Социально эффективная экономика (стр. 30 )

Таким образом рабочие предприятия при любой форме собственности не имеют и не могут иметь никакого отношения к принятию решений по главным производственным вопросам, а значит и к управлению производством. Участие рабочих в управлении производством пустой звук, отвлекающий их внимание от вопросов, в решении которых им действительно принадлежит главная роль. Это — само производство продукции и распределение в коллективе положенных коллективу результатов реализации продукции — фонда оплаты труда.

Ценность самых мудрых решений по производству продукции равна нулю, если к их выполнению не приложат своих рук и знаний рабочие. Они способны и чудеса творить. Вспомним по этому поводу стахановское движение, охватившее в довоенные годы всю страну, именуемую тогда СССР. Но распределение фонда оплаты труда между членами трудового коллектива пока далеко не адекватно трудовому вкладу каждого.

Известно, что волевое напряжение человека в процессе труда тем выше, чем проще и тяжелее труд. Чем труд сложнее, больше в нем разнообразия, элементов творчества и управленческих функций, тем он привлекательнее и по своему содержанию ближе к тому, который оказывается потребностью здорового организма человека, а способность к такому труду в решающей мере зависит от предшествовавших затрат общества на формирование соответствующей квалификации работника. Пока студент учится, рабочий «вкалывает». Став инженером и приступив к работе, он, подчас, и не думает об облегчении тяжелого труда рабочих. Хотя это — его первейшая обязанность. Поэтому различия в оплате труда должны зависеть не от занимаемой должности работником в системе управления предприятием, а прежде всего от напряжения воли, с которым человек принуждает себя затрачивать в процессе труда свою физическую и интеллектуальную энергию (например, если чернорабочий — 1, то директор — не более 1,5). Необходимо щедрое вознаграждение каждого (от чернорабочего до директора) за внесенный им реальный вклад в приращение эффективности производства. Часть прибыли, заработанной коллективом, подлежащая выплате работникам, должна распределяться между ними пропорционально их заработной плате, что означает распределение по трудовому вкладу (если зарплата — по труду).

Борьба рабочих за свои права с занимающими командные высоты служащими неизбежна до тех пор, пока естественные различия в характере труда исключают достаточ-ность соизмерения его затрат астрономическим временем.

Таким образом, рабочие предприятия, независимо от формы собственности, могут и должны играть решающую роль в распределении конечного продукта непроизводственного назначения, поскольку никакие, преследуемые управленческой деятельностью цели не могут быть достигнуты без приложения рабочих рук и знаний. Управление производством — задача профессионалов. Но в этой области форма собственности играет существенную роль. Если предприятие — собственность частного лица или коллектива, то руководство предприятия принимает решения по производственной деятельности независимо от решений руководителей других предприятий, ориентируясь на общий для всех рынок. Только в процессе реализации продукции на рынке выявляется эффективность ранее принятых решений.

Если все предприятия составляют единый народнохозяйственный централизованно управляемый комплекс, то предложения их руководителей предварительно согласовываются, увязываются между собой на более высоком уровне, утверждаются и становятся общим планом действий для всех. Процесс общественного производства как бы предварительно моделируется и оптимизируется по народнохозяйственному критерию эффективности. При рыночных отношениях для такого моделирования, во-первых, нет исчерпывающей информации, поскольку владельцы предприятий многое держат в секрете; во-вторых, решения, оптимальные по народнохозяйственному критерию эффективности, далеко не всегда оптимальны по критериям обособленных производителей (прибыль), в-третьих, решения, обоснованные моделированием, не обязательны к исполнению. Преимущества централизованного управления очевидны.

Таким образом, трудящиеся могут участвовать в управлении производством только через центральные государственные органы, если государство народное, т. е. социалистическое.

Жизнь показала, что централизованное управление народным хозяйством порождает культ личности, поскольку даже всенародно избранные представители власти, в том числе из рабочих, ставших служащими, быстро разлагаются получаемыми привилегиями, не имеющими ничего общего с распределением жизненных благ по трудовому вкладу каждого. Дальнейшее возрастание собственных привилегий становится главной пружиной, движущей инициативу управленцев.

