Логика конкретного понятия (стр. 26 )

В процессе восхождения от абстрактного к конкретному не просто механически соединяются выделенные абстракции, а происходит их синтез: сначала выявляются именно те абстракции, которые имеют всеобщее значение в данной системе, будучи началом, исходным пунктом конкретного целого, а затем - все более сложные и конкретные связи и определения исследуемого предмета.

В ходе познавательной деятельности движение познания от конкретного к абстрактному функционирует в двух известных формах. С одной стороны, это та ступень, которая предшествует методу восхождения от абстрактного к конкретному, т. е. тот этап познания, который в основном напоминает эмпирический. Теоретическое познание объекта невозможно без этого этапа. Движение познания от конкретного к абстрактному имеет и другую сторону, а именно: оно является органическим моментом самого метода восхождения от абстрактного к конкретному. И действительно, восхождение от абстрактного к конкретному не просто, не механически соединяет выделенные абстракции, а пытается выявить всеобщее определение, клеточку системы, от которой только и возможно осуществить теоретическое восхождение к конкретному.

Поскольку предыдущий этап движения от конкретного к абстрактному осуществляется в рамках и в контексте эмпирического познания действительности, постольку невозможно просто синтезировать эти абстракции в дальнейшем познании исследуемого объекта. В противном случае не было бы необходимости в особой теоретической ступени познания, ибо такое теоретическое познание в действительности ничего бы не добавляло к эмпирической, аналитической деятельности познания, а лишь пассивно, монотонно соединяло бы, синтезировало бы то, что уже выделено и проанализировано.

Теоретический этап познания - это качественно новый этап в познавательной деятельности, когда ставится задача на основе достижений предыдущего уровня познания воспроизвести предмет как живое, конкретное целое. В силу этого здесь не просто соединяют, синтезируют прежние абстракции, а заново, правда, кратким путем, снова движутся от конкретного к абстрактному. В данном случае движение познания от конкретного к абстрактному не представляет самостоятельного значения, а является лишь моментом, аспектом принципа восхождения от абстрактного к конкретному, цель которого - целостное воспроизведение исторически развивающегося объекта.

Итак, на этапе теоретического познания предмета, т. е. в процессе восхождения от абстрактного к конкретному, снова возникает некоторая аналитическая задача, т. е. необходимость еще раз проанализировать исходный предмет, предметную область. Правда, этот анализ как момент теоретического познания действительности принципиально отличается от эмпирического анализа, который является составной частью эмпирического этапа познания. Если при эмпирическом анализе предмет просто расчленяется, задача сводится к выявлению все большего числа элементов, абстракций, то при теоретическом анализе, являющемся моментом принципа восхождения от абстрактного к конкретному, с самого начала ставится задача выявить всеобщее определение предмета, его исходный пункт, и постоянно имеется в виду, удерживается в голове природа целого. Иными словами, в отличие от эмпирического анализа здесь предмет анализируется не сколько угодно, а до того предела, до тех исходных абстракций, опираясь на которые, возможно теоретически воспроизвести данное, конкретное целое.

В этом отношении замечательным примером является «Капитал» К. Маркса, в котором теоретически воспроизведены капиталистические общественные отношения посредством метода восхождения от абстрактного к конкретному. Здесь он не просто соединил, синтезировал данные прежней политической экономии, а заново осуществил движение от конкретного к абстрактному в качестве момента метода восхождения от абстрактного к конкретному.

К. Маркс сначала целостно рассматривает капиталистическую систему производственных отношений и затем подвергает ее теоретическому анализу. В результате, он выделяет наиболее всеобщие, элементарные определения, «клеточку» этого исторически развивающегося целого, исходя из которой создается возможность восходить ко все более конкретным определениям капиталистического способа производства. Маркс сразу выявляет всеобщее определение указанного способа производства: «Богатство обществ, в которых господствует капиталистический способ производства, выступает как «огромное скопление товаров», а отдельный товар - как элементарная форма этого богатства. Наше исследование начинается поэтому анализом товара»[96].

Данное заключение (товар есть элементарная конкретность, всеобщее определение буржуазного способа производства) является результатом глубокого теоретического анализа капиталистической системы, результатом движения познания от конкретного к абстрактному. Именно с этого момента, с выявления исходной абстракции капиталистической системы создается реальная возможность теоретически воспроизводить буржуазный способ производства, осуществить метод восхождения от абстрактного к конкретному.

