Психологическая теория правового воздействия : Теоретико-методологический анализ (стр. 3 )

8. Правовое воспитание представляет собой процесс правовой социализации личности, в ходе которого правовое сознание индивида приобретает соответствующее качество, характеризующееся уважительным отношением к правам и обязанностям, законности и правопорядку на основе осознания атрибутивности права как значимой ценности личности и общества, реализация которой в правовой жизни является гарантией прогрессивного развития. Правовое воспитание как целенаправленное воздействие на правовое сознание индивида является важной частью правовой политики и охватывает не только подрастающее поколение, но и все категории населения. Средства правового воспитания не ограничиваются педагогическими приемами и правовым просвещением, но, учитывая психологическую природу права, включают и законотворческую деятельность, законодательную политику, которая должна строиться на принципе законности, развитии системы субъективных прав, незыблемости прав и свобод человека. Правовое воспитание является важным элементом механизма правового воздействия, что определяется мотивационной структурой поведения, в которой в интеллектуально-эмоциональном контексте правомочие выступает значимым фактором мотивации правового действия. Эмоциональное переживание атрибутивности права, играющее ключевую роль в правовом воздействии, получает реализацию в правосознании индивида лишь при условии его осознания как ценности. Поэтому правовое воспитание, создавая необходимые интеллектуально-эмоциональные условия реализации права, включено в механизм правового воздействия, реализуя по отношению к праву познавательные, аксиологические, трансляционные функции.

9. Значение психологической теории правового воздействия для современной правовой теории следует рассматривать в контексте задач правового синтеза, реализующих цель создания интегральной юриспруденции как единой науки о праве на основе решения проблемы онтологического и аксиологического статуса права. В данном контексте, очевидно, что обогатил представления правовой науки, установив преходящий характер правовых ценностей, их историческую обусловленность культурой, изменив как натуралистические представления о праве, основанные на идее непреходящих естественных правовых ценностей, так и позитивистские, отрицающие правовые ценности как таковые. Изучая механизм правового воздействия на уровне психики индивида, его правосознания, он пришел к выводу о том, что право имеет духовно-ценностную природу, а его содержание определяется культурным контекстом общества. В то же время, модель правового синтеза, предложенная Л. Петражицким, имеет исторические границы, поскольку обусловлена задачами правовой науки той эпохи. Эта попытка представляет собой не чисто правовой, но этико-правовой синтез, что и определяет ее место в современной правовой теории.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Значение результатов исследования для теории и истории права государства состоит в том, что реконструкция теоретико-методологических оснований учения о правовом воздействии в концепции позволяет выявить ряд существенных вопросов в теории права, например, глубоко проанализировать проблему правовых оснований взаимодействия индивида и государства. Большое теоретическое и методологическое значение имеют разработанные подходы к оценке правовой догматики, роли категорий нормативного факта, правовой совести, правомочия в отражении правовой действительности.

Кроме того, материалы и выводы диссертации могут быть использованы в теоретических и практических исследованиях механизмов правового воздействия в рамках юриспруденции, политологии, правоведения, социологии. Результаты исследования могут быть полезны  при содержательном развитии курсов истории политических и правовых учений, а также теории государства и права. Материалы диссертации могут использоваться в работе по повышению правосознания и правовой культуры личности.

Апробация диссертационного исследования. Основные положения и выводы диссертационного исследования апробировались на научно-практических конференциях и отражены в публикациях автора.

Диссертация обсуждена и рекомендована к защите в отделе послевузовской подготовки и социальных, гуманитарных наук Северо-Кавказского научного центра Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Южный федеральный университет».

Рекомендации и заключения диссертационного исследования могут быть применены при проведении занятий по отдельным темам общетеоретических дисциплин, а также при разработке учебных и учебно-методических пособий и материалов в учебном процессе юридических факультетов высших учебных заведений России.

Структура диссертационной работы. Работа состоит из введения, двух глав, включающих восемь параграфов, заключения и списка литературы.

