Регионы агропромышленной специализации в постиндустриальной экономике: возможности агломерационного подхода (стр. 12 )

3.2.3 Возможности обеспечения необходимого кадрового потенциала для развития

агломерационного кластера

В настоящее время агропромышленный сектор начинает постепенно испытывать настоящий кадровый голод в силу того, что была утрачена преемственность кадров, особенно рабочих. Сегодня достаточно сложно найти квалифицированных молодых механизаторов, доярок, скотников и т. п. представителей рабочих аграрных профессий в силу того, что в течение предыдущего десятилетия они практически не приносили обладателям этих навыков никакого дохода. Вполне естественно, что молодежь предпочитала приобретать другие профессии. Проблема отсутствия в сельской местности инженерно-технических кадров освещалась выше и также достаточно остра в настоящее время. Таким образом, сегодня нет иного выхода, кроме как привлекать трудовые ресурсы извне, прежде всего из городской среды.

Однако на практике это осуществить весьма затруднительно. Если сегодня можно найти квалифицированных специалистов, которые при определенных условиях согласились бы приехать работать в сельскую местность, о чем было указано выше, то найти специалистов рабочих профессий, пригодных для работы в аграрном комплексе, чаще всего невозможно по определению. Между тем наличие этих кадров является еще более важным аспектом успешного развития сельскохозяйственного предприятия.
В настоящее время проблема низкоквалифицированных кадров вообще стоит достаточно остро в АПК России, достигая своего максимума в отдельных регионах средней полосы России, Сибири и Дальнего Востока. Потенциал расширения этой части кадровой базы сегодня практически отсутствует, если рассчитывать только на местные кадры, учитывая значительный средний возраст жителей современного российского села.

Единственно возможным вариантом в данном случае может быть привлечение в сельскую местность низкоквалифицированных кадров из республик бывшего СССР, т. е. ту категорию лиц, которую часто сейчас принято именовать «гастарбайтерами». Следует заметить, что многие представители данной социальной категории, в особенности жители Украины и Узбекистана, являются выходцами из сельской местности с достаточно развитой культурой земледелия и, соответственно, сельский труд для них привычен. В отдельных регионах Дальнего Востока встречаются прецеденты использования в качестве рабочей силы в сельском хозяйстве граждан Китая, однако это может иметь весьма нежелательные последствия и такой опыт ни в коем случае не может быть рекомендован к широкому использованию. Напротив, привлечение достаточных масс сельскохозяйственных рабочих на Дальний Восток может снизить потенциальную угрозу его «ползучей оккупации» китайцами. Следует заметить, что такие позитивные опыты уже есть, в частности, в Амурской области есть хозяйства, целенаправленно приглашающие на работу жителей Узбекистана, способных составить очень серьезную конкуренцию китайцам практически во всех областях деятельности.

Широкое привлечение граждан стран СНГ в качестве сельскохозяйственных рабочих сдерживается сегодня сложностью оформления иностранной рабочей силы для
работодателя и высокими штрафными санкциями за её нелегальное использование.
Надо заметить, что неконтролируемое и безответственное перемещение в российские
аграрные регионы больших масс граждан других государств не может приветствоваться, т. к. это может существенно осложнить и без того весьма сложную социальную ситуацию в аграрных регионах. Излишне добавлять, что такие действия допустимы с позиций социальной этики лишь в тех случаях, когда в районе отсутствуют местные кадры.

Наиболее оптимальным форматом привлечения иностранной рабочей силы из республик бывшего СССР представляется сегодня вариант сезонных работ, т. е. когда рабочие приезжают на период сельскохозяйственных работ, не оставаясь на постоянной основе и не обзаводясь собственным жильем, покидая Россию на период зимы. Это обусловлено во многом тем, что, во-первых, в зимний период аграрное производство не нуждается в большом количестве рабочих рук и обеспечивать работой многочисленную армию «гастарбайтеров» часто попросту неспособно, во-вторых, жители южных республик, как правило, плохо переносят холодную российскую, не говоря о сибирской, зиму. Это уже давно отмечено социологическими исследованиями: данная категория граждан, вынужденных зарабатывать деньги в России, всегда старается съездить домой, к своим семьям именно в зимний период (что, может быть, связано с уменьшением количества работ на стройках, где традиционно сейчас занята большая часть этой категории работников).

