Освобождение животных (стр. 25 )

Сле­ду­ет отме­тить, что нес­коль­ко бо­лее мел­ких за­щит­ных орга­ни­за­ций пы­та­ют­ся сде­лать то, че­го не де­ла­ют круп­ные орга­ни­за­ции, но это не­ред­ко ока­зы­ва­ет­ся не­по­силь­ным для них. Сре­ди фак­то­ров, соз­да­ю­щих труд­нос­ти для не­боль­ших орга­ни­за­ций в сфе­ре общес­т­вен­нос­ти, воз­мож­но, глав­ным мож­но счи­тать труд­ность в пре­о­до­ле­нии вы­со­ко­мер­но­го убеж­де­ния, что «че­ло­ве­чес­т­во приш­ло пер­вым» и что проб­ле­мы, свя­зан­ные с сос­то­я­ни­ем жи­вот­ных, не мо­гут срав­ни­вать­ся по сво­е­му мо­раль­но­му или по­ли­ти­чес­ко­му зна­че­нию с проб­ле­ма­ми, ка­са­ю­щи­ми­ся все­го че­ло­ве­чес­т­ва не­пос­ред­с­т­вен­но. Преж­де все­го, это ука­зы­ва­ет на на­ли­чие спе­си­е­циз­ма. Да­лее, как мож­но со­вер­шен­но не изу­чив воп­ро­са, не зная его, за­яв­лять, что проб­ле­ма жи­вот­ных ме­нее се­рьез­на, чем проб­ле­мы, ко­то­рые тер­пит че­ло­ве­чес­т­во? Та­кие ве­щи мож­но про­воз­г­ла­шать, глу­бо­ко зная и до­пус­кая, что стра­да­ния жи­вот­ных дей­с­т­ви­тель­но не зас­лу­жи­ва­ют вни­ма­ния, что если они име­ют мес­то, то ме­нее важ­ны, чем стра­да­ния лю­дей. Но боль есть боль, и важ­ность пре­дот­в­ра­ще­ния бес­с­мыс­лен­ной бо­ли и стра­да­ний не умень­ша­ет­ся от то­го, что стра­да­ния испы­ты­ва­ют не пред­с­та­ви­те­ли на­ше­го ви­да. Что бы мы по­ду­ма­ли о том, кто ска­зал бы: «бе­лые приш­ли пер­вы­ми» или нап­ри­мер, что ни­ще­та в Афри­ке — проб­ле­ма не та­кая се­рьез­ная, как ни­ще­та в Евро­пе?

Это прав­да, что в ми­ре есть мно­го проб­лем, зас­лу­жи­ва­ю­щих уде­ле­ния им на­ше­го вре­ме­ни и энер­гии. Го­лод и ни­ще­та, ра­сизм, осво­бож­де­ние жен­щин, инфля­ция и ра­зо­ру­же­ние, охра­на при­ро­ды — все они глав­ны и со­дер­жа­тель­ны, и кто мо­жет ска­зать, ка­кая из них бо­лее важ­на? И все же, оста­вив в сто­ро­не пред­в­зя­тость спе­си­е­цис­та, мы мо­жем уви­деть, что угне­те­ние не­че­ло­ве­чес­кой жиз­ни отно­сит­ся к раз­ря­ду наз­ван­ных зна­че­ний. Стра­да­ния, при­чи­ня­е­мые на­ми не­че­ло­ве­чес­ким су­щес­т­вам мо­гут быть экстре­маль­ны­ми, а для мно­жес­т­ва они ста­но­вят­ся прос­то ги­ган­т­с­ки­ми: сот­ни мил­ли­о­нов сви­ней, круп­но­го ро­га­то­го ско­та и овец про­хо­дят каж­дый год че­рез про­цес­сы, опи­сан­ные в гла­ве 3 этой кни­ги. В Со­е­ди­нен­ных Шта­тах (толь­ко в них одних) бил­ли­о­ны цып­лят пос­ти­га­ет та­кая же участь. Еже­год­но бо­лее 60 мил­ли­о­нов жи­вот­ных ста­но­вят­ся жер­т­ва­ми на­уч­ных экспе­ри­мен­тов. Если бы одна ты­ся­ча че­ло­ве­чес­ких су­ществ бы­ла под­вер­г­ну­та раз­но­го ро­да тес­там, ка­кие про­во­дят на жи­вот­ных для то­го, что­бы убе­дить­ся в бе­зо­пас­нос­ти кос­ме­ти­чес­ких средств, это выз­ва­ло бы на­ци­о­наль­ное воз­му­ще­ние. Исполь­зо­ва­ние мил­ли­о­нов жи­вот­ных для этой це­ли мог­ло бы выз­вать, по край­ней ме­ре, боль­шое учас­тие, осо­бен­но с тех пор, как вы­яс­ни­лась не­нуж­ность этих стра­да­ний, и их мож­но бы­ло бы прек­ра­тить, если бы мы хо­те­ли это сде­лать. Все рас­су­ди­тель­ные лю­ди хо­тят пре­дот­в­ра­тить вой­ну, ра­со­вое не­ра­вен­с­т­во и гон­ку во­о­ру­же­ний; проб­ле­ма сос­то­ит в том, что мы дол­ж­ны пре­дов­ра­тить эти ве­щи на дол­гие го­ды, и сей­час нам при­хо­дит­ся приз­нать, что мы не зна­ем, как это сде­лать. Срав­не­ние по­ка­зы­ва­ет, что умень­ше­ние стра­да­ний жи­вот­ных не­че­ло­ве­чес­кой при­ро­ды уси­ли­я­ми че­ло­ве­ка мо­жет быть отно­си­тель­но лег­ким, лю­дям нуж­но толь­ко ре­шить­ся сде­лать это.

