- Щитовидная железа. Выход из тупика (стр. 37 )

Важно не забывать, что определяемые лишь с некоторой степенью вероятности (стохастические) последствия малых доз облучения существуют. А это значит, что реально существуют люди, пострадавшие именно от этой малой дозы облучения, да еще и не излечиваемые современной медициной. Иными словами, эксперты МАГА-

ТЭ допускают ошибку, отрицая роль катастрофы на Чернобыльской АЭС в очевидном росте целого ряда заболеваний у населения, получившего малые дозы облучения.

В этом отношении характерно мнение Э. Дж. Холла (1989): «Важный урок, который мы познали из нашего опыта, заключается в следующем. Несмотря на то что факт развития раковых заболеваний у японцев вследствие взрывов атомных бомб хорошо известен и признан всеми, в действительности у человека существует огромное число раковых заболеваний, обусловленных действием искусственной радиации при использовании рентгеновских лучей в медицинских целях... Трудно сделать детальную количественную оценку, но, конечно, будет с нашей стороны честным сказать, что на каждого япоцца, оставшегося в живых после атомной бомбардировки и заболевшего раком в результате облучения, должно приходиться по крайней мере 20 человек, заболевших раком из-за неоправданного облучения в медицинских целях. Урок действует слишком отрезвляюще, и о нем мы должны помнить на будущее. Интересно знать, сколько методов в медицине, которые приняты сегодня в качестве неплохих лечебных процедур, будут наводить страх в будущем поколении людей, как это происходит сейчас в отношении применения в прошлом рентгеновских лучей для лечения незлокачественных заболеваний, особенно у детей».

Вот такое мудрое мнение известного специалиста из США.

Итак, ошибка экспертов МАГАТЭ фактически происходит из современного неумения определять, у кого из заболевших в зоне катастрофы заболевание вызвано именно катастрофой и у кого такое же заболевание развилось бы и без катастрофы на АЭС, вследствие генетических аномалий и других обычных причин. Однако это неумение не может отменить самого существования заболевших вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, хотя их заболевания и не являются определяемыми со стопроцентной долей вероятности, достоверно (детерминистически, нестохастически).

А в отношении раковых заболеваний у пострадавших от малых доз облучения эксперты МАГАТЭ пошли на прямое отступление от первого допущения НКДАР ООН, так как в любом таком раковом заболевании обязаны были признать хотя бы частичную виновность малых доз облучения. В этом ведь и заключается смысл первого допущения: любое, даже самое малое, облучение ухудшает канцерогенез. Вывод экспертов МАГАТЭ безусловно некорректен: «Можно сказать, что будущее увеличение числа раковых заболеваний... по сравнению с естественным уровнем будет трудно определить даже при широкомасштабных и хорошо организованных долгосрочных эпидемиологических исследованиях». Действительность опровергла этот прогноз международных экспертов.

Однако, осторожность выводов международных экспертов МАГАТЭ оказывается, в определенной мере, полезной. Здесь мы переходим ко второй крайности во взглядах на проблему последствий чернобыльской катастрофы — искусственному преувеличению и искажению последствий этой катастрофы.

В отношении поражений щитовидной железы искажение и преувеличение последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС можно наблюдать по нескольким направлениям.

Одно из таких направлений — это попытки обвинить изотоп йод-131 в непосредственном воздействии на щитовидную железу по гипотиреоидному типу. Выше уже говорилось, что короткоживущий изотоп йод-131 мог оказывать непосредственное воздействие на щитовидную железу только в первые несколько дней катастрофы и только при больших дозах облучения. Во всех случаях радиоактивного облучения в зоне катастрофы на АЭС говорить о гипотиреоидном влиянии изотопа йод-131 на щитовидную железу у ныне живущих пострадавших не представляется возможным.

Другим направлением преувеличения последствий чернобыльской катастрофы является рассмотренное нами выше некорректное завышение доз облучения у населения окружающих станцию территорий в 100 и более раз.

Существует и третье направление преувеличения и искажения последствий чернобыльской катастрофы — причисление к ним гипертиреозов (тиреотоксикозов), всегда существующих в определенном количестве в популяциях человека без радиоактивного облучения. Необходимо подчеркнуть, что для ионизирующего облучения характерно действие на организм в противоположном, гипотиреоидном, направлении.

В качестве примера, кроме упоминавшегося выше заявления профессора Е. Бур лаковой о частых тиреотоксикозах в результате чернобыльской катастрофы, можно привести события, описанные в газете «Известия» за 23 апреля 1991 года в статье о рассмотрении дела «Чернобыль» в Верховном суде Республики Болгарии.

В суде выдвинуто обвинение против ответственных лиц государства в нарушении правил радиационной безопасности после чернобыльской катастрофы. Обвиняемые знали, что ее последствия могут сказаться на здоровье и жизни людей.