Этот вариант является наиболее интересным в том плане, что привлечение большого количества неквалифицированной рабочей силы, имеющей достаточно низкий образовательный уровень, в регионы неизбежно повлечет за собой различного рода трения и напряженность в отношениях с местными жителями. В том же случае, если они привлекаются лишь как сезонные рабочие, большинство поводов для конфликтов может быть исчерпано. Тем не менее весьма желательно проживание этих категорий работников обособленно от существующих крупных сельских населенных пунктов, преимущественно в тех населенных пунктах, где практически отсутствует местное социально-активное население. Это диктуется в первую очередь соображениями безопасности – ведь не секрет, сегодня не редки случаи, когда в Россию под видом сезонных рабочих проникают различного рода криминальные элементы, в том числе и распространители наркотических средств. Отсутствие контактов между ними и местным населением может быть лучшим способом оградить местное население от ускоренного распространения наркомании в сельской местности (впрочем, и без того, к сожалению, этот порок стал присутствовать в российских деревнях и селах, особенно крупных). Однако усиливать потенциальную угрозу распространения наркомании в российском селе явно не стоит. Безусловно, следует в качестве одного из требований к работодателям, привлекающим сезонных работников из иностранных государств, следует ввести наличие собственной службы безопасности на предприятии, обеспечивающей совместно с правоохранительными органами недопущение распространения наркотических средств. Это чрезвычайно актуально именно в сельской местности, поскольку там возможности существующих правоохранительных структур, как правило, существенно ограничены, по сравнению с их городскими коллегами, поэтому осуществлять жесткий надзор и профилактику правонарушений среди многочисленного новоприбывшего контингента работников без дополнительной помощи будет явно затруднительно. Излишне говорить, что такую помощь способно оказывать только очень крупное хозяйственное образование, т. е. в случае реалий современного российского АПК, это может быть только агломерационный кластер. При выполнении этих условий указанная социальная группа работников является весьма привлекательным резервом трудовых ресурсов для российского АПК.

Следует отметить, что трудовые ресурсы республик Средней Азии, особенно в части сельскохозяйственных рабочих, чрезвычайно велики. Учитывая крайне высокую рождаемость в этих республиках, а также плохое состояние собственного сельского хозяйства, вкупе с крайним (в некоторых районах) дефицитом земли (чему свидетельством является, например, факт того, что в некоторых районах Ферганской долины уже вынуждены распахивать мусульманские кладбища – и это при традиционном, практически патриархальном, обществе) и воды, для очень многих жителей этих местностей работа в России может быть весьма привлекательной.

Сегодня многие жители республик СНГ вынуждены заниматься неквалифицированным трудом на стройках и т. п. предприятиях, в то же время многие из них имеют весьма неплохие навыки сельскохозяйственного труда, в особенности жители Узбекистана, Таджикистана и Украины, где традиционное земледелие существует уже много столетий, а представители Казахстана и Киргизии, имеющие опыт работы в сельской местности, как правило, очень неплохие животноводы
.

Возможно и переселение некоторых категорий жителей стран СНГ в Россию на постоянной основе, однако следует помнить о необходимости соблюдения социального паритета с коренным населением аграрных территорий. В особенности это касается тех случаев, когда переселенцы имеют иной менталитет и религиозную принадлежность, поскольку в сельской местности конфликты на религиозной почве могут возникнуть с существенно большей вероятностью, чем в городе. Напротив, религия может стать и цементирующим средством, позволяющим легко интегрироваться новым жителям в местную среду, поэтому крайне важно учитывать этот фактор при планировании переселения жителей республик СНГ на постоянную основу в российские аграрные регионы.

Безусловно, что необходимо и создание механизмов интеграции новых жителей в социально-общинную среду, образуемую агломерационным кластером. Совершенно недопустимым является создание каких-либо альтернативных общин, сформированных по земляческому или же религиозному признаку, поскольку это может дестабилизировать общественную жизнь всего района. Социальная адаптация новых жителей сельских территорий должна происходить с привлечением всех возможных институтов, как социальных, так и духовных, в этом плане весьма важна миссионерская деятельность, которая должна быть развернута в районах, в которых планируется значительное пополнение населения за счет мигрантов из стран СНГ.

С другой стороны, учитывая, что процедура получения российского гражданства в настоящее время имеет тенденцию к усложнению, не следует ожидать, что привлечение иностранной рабочей силы на постоянной основе может быть массовым. Исключение могут составить только районы, где это необходимо по каким-либо геостратегическим соображениям (например, те же регионы Дальнего Востока), для которых в принципе могут быть введены особые правила на государственном уровне.