Метод теоретического анализа в целях выявления исходного пункта конкретного целого успешно применен и в других науках [97]. Выявление исходного начала имеет фундаментальное значение в теоретическом познании объективной действительности. Метод восхождения от абстрактного к конкретному является монистическим теоретическим методом и поэтому ничего общего не имеет с таким, по сути, антидиалектическим методом, как эклектическое соединение различных определений предмета.

На самом деле, целью познания является теоретическое воспроизведение конкретного предмета, его сущности, внутренних связей. Сущность предмета, как известно, есть не абстрактно-общее, не совокупность факторов, а их взаимосвязь, своеобразное сочетание в контексте развивающегося конкретного целого, которое духовно-теоретически воспроизводится в форме метода восхождения от абстрактного к конкретному.

Когда процесс познания предмета сводится к различным факторам, к эклектическому соединению внешних определений его, то сущность предмета, его внутренняя взаимосвязь выпадает из поля зрения исследователя. В результате этого конкретное познание конкретной действительности подменяется отвлеченным, абстрактным, эклектическим рассуждением.

В связи с этим характерно рассуждение К. Поппера, согласно которому историческое развитие можно интерпретировать то как продукт деятельности великих людей, то как результат экономических процессов, то как следствие изменений в религиозных чувствах. Один из основоположников социометрии Морено также пытается обвинить диалектико-логическую концепцию в односторонности. Касаясь теории прибавочной стоимости, Морено пишет, что в ней не учитываются многие факторы: 1) естественные ресурсы - горы, реки (они были до того, как их коснулся труд; они будут, даже если человечество перестанет существовать); 2) творческая идея как источник всех технических и социальных изобретений; 3) спонтанность - вездесущий пластический элемент, который разогревает наше воображение, как только соприкасаются естественные ресурсы и творческие идеи. Эти три явления, по мнению Морено, предшествуют трудовому процессу и обусловливают его. Они не принадлежат ни одному классу, являются универсальными. В диалектико-логической концепции, дескать, упущены из виду «более глубокие силы, без которых сам трудовой процесс не мог быть осуществлен»[98].

На первый взгляд, требование Морено содержит рациональный момент, так как он выступает как бы сторонником учета всех связей предметов и явлений. Но при таком подходе невозможно конкретно понять объект: ведь любое явление бесконечно связано с любым другим. В силу этого, так называемая многосторонность рассмотрения все же должна с чего-то начать. И постольку данная концепция игнорирует диалектику, поскольку она выбирает начало теоретического познания просто произвольно.

Между тем, каждая конкретная система общественных отношений возникает и постоянно себя воспроизводит на основе определенной субстанции, от которой зависят и на базе которой формируются другие связи и отношения. Если обратимся к нашему примеру, то речь идет не о продукте производства вообще, а о таком продукте, который производится при товарно-капиталистической форме. Следовательно, для понимания сущности продуктов при капитализме вовсе не обязательно исследовать все внешние связи данных общественных отношений. Напротив, к важнейшему условию конкретного понимания этого объекта относится абстракция, сознательное отвлечение от его внешних, привходящих отношений.

Внутренними связями предмета являются такие связи, которые им постоянно воспроизводятся в ходе его движения как важнейшее условие его существования. В своем развитии капитализм постоянно воспроизводит прибавочную стоимость, рабочую силу как товар. Но, как известно, он не создает ни естественных ресурсов, ни творческих идей. Для того чтобы понять природу «капитализма» вовсе не нужен анализ естественных ресурсов и творческих идей. Естественные ресурсы и творческие идеи не только не являются теми глубокими силами, которые «забыл» проанализировать Маркс, а есть внешние связи для буржуазного общества, исследование которых ничего не дает для понимания продукта при капитализме.

Таким образом, диалектический метод познания предмета ничего общего не имеет с абстрактным рассуждением о необходимости познать все стороны, все связи предметов и явлений. Дело в том, что при абстрактном подходе каждый предмет связан со всеми, т. е. со всей вселенной. Но ведь никакая наука, никакое познание не в состоянии познать все связи предметов и явлений. Марксизм в этом вопросе придерживается позиции конкретности и диалектики. Иными словами, конкретное познание, прежде всего, означает не абстрактное познание всех определений предметов, всех его связей, а рассмотрение предмета конкретно, в контексте определенного конкретно-исторического целого.

Каждый предмет не только связан со всеми, а имеет также свои внутренние связи, обусловленные его реальным местом внутри развивающегося общественно-исторического целого. При этом он не только существует и развивается, но также постоянно воспроизводит всеобщие условия своего существования. Так, например, в ходе развития капиталистического способа производства такие его определения, как товар, рабочая сила как товар, не только являются его всеобщими условиями, но одновременно следствием буржуазной системы хозяйства.