Основные тенденции развития международной правосубъектности (стр. 4 )

Однако современное международное право, несмотря на его качественное отличие от международного права, которое действовало до общего кризиса капитализма, несмотря на наличие в нем новых, подлинно демократических принципов и норм, служащих международной безопасности, равноправию и независимости народов, нуждается в дальнейшем развитии, неразрывно связанном с теми революционными процессами, которые оказывают решающее влияние на весь ход мировой истории.

На XXIV съезде КПСС отмечалось непреходящее значение того исторического факта, что уже на протяжении более четверти

века на Земле прочно установился мир. В этом проявилось торжество ленинских принципов мирного сосуществования между народами.

Разумеется, не может быть речи о мирном сосуществовании там, где разгорается классовая и национально-освободительная борьба. Но невозможность применить принцип мирного сосу­ществования к отношениям между угнетателями и угнетенными, между колонизаторами и жертвами колониального гнета нельзя распространять на отношения между государствами двух противоположных систем, как это порой делают ревизионисты и догматики. Надо всегда твердо помнить о закономерностях, действующих в сфере межгосударственных отношений, одной из которых и является принцип мирного сосуществования.

Мирное сосуществование — это не только отсутствие войны. Программа КПСС, раскрывая содержание принципа мирного сосуществования, естественно, на первое место выдвинула отказ от войны как средства решения спорных вопросов между государствами. Но наряду с этим она подчеркивает и такие аспекты мирного сосуществования, как решение спорных вопросов меж­ду государствами путем переговоров, равноправие, взаимопо­нимание и доверие между ними, учет интересов друг друга, не­вмешательство во внутренние дела, признание за каждым наро­дом права самостоятельно решать вопросы своей страны, стро­гое уважение суверенитета и территориальной целостности всех стран, развитие экономического и культурного сотрудничества на основе полного равенства и взаимной выгоды.

Речь, таким образом, идет о системе принципов мирного сосуществования. Советская дипломатия всегда вела напряжен­ную борьбу за то, чтобы эти принципы стали обязательными для всех государств на земном шаре. Большие успехи в этом направлении были достигнуты на XXV юбилейной сессии Гене­ральной Ассамблеи, на которой принята Декларация о принци­пах международного права, касающихся установления друже­ственных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН. Данный документ представляет собой по сути дела кодификацию принципов мирного сосуще­ствования.

Эта Декларация и другие документы, принятые Генераль­ной Ассамблеей ООН по инициативе СССР и других социали­стических государств, служат ярким доказательством того, что международное право после Великого Октября развивалось и развивается под решающим воздействием идей ленинизма.

Внешнеполитическая деятельность СССР после XXIV съезда КПСС приобрела еще более активный, всеобъемлющий харак­тер: широко развиваются двусторонние связи, предпринимаются общие шаги по обеспечению безопасности и по разоруже­нию и т. д.

Внешнеполитические акции Советского Союза, отличающие­ся возросшей действенностью и высокой принципиальностью, носящие долговременный перспективный характер, направлены на выполнение Программы мира, принятой XXIV съездом КПСС и осуществляемой СССР в отношениях со странами всех кон­тинентов.

В эпоху перехода от капитализма к социализму мирное сосуществование государств с различным общественным строем является объективной необходимостью дальнейшего развития человеческого общества. Следует отметить, что в капиталистиче­ском мире все более обостряются противоречия между наиболее воинственными группировками, делающими ставку на войну, и теми, кто считается с ростом могущества социалистических стран, более реалистически подходит к международным пробле­мам и склонен решать их в духе мирного сосуществования государств с различным социальным строем. На это явление специально обратило внимание международное Совещание ком­мунистических и рабочих партий 1969 года.

В принятом на Совещании историческом документе «Задачи борьбы против империализма на современном этапе и единство действий коммунистических и рабочих партий, всех антиимпериалистических сил» отмечалось, что «политика мирного сосу­ществования препятствует попыткам империализма преодолевать свои внутренние противоречия на путях нагнетания международ­ной напряженности и разжигания очагов военной опасности»[30]. Там же говорилось, что политика мирного сосуществования спо­собствует развитию классовой борьбы против империализма в национальном и всемирном масштабе. Отсюда неодолимы и процесс классового расслоения, и новая расстановка классовых сил в капиталистических странах.