В настоящее время избыточный трудовой потенциал республик Средней Азии, Украины и Молдовы составляет, как минимум, около 15–20 млн человек, большинство из которых проживает именно в сельской местности. Использовать этот потенциал для развития российского сельского хозяйства было бы весьма полезно как с экономических, так и с социальных позиций. Следует заметить, что в большинстве случаев основная масса работников, приезжающих в Россию на работу, достаточно хорошо владеет русским языком (к сожалению, сейчас уже появляются представители молодежи, особенно из Средней Азии, плохо или же даже совсем не владеющие им), имеет схожую с коренным населением ментальность и ценности. Все это делает трудовых мигрантов желанным резервом пополнения трудовых ресурсов в российских аграрных регионах. Разумеется, это должно происходить строго организованно, с учетом всех требований по безопасности, обеспечения необходимых санитарных условий и пр. Следует заметить, что на аграрном предприятии гораздо легче обеспечить приемлемые условия для проживания сезонных рабочих, чем в крупных мегаполисах, где в большинстве случаев эти категории работников вынуждены жить в ужасающих антисанитарных условиях. Ключевым условием для возможности привлечения работников этой категории является способность работодателя платить заработную плату, сопоставимую с той, которую сегодня они получают, работая на крупных столичных стройках и т. п. Сегодня в российских аграрных регионах платить даже такую, небольшую по московским меркам заработную плату (как правило, 10–15 тыс.), сельские работодатели не могут. Возможно, они могли бы привлечь работников лучшими условиями труда и жизни, даже при меньшей заработной плате, сегодня это также малореально, поскольку требует сложного и дорогостоящего оформления, значительно усложняющегося в сельской местности из-за удаленности необходимых для этого государственных служб.

Очевидно, что привлечение этой категории работников приобретет смысл только после того, когда местные кадровые резервы, пусть и незначительные, будут исчерпаны. Начальное развитие все же следует планировать, опираясь исключительно на местные трудовые резервы. Поэтому начальный импульс кластерного развития возможен только в тех сельских районах, где таковые присутствуют.

Еще одним источником кадрового резерва, прежде всего сезонной рабочей силы, для сельскохозяйственных предприятий в сельской местности могут стать студенческие стройотряды. Сейчас стройотрядовское движение постепенно возвращает себе былые позиции, которыми оно располагало в конце 80-х гг. ХХ века, что заставляет рассмотреть его более внимательно и в качестве источника сезонной рабочей силы для сельскохозяйственных предприятий. В основной своей массе бойцы стройотрядов имеют относительно низкую квалификацию, да и настроены в общем-то на не слишком обременительный труд в сочетании с отдыхом. Иными словами, нет оснований рассчитывать на то, что данную категорию работников можно использовать на каких-либо сложных (или в силу каких-то причин, неприятных) работах в сельском хозяйстве.
С другой стороны, сезон работы студенческих строительных отрядов, как правило, совпадает с сезоном интенсивной кормозаготовки в хозяйствах, где они могут быть весьма полезны. Также сферой применения студенческих строительных отрядов в сельской местности может стать и строительство (вполне традиционная отрасль, давшая само название этому движению). Следует заметить, что оплата труда бойцов студенческих строительных отрядов, как правило, достаточно скромная, что делает эту социальную группу привлекательной категорией работников при выполнении каких-либо простых, не требующих особой квалификации работ в сельской местности, связанных с сезонными работами (например, сбором урожая и т. п.) или строительством и ремонтом.
С другой стороны, затраты на обеспечение проживания строительных отрядов в сельской местности и их доставку к месту проведения работ могут быть достаточно высоки. Еще одной проблемой, известной с советских времен, является необходимость обеспечения безопасности пребывания в сельской местности бойцов студенческих строительных отрядов, особенно это характерно для тех местностей, где имеется достаточно много маргинализованного населения в возрасте до 30–35 лет. Однако при наличии в рамках сельскохозяйственного предприятия (или агломерационного кластера в целом) специализированных служб, способных обеспечить безопасность членов стройотрядов, эта проблема, в общем, снимается.