Во вся­ком слу­чае, идея, что «лю­ди приш­ли пер­вы­ми», бо­лее час­то исполь­зо­ва­лась как изви­не­ние за то, что ни­че­го не де­ла­ет­ся как отно­си­тель­но че­ло­ве­ка, так и не­че­ло­ве­чес­ких жи­вот­ных в нап­рав­ле­нии вы­бо­ра меж­ду не­сов­мес­ти­мы­ми альтер­на­ти­ва­ми, как, во вся­ком слу­чае, счи­та­ют сто­рон­ни­ки при­тес­не­ния жи­вот­ных. Спра­вед­ли­вос­ти ра­ди на­до ска­зать, что не­сов­мес­ти­мос­ти здесь нет. До­пус­тим, что каж­дый рас­по­ла­га­ет опред­лен­ным ко­ли­чес­т­вом вре­ме­ни и энер­гии, и вре­мя, отдан­ное на актив­ную ра­бо­ту в одном слу­чае умень­ша­ет вре­мя, нуж­ное в дру­гом слу­чае; одна­ко нет ни­че­го, что мог­ло бы оста­нав­ли­вать тех, кто пос­вя­ща­ет свое вре­мя и энер­гию че­ло­ве­чес­ким проб­ле­мам, где дос­той­ным бы­ло бы объяв­ле­ние бой­ко­та про­дук­ции агро­биз­не­са, свя­зан­но­го с жес­то­кос­тью. А ве­ге­та­ри­ан­с­кая сис­те­ма пи­та­ния не пот­ре­бу­ет боль­ших зат­рат вре­ме­ни, чем пот­реб­ле­ние мяс­ной пи­щи.

В дей­с­т­ви­тель­нос­ти, и мы это ви­де­ли в гла­ве 4 этой кни­ги, пра­вы те, кто проц­ве­та­ние че­ло­ве­чес­т­ва ви­дит толь­ко на пу­ти ве­ге­та­ри­ан­с­т­ва. Они спра­вед­ли­во счи­та­ют, что сни­же­ние мас­ш­та­бов мяс­но­го жи­вот­но­вод­с­т­ва выс­во­бо­дит гро­мад­ные ко­ли­чес­т­ва зер­на для улуч­ше­ния пи­та­ния лю­дей где бы то ни бы­ло; при этом ве­ге­та­ри­ан­с­кая ди­е­та обхо­дит­ся нам­но­го де­шев­ле ди­е­ты, осно­ван­ной на мяс­ных блю­дах. Со вре­ме­нем у ве­ге­та­ри­ан­с­ко­го общес­т­ва по­я­вят­ся боль­шие фи­нан­со­вые на­коп­ле­ния для нап­рав­ле­ния их в раз­лич­ные акту­аль­ные сфе­ры — про­из­вод­с­т­во при­дук­тов пи­та­ния, по­со­бия на не­об­хо­ди­мые со­ци­аль­ные или по­ли­ти­чес­кие пот­реб­нос­ти. Я бы не сом­не­вал­ся в искрен­нос­ти тех ве­ге­та­ри­ан­цев, ко­то­рые, отка­зав­шись от мя­са, ма­ло инте­ре­су­ют­ся проб­ле­мой осво­бож­де­ния жи­вот­ных, а ру­ко­вод­с­т­ву­ют­ся при этом ины­ми при­чи­на­ми, но ког­да ве­ге­та­ри­ан­цы го­во­рят, что «че­ло­ве­чес­кие проб­ле­мы при­хо­дят пер­вы­ми», то нель­зя не удив­лять­ся, что соб­с­т­вен­но при­нуж­да­ет их про­дол­жать под­дер­жи­вать убы­точ­ную, без­жа­лос­т­ную эксплу­а­та­цию жи­вот­ных на фер­мах.