«Тогда, после аварии на Чернобыльской АЭС, «грозовые» облака накрыли Болгарию уже через несколько дней после катастрофы, и сегодня местное телевидение, например, напрямую связывает с этим... тот факт, что Болгария занимает первое место в мире по наличию йода в щитовидной железе».

В данном случае мы имеем дело с теоретически ошибочным вмешательством телевидения в очень сложный научный вопрос. Суть его в том, что высокое содержание йода в щитовидной железе не может быть следствием радиоактивного облучения населения Болгарии после чернобыльской катастрофы. Это облучение могло только снизить содержание йода в щитовидной железе. Например, приведение в норму содержания йода в щитовидной железе у населения чернобыльской зоны требовало применения таких же лечебных мероприятий, как и при любом спорадическом гипотиреозе, т. е. при дефиците йода в щитовидной железе.

Почему же у населения Болгарии содержание йода в щитовидной железе самое высокое в мире? Почему так резко отличаются показатели содержания йода в щитовидной железе у населения чернобыльской зоны и у населения Болгарии? У чернобыльцев — дефицит йода, у болгар — избыток йода в щитовидной железе. Официальное заключение международной экспертизы МАГАТЭ о последствиях чернобыльской катастрофы убедительного и ясного ответа населению Республики Болгарии, к сожалению, не дает.

Настоящая наша работа позволяет высказать научно обоснованное мнение по этому вопросу: высокое содержание йода в щитовидной железе у населения Болгарии

может быть объяснено массовым высоким уровнем растительной пищи в рационе и высокой степенью усвоения йода из пищи в тонком кишечнике, культивируемой особенностями образа жизни (этнические и географические факторы). Влияние чернобыльской катастрофы на содержание йода в щитовидной железе у населения Болгарии было противоположным тому, что утверждало местное телевидение: содержание йода в щитовидной железе могло только снизиться. Но собственный уровень йода настолько высок, а влияние Чернобыля так мало, что болгары остались на первом месте в мире по содержанию йода в щитовидной железе. Более того, автор берет на себя смелость утверждать, что население Болгарии будет всегда находиться в числе народов, имеющих самое высокое в мире содержание йода в щитовидной железе. Этому в значительной степени способствуют благодатный климат Болгарии, обилие растительной пищи.

Кто знает, может быть именно Болгария заставит автора изменить свою точку зрения, изложенную выше, в главе 1, о том, что гипертиреоидные варианты йодной эндемии не наблюдались.

Однако первенство в мире по содержанию йода в щитовидной железе приносит жителям Болгарии и определенные неприятности со здоровьем, как и всякий гипертиреоз. Картина противоположна той, что имеет место, например, в Швейцарии.

Автор считает, что эта книга очень полезна для жителей Болгарии и будет рад видеть их в числе своих читателей.

Для всех, кто работает над проблемой патологии щитовидной железы в связи с чернобыльской катастрофой, в том числе и для исследователей Республики Болгарии, эта книга содержит единственный на сегодня принципиально новый научный материал. Автор надеется, что содержание этой и других его книг надежно защищает его от обвинений в выполнении социального заказа.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Наше пятое частное расследование в цикле «Медицина против... медицины», посвященное кризису учения о зобных заболеваниях щитовидной железы, закончено.

В ходе этого частного расследования было рассмотрено много вопросов учения о щитовидной железе и ни один из них не оказался корректно понимаемым эндокринологией. Важнейшие вопросы регуляции функции щитовидной железы, роли комплексирования ее гормонов с белками плазмы и рецепторного извлечения гормонов органами-мишенями, вопросы стрессорных реакций щитовидной железы, раздражительности больных базедовым зобом, лечебной практики и целый ряд других вопросов, составляющих сущность теории зобных заболеваний и учения о щитовидной железе, потребовали принципиально нового изложения.

Теория спорадических зобов потребовала самой коренной переработки, позволившей впервые увидеть причины зобной патологии этого типа не в аномальном функционировании щитовидной железы, а в аномальном всасывании йода слизистой оболочкой тонкого кишечника.

Теперь нет больше поводов продолжать заблуждения в теории тиреотоксикозов, затянувшиеся на 150 с лишним лет. Это же относится и к экспериментам с тироксиновым токсикозом — заблуждению со стажем почти в 100 лет.

Впервые в этой работе введено понятие о сочетан-ных зобных заболеваниях, впервые эндемичные по йоду районы рассматриваются как районы возможной двойной зобной заболеваемости.

Впервые приведены доказательства существования двух не известных медицине форм сахарного диабета, развитие которых непосредственно связано с тиреотоксикозом. Таким образом, общее число основных форм сахарного диабета вместо принятых в эндокринологии двух (сахарный диабет I типа и сахарный диабет II типа) становится равным четырем (сахарный диабет I типа, две формы сахарного диабета II типа и сахарный диабет III типа).

Эта книга содержит ряд принципиально новых научных сообщений. Назовем их.

«Явление временной максимально полной инактивации целевых гормонов в крови человека, исключающее буферное регулирование гормональной активности крови».