Глава вторая. Теории внешней политики государств и ее роли в международных отношениях (стр. 11 )

Некоторые из "реалистов", сознавая несовпадение "силовой" позиции с внешнеполитическим курсом ФРГ, один из принципов которого - отказ от применения силы и угрозы ею, предпочитают ныне не акцентировать внимания на теории и практике, основанной на силе, и прежде всего военной силе, хотя и остаются по существу на прежних позициях. Имеются работы и таких теоретиков международных отношений, взгляды которых отражают существенную эволюцию взглядов на силу под воздействием происходящих в международных отношениях реальных позитивных процессов.

В этой связи показательно развитие отношения к проблеме войны и мира одного из крупнейших буржуазных философов - К. Ясперса, во многом разделяющего основные положения доктрин "политического реализма". В 1958 г. вышла книга Ясперса "Атомная бомба и будущее человечества", где он выдвинул тезис о том, что появление атомной бомбы решающим образом и пагубно влияет на формирование политического сознания. Тогда, в 1958 г. Ясперс видел смысл растущей опасности в том, что человечеству угрожает уничтожение либо посредством атомной бомбы, либо путем "утраты свободы под господством тоталитаризма". Он фактически солидаризовался в то время со сторонниками ядерного вооружения Западной Германии, объявив, что предпочитает смерть в ядерной войне "господству тоталитаризма". Однако глубокие сдвиги в международно-политической обстановке, отражающие процесс изменения мирового соотношения сил в пользу социализма, не могли остаться не замеченными такими крупными учеными, как К. Ясперс. Опасная политическая ситуация, складывавшаяся в Западной Германии в конце 60-х годов в связи с нежеланием правительства ХДС/ХСС считаться с реальностями этой обстановки, послужила для Ясперса толчком к новому осмыслению процессов, происходящих в ФРГ и во всем мире. В одной из последних работ "Куда движется ФРГ", вышедшей в конце 60-х годов Ясперс дает критический анализ современной международной обстановки. Сохраняя тезис об "угрозе тоталитарного господства", он, однако, заявляет: "В наше время, в отличие от прошлого, следует стремиться к миру без всяких оговорок".

В западногерманской политической литературе последних лет стала распространяться точка зрения Ф. Вайцзеккера, видного физика, одного из руководителей "исследования мира": "Всеобщий мир является жизненным условием научно-технической эпохи, мир требует политической стабилизации, и для этой цели должна быть изменена политическая картина мира".

Нетрудно заметить, что приверженцы "политического реализма" в ФРГ существенно расходятся друг с другом в вопросах методов достижения тех или иных целей на международной арене. Однако всех их независимо от принадлежности к либеральному или консервативному крылу объединяет субъективистский подход к анализу международных проблем.

Можно констатировать известное отставание теоретической мысли "политических реалистов" от практического внешнеполитического курса, стремящегося учитывать так или иначе реальности европейской и мировой политики.

2.Психологические и социально-психологические теории

внешней политики и "поведения государства"

Психологические и социально-психологические концепции постепенно занимают все большее место в буржуазных теориях внешней политики. С начала 60-х годов элементы психологии и социальной психологии начали входить в качестве составной части в эти концепции. Психологический понятийный аппарат все чаще используется при анализе конкретных проблем международных отношений. Предпринимаются первые попытки создать "чисто" психологические и социально-психологические теории внешней политики и международных отношений.

Повышенный интерес буржуазных теоретиков к психологической стороне международных отношений объясняется рядом взаимосвязанных причин как объективного, так и субъективного характера. Изменения в системе международных отношений под воздействием нового соотношения сил двух систем обусловили потребность империализма в новых путях, средствах и методах достижения своих целей, поскольку диапазон применения прежних методов значительно сузился, а их эффективность чувствительно упала. Возникла настоятельная необходимость учитывать и использовать в определенных классовых интересах процессы, происходящие в общественном сознании как в странах - объектах внешней политики империализма, так и в самих империалистических государствах.

Вместе с тем стремление к маскировке классовых интересов и целей внешней политики капиталистических стран также порождает тенденцию к преднамеренной "психологизации".

Одним из инструментов нового подхода и стала социальная психология. Развиваясь на Западе ускоренными темпами уже с конца XIX в., она накопила запас теоретических построений и экспериментального материала, добилась в некоторых областях известных практических успехов и, как казалось буржуазным ученым и политикам, могла быть с успехом применена к анализу проблем внешней политики и международных отношений.

