Ящик Пандоры, или Пропавшие дети (стр. 3 )

Рита покраснела до корней волос. Откуда продавщица узнала о её проделке? Здесь ведь даже нет окон, выходящих на пустырь…

– Ну-ну, успокойся! – женщина покровительственно похлопала Риту по плечу. – Мы никому ничего не скажем. Это будет наша с тобой маленькая тайна. Кстати, мы до сих пор незнакомы! Можешь называть меня – леди Пандора.

– А я Рита. Так что я должна сделать?

– Так, ничего особенного… Я ведь тоже большая любительница розыгрышей и шалостей! Что же нам с тобой этакое отчудить? – Леди Пандора замерла на мгновение, словно придумывая какую-то очень интересную выходку. – А, есть!.. Ты можешь войти в комнату своей бабушки?

– Без проблем. Она ещё часа два будет ходить по рынку. Пока всё не перещупает, не перепробует, ко всему не приценится – домой не придёт.

– Ну вот. Значит, зайдёшь в её комнату и на книжной полке над кроватью возьмёшь самую толстую книгу…

– Библию? – вопросом перебила её Рита.

– Да, – чуть нахмурилась и вроде бы даже слегка поёжилась продавщица. – Именно эту книгу. Возьми – и облей клеем её страницы! Вот будет забавно, когда бабуля не сможет открыть её. Ну что: по рукам? – она протянула Рите обычный баллончик с канцелярским клеем.

– По рукам, – нехотя выдавила девочка. Не слишком-то нравилась ей эта затея. Если бы подшутить над кем-то чужим! – но это ведь родная бабушка. Она, конечно, расстроится до слёз. Да и Рите никак не отвертеться, не свалить вину на кого-то другого. Сам собой ведь клей не может пролиться на книгу, стоящую высоко на полке, а глупых сестрёнок-братишек или шустрого котёнка у Риты нет. Попадё-от!.. Впрочем…

– Только не вздумай меня обманывать! – сдвинула брови леди Пандора. – Пора бы уже понять, что от меня ничего не скроешь. И если ты просто выльешь клей куда-нибудь в мусор, а мне принесёшь пустой баллончик, то и ты от меня ничего не получишь. Сделки не будет.

– Я всё сделаю, – Рита заискивающе посмотрела на продавщицу, взяла баллончик и повернулась к выходу.

– Поторопись! – властно сказала леди Пандора.

Рита пулей вылетела из магазина.

Дома никого не было, и Рита вошла в комнату бабушки. Вообще-то заходить сюда без бабушки ей было строго-настрого запрещено – после того как она ещё пятилетней крохой нечаянно разбила любимую бабушкину вазочку. Но теперь – хочешь не хочешь – пришлось зайти. Рита зябко вздрогнула, вспомнив, каким колючим стал взгляд у леди Пандоры, когда сама она только прикинула в мыслях, что можно ведь и не бедокурить с бабушкиной книгой, а сказать, будто всё сделала. Мама говорила, что по выражению Ритиных глаз всегда может догадаться, что дочка задумала какую-то каверзу. Так ведь то - мама, она ее знает с пеленок. Ну, как видно, Пандора еще лучше мамы разбирается в лицах... И почему это ей захотелось склеить именно Библию? Есть ведь и другие книги, женские детективы и дешёвые романы. Их-то бабушка читала гораздо чаще, чем Библию.

С тяжёлым сердцем подошла Рита к бабушкиной кровати, протянула руку к полке. Взяла Библию, и с полки слетел нечаянно задетый крохотный листочек. Рита подняла его с кровати и прочла: «Сорокоуст о здравии отр. Маргариты». Внизу стояла круглая печать с крестом в серёдке. Что-то ёкнуло в сердце у Риты: выходит, бабушка год назад заказала о ней в церкви какую-то службу? Отр. – это ведь значит отроковица. Отроковица Маргарита… Бабушка и по вечерам, случалось, отрывалась от любимых сериалов и по молитвослову молилась о дочери с зятем и, конечно, о своей ненаглядной внучке. А она… Вот чем она отплатит за бабушкину доброту, за лакомства и подарки, за всё-превсё!..