В то же время сегодня существует и ряд других возможностей для пополнения кадрового потенциала сельскохозяйственных предприятий, в т. ч. и их потребностей в высококвалифицированных специалистах, работающих на постоянной основе. Прежде всего, речь может идти о программе переселения этнических русских в Российскую Федерацию. Сегодня эта программа имеет крайне вялотекущий характер, предлагая заинтересованным лицам для переселения совсем уж отделенные районы, практически «медвежьи углы» России. Вполне понятно, что интерес к этой программе сейчас практически угас. В то же время заявки на переселение, исходя из своих возможностей, формируют регионы. Для стимулирования развития кластерных структур представляется оптимальным приглашение репатриантов из стран СНГ на постоянное жительство в те регионы, где есть возможность создания ядра агломерационного развития. Как правило, это достаточно квалифицированные специалисты, способные придать новый импульс развитию многих аграрных территорий. Необходимым условием для переселения репатриантов в сельскую местность является предоставление возможности компактного проживания в аграрных регионах, создание достаточно многочисленных общин из русских репатриантов с тем, чтобы это была самодостаточная социальная консорция, способная и к экономическому саморазвитию. Вопреки устоявшемуся мнению сегодня в странах СНГ осталось еще достаточно много этнических русских (и других русскоязычных национальностей), которые в силу многих причин желали бы возвращения в Россию, однако не могут это сделать главным образом потому, что отсутствуют родственники в пределах этой страны. По самым скромным оценкам, сегодня численность этой социальной группы не менее 10–12 млн чел. Это позволило бы в случае переселения её в Россию дать новый импульс развития многим российским регионам. Конечно, излишне говорить, что реализация такого переселения станет возможной только тогда, когда в российских регионах появится возможность заработка (или получения иных форм дохода), как минимум, не ниже того, что характерен в среднем для российских городов. Но именно российские регионы могут и должны впитать в себя большую часть русских, желающих вернуться домой, поскольку там сегодня практически нет проблем с расселением, достаточно недорога недвижимость, имеются и возможности для нового строительства недорого жилья (например, из оцилиндрованного бревна, бруса), при условии, что оно будет вестись в рамках общинных структур. В то же время в российских городах, где имеется достаточная экономическая активность, позволяющая принять в локальную точку большое количество переселенцев, сегодня стоимость недвижимости практически исключает возможность того, что переселение русскоязычного населения в Россию станет массовым явлением.

Другим важным кадровым резервом являются увольняемые в запас военнослужащие. Как правило, большая часть современных российских военнослужащих-профессионалов (т. е. офицеров и прапорщиков) имеет сельские корни, многие сами родились и жили до поступления на военную службу в деревнях и селах. Эта группа населения в большинстве случаев имеет достаточно хорошее образование (особенно в техническом плане), имеет навыки руководства людьми (которые, впрочем, необходимо совершенствовать – практика показывает, что большинство бывших военных на «гражданке» оказываются не слишком успешными руководителями), достаточно молоды и, как правило, обладают неплохим здоровьем. Сегодня уже заявлено, что большая часть военнослужащих, увольняемых по сокращению армии в запас, будет переселяться в районы Сибири, Дальнего Востока, Башкирии и т. п. Это позволяет создать значительный кадровый задел для реализации агломерационной политики на аграрных территориях перечисленных регионов. Особенно ценными и востребованными знания бывших офицеров могут быть при решении задач обеспечения безопасности аграрных предприятий, работающих в рамках агломерационного кластера. Сегодня это одна из самых острых проблем, причем её острота определяется, прежде всего, отсутствием подготовленных кадров, способных её грамотно и квалифицированно решать. Учитывая объявленные планы сокращения офицерского корпуса Российской армии на
200 тыс. чел. и полную ликвидацию института прапорщиков, можно рассчитывать, что некоторая часть из них, вероятно, не больше четверти, может всерьез рассматривать возможность переезда в сельскую местность, при наличии, конечно, приемлемых условий в социальном плане.

В целом сегодня есть достаточные резервы рабочей силы, как сезонной, так и регулярной, пока не локализованной на территории аграрных регионов, но привлечение
которой вполне возможно в том случае, если будет создан платежеспособный спрос
на услуги перечисленных выше категорий работников. Эти категории работников достаточно сильно дифференцируются, исходя из требуемых со стороны работодателя затрат.

Для примера в таблице 3.1 приведены среднемесячные затраты, необходимые для привлечения в сельскую местность одной человеко-единицы сезонных рабочих, исходя из разных социальных групп, которые могут быть использованы для комплектования. Данные рассчитаны для условий Западной Сибири исходя из цен 2008 г.

Таблица 3.1 – Сравнительные среднемесячные затраты на привлечение 1 чел.-ед.
сезонных рабочих в сельскую местность для Западной Сибири, руб./мес.