Все попытки буржуазной науки подойти к исследованию международных отношений и внешней политики с позиций психологии и социальной психологии можно условно разделить на три основных направления, тесно переплетающиеся друг с другом. В качестве критерия классификации целесообразно выбрать предмет изучения, а не теоретическое направление, поскольку в каждом из этих направлений сочетаются и бихейвиористский, и фрейдистский подходы (или их модификации). На этом основании можно выделить следующие основные направления:

а) исследование международных отношений в целом как процесса взаимодействия национальных государств, причем каждое из них рассматривается как единый целостный организм, реагирующий на поведение других государств-организмов и на изменения в общей системе международных отношений и (или) в отдельных ее параметрах (концепции "национального характера" и "национального поведения");

б) попытки проследить влияние психологических и социально-психологических факторов на процессы формирования и осуществления внешней политики государства на различных стадиях этих процессов и на различных уровнях (личность руководителя, группа высших официальных лиц, массовый уровень);

в) выделившееся в самостоятельное направление изучение конфликта как наиболее опасной и актуальной области международных отношений.

Если в первые послевоенные десятилетия международные отношения исследовались психологами и психиатрами, проявившими интерес к этой области, но обычно незнакомыми профессионально с собственно предметом международных отношении и автоматически переносившими на них то, что было известным (или считалось таковым) о психологии личности, то в последние 8-10 лет в психологических подходах к изучению международной проблематики наблюдается ряд изменений. Они объясняются тем, что все попытки некритически перенести на сферу международных отношений концепции Фрейда или бихейвиористской школы либо не дали положительных результатов, либо оказались вообще невозможными. Это потребовало известного пересмотра самих концепций, известного отхода как от идеи эгоцентризма, так и от механической схемы бихейвиоризма С-Р (стимул-реакция) в сторону большего учета реальных взаимодействие личности и общества, определенной системности в рассмотрении взаимодействия личности и различных социальных групп в процессе формирования внешней политики, принятия и реализации внешнеполитических решений.

В каждом из трех выделенных направлений эти сдвиги, как и осознание их необходимости, неодинаковы. Общее для них то, что они проводятся под влиянием и в результате соединения социально-психологического анализа внешней политики и международных отношений с методами системного исследования.

Разумеется, указанные сдвиги в психологических подходах к изучению международных отношений не устраняют и не могут устранить органические пороки, свойственные буржуазным психологическим школам вообще. Тем не менее рассмотрение этих изменений все же представляет определенный интерес.

а) Концепции национального характера" и "национального поведения"

в исследовании международных отношений.

Одной из первых попыток применения концепции "национального характера" на основе работ В. Вундта и Г. Лебона к анализу внешней политики явилась написанная в 1938 г. книга английского дипломата Г. Никольсона "Национальный характер и национальная политика". Его старания увязать национальный характер с политикой государства страдали описательностью, субъективностью и предвзятостью, а главное, отражали стремление затушевать классовый характер внешнеполитической деятельности буржуазного государства.

Новая волна интереса к категории "национальный характер" в какой-то мере была стимулирована второй мировой войной и послевоенными попытками ряда буржуазных ученых понять причины постигшей мир катастрофы. Исследования, выходившие с начала войны и приблизительно до начала 60-х годов, объединяет очень тесная связь с антропологией, с проводившимся в ее рамках изучением культуры и особенностей "личности" отдельных народов. К анализу категории "национальный характер" начинают привлекаться новые методы, возникают новые подходы. Разрабатываются концепции "базисного типа личности", "модальной личности", делаются более настойчивые попытки связать тип личности, национальный характер и политические институты в единую систему.

Однако в конце 50-начале 60-х годов исследования категории "национальный характер" на Западе вновь переживают период упадка. По мнению самих американских ученых, большая часть работ, "хотя в них шире применялись количественные измерения, все еще не удовлетворяла многим научным критериям. Большинство работ составляли сравнения малозначительных и нерепрезентативных данных, касающихся разных народов, причем широко стало распространяться сопоставление двух народов лишь на основании одного-двух психологических показателей".

Даже в тех немногих случаях, когда удавалось выделить те или иные черты, предположительно специфические для национального характера какого-либо народа, они не могли служить критерием оценки внешней политики соответствующего государства. Очевидная беспомощность и научная бесперспективность этих исследований привели к тому, что интерес к данной тем был в значительной мере утрачен, престиж этого направления среди самих буржуазных ученых оказался подорванным. Это породило попытки подойти к выявлению национального характера и взаимозависимости между национальным характером внешней политикой государства с другой стороны.