в плен, а также военнослужащие, захваченные в плен в боях с войсками Советом рабочих депутатов - как рядовые, так и офицеры не расстреливались и не подвергались каким-либо наказаниям. Дезертиров встречать доброжелательно, как товарищей, которые сбросили кандалы неволи, либо как врагов, вступающих на верный путь. В отношении пленных неукоснительно помнить, что некоторые, сражаясь с нами, были введены в заблуждение, другие действовали по принуждению, и лишь незначительное их число являлись сознательными врагами рабочих и крестьян. Расстрел совершающих побег, а также военнопленных будет без снисхождения сурово караться по законам военного времени. Передаем вышеизложенное вторично для безусловного выполнения. Реввоенсовет требует как можно быстрее объявить и распространить данный приказ во всех боевых частях фронта, чтобы никто не мог оправдать свои действия незнанием.

Заместитель председателя Революционного Военного Совета Склянский.

Главнокомандующий всеми вооруженными силами республики С. Каменев

Член Революционного Военного Гусев ».

Для упорядочения процесса издания и распространения пропагандистской литературы произошла централизация и подчинение фронту нижестоящих экспедиционных отделений в армиях и дивизиях. На Западном фронте приказом № 000 от 13 декабря 1919 года все литературно-экспедиционные отделения фронта были слиты в единую организацию Литэксзафронт, ставшей подотделом политического отдела Западного фронта. Для распространения пропагандистских материалов среди войск противника и в его тылу тем же приказом № 000 при Литэксзафронте было образовано агентурное отделение, задачей которого являлась «политическая обработка армии и тыла противника, а также информирование командования об их политическом состоянии». Агентурное отделение фронта действовало в контакте с агитационно-­пропагандистским отделом политуправления, составлявшим тексты листовок и брошюр, с литиздатотделом, осуществлявшим тиражирование материалов, а также с литэкспедицией, осуществлявшей доставку изданных материалов в армии и дивизии. На других фронтах штат аппарата по работе среди войск противника имел значительные отличия, связанные с национальными особенностями людей в районах боевых действий.

Печатные материалы для распространения фронтами издавались в основном типографиями в Москве. Однако в связи с усилением интенсивности подрывной пропаганды на противника имеющейся печатной базы в Москве стало недостаточно, поэтому по постановлению СНК от 01.01.01 года в Москве «Типография 3-его Интернационала» (бывшая Рябушинского) была полностью переведена в подчинение военному ведомству. База типографии включала 3 ротационные машины, 10 машин плоской печати (в т. ч. одна действующая), 10 наборных машин, 8 линотипов и 3 монотипа. По постановлению Совета Труда и Обороны от 01.01.01 года в связи с «милитаризацией типографии» всем сотрудникам выделялся красноармейский паек, штаты были полностью укомплектованы. Нашли необходимые лимиты бумаги и типографские средства. По приказу РВС республики № 000/9989 от 15 июня 1920 года штат типографии был увеличен на 49 сотрудников и доведен до 200 человек в целях увеличения производительности типографии. Отремонтировали 9 плоскопечатных машин, после чего общее число работавших машин плоской печати возросло до 10. Это увеличило издательские мощности, что позволило ежемесячно тиражировать для ПУРа 2,5 млн. листовок на иностранных языках с помощью ротационных машин и 1 млн. листовок на машинах плоской печати.

В Москве весной 1920 года правительство приняло решение усилить подрывную пропаганду. Содержание пропагандистских материалов определял Карл Бернгардович Радек (Собельсон), назначенный председателем комиссии по ведению пропаганды на Польшу. Председатель Совнаркома (Ленин) 11 марта 1920 года телеграммой сообщил члену Реввоенсовета (РВС) Западного фронта: «Поляки, видимо, воевать будут. Мы все возможное делаем для усиления обороны. Надо также усилить чрезвычайно агитацию на польском языке. Поможем вам, если надо, людьми, деньгами, бумагой». В ответ на это указание на следующий день из штаба Западного фронта послали запрос на выделение фронту 5 млн. рублей, 32 тонны газетной бумаги и 1,6 тонны польского шрифта. Также была высказана просьба послать на фронт 100 лиц польской, белорусской и литовской национальности для работы в тылу противника агентами по распространению подрывной литературы. Уже 24 марта 1920 года все эти просьбы были удовлетворены. Требуемые материалы выделили из петроградского полиграфотдела. Для фронта было послано 100 командиров польской, белорусской и литовской национальности, из числа которых годными для работы в тылу противника оказались 83 человека

Выделенные средства позволили тиражировать печатные материалы не только во фронте, но также и в 12-й, 15-й и 16-й армиях, самостоятельно издававших листовки на противника. Наиболее интенсивно работали в 12-й армии (12 А), где в 1920 году издавалась газета «Легионер польски», являвшаяся органом польской секции политотдела армии. С 12 мая 1920 года в Харькове польская секция издательского отдела при РВС 12 А издавала газету «Жолнеж польски», каждые 2-3 дня тиражом 15-20 тыс. экземпляров. После освобождения Киева с 20 июня 1920 года польский отдел РВС 12 А издавал в городе еженедельную газету «Бюллетин глосу коммунисту» тиражом 1-1,5 тысяч экз. Редакция газеты «Глос коммунисту» с 29 июля 1920 года издавала в Киеве тиражом 10-15 тыс. экземпляров ежедневную газету «Жолнеж революции», являвшуюся органом польского отделения при РВС Западного фронта. Выделение больших материальных средств на пропаганду привело к тому, что уже в апреле 1920 года Западный фронт издал на польском языке 32 наименования материалов тиражом свыше 1599 тыс. экземпляров, 350 тыс. листовок на латышском языке и 35,5 тыс. экземпляров материалов на литовском языке.

Увеличение ассигнований повысило интенсивность выпуска в Москве подрывной литературы на иностранных языках, отправлявшейся на Западный фронт. За время наступления в июне 1920 года соединения Западного фронта, распространили на фронте и в тылу противника в общей сложности более чем 5796,5 тыс. экземпляров пропагандистских материалов, в том числе 4544 тыс. экземпляров на польском языке, а также на литовском, латышском, эстонском, белорусском, финском языках.