Но платье! Платье принцессы!.. Можно всю жизнь прожить – и никогда даже пальчиком не потрогать такую красоту. А тут – достанется даром!..

И Рита решительно отвернула крышку баллончика, а потом, опрокинув его над книгой, быстро выдавила на страницы всё его содержимое.

Но это был вовсе не клей! Что-то чёрное и вязкое шлёпнулось на страницы – и они мгновенно оплавились в обугленный тёмный ком. Рита в ужасе отдёрнула руки, и изувеченная книга упала на пол.

«Я всё объясню бабушке… Она поймёт, когда увидит мой наряд, должна понять, – лихорадочно мчались мысли в голове Риты, пока она, захлопнув дверь, сбегала по лестнице. – А может быть, вернуться, забрать то, что осталось от книги, и выкинуть, пока никто не увидел, что с нею стало? Вечером выпрошу денег у папы, а утром куплю бабуле новую книгу. Может, она и не успеет хватиться…»

Но возвращаться сейчас не было смысла. Не зря же леди Пандора велела поторопиться. А вдруг, пока она бегает туда-сюда, платье достанется кому-то другому?

И Рита ещё быстрее помчалась к «Ящику Пандоры». И успела. Тревога девочки была напрасной: леди Пандора ждала её, сидя в уютном кресле, и платье по-прежнему украшало манекен.

– Ну вот и умница, – мягко промолвила леди Пандора и встала, освобождая место для Риты. – Садись, будем тебя прихорашивать!

Рита уселась перед туалетным столиком с небольшим трельяжем и множеством прехорошеньких флакончиков, баночек и тюбиков. Леди Пандора умело взялась за дело, и через несколько минут из зеркала на Риту глядела точная копия очаровательного манекена. Только вместо шикарного платья – её обычная майка-топик с открытым животом.

– А теперь самое главное, – произнесла Пандора. – Нет, раздеваться не надо. Просто закрой глаза… Ещё чуть-чуть подожди… Готово!

Рита открыла глаза. Вместо маленького столика теперь перед ней было большое, во весь рост, зеркало. И в нем отражалась сказочная красавица-принцесса! Она, Рита! И была она ещё прекраснее, чем манекен: голову венчала тоненькая золотая диадема, усыпанная сверкающими бриллиантами. Из-под длинного, до полу, платья виднелись под стать ему роскошные туфельки, на руках были натянуты полупрозрачные кружевные перчатки. Удивительно, но она даже не почувствовала, как произошло это перевоплощение!

Рита капризно улыбнулась: стоит ли забивать голову ненужными вопросами? Главное, все во дворе – да и, наверное, во всем городе – просто умрут от зависти. Это ведь не колбасный пир глупой Нинки-Кулебяки или какие-то там игрушки, которыми сейчас утешается Вика.

– А кстати, – о, как изменился её голос в этом наряде: он звучал теперь с ленивой царственной грацией, и Рите это очень нравилось! – чем расплатилась Вика за кукольный домик?

– Вообще-то я обычно держу в тайне свои сделки, но Вика не догадалась попросить меня об этом, – рассмеялась леди Пандора. – Она отдала мне свою Феклушу.

– Феклушу? – Рита видела в зеркале, как изящно изогнулись в изумлении её брови.

Надо было знать, что значила для Вики Феклуша. Это была её единственная слабость. Ещё Викина мама в своём детстве сшила Феклушу из лоскутков, сделала ей глуповатое, но задорное веснушчатое личико, смешно торчащие в стороны косички из пакли и тоненькие ручки-ножки, пришитые к тряпичному тельцу. Два года назад Викина мама умерла, и с тех пор Вика всюду таскала с собой мамину куклу. Феклуша терпеливо сидела в душном портфеле, пока Вика была на уроках; если Вика гуляла – растрёпанные косички куклы торчали из специально пришитого кармана. Феклуша прижималась к её щеке, когда Вика ложилась спать. И вдруг – она добровольно лишилась своего сокровища!

– Хочешь увидеть, как это произошло? – леди Пандора нажала на кнопку пульта, и незамеченный прежде телевизор осветился голубоватым светом. На экране во всём великолепии красок возник тот самый интерьер магазина игрушек, который промелькнул перед Ритой за миг до того, как она впервые вошла в «Ящик Пандоры». И посреди неслыханного кукольного богатства стояла совершенно растерянная, не похожая на саму себя Вика.

– Мне очень нравится кукольный домик, – робко промямлила она. А продавщица (но это же была не Пандора – нет, не леди Пандора, а самая обычная тётенька в скромном халатике и косынке) поощрительно улыбнулась девочке – и только по этой улыбке Рита с изумлением узнала Пандору. И ещё больше удивило её, когда Пандора неожиданно повернулась лицом прямо в невидимую камеру и очень по-свойски подмигнула, словно знала, что всё это будет наблюдать со стороны кто-то, с кем ей куда интереснее, чем с ошеломлённой игрушечной роскошью Викой. Во всяком случае, это подмигивание уж точно предназначалось не Вике.

– Какой домик тебе хочется – этот? Или этот? А может быть, вот этот – самый большой и красивый? – с приклеенной к лицу улыбкой вопрошала Пандора. И Вика пролепетала:

– Да, этот… Самый большой…

– Ты сделала удачный выбор, – одобрила Пандора. – В этом домике есть решительно всё: мебель и посуда; а какие в нём постельки, какие шторы на окнах… Видишь эти чудесные машины в гараже, примыкающем к дому? Для Барби красавец-ягуар, для Кена – паккард, а их старшие дети Филипп и Сэнди обожают свой красный кадиллак! У крошки Эллис пока только коляска, но какая хорошенькая!.. Правда, сейчас малышка сидит на горшочке. Вот она, в туалете. Влей ей в ротик немножко водички, и ты увидишь, как вода польётся в горшок.

Пандора демонстрировала гардеробы, в которых на настоящих, только маленьких, вешалках-плечиках теснились гламурные кукольные платья, блузки, шубки; холодильники – в них было всё, что и должно быть у любящей покушать семьи; крохотные, но совершенно настоящие телевизор и компьютер – можно не сомневаться, если кукольная ручка нажмёт на кнопку пульта, на экране телика в самом деле начнётся выбранный мультфильм, а крошечный мобильник в руке у Филиппа, вполне возможно, через мгновение-другое соединит его с неведомой подружкой, живущей в таком же милом домике…

– Я давно прошу папу купить мне домик, но ему всегда не до моих просьб, – словно оправдываясь, сказала Вика. А Пандора усмехнулась:

– Ну уж такой-то домик он точно не смог бы тебе купить. Так что сама видишь – тебе повезло! Этот домик – твой, вместе со всем, что в нём есть.

– Простите, но у меня с собой слишком мало денег, – смешалась Вика. – Скажите, сколько всё это стоит? Я сейчас сбегаю и принесу.

– Столько денег нет в твоей копилке, – покачала головой Пандора. – И значит, обойдемся без них. Я попрошу взамен только одну – ничего не стоящую – вещицу. Вот эту тряпочную куклёху, – небрежно показала она на торчащую из Викиного кармана Феклушу.

– Фе… Феклушу? — ахнула Вика. – Нет, нет, я лучше принесу что-нибудь другое, но Феклушу отдать не могу.

– А я ничего другого не возьму, – рассердилась Пандора. – Не хочешь – не надо. Ты сама ко мне пришла, сама выбрала кукольный домик – самый лучший домик! – а теперь… Нет – так нет. Выход там, – она махнула рукой в сторону двери, а сама оскорблённо отвернулась.