Логика конкретного понятия (стр. 25 )

В диалектико-материалиетической логике глубоко и всесторонне раскрывается диалектика категорий абстрактного и конкретного, хотя они исследовались и в традиционной философии и логике. Согласно старой логике, абстрактное рассматривается как синоним мыслимого, разумного, а конкретное - как чувственное, наглядное. Отсюда, абстрактное мышление закономерно трактовалось как сложная форма духовной деятельности, которая присуща развитому, образованному человеку, а наглядное, конкретное рассуждение - это более простая форма, присущая человеку, не склонному к умственной деятельности. В качестве доказательства обычно ссылались на детей и на дикарей, которые якобы еще не поднялись в своем развитии до ступени абстрактного мышления.

Принципиально по-новому, по сравнению со старой логикой, понимал взаимоотношения абстрактного и конкретного Гегель. Еще в работе «Кто мыслит абстрактно» философ глубоко обосновал, что категории абстрактного и конкретного не только регулируют взаимоотношение чувственного и мышления, но также применимы к развитию самого мышления, понятия. Абстрактное, в понимании Гегеля, есть нечто одностороннее, а конкретное - единство многочисленных определений, целостность, тотальность мышления. Поэтому абстрактно мыслит человек недостаточно развитый, который еще не умеет рассматривать предмет во всесторонней связи, целостности. Напротив, конкретное мышление - это синоним целостного, многостороннего рассмотрения предмета.

В своей философии и логике Гегель не ограничивался анализом соотношения категорий абстрактного и конкретного. Он глубоко разработал метод восхождения от абстрактного к конкретному, посредством которого пытался осмыслить развитие сознания, идеи, духа, истории, права и т. п. Правда, метод восхождения от абстрактного к конкретному Гегель понимал идеалистически. В силу этого, движение мысли от абстрактного к конкретному он трактовал не как теоретический способ воспроизведения действительности, а как порождение объективного конкретного в ходе саморазвития, самодвижения мышления, понятия.

Тайну гегелевского метода восхождения, его способа образования понятия К. Маркс глубоко проанализировал в «Святом семействе». Исходное понятие гегелевского способа восхождения, по К. Марксу, абстрагировано от реальных, конкретных, конечных предметов. Сформу­лировав, например, понятие «плод» посредством абстракций от конечных, конкретных плодов, Гегель кладет эту абстракцию в основу теоретического осмысления всех конкретных особых плодов. Правда, предварительно наделяет исходное всеобщее понятие способностью к деятельности, саморазвитию.

В противоположность Гегелю, в своей философии Маркс материалистически обосновал метод восхождения от абстрактного к конкретному. Согласно его концепции, в ходе движения мысли от абстрактного к конкретному вовсе не рождается объективное конкретное, оно только духовно-теоретически осваивается и воспроизводится посредством мышления. Иными словами, восхождение от абстрактного к конкретному, является лишь методом, при помощи которого духовно-теоретически постигается объективное конкретное. «Гегель... впал в иллюзию, - писал Маркс, - понимая реальное как результат себя в себе синтезирующего, в себя углубляющегося и из самого себя развивающегося мышления, между тем как метод восхождения от абст­рактного к конкретному есть лишь способ, при помощи которого мышление усваивает себе конкретное, воспроизводит его как духовно конкретное. Однако это ни в коем случае не есть процесс возникновения самого кон­кретного»[90].

С позиции материализма Маркс также всесторонне проанализировал логическую природу категорий абстрактного и конкретного. Согласно ему, абстрактное и конкретное - не только определения мысли, прежде всего, они имеют предметные определения. Так, под конкретным понимается объективная взаимосвязь, единство многочисленных сторон, аспектов и связей исторически развивающегося предмета объективной реальности. Иными словами, конкретное - это «внутренне расчлененное единство различных форм существования предмета», единство многочисленных определенностей. В диалектическом понимании единства, конкретное тождество противоположно абстрактному тождеству старой, недиалектической логики. Например, биологический вид, элементарные частицы, современная эпоха — все это внутри себя расчлененные, внутренне связанные системы, каждая из которых есть не просто механический агрегат различных признаков, а единство различных определенностей.

По своей природе конкретным предметом, сложнорасчлененной системой являются и общество, и человек, и нация и т. п. «Конкретное потому конкретно, - писал К. Маркс, - что оно есть синтез многих определений, следовательно, единство многообразного. В мышлении оно, поэтому, выступает как процесс синтеза, как результат, а не как исходный пункт, хотя оно представляет собой действительный исходный пункт и, вследствие этого, также исходный пункт созерцания и представления»[91].