За время, прошедшее после Совещания, в капиталистиче­ском лагере все шире становится круг заинтересованных в по­литике мирного сосуществования и все уже круг приверженцев политики агрессии и войны. И это естественно, поскольку ныне в сферу международной политики все активнее включаются на­родные массы, революционные силы современности.

Все это, в частности, нашло отражение уже в факте приня­тия Декларации о принципах международного права. Несмотря на компромиссный характер и некоторые недостатки Деклара­ции, в целом в ней проявилась жизненность политики мирного сосуществования, проводимой социалистическими странами[31]. Будучи документом, в котором изложены основные принципы

международного права в наши дни[32], Декларация органически связана с рядом институтов международного права, в том числе и с международной правосубъектностью. Так, в отношении принципа невмешательства Декларация специально отмечает, что вооруженное вмешательство и другие его формы или всякие угрозы, «направленные против правосубъектности государства или против его политических, экономических и культурных основ, являются нарушением международного права[33]. Более того, Декларация специально подчеркнула, что «каждое государство обязано уважать правосубъектность других государств»[34].

Как известно, это положение было включено в шестой пункт Декларации, провозглашающий суверенное равенство государств. При выработке этого принципа представители западных держав высказали мнение, что понятие суверенного равенства и идея о том, что государства являются субъектами междуна­родного права, дополняют друг друга. Иначе говоря, по мнению западных дипломатов, суверенное равноправие предполагает международный порядок, в котором государства являются субъектами международного права и сообразуются с ним[35]. Представители СССР показали несостоятельность идеи подчинения суверенитета государств международному праву[36]. Хотя поправ­ка Великобритании о том, что каждое государство должно осу­ществлять свои отношения с другими государствами в соответствии с международным правом и что суверенитет каждого го­сударства подчинен примату международного права, была отклонена, тем не менее сама дискуссия показала, что тенден­ция западной доктрины навязать концепцию примата международного права и в вопросах принципов международного пра­ва живуча, но в то же время она противоречит основным линиям развития международного права в эпоху суверенных государств. Следует согласиться с мнением , который, анализируя различные концепции примата международного пра­ва, замены международного права мировым правом, подметил, что подобные концепции содержат в себе не только посягатель­ство на государственный суверенитет и внутригосударственное право, но и попытку ликвидации самого международного права. совершенно прав, когда пишет, что буржуазная доктрина трансформации международного права в «мировое право» не имеет ничего общего с универсализацией междуна­родного права[37].

Современное международное право можно назвать правом всемирным только в том аспекте, в каком международное право обслуживает систему мировых связей государств, в каком прин­цип универсального участия государств во всеобщих междуна­родных договорах и организациях все больше утверждается в международно-правовом общении[38]. Последнее обстоятельство немаловажно и для международной правосубъектности.

Одним из элементов универсализации международного права является расширение субъектной сферы его действия. Помимо того, что международное право включило в свою сферу большое количество государств, что его субъектами стали международ­ные организации и народы, борющиеся за независимость и соз­дание национальных государств, универсальное международное право «устанавливает социально необходимое поведение его субъектов»[39].

Если согласиться с тем, что социальное назначение международного права в настоящее время состоит в обеспечении ми­ра, мирного сосуществования и в активном содействии социальному прогрессу[40], то нетрудно проследить не только воздействие международного права на международную правосубъектность, но и обратную связь. Расширение круга социалистических и развивающихся государств, прогрессивные решения, принимае­мые международными организациями, — все это не может не отразиться на процессе нормообразования и на эффективности современного международного права.

Так, например, известно то значение, которое придавалось институту признания до Великой Октябрьской социалистической революции. Когда в России после Февральской революции образовалось Временное правительство, почти немедленно признанное Соединенными Штатами и другими ведущими державами, то посол США в Петрограде Фрэнсис писал в своей книге «Рос­сия из американского посольства»: «Если бы не признание Временного правительства, то большевистская революция, кото­рая свершилась в ноябре, произошла бы в марте 1917 г.»[41]. Американский дипломат не сомневался в том, что международно-правовой институт признания мог затормозить революцион­ный процесс. И это соответствовало тогдашнему пониманию социальной роли международного права. Вот почему, 8 ноября, на второй день победы Великой Октябрьской социалистической революции, выражая точку зрения правящих кругов ведущих

капиталистических государств, английская консервативная газета «Морнинг пост» писала: «Союзники никогда (разряд­ка наша. — Д. Ф., Г. К.) не признают русское правительство»[42]. Такая позиция вполне соответствовала антиреволюционной направленности дооктябрьского международного права.