Психологическая теория правового воздействия : Теоретико-методологический анализ (стр. 10 )

§ 3. Исторические и теоретико-методологические предпосылки
становления взглядов на предмет и задачи
правовой теории в контексте проблемы правового воздействия

Несмотря на достаточно пристальное внимание к учению о государстве и праве Льва Иосифовича Петражицкого (1867–1931), его психологическая теория права остается мало изученной, в ней присутствует много белых пятен, отсутствует системное представление о его политико-правовых взглядах, методологии познания права, роли в формировании современной правовой теории, также как и о подходах к решению правовых проблем, имеющих значение и для современной юриспруденции.

Благодаря переизданию его трудов, можно решить эти проблемы, опираясь не на интерпретацию исследователей ангажированных советским историко-правовым знанием, а на объективное изучение его правовой концепции, представляющей несомненный интерес для современной науки о праве.

относится к тому роду исследователей, которые отличаются широкой эрудицией, исследовательской добросовестностью, ищущих нестандартные подходы к решению ставших традиционными для той или иной отрасли науки проблем. Он до конца своих дней оставался преданным делу науки, а его оригинальная психологическая теория права и по сей день вызывает живой интерес не только историков, но и теоретиков права.

Жизненный путь весьма похож на судьбу многих ученых того переломного времени, отличающуюся, как правило, не только выдающимися достижениями в науке, но и драматичностью жизненных событий. Он закончил Киевский университет, после чего в порядке подготовки к соисканию на профессорское звание отправился в командировку в Германию. Находясь в Германии, издал два произведения, посвященные юридическим проблемам, став чрезвычайно известным как юрист-теоретик. Талантливый исследователь, в 1897 году он успешно защитил докторскую диссертацию на тему «Права добросовестного владельца на доходы». Идеи в эти годы касаются вопросов управления, необходимости формирования области знания отвечающей за решение этих задач. Такой наукой, по его мнению, может стать политика права, основную задачу которой он видел в формировании механизма воздействия права на индивида. Так, в своей докторской диссертации ученый впервые утверждает, что такой механизм должен иметь психологические основы и создавать условия именно психологического воздействия права. При этом психика индивида рассматривается в качестве главного объекта такого воздействия. Такой подход характеризовался новизной представлений о праве и его воздействии на общество, отличаясь от традиционных подходов того времени, которые, прежде всего, были представлены юснатурализмом и юспозитивизмом. Начиная с этого времени, он получает признание в научных кругах, что позволило ему уже в 1897 году стать профессором Санкт-Петербургского университета, выступая с лекциями по курсам философии и энциклопедии права.

Нужно сказать, что сфера юриспруденции в то время не просто имела большое значение, но рассматривалась в качестве важнейшего инструмента решения социально-политических проблем не только в Российской Империи, но и в Европе. В условиях социальной нестабильности и кризисного состояния политической сферы на нее возлагалась роль социальной технологии решения многих проблем. Очевидная связь права с политикой, интерпретацию механизма которой предложил в своей докторской диссертации , придавала общественно-политическое звучание научной деятельности юристов того времени. Тем более, сказанное относится к России, острота социального конфликта в которой к концу XIX века достигала высокого уровня, а искомого инструмента решения проблем не было видно. Сказанное объясняет интерес к политической жизни страны, с одной стороны, и его востребованность в этой сфере, с другой.

Так, будучи профессором Санкт-Петербургского университета,
занимался и политической, общественной деятельностью. Он был избран депутатом первой Государственной думы. Его политические предпочтения были связаны с конституционно-демократической партией, идеологом которой он и стал. Взгляды отличались умеренностью, причудливо совмещая либеральные и консервативные идеи. Так, в своих публицистических статьях он проводил мысль о необходимости преодоления кризиса правосознания и важности воспитания правовой культуры, в основе которой право рассматривалось бы в качестве основополагающей ценности.

В контексте периодизации жизни и творчества ученого, которая имеет существенное значение для изучения исторических и теоретико-методологических основ его правовой концепции, важно выделить существенный концептуальный элемент его теории, который может рассматриваться в качестве критерия определения связи отдельных произведений и идей в общей доктрине, позволяя рассматривать ее эволюционно, а не как конгломерат рождающихся в разное время произведений. В качестве такого критерия, как правило, рассматривают не подобную фундаментальную для теории идею, а его основное произведение «Теория права и государства в связи с теорией нравственности», которое наиболее полно отражает его концепцию психологического правопонимания.