В свою очередь, абстрактное также трактуется Марксом как отражение предметной характеристики объективной реальности. Если конкретное выражает внутреннюю взаимосвязь, целостность предмета, то абстрактное - сторону, аспект, момент развивающегося конкретного целого. Поэтому под абстрактным понимается не только умственное отвлечение, результат духовной деятельности, а также своеобразная функция отдельного, индивидуального внутри развивающейся системы. Следовательно, в диалектической логике признается существование не только духовных абстракций как результата активности человеческого познания, но и реальных абстракций, являющихся моментом саморазвития объективной конкретности. Так, например, когда Маркс в «Капитале» говорит об абстрактном труде, то здесь речь идет о реальной абстракции, т. е. о той объективной форме, которую принимает человеческий труд в условиях товарно-капиталистического производства.

В разработке метода восхождения от абстрактного к конкретному К. Маркс, прежде всего, исходил из того, что объективная материальная действительность сама по себе конкретна, она есть единство многих связей и отношений. А задача познания состоит в теоретическом воспроизведении объективного конкретного во всех его связях и опосредствованиях. Чтобы познать предмет конкретно, т. е. таким, каким он является в объективной реальности, недостаточно выявить его отдельные стороны, а необходимо теоретически воспроизвести объект в его живой, конкретной целостности. Такое познание является сложным диалектическим процессом, в ходе которого постоянно происходит диалектическое превращение конкретного в абстрактное, абстрактного в конкретное.

Всякое познание, осуществляемое общественным человеком, начинается с чувственного конкретного, еще не осмысленного, не проанализированного посредством мышления. Поскольку объективное конкретное уже выделено в процессе практики и познания, постольку люди первоначально о нем имеют только некоторое целостное представление.

Однако такое чувственно-конкретное представление о целом, о рассматриваемом объекте, есть неполное, так как оно еще не проанализировано, важнейшие аспекты, элементы, определенности конкретного еще не выделены. Потому на данной ступени познания об объекте существует только поверхностное, «хаотическое представление» о целом. «Кажется правильным, - писал К. Маркс, - начинать с реального и конкретного, с действительных предпосылок, следовательно, например, в политической экономии, с населения, которое есть основа и субъект всего общественного процесса производства. Между тем, при ближайшем рассмотрении это оказывается ошибочным. Население - это абстракция, если я оставляю в стороне, например, классы, из которых оно состоит. Эти классы опять-таки пустой звук, если я не знаю основ, на которых они покоятся, например, наемного труда, капитала и т. д. Эти последние предполагают обмен, разделение труда, цены и т. д.»[92]. Поэтому не только в истории политической экономии, но и в истории всех других наук существует так называемый эмпирический, односторонне-аналитический этап, когда происходит движение познания от чувственно-конкретного к абстрактному. Такое движение познания является необходимой ступенью человеческого познания.

В процессе движения от конкретного к абстрактному происходит реальное углубление человеческого познания, отделение общего от отдельного, внутреннего от внешнего, существенного от несущественного. На этом этапе особенно большое значение имеет аналитическая деятельность познания, посредством которой выделяются структурные элементы, аспекты, моменты объективного конкретного. Важнейшим моментом движения познания от конкретного к абстрактному является также образование отдельных понятий, абстракций, законов; в результате, познание все больше и больше углубляется в существенное содержание исследуемого конкретного. «Образование (абстрактных) понятий и операции с ними уже включают в себе представление, убеждение, сознание закономерности объективной связи мира»[93]; «Абстракция материи, закона природы, абстракция стоимости и т. д., одним словом, все научные (правильные, серьезные, не вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, полнее»[94].

В ходе движения познания от конкретного к абстрактному первоначально создается впечатление об отходе познания от предмета, хотя на самом деле происходит реальное углубление человеческого познания в действительность. По этому поводу говорил: «Представление ближе к реальности, чем мышление? И да, и нет. Представление не может схватить движения в целом, а мышление схватывает и должно схватить»[95]. Только тогда, когда аналитический этап познания достиг своей зрелости, т. е. когда достаточно выделены элементы, множество связей развивающегося конкретного, наступает пора теоретического познания действительности, т. е. движения познания от абстрактного к конкретному. На этом этапе познания осуществляется синтез выделенных определений, т. е. объективное конкретное постигается конкретным мышлением, конкретным понятием как единством многочисленных определений.

Конкретное в мышлении, являющееся результатом восхождения от абстрактного к конкретному, и есть та «естественная форма», в которой реализуется истина. Каждое определение, входящее в систему теоретических определений, схватывает одну сторону предмета: взятое изолированно, оно является абстрактным, а их связь, синтез образует целостное теоретическое знание о предмете. Конкретное в мышлении, таким образом, реализуется через абстрактное. В свою очередь, абстрактное, вступая в связь с другими абстракциями, утрачивает свою абстрактность, односторонность.