Опыт о человеке (стр. 55 )

Книга создавалась Кассирером по переезде в Новый свет. Отъезд был столь стремителен, что Кассирер не успел, (или все-таки не пожелал?) за­хватить с собой почти оконченную рукопись по теории познания — четвер­тый том своей гносеологии (Cassirer Ernst. Problem of Knowledge: Philoso­phy, Science and History since Hegel. New Haven, CT: Yale Unfv. Press, 1950, 334 p.). Отказ вернуться за рукописью Кассирер сопроводил замечанием о том, что “он не так уж плох” в английском языке. Книгу он стал писать прямо по-английски, после чего позволил редактировать ее. С точки зрения содержания книги, первое, что бросилось в глаза чи­тателям, знакомым с прежним творчеством Кассирера, — это обилие геге­левских аллюзий и явное использование многих гегелевских терминов. Можно было говорить о некоем крене в сторону историцизма — всегдаш­него камня преткновения в спорах неокантианцев и неогегельянцев.

Итак, историцизм... В самом деле, почти каждую главу “Опыта...” автор начинает с некоего исторического экскурса, с критического исследо­вания истории вопроса. Но держаться “фиксирующей” концепции кантов-ского формализма он не стал, у него гегелевская догадка налагается на картезианскую философию (Vuif/emin J. L'heritage kantien: P. 205.). Однако, по меткому выражению одного тонкого французского исследователя П.Кийе (Quillet), в “Опыте...” — этой феноменологии человеческой культу­ры — Кассирер не больше опроверг Канта, чем Эйнштейн — Ньютона. У Кассирера гегелевские формулы вдруг возникают не для того, чтобы пре­кратить, а для того, чтобы начать исследование. Вот пример — первая фраза в “Индивиде и космосе”: Гегель предполагает, что вся культура эпохи отражается в философии как в своем Brennpunkt — точке возгора­ния. Кассирер показывает, что это предположение значимо также для куль­туры Возрождения, несмотря даже на Буркхардта. Но ясно и различие — мысли, как взгляды, конвергируют, они не порождены, не “мобилизованы” Духом. Нет ничего, кроме человеческого — индивидуального, субъективно­го духа — субъекта, который становится трансцендентальным по требо­ванию истины в любой области. (См.: Itzkoff Seymour W. Ernst Cassirer: Scientific Knowledge and the Concept of Man [by] Seymour W. Itzkoff. Uni­versity of Notre Dame Press [1971] XI, 286 p.)

Книга Кассирера еще и потому, следовательно, приобрела такую зна­чимость, что воочию показала связь классической философской традиции с ее кантианским методологизмом и новейшей аналитико-прагматической и одновременно инструменталистской тенденцией. Наряду с Дж.Дьюи и С.Хуком Кассирер стал на многие десятилетия воплощением философство­вания для молодого американского интеллектуала (См.: Krois J.M. Cassirer: Symbolic Forms and History. New Haven; L.: Yale Univ. Press, 1987. XVII, 262 p.).

1* На всем протяжении книги наблюдается двойственная оценка Касси­рером отношения между “Опытом о человеке” и “философией символи­ческих форм”: то он утверждает, что “Опыт...” — это новый труд, то почти дословно цитирует “Формы...”, то, наконец, дает отсылочные примечания, из которых явствует, что “Опыт...” конспективно излагает прежний фунда­ментальный труд. В действительности, как показали исследования (см., на­пример, Krois J.M. Cassirer: Symbolic Forms and History. New Haven: Yate Univ. Press, 1987. XVII, 262 p.) это синтез (не всегда последовательный) трех этапов эволюции взглядов Кассирера: периода философии познания, периода символических форм и периода мифа государства.

2.Одна из ярких страниц современной психологической мысли — борьба идей вокруг интроспекционизма — не обошла стороной Кассирера. В данном случае, однако, Кассирер имел в виду самый классический — кар­тезианский — смысл интроспекционизма как основы cogito. Слышится здесь отчасти также и отголосок антихайдеп-ерианства и антигуссерлианства.

3* Соответствующее место в “Государстве” Платона см.: Платон. Соч.: В 3 т. Т. 3, ч. 1. С. 325—326 [518с—d] .4 Заслуживает быть отмеченным словоупотребление Кассирера: диа­лектику он здесь и далее понимает методологически, в полном соответст­вии с марбургскими (когеновскими) традициями, применительно же к антич­ности — не в смысле обыденного словоупотребления — как искусства ве­дения спора, — а в Платоновом смысле — как вершины всех знаний, про­движения через доказательства к пониманию сущности. См.: Платон. Го­сударство //Платон. Собр. соч.: В 3 т. Т. 3, ч. 1. С. 346 — 347. [534b—e].

5*Марк Аврелий Антонин (121—180) — римский император, фило­соф-стоик, автор книги “К самому себе” (известна также под названием “Наедине с собой”), часто цитируемой Кассирером.

6* Августин Блаженный, Аврелий (354 — 430) — теолог, один из отцов церкви (представитель патристики), основоположник учения о Граде земном и Граде Божием.

7.Фома Аквинский (1226—1274) — философ и теолог, основополож­ник “томизма”, смысл которого в том, что душа — нематериальная суб­станция, но в соответствии с промыслом Божиим получает завершенное осуществление только через тело.