Так, 53 предлагает выделять три периода в его творчестве. Первый период охватывает 1897–1900 годы жизни ученого и характеризуется как творчески насыщенный. На основе своей докторской диссертации издает монографию, в которой он впервые определяет свою методологическую позицию в отношении юспозитивизма, резко отрицательно оценивая теорию Р. Иеринга, призывая к формированию в России правового государства. В эти годы формируются его интерес к вопросам о сущности права, о чем свидетельствуют такие публикации, как статья «Что такое право?» (Юридический вестник, 1998) и книга «Очерки философии права» (1900).

Следует отметить, что является преувеличением значения роли этих произведений в отражении особенностей правопонимания , выраженного в них, еще не отражающих положения и идеи его будущей теории. Их значение заключается в том, что они отражают интерес ученого к вопросам правопонимания, к проблемам фундаментальной правовой теории и ее методологии, также как и интерес к проблеме механизма воздействия права на индивида.

Согласно указанному автору, следующий период творчества охватывает время с 1900 по 1905 гг. и характеризуется пристальным вниманием ученого к методологическим вопросам юриспруденции. В контексте этого приобретает новые черты и его понимание права, выраженное в такой книге, как «Введение в изучение права и нравственности. Эмоциональная психология». Журнальные статьи, публикуемые в этот период жизни, также затрагивают указанную проблематику.

Последний период творчества , относящийся к периоду с 1905 по 1909 гг., связан с формированием концептуального аппарата его теории, применением психологической методологии изучения права, разработанной ранее. Основным творческим результатом этого периода является издание основного произведения ученого, которое сразу привлекло к себе внимание научной общественности не только России, но и Европы. Речь, естественно, идет о его двухтомной монографии «Теория права и государства в связи с теорией нравственности».

Следует согласиться с автором в справедливости подхода к периодизации творчества , учитывающего как его качественный характер, выражающийся в разработке тех или иных идей, так и в роли методологии, которую использует ученый на том, или ином периоде творчества. Между тем необходимо обратить внимание на то обстоятельство, что такая периодизация не является универсальной, как не является универсальной любая периодизация. Данный подход справедлив в контексте выхода в свет основных работ , в которых излагается его правовая концепция. И здесь вполне логично рассматривать периоды творчества в качестве не только предшествующих во времени, но и предшествующих по концептуальности идей, излагаемых в них. Однако, учитывая, что ученый умер в 1931 году, следует задать вопрос о том, как быть с последующими после издания указанной работы годами жизни. Полагает ли автор, что после опубликования данного произведения не предложил новых оригинальных идей и лишь развивал свою концепцию, переиздавал свои работы? С другой стороны, закономерно возникает вопрос о том, что, возможно, мы плохо знаем его последующее творчество.

Так или иначе, положив в основу периодизации указанный принцип, мы неизбежно получим такой результат. В этой связи необходимо сказать, что правовая концепция ученого не может быть сведена к изданию какой либо книги или статьи, поскольку она представляет собой систему идей и принципов, в единстве с методологией образующих способ теоретического решения важной научной задачи. Поэтому продемонстрированный автором подход, несмотря на его плодотворность в решении соответствующих задач, выглядит довольно схематичным при ответе на вопрос о том, как эволюционировала правовая концепция , поскольку в нем не содержится оценки значения тех или иных его идей с точки зрения фундаментальности роли, которую они играют в данной концепции. 

Между тем такой формальный по своей сути подход довольно распространен в современном теоретико-правовом дискурсе и является едва ли не общепризнанным54. Альтернативой ему может быть признан подход, предлагаемый , которая не только вводит в научный оборот исследования периода жизни после 1921 года, когда он принял польское гражданство и выехал в Польшу для постоянного проживания, обозначает их проблематику как отличную от предшествующих, но и в контексте задач своего исследования исходит из иного критерия, заключающегося в «…эвристической ценности исследования теории и социологии права в контексте классического и посклассического правопонимания»55. Это позволяет автору выделить берлинский, петербургский и варшавский периоды его творчества, которые отличаются особыми задачами. Так, собственно, теоретико-правовая проблематика разрабатывается ученым в петербургский период его творчества. Последующий же, варшавский период, характеризуется разработкой социологии права, решением проблемы синтеза правового знания и проблемы управления этическим прогрессом.