Cемантико-синтаксические отношения между компонентами терминологических словосочетаний (на материале терминологии английской системы образования) (стр. 13 )

О затруднениях, связанных с идентификацией подобных образований, пишет : “Слово на - ing само по себе ничем не сигнализирует о своем значении. Его значение реализуется в определенных условиях. Прилагательное на - ing, как и причастие настоящего времени, контекстно обусловлено.” [1987: 33] Ученый напоминает, что наиболее распространенная точка зрения по вопросу о способе образования прилагательных на - ing заключается в том, что эти прилагательные считаются результатом конверсии. Конверсию он вслед за определяет как “такой вид словообразования, при котором словообразовательным суффиксом служит только парадигма слов” [1956: 71], отмечая при этом, что речь идет не о превращении причастия настоящего времени в прилагательное, а об образовании нового слова, входящего в класс прилагательных со свойственной ему парадигмой, сочетаемостью, синтаксическими функциями. приводит критерии отграничения имени прилагательного от причастия настоящего времени: способность образовывать степени сравнения, сочетаться с идентификаторами и связочными глаголами и некоторые другие.

, рассматривая языковые единицы, построенные по этой модели непосредственно в области терминологии, ориентируется на семантический критерий для доказательства принадлежности первого элемента таких образований к классу прилагательных: причастие, будучи носителем временного, преходящего признака, связано с определенным процессом, однако в ТС “видовой признак, отражаемый первым элементом, не отражает каких-либо процессов и носит постоянный характер” [1993а: 143]. Таким образом, лингвист оценивает слово на - ing как разновидность прилагательного, генетически восходящего к неличным формам глагола.

и [1973] полагают, что следует непременно различать случаи полной и частичной адъективации. Примером первой служат слова типа interesting, amusing. Говоря о частичной адъективации, ученые отмечают свое несогласие с отнесением словарями некоторых языковых единиц к классу истинных прилагательных, поскольку для них не характерна предикативная функция и они не образуют степени сравнения. Лингвисты также упоминают, что выявлению глагольных свойств причастия настоящего времени может способствовать прямое дополнение, занимающее препозитивное положение по отношению к форме на - ing, поскольку прилагательное с прямым дополнением не сочетается: school governing body à body governs school.

В настоящем исследовании выделяется некоторое число подобных ТС, первые компоненты которых могут быть как прилагательными, так и причастиями, причем некоторые из них фиксируются словарями как первые, например, слово leading из ТС leading question. Однако нетрудно заметить, что это словосочетание может трансформироваться в предложение не только по модели Aa Kn à Kn be Aa, но и по модели AVing Kn à Kn Av: leading question à the question is leading и the question leads, так что неясно, является ли leading истинным прилагательным или нет.

Мы склонны считать, что первые компоненты словосочетаний, которые могут быть преобразованы в структуры, способные присоединять к себе прямое дополнение, представляют собой причастия настоящего времени, как в случае visiting teacher, которое развертывается в teacher visits (schools). ТС, трансформируемые в предложения, не способные сочетаться с прямым дополнением, являются скорее всего частично адъективированными причастиями: rising rolls à rolls rise, declining rolls à rolls decline. Заметим, что нередко выявление морфологической принадлежности формы на - ing бывает весьма затруднительным, что отражается в выделении нами некоторого числа ТС преобразование которых в предикативные структуры может осуществляться по двум диагностирующим моделям.

Уже упомянутый вариант трансформации по модели AVing Kn à Kn is used / intended for AVing поможет определить форму на –ing как герундий, неличную форму глагола, совмещающую в себе признаки глагола и существительного: teaching practice à practice is intended for teaching. Данная трансформация выявляет отношения назначения между компонентами соответствующего словосочетания, а, как пишет , “в беспредложных субстантивных словосочетаниях герундий стоит перед стержневым словом и, в отличие от причастия, указывает не на признак по действию, производимому определяемым, а на признак, связаннный с назначением, содержанием предмета” [1963: 14].

[1954] отмечает, что не всегда возможно четко сказать, является ли первый компонент адъективированным причастием настоящего времени или адъективированным герундием. Он называет такие ТС словосочетаниями промежуточного типа. Мы тоже встретили подобные языковые единицы, которые удовлетворяют трансформации и по модели AVing Kn à Kn Av, и по модели AVing Kn à Kn is used / intended for AVing: teaching machine à machine teaches и machine is used for teaching.

Последний вариант преобразований AVing Kn à Kn of AVing (An) призван подтвердить принадлежность первого компонента ТС к классу имен существительных: learning style à style of learning. Интересно, что для некоторых из этих ТС существуют синтаксические варианты с предлогом of в самой терминологии английской системы образования. В нашей работе подобные ТС подводятся под структурную модель An Kn и рассматриваются в общей массе с другими субстантивно-субстантивными словосочетаниями.

Полностью адъективированные причастия типа outgoing в ТС outgoing profile анализируются вместе со словосочетаниями структурной модели Aa Kn.

Все остальные формы на - ing обозначены структурной моделью AVing Kn (3,2% от общего числа двухкомпонентных ТС), морфологическая принадлежность их первых компонентов раскрывается в трансформациях, используемых для выявления семантико-синтаксических отношений между компонентами соответствующих ТС: AK à Kn Av для причастия настоящего времени и AK à Kn be for An для герундия. Некоторые из словосочетаний с формой на - ing не позволяют точно определить морфологический класс их первых компонентов и поэтому выделяются в особые группы ТС, которые могут преобразовываться по двум диагностирующим моделям.

ТС структурной модели AVed Kn соответствуют 8,2% от общего числа двухкомпонентных ТС, например: agreed syllabus, mixed ability, integrated day, packaged teaching. Проблема таких образований, как и в предыдущем случае, связана с трактовкой статуса первого элемента. Как известно, причастие прошедшего времени совмещает в себе адъективные и глагольные признаки. По мнению [2000], на первый план в причастиях, выступающих в роли препозитивных определений, выдвигаются именно адъективные признаки. [1993], в свою очередь, пишет, что в рассматриваемых им ТС слово на - ed утрачивает временной характер и приобретает характер качества и, соответственно, становится прилагательным.

Адъективация слов на - ed несомненна, но, как и в случае со словами на - ing, в них ощущается и значение процессуальности, особенно при трансформации их в предикативные структуры. Не предлагая окончательного решения данной проблемы, мы будем считать данные образования полностью или частично адъективированными причастиями, которые в большей или меньшей мере сближаются с прилагательными.

Отдельную, особую группу словосочетаний с - ed составляют ТС, первый компонент которых является сочетанием имени существительного или прилагательного с причастием прошедшего времени, например: voluntary-aided school, criterion-based examination, computer-managed learning, child-centered education. Анализ лингвистической литературы свидетельствует о тенденции приписывать первым компонентам подобных языковых образований статус сложных слов [Акодес 1987; Гильдина 1977; Мешков 1971; Сущинская 1981].

В детальном исследовании [1977], посвященном вопросу соотносительности сложных слов с причастием прошедшего времени и свободных словосочетаний, языковые единицы определяются как сложные слова на основании соответствия ими критерию цельнооформленности, введенному [1956]. приводит ряд возможных показателей цельнооформленности единицы, три из которых считает обязательными для отнесения языкового знака к разряду сложных слов: наличие стабильной структуры, нейтрализация синтаксических свойств компонентов и возможность функционирования образования как единой формообразующей основы. Дополнительным показателем принадлежности единицы к сложным словам служит графическая цельность, т. е. написание слитно или через дефис, которая, несмотря на непоследовательность и нерегулярность английской орфографии, становится следствием семантической и морфологической цельности и отражает таковое восприятие ее носителями языка. Из выводов, к которым приходит лингвист, для нас важен следующий: сочетания имени существительного или прилагательного с причастием прошедшего времени имеют статус сложных слов; сочетания наречий на - ly с причастием прошедшего времени – статус словосочетаний, некоторая цельность которых проявляется лишь в препозитивной атрибутивной функции, что считает следствием давления позиции.

Безусловно, как отмечает [1984], в исследовании подобных языковых единиц еще рано ставить точку, поскольку процесс стяжения их в сложные слова нельзя считать законченным. Однако принимая во внимание все вышеперечисленные признаки, по которым то или иное языковое образование определяется как сложное слово, можно с большой долей уверенности отнести описываемые здесь сочетания к двухкомпонентным ТС, первый, зависимый компонент которых при определении семантико-синтаксических отношений между компонентами ТС должен рассматриваться как единое целое, а именно как сложное прилагательное.

Пятое место по количественным показателям занимают сочетания существительного с существительным в предложной форме Kn prep An, где prep – предлог (от английского preposition): inspector of schools, transfer of training, climate for learning. Они составляют 3% от общего числа двухкомпонентных ТС. Среди них наиболее заметна группа словосочетаний с предлогом of, остальные ТС включают в свой состав предлоги in, by, for и некоторые другие. Интересно, что значительное число ТС этой структурной модели имеет синтаксические варианты, образованные без использования предлогов: style of teaching – teaching style, learning by discovery – discovery learning. Потеря предлогов связана, вероятно, с влиянием такого экстралингвистического фактора, как стремление дать больше информации за более короткий срок и ускорить процесс обмена данными.