В све­те изло­жен­но­го бу­дет умес­т­но сде­лать исто­ри­чес­кое отступ­ле­ние. Час­то го­во­рят, что в зак­лю­чи­тель­ном вы­во­де идеи, что «че­ло­ве­чес­т­во при­хо­дит пер­вым», со­дер­жит­ся мысль о том, что лю­ди в дви­же­нии за бла­го­по­лу­чие жи­вот­ных за­бо­тят­ся боль­ше о жи­вот­ных, чем о че­ло­ве­чес­т­ве. Нет сом­не­ния, что для опре­де­лен­ной час­ти лю­дей это дей­с­т­ви­тель­но так. Хо­тя в исто­ри­чес­ком аспек­те ли­де­ры дви­же­ния за бла­го­по­лу­чие жи­вот­ных как раз боль­ше за­бо­ти­лись о су­щес­т­вах че­ло­ве­чес­ких, по срав­не­нию с дру­ги­ми людь­ми, ни­че­го не де­лав­ши­ми для жи­вот­ных. Дей­с­т­ви­тель­но, наб­лю­да­ет­ся ясное дуб­ли­ро­ва­ние и меж­ду ли­де­ра­ми дви­же­ний за осво­бож­де­ние нег­ров и жен­щин и ли­де­ра­ми дви­же­ния про­тив жес­то­кос­ти к жи­вот­ным. Это сво­е­об­раз­ное вза­и­мо­пе­рек­ры­тие нас­толь­ко обшир­но, что выс­ве­чи­ва­ет не­о­жи­дан­ные фор­мы под­т­вер­ж­де­ния па­рал­ле­лей меж­ду ра­сиз­мом, сек­сиз­мом и спе­си­е­циз­мом. В пе­реч­не осно­ва­те­лей RSPCA (Ко­ро­лев­с­ко­го общес­т­ва по пре­дот­в­ра­ще­нию жес­то­ко­го обра­ще­ния с жи­вот­ны­ми) бы­ли, нап­ри­мер, Ви­льям Виль­бер­форс и Фа­у­велл Бак­с­тон — два ли­де­ра в борь­бе про­тив по­ра­бо­ще­ния нег­ров в Бри­тан­с­кой импе­рии. Так же точ­но ран­ние де­я­тель­ни­цы дви­же­ния фе­ми­нис­ток — Мария Волл­с­тоун­к­рафт, на­пи­сав­шая в до­бав­ле­ние к ее «Декларации прав жен­щин» се­рию дет­с­ких рас­с­ка­зов, озаг­лав­лен­ных «Пер­во­быт­ные рас­с­ка­зы», спе­ци­аль­но пред­наз­на­чен­ные для фор­ми­ро­ва­ния гу­ман­но­го отно­ше­ния к жи­вот­ным. Сю­да мож­но отнес­ти и мно­жес­т­во ран­них аме­ри­кан­с­ких фе­ми­нис­ток, вклю­чая Лю­си Сто­ун, Аме­лию Блу­мер, Сью­зан Антон­ни и Эли­за­бет Ка­ди Стен­тон, тес­но свя­зан­ных с ве­ге­та­ри­ан­с­ким дви­же­ни­ем. Вмес­те с Го­ра­ци­ем Гри­ли, ре­фор­ми­ро­вав­шим анти­раб­с­кое изда­тельс­т­во «Три­бу­на», они при­вет­с­т­во­ва­ли вы­ход та­ко­го тру­да, как «Пра­ва жен­щин и ве­ге­та­ри­ан­с­т­во».

