Существуют и другие конструктивные признаки, совпадения (или несовпадения), которые создают ту или иную смысловую близость пословичных параллелей, что позволяет говорить об их многообразии.
Таким образом, многообразие паремических параллелей представляет несомненный интерес, так как позволяет определить смысловую структуру как корейских, так и русских пословиц и поговорок.
Раз совпадение по тем или иным признакам приводит изречения к определённой смысловой близости, значит, сами эти признаки служат компонентами смысловой структуры. Можно предположить, что названные признаки (и не только они), взятые в совокупности, и образуют смысловую структуру пословиц и поговорок. Чем больше описанных признаков совпадает у двух изречений, тем они ближе друг к другу по смыслу. Однако разные конструктивные признаки далеко не одинаковы по своему значению: одни более важны для смысла пословичных изречений, другие менее. Так, совпадение по логической и предметно-образной структурам наиболее существенно для совпадения основного смысла сопоставляемых изречений. При этом в пословицах на первый план выступает логическая структура, а также не менее значимой оказывается и предметно-образная. К числу менее важных компонентов смысла относятся характер мотивировки общего значения, замкнутость – незамкнутость пословичных изречений, а также степень их обобщённости. А совпадение по всей сумме смысловых признаков даёт почти полное соответствие изречений, точнее, национальные варианты одних и тех же, общих для данных народов пословиц и поговорок.
ГЛАВА 3. ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ ПОСЛОВИЦ И ПОГОВОРОК
3.1. Поэтика корейских и русских пословиц и поговорок
Паремии можно представить себе как поучительную форму для передачи некоторой идеи. Идея, передаваемая в пословичном изречении, кодируется средствами естественного языка, однако эта кодировка осуществляется не непосредственно, а с привлечением определённых художественных средств, которые дополняют понятийный скелет идеи пословицы. Эстетические эффекты, добавленные к понятийным, обогащают и укрепляют их.
Различают эстетические эффекты двух видов – связанные с понятиями и не связанные с ними.
К первым относятся, прежде всего, выразительные средства языка: средства так называемой словесной образности и семантические средства (сравнение, метафора, метонимия и т. д.); ко вторым – второстепенные эффекты, реализуемые при помощи ритма, пауз, рифм.
Образность в пословичных изречениях отличается от образности других жанров фольклора. Она не может быть понимаема узко или внешне (в смысле «словесных образов» – метафор, сравнений и т. п.). Образность паремий есть конкретно-индивидуализированное и вместе с тем типизированное изображение действительности. Не давая развернутого изображения явлений жизни, пословичные выражения находят свои специфические, предельно ёмкие и меткие образные формы.
Одной из распространённых форм выражения общего отвлечённого суждения является иносказательная передача его через единичные факты, явления или действия. Такова образность пословицы «가시나 무에 가시 난다» (На колючем кустарнике растут колючки), аналогичное изречение можно встретить и в русском языке: «От яблони – яблочки, а от сосны – шишки». Пословичный образ служит не для выражения только данного факта, только данной конкретной ситуации или действия, но для выражения более общей мысли, которая раскрывается при переносном иносказательном толковании образов пословицы: «за одними жизненными явлениями следуют только такие, которые находятся с первыми в определённых причинно-следственных связях, и не могут следовать иные».
Однако не все паремии прибегают к общей иносказательной образности. Многие из них употребляются и в прямом смысле: «날개 부러진 매다» («Сокол со сломанным крылом» (о человеке, утратившем силу, власть)); «눈이 먼 고양이 갈밭에서 헤매듯» («Мечется, как слепая кошка в камышовых зарослях» (о человеке, запутавшемся в работе)); в русских паремиях: «Без хозяина дом – сиротинка», «По платью встречают, по уму провожают» и другие. Принцип создания образа в таких изречениях отличается от предыдущих. Не прибегая к общему иносказанию, пословичные изречения используют образные возможности отдельных слов, употреблённых в переносном значении, например, «Отца с сыном и царь не рассудит» – образность в этой пословице основана исключительно на синекдохе (произведена замена множества единичными явлениями: говорится об одном отце и сыне, а ругаются все сыновья и отцы, которые спорят).
Образность паремий проявляется в том, что они создают типические жизненные образы, которые наделяют в последствии социально-характерными качествами. Даже одно короткое изречение заключает систему образов, так как оно хоть и в узком схематическом плане, но выделяет существенное его свойство. Паремии создают подлинный образ, который одновременно может совмещать в себе моменты обобщения и конкретности. Образ в них имеет определённую характеристику.
Нередко образность пословичных изречений с прямым смыслом создаётся посредством метафоры, метонимии и синