Логика конкретного понятия (стр. 23 )

Марксовский анализ производства и потребления существенно отличается от метафизического противопоставления их друг другу, характерного для экономистов, представляющих производство исходным пунктом, потребление - конечным пунктом, а распределение и обмен, соответственно, - серединой процесса. Отмечая это обстоятельство, Маркс писал: «Это, конечно, (своего рода) связь, но поверхностная»[86]. В противоположность поверхностной, рассудочной связи старых экономистов К. Маркс раскрывает сущность, диалектику производства и потребления. Диалектический анализ производства и потребления не ограничивается абстрактным противопоставлением производства потреблению: производство есть производство, потребление есть потребление, производство не есть потребление, производство есть исходный пункт, а потребление - заключительный результат и т. п.

С позиции диалектической логики производство есть производство и в то же время есть потребление и, наоборот. Потребление есть потребление, оно также есть и производство, подобно. тому, как в природе потребление элементов и химических веществ есть производство растения. Производство и потребление диалектически взаимосвязаны, без производства нет потребления, без потребления нет производства. Производство делает возможным потребление, для которого оно создает материал, без чего у потребления отсутствовал бы объект. Однако потребление делает возможным производство, ибо только оно создает для продуктов субъекта, для которого они являются продуктами. Дом, в котором не живут, фактически не является домом. «Итак, производство есть непосредственное потребление, потребление - непосредственное производство. Каждое является своей противоположностью»[87].

В дальнейшем Маркс анализирует соотношение, диалектическую связь производства и потребления более детально. Потребление создает производство в смысле: а) только в потреблении продукт становится действительно продуктом; б) потребление создает потребность в новом производстве, оно есть идеальное начало, предпосылка производства; потребление полагает предмет производства идеально как внутренний образ, как потребность, как побуждение и как цель. В свою очередь, производство дает предмет потребления, без предмета потребления вообще нет потребления. Производство не только дает предмет потребления, но определяет также способ, характер потребления. Производство создает потребителя, производство производит не только предмет потребления, но и субъекта для предмета. Итак, производство не есть только производство, но оно также есть и потребление; без потребления нет производства. Потребление есть потребление, но оно также есть производство; без производства нет потребления. В основе этих диалектических определений лежит закон единства противоположностей. Каждое из них оно само и в то же время свое другое. Это конкретное понятие производства и потребления не совместимо с точкой зрения формальной логики, формально-логические законы не применимы по отношению к ним. На основе законов формальной логики можно сказать только следующее: производство есть производство, поэтому оно не есть - потребление и, наоборот. И, соответственно, невозможно высказать положение: производство есть производство, оно же есть потребление.

Сущность, диалектическая природа производства и потребления раскрываются только в диалектической логике на основе всеобщего закона природы, общества и мысли - закона единства противоположностей.

В работе «К критике политической экономии» Маркс следующим образом описывает природу производства и потребления: «каждое из них не только не есть непосредственно другое и не только опосредует другое, но каждое из них, совершаясь, создает другое, создает себя как другое. Потребление, прежде всего, завершает акт производства, придавая продукту законченность в качестве продукта, уничтожая его, потребляя его самостоятельно-вещную форму; с другой стороны, производство создает потребление, создавая определенный способ потребления и, далее, создавая притягательную силу потребления, способность потребления как потребность»[88].

Когда подчеркивается идея неразрывной связи производства и потребления, то это не означает, что производство и потребление просто тождественны. Подобным образом может подходить к вопросу только абстрактный рассудок. Так поступал, например, экономист Сэй, который понимал это следующим образом: если брать народ или человечество, то его производство будет потреблением. В данном случае Сэй упускал из виду то важное обстоятельство, доказанное наукой, что народ не употребляет свой продукт целиком, он создает также средства производства, основной капитал и т. д. Отсюда, когда мы говорим, что производство есть потребление, то это не означает абстрактную тождественность производства и потребления, в данном определении выражено единство противоположностей. Производство есть потребление, в то же время есть производство; производство есть единство производства и потребления. В этом отношении потребление выступает как момент производства.

Диалектика, конкретность пронизывают внутреннюю логику универсальных категорий философии. Так, диалектическое понятие о законе отличается от абстрактного понятия закона. Рассудочное понятие закона является односторонним, так как оно абстрактно противопоставляет закон явлению, необходимость случайности. Как было отмечено, рассудочная логика не может рассматривать противоположности в единстве. Только диалектическая логика способна рассматривать противоположности в единстве. Если закон отождествляет закон и закономерности, диалектическая логика вскрывает единство и различие этих категорий. Закон выражает сущность явлений, он в своем действии проявляется через совокупность явлений. Отдельные явления ведут себя не так, как это требует закон. В природе и обществе нет такого закона, который бы в своем действии не имел исключения. Явления не совпадают непосредственно с законом.

В диалектической логике правильно подчеркивается, что явление богаче, а закон глубже. Если отдельные явления отклоняются от действия закона, то в совокупности и целостности они совпадают с действием закона. Всякое явление в природе и обществе, ведущее себя в отдельности разрозненно, в совокупности проявляет регулярность и постоянство. Регулярность и повторяемость явлений является их объективной и общей характеристикой. Сама эта закономерность, регулярность и повторяемость явлений выступает как выражение закона, который лежит в их основе и определяет это общее. Итак, закономерность есть общее в явлениях, она является выражением закона.

Сущность конкретного понятия закона в современной физике выявляется в связи с вопросом о соотношении статистических и динамических закономерностей. Представления о динамических и статистических закономерностях возникли в физике задолго до квантовой механики, они возникли в классической физике. Классическое понимание закона было материалистично, поскольку оно исходило из объективной закономерности мира, оно же было метафизичным и абстрактным.

Отправным пунктом классического понимания закона была идея об абсолютной детерминированности всех явлений природы. Она же определила классическое понимание динамических закономерностей как выражение однозначной непосредственной причинной зависимости явлений. Более определенно сущность классических динамических законов состоит в том, что, зная начальное условие движения какой-либо системы, точки и т. д., можно определить ее место пребывания и скорость движения в каждый момент. Посредством динамического объяснения мира классическая физика достигла серьезных успехов в области производства и техники.

Астрономия в своей практике доказала справедливость динамических законов. Все эти достижения классической физики явились основой уверенности представителей естествознания, в особенности физиков, в абсолютной справедливости динамических законов. Выражением этого является широко известное стремление французского астронома Лапласа создать абсолютную динамическую картину мира.

Первым ударом по абсолютному динамическому закону стало объяснение явлений термодинамических процессов. С первого взгляда, воздух в закрытом помещении кажется нам находящимся в состоянии совершенного покоя, в действительности же его частицы находятся в непрерывном движении. Оно тем интенсивнее, чем выше температура воздуха. В данном случае мы имеем дело с тепловой формой движения материи, основным свойством которой является относительная случайность в движении молекул.

Наглядно это проявляется на примере броуновского движения. Например, табачный дым, рассматриваемый в микроскоп при соответствующем освещении, оказывается состоящим из частиц, взвешенных в воздухе. Даже если воздух совершенно спокоен, частицы находятся в непрерывном движении. Опыт показывает, что чем меньше частицы, тем интенсивнее их движение. Иначе говоря, чем меньше объем выделенного воздуха (в данном случае объем, занимаемый одной частицей), тем сильнее в нем флуктуация плотности воздуха. Рассмотренный пример с достаточной определенностью показывает, что в термодинамических явлениях классическое понимание динамического закона несостоятельно. Оно не в состоянии объяснить процесс, происходящий в области тепловых явлений, в результате физики были вынуждены прибегнуть к статистическим закономерностям, в которых серьезное место принадлежит понятию случайного и вероятного.

Вековая привычка мышления рассматривать явления посредством абстрактных динамических законов долго не могла согласиться со статистическим характером термодинамических закономерностей. Серьезные физики смотрели на статистические закономерности с подозрением. В физике не признавалось объективное значение статистических закономерностей, их стремились объяснить следствием субъективного незнания.

Однако надежды представителей механического детерминизма не оправдались. Дальнейшее стремительное развитие физики приносило все более печальные вести сторонникам абстрактной, абсолютной динамичности физических явлений. Триумфальные открытия физики XX века - явлений микромира, создание квантовой механики, с несомненной достоверностью доказали несостоятельность идеи абстрактного динамического закона в области квантовых явлений.

Опыты с элементарными частицами показывали, что микрочастицы ведут себя иначе, чем макротела. Поэтому механический детерминизм не применим в области микроявлений. Если динамические законы в области макроявлений оправдали себя, так как там, определив начальные условия какой-либо системы, можно предсказать ее поведение на будущее, поскольку движение в макромире является непрерывным, то опыты с микроявлениями показали, что микроявления ведут себя иначе, чем макроявления.