Дви­же­ние за бла­го­по­лу­чие жи­вот­ных так­же стало исход­ной ба­зой для на­ча­ла борь­бы про­тив жес­то­кос­ти к де­тям. В 1874 го­ду Ген­ри Берг — пи­о­нер Аме­ри­кан­с­ких обществ за бла­го­по­лу­чие жи­вот­ных, уви­дел изда­ли жес­то­кое изби­е­ние ка­ко­го-то ма­лень­ко­го жи­вот­но­го, ко­то­рое ока­за­лось че­ло­ве­чес­ким ре­бен­ком. Берг про­вел успеш­ный су­деб­ный про­цесс про­тив жес­то­ко­го дет­с­ко­го над­зи­ра­те­ля под Нью-Йор­ком, за­пу­гав, меж­ду про­чим, за­ко­но­да­тель­ную власть эффек­тив­ным юри­ди­чес­ким на­тис­ком. За­тем бы­ли вне­се­ны даль­ней­шие пред­ло­же­ния и так бы­ло осно­ва­но Нью-Йор­к­с­кое общес­т­во по не­до­пу­ще­нию жес­то­ко­го обра­ще­ния с деть­ми. Ког­да эти но­вос­ти дос­ти­ги Бри­та­нии, то RSPCA так­же соз­да­ло бри­тан­с­кий ана­лог — На­ци­о­наль­ное общес­т­во по не­до­пу­ще­нию жес­то­кос­ти к де­тям. Одним из осно­ва­те­лей этой груп­пы был лорд Шаф­т­с­бе­ри, воз­г­лав­ля­ю­щий со­ци­аль­ные ре­фор­мы, автор Фаб­рич­ных актов, по­ло­жив­ший ко­нец дет­с­ко­му тру­ду и мно­го­ча­со­во­му ра­бо­че­му дню. Имен­но лорд Шаф­т­с­бе­ри был бла­го­род­ным ве­те­ра­ном борь­бы про­тив бес­кон­т­роль­ных экспе­ри­мен­тов и дру­гих форм жес­то­кос­ти к жи­вот­ным. Вся его жизнь, по­доб­но жизням мно­гих дру­гих гу­ма­нис­тов, опро­вер­га­ла идею, что про­яв­ля­ю­щие за­бо­ту о жи­вот­ных не про­яв­ля­ют ее к че­ло­ве­ку.

На­ши кон­цеп­ции отно­си­тель­но при­ро­ды жи­вот­ных и оши­боч­ность под­хо­дов, при­су­щая в це­лом на­шей кон­цеп­ции о при­ро­де, спо­соб­с­т­во­ва­ли под­дер­ж­ке спе­си­е­циз­ма. Нам всег­да нра­ви­лось ду­мать и внут­рен­не вну­шать се­бе, что мы все-та­ки ме­нее ди­ки, чем все осталь­ные жи­вот­ные. Ска­зать ко­му-ли­бо, что он «че­ло­век», это зна­чит наз­вать его су­щес­т­вом выс­ше­го дос­то­ин­с­т­ва, ска­зать же ему, что он «зверь», «жи­вот­ное» или прос­то, что он «ве­дет се­бя, как жи­вот­ное» — бу­дет озна­чать его отвра­ти­тель­ность, мер­зость и неп­рис­той­ность. Мы ред­ко обра­ща­ем вни­ма­ние на оши­боч­ность убеж­де­ния, что жи­вот­ные, ко­то­рые то­же уби­ва­ют, со­вер­ша­ют это по тем же при­чи­нам, что и че­ло­век. Мы счи­та­ем львов и вол­ков ди­ки­ми и кро­во­жад­ны­ми, по­то­му что они уби­ва­ют, но они дол­ж­ны уби­вать или их ожи­да­ет смерть от го­ло­да. Лю­ди же уби­ва­ют дру­гих жи­вот­ных ра­ди спор­та, удов­лет­во­ре­ния сво­их при­хо­тей, из-за кра­си­вых тел жи­вот­ных и для сво­их вку­со­вых ощу­ще­ний. Не бу­дем за­бы­вать, что лю­ди мас­со­во уби­ва­ют да­же пред­с­та­ви­те­лей сво­е­го соб­с­т­вен­но­го ви­да, де­лая это из жад­нос­ти или по «пра­ву силь­но­го». Кро­ме то­го, лю­ди не до­вольс­т­ву­ют­ся раз­ме­ра­ми убий­с­т­ва. Исто­ри­чес­кий экскурс по­ка­зы­ва­ет, что лю­дям при­су­ща тен­ден­ция му­чить и истя­зать как сво­их ближ­них, так и сво­их «бра­тьев мень­ших», пе­ред тем, как пре­дать их смер­ти. Ни одно дру­гое жи­вот­ное не поз­во­ля­ет се­бе это­го.