ГЛАВА I. ИСТОРИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА В РОССИИ КОНЦА XIX НАЧАЛА XX ВВ.: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ
РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

§ 1. Понятие правового воздействия в истории учений

о праве и государстве

Очевидно, возвращение к истокам российской правовой мысли, столь характерное в современной юридической науке, обусловлено не столько любознательностью ученых юристов, сколько совокупностью проблем в сфере юридической практики и теории, требующих незамедлительного решения. Оказывается, что современная правовая доктрина в силу ее исторических особенностей не всегда готова дать адекватную оценку тем правовым явлениям, с которыми сталкивается юридическая практика. С одной стороны, это обусловлено бурным развитием общественных отношений, за которыми не успевает правовая теория в их научной интерпретации, с другой – особенностями нормативистского правопонимания, сложившимся в годы советской власти и ставшим традиционным для отечественной юриспруденции.

В такой ситуации обращение к правовым учениям классиков правовой мысли выглядит не только эвристически значимым, но закономерным, часто весьма плодотворным, поскольку множественные проблемы, рассматриваемые в современной юридической науке, уже нашли свое разрешение в данных учениях в контексте разных, часто альтернативных подходов и типов правопонимания. Учитывая историческую обусловленность творчества и, соответственно, не переоценивая значение правовых учений теоретиков права конца XIX – начала XX вв., необходимо, тем не менее, сказать, что современная правовая доктрина не может игнорировать этот опыт, а обращение к его изучению имеет конкретное практическое значение.

По мнению автора, речь должна идти не столько о той наивной установке, согласно которой в учениях классиков можно найти ответы на актуальные для современной правовой теории и практики вопросы, сколько о доктринальных подходах, особенностях юридического мышления той или иной эпохи, той или иной школы правопоонимания, обусловленных как совокупностью теоретико-методологических оснований своего времени, так и совокупностью социокультурных факторов. То есть, данные историко-правовые исследования, несомненно, должны обогащать теоретико-правовое знание, выясняя закономерности его эволюции, объясняющие возникновение тех или иных концепций и теоретических подходов к праву в контексте решения традиционных для фундаментальной правовой теории проблем.  Одной из таких проблем является проблема правового воздействия, актуализирующаяся сегодня, с одной стороны, в связи необходимостью повышения эффективности действия норм права, с другой – в связи с наличием множественных теоретических пробелов в современной теории механизма правового регулирования и правового воздействия.

Многими отечественными и зарубежными теоретиками современное кризисное состояние правовой теории рассматривается в качестве этапа ее исторической эволюции, аналогичное времени конца XIX – начала XX вв. В это время происходит переход к новому постклассическому типу рациональности, существенным образом захвативший и правоведение, что выразилось, с одной стороны, в кризисе классического правопонимания, представленного юридическим натурализмом и позитивизмом, и в формировании новых постклассических его типов, таких как юридический социологизм, юридический психологизм, в дальнейшем – юридическая феноменология. Так, большинство философов и теоретиков права того времени создавали свои правовые концепции, решая проблему критики классических или постклассических теорий правопонимания, которая была направлена на решение насущных проблем права, формируя современную правовую доктрину. В ходе этих дискуссий формировался концептуальный аппарат современной юриспруденции и совокупность подходов к таким фундаментальным проблемам как нормы права, правовой субъект, правомочие, права и свободы человека, соотношение морали и права, права и государства и многие другие.

В философии науки такой переход от классического к постклассическому (неклассическому) правопониманию интерпретируется как переход от классического к неклассическому типу рациональности. По некоторым оценкам, такой переход «…был подготовлен изменением структур духовного производства в европейской культуре второй половины XIX – начала XX века, кризисом мировоззренческих установок классического рационализма, формированием в различных сферах духовной культуры нового понимания рациональности, когда сознание, постигающее действительность, постоянно наталкивается на ситуации своей погруженности в саму эту действительннсоть, ощущая свою зависимость от социальных обстоятельств, которые во многом определяют установки познания, его ценностные и целевые ориентациии»1.

еберу, который не может быть игнорируем в интерпретации данной проблемы, существует четыре типа научной рациональности: рациональность как средство прогрессирующего научного логического мышлениия; рациональность как целесообразность человеческой деятельности; рациональность как соотнесенность деятельности с некоторой системой ценностей; рациональность как нормативно-методологическая модель научного исследования2. Последний тип научной рациональности характеризует классичекую науку вообще, и правовую науку в частности. Согласно этому типу, регуляторы науки «…трактуются как нормы, следование которым делает познание рациональным. При этом, если сам исследователь неправильно выбирает норму, то его деятельность оказывается нерациональной, если же он вообще отказывается от подобных действий, такая деятельность квалифицируется как иррациональная»3.