Категория затрат	Социальная группа
граждане республик Средней Азии	граждане Украины и Молдовы	иностранные граждане (дальнее зарубежье)	бойцы студенческих строительных отрядов
Прямая заработная плата	5000–10000	5000–15000	3000–5000	3500–5000
Затраты на оформление, получение разрешений на работу	1500–2500	1500–2500	8000–15000	-
Затраты на питание	2500–3500	2500–3500	2500–3500	2500–3500
Затраты на проживание	500–1500	500–1500	500–1500	500–1500
Затраты на обеспечение безопасности	1200–2000	1200–2000	4000–4500	500–1000
Социальное страхование	1750–3500	1750–5250	1000–1750	1250–2500
Транспортные затраты	500–1000	2000–4000	3000–4500	500–1500
Прочие затраты	200–250	200–250	200–250	200–600
Всего	13150–24250	13150–33750	22200–36000	8950–15600

В таблице 3.1 показаны примерные затраты на одного сезонного работника, при этом нижнее значение интервала отражает затраты на одного работника, не имеющего какой-либо специальной квалификации, а верхняя цифра интервала отражает затраты на привлечение сезонников, обладающих специальной квалификацией (например, тракториста, комбайнера, водителя и т. п.). Это касается всех категорий, кроме участников студенческих строительных отрядов, – в этом случае определенный интервал определяется, главным образом, не столько квалификацией, сколько удаленностью места работы от места формирования строительного отряда. Как правило, среди студентов вузов и ссузов практически нет лиц, имеющих рабочую квалификацию, позволяющую использовать их в качестве квалифицированных специалистов.

В настоящее время бытует мнение, что иностранные сельскохозяйственные рабочие (особенно граждане КНР) являются самой дешевой рабочей силой, пригодной для использования в сельском хозяйстве. Однако это не совсем соответствует истине – несмотря на крайне невысокую заработную плату, принятую для этой категории работников, работодатель неизбежно (тем более в настоящее время, когда миграционное законодательство существенно ужесточено в отношении данной категории лиц) будет вынужден нести весьма высокие издержки на сам процесс оформления и доставки работников, что сегодня делает бессмысленным применение этой категории работников в отечественном сельском хозяйстве.

Следует также помнить, что зависимость хозяйства от работников данной категории весьма опасна с точки зрения нелегальной миграции и вытекающих из этого последствий для местного населения.

Кроме того, юридически работодатель не вправе допускать работы этой категории работников на каких-либо машинах и оборудовании, без получения необходимых допусков и сдачи квалификационных экзаменов российским органам гостехнадзора, что требует очень больших дополнительных затрат.

Сезонные рабочие из республик Средней Азии являются, вероятно, наиболее оптимальным вариантом получения дополнительной рабочей силы в аграрном комплексе, по соотношению затраты-качество.

Что же касается величины затрат на переселение в сельскую местность на постоянную основу, они также могут существенно дифференцироваться для разных социальных групп, речь о которых шла выше. В таблице 3.2 приведены примерные затраты, необходимые для переселения на постоянную основу главных социальных групп, являющихся целевыми для решения задач комплектования аграрных регионов специалистами. Затраты приведены в соответствии с ценами 2008 г. для аграрных регионов
Западной Сибири.

Таблица 3.2 – Средние затраты для переселения в сельскую местность целевых
социальных групп населения

Категория затрат	Социальная группа
«северные» пенсионеры	жители крупных городов («рериховцы», «анастасийцы» и т. п.)	военнослужащие, уволенные в запас	русскоязычные репатрианты из стран СНГ
Приобретение или строительство жилья, тыс. руб.	400–3000	100–2000	400–2000	100–2000
Переезд из места современного проживания, тыс. руб.	50–100	30–150	50–100	20–300
Затраты на ремонт и обустройство, тыс. руб.	150–500	50–250	50–250	30–50
Затраты на создание личного подсобного хозяйства, тыс. руб.	50–100	50–300	50–100	50–100
Затраты на приобретение транспорта, тыс. руб.	50–1000	50–500	50–350	50–150
Затраты на профессиональную переподготовку, тыс. руб.	<5	5–20	1–20	5–20
Затраты на приобретение земли, тыс. руб.	3–100	1–50	1–50	1–50
Всего, тыс. руб.	708–4805	286–3720	602–2870	256–2670

Нижняя планка затрат характеризуется, прежде всего, альтернативными социальными перспективами каждой социальной группы вне сельской местности, а также уровнем доходов и возможностью поддержки со стороны государства.