8* Паскаль (Pascal), Блез (1623—1662) — французский писатель и ма­тематик, религиозный мыслитель, прославившийся своими “Мыслями”.

9.Монтень (Montaigne), Мишель Эйкем де (1533—1592) — француз­ский философ-скептик, противник схоластики, теологии, догматизма. В “Опытах” предстает как сторонник эпикуреизма и веротерпимости.

10* Дидро (Diderot), Дени (1713—1784) — философ-просветитель, глава энциклопедистов, материалист и атеист, автор оригинальной эстети­ческой теории.

11* Гаусс (Gauss), Карл Фридрих (1777—1855) — немецкий математик, обогативший все области математической мысли — высшей алгебры, тео­рии чисел, дифференциальной геометрии и пр.

12* Риман (Riemann), — немецкий математик, основоположник неевклидовой геометрии его имени (впервые — в лекции “О гипотезах, лежащих в основании геометрии”, 1867).

13* Вейерштрасс (WeierstraB), (1815—1897) — немецкий математик; построил, в частности, оригинальную теорию действи­тельных чисел и на этой основе создал систему логического обоснования математического анализа.

14'Пуанкаре (Poincare), Жюль-Анри (1854—1912) — выдающийся французский математик, предшественник интуиционизма в разрабогке ос­нований математики; в философии придерживался конвенционализма: на­учные теории условны, единственное методологическое требование к тео­риям — взаимная непротиворечивость их положений.

15* Дарвин (Darvin), Чарльз Роберт (1809—1882) — биолог-эволюцио­нист, автор “Происхождения видов путем естественного отбора”, оказав­ший и продолжающий оказывать существенное влияние на все области зна­ний о жизни и человеке.

16* Аристотелевский исток идеи “анатомия человека — ключ к анато­мии обезьяны”. На деле именно в рамках этой проблематики складывается контроверза “структура — история”.

17*Тэн (Taine), Ипполит Адольф (1828—1893) — французский фило­соф, эстетик, теоретик искусства, которое, согласно его взглядам, разви­вается под воздействием расы, среды и исторического момента.

18* Икскюль (Uexkull), Якоб фон (1864—1944) — немецкий биолог, зоопсихолог, философствующий теолог; один из основоположников этоло-гии, сделал важный вклад в решение проблемы взаимодействия биологи­ческого организма и среды.

19'Руссо (Rousseau), Жан Жак (1712—1778) — один из ведущих идеологов Просвещения, оказавший влияние на все течения мысли и куль­туры последующего времени, его разнообразное творчество было предме­том особого внимания со стороны Канта и Кассирера.

20* Animal symbolicum — ключевое понятие книги Кассирера и всей его поздней философии. Понятия символа и символического выступают у него поначалу как менее интегративные, чем понятия “знак” и “семиотика”. Они, однако, должны охватывать всю мыслительную деятельность от магии до логического синтаксиса, проходя через лингвистику, эстетику и т.д. “Под символической формой, — писал Кассирер еще в 1921 г. в “Der Begriff der symbolischen Form im Aufbau der Geistwissenschaften” (Понятие символи­ческой формы в построении наук о духе) — следует понимать всю энергию духа, через которую духовное значение (geistiger Bedeutungsgehalt) соот­носимо с конкретным знаком и интимно усваиваемо этим знаком”. Эта мо­дернистская формула “энергии” — вовсе не реверанс в сторону физики или бергсоновского спиритуализма “духовной энергии”, а, скорее, элли­низм, напоминающий гумбольдтовскую energeia, противопоставленную ergon как деятельность произведению. Она соответствует, в итоге, исполь­зованию термина “символ” у или и (The Meaning of Meaning). Немецкий эквивалент symbolisch — это sinnbildlich, т.е. буквально выражение смысла через образ.

Картезианская символика, очевидно, не родственна ни гештальттеории (Gestalttheorie) (в сочинении цитированы W.Koehler и K.Koffka), ни — даже отрицательно т- Wesenschau, интуиции сущности в гуссерлевской феноме­нологии, с точки зрения которой возврат к воображению — трансценден­тальному или нет, — выглядит как напрасная искусственность. С помощью этой уловки “Философия символических форм” получает законного предка в виде кантовского скрытого искусства схематизма, которое отвечает той же проблеме — “эстетической” проблеме в столь глубоком смысле, что он не затрагивается различением, которое следует проводить в произ­ведениях Канта между чувственностью и суждением вкуса. Эстетика в этом двойном для нас смысле есть интуиция превращения, метаморфозы, для обозначения которой Гёте пользовался тем же самым словом “схема” (aus fluchtigen Schemen...) в том самом отрывке, который, кстати говоря, цитировал Кассирер в 1916 году в “Свободе и форме” (S. 230) из “С субъ­ективной точки зрения” (“Das Sehen in subjektiver Hinsicht”) — красноре

чивое само по себе заглавие, освещающее глубину гётевско-кантсвского источника вдохновения, из которого проистекало кассиреровское символи­ческое.

21* Рационалист и “последний просветитель”, Кассирер всюду исходит из идеи прогресса как само собой разумеющегося параметра подлинно че­ловеческого бытия.

22* Кантианские основы кассиреровского учения проявляются здесь в отказе различать виды метафизики. Для Кассирера все, что принадлежит метафизике, заведомо ненаучно, а следовательно, не заслуживает внима­ния философа.