В результате «низы» утрачивают чувство собственника средств производства и причастности к управлению; «верхи», зная об этом, и чувствуя ответственность за эффективность функционирования средств производства, распоряжаются ими по своему усмотрению, как своими собственными, вплоть до того, что по своему усмотрению, не спросив трудящихся, могут, как показали 90-е гг. годы в бывших республиках СССР, менять форму собственности. От собственника средств производства такие распорядители отличаются только тем, что если их «уходят», то они расстаются и со средствами производства, не получая никаких компенсаций. Создается парадоксальная ситуация: «низы» утратили всякое чувство хозяина по отношению к общенародной собственности, а «верхи» не стали ее хозяевами, т. е. действительно народное достояние стало ничейным. Вместе с тем различия в оплате труда образуют, как и в буржуазном обществе, незримую черту, по одну сторону которой оказываются члены общества, получающие не весь остающийся после вычетов на общественные нужды произведенный ими конечный продукт, по другую — потребляющие и продукт, произведенный другими, т. е. существует эксплуатация. Другой оценки ничем не оправданным различиям в оплате труда дать нельзя.

В буржуазном обществе акционированные физические средства производства по существу также становятся ничейными. Владельцы акций также делятся на указующих и исполняющих. Первые также в своей деятельности руководствуются чувством ответственности за эффективное использование не только им принадлежащих средств производства; вторых ничего, кроме дивидендов и исполнения возложенных на них сверху функций, не интересует.

Существенным различием между социалистическим обществом при оплате труда, перекошенной в пользу указующих, и буржуазным является то, что в первом случае эксплуатация осуществляется посредством системы заработной платы и ряда прочих привилегий, а во втором — заработной платы и дивидендов по акциям, в принципе не предполагающих распределение по трудовому вкладу каждого.

Соотношения в заработной плате при социализме регулируются государством и могут быть целесообразно изменены в любой момент без спроса кого-либо. Акции могут перераспределяться в обществе только по рыночным законам; переходить из рук в руки на условиях обоюдного согласия.

Так велико значение распределения жизненных благ по труду при социализме. При нарушении этого принципа распределение при социализме отличается от капиталисти-ческого только отсутствием акций. Однако в программах коммунистических партий России и Белоруссии по этому вопросу не только не уделено никакого внимания, но и сам принцип оплаты по труду ликвидирован, заменен принципом оплаты по результатам труда, что создает, как указывалось выше, еще большие возможности и впредь, при решении вопросов оплаты труда, считать свой труд самым результативным и тащить все на себя. Нарушение принципа оплаты по труду — главный фактор отчуждения трудящихся от средств производства, управления, социализма.

В принципе, созданная в СССР система централизованного управления страной не допускала отторжения трудящихся от управления. Все звенья системы — партийные, административные, профсоюзные и другие, кроме производственных, формировались на выборных началах, функционировали на принципах демократического централизма (коллективное определение целей и путей движения при централизованном управлении им), действовали в условиях взаимоконтроля и строгой отчетности, как перед вышестоящими в иерархии управления звеньями, так и нижестоящими; руководящие кадры, как правило, избирались тайным голосованием. Так чем же объяснить, что между «небом и землей» неотвратимо рушилась связь: верхние звенья иерархической системы управления становились все более бесконтрольными, а нижние полностью лишались не только чувства ответственности, но и причастности ко всему происходящему в стране, хотя без их участия вообще не завершается ни один процесс производства материальных благ? Видимо нужен ответ не только и не столько на вопрос: как вернуть трудящимся утраченную ими государственную власть (опыт взятия власти есть), сколько какой должна быть система управления обществом, исключающая возможность отторжения трудящихся от власти и бесконтрольность поведения государственных и хозяйственных руководителей.

Непременным условием народовластия является общенародная собственность на средства производства. Народ, как собственник средств производства, представляет собой целостную организацию, в которой общественное производство — использование средств производства — является главной сферой его жизнедеятельности.

Предотвратить продолжающееся расхищение государственной собственности рабочие могут только собственными силами.

Формой объединения рабочих могут стать Советы трудовых коллективов без участия в них администрации, образование на их основе территориальных союзов трудовых коллективов, имеющих в Парламенте свою Палату. Эта Палата собирается 2-4 раза в год, обладает правом вето по всем без исключения решениям Парламента, касающихся распределения в обществе материальных благ, а также правом постановки таких вопросов перед Парламентом. Остальные дни депутаты этой Палаты трудятся на своих рабочих местах в трудовых коллективах, чтобы не терять с ними связь. Без санкций Совета трудового коллектива не могут быть уволены работники и решены вопросы оплаты труда.

Управление общественным производством — это, глав-ным образом, решение вопросов распределения в обществе трудовых ресурсов и средств производства. Это — дело профессионалов, а не трудовых коллективов и тем более не преуспевающих дельцов в условиях рыночной экономики. Люди физического труда не управляют производством материальных ценностей, а производят их. Поэтому им должна принадлежать решающая роль в распределении жизненных благ. Без этого все посулы социальных благ для трудящихся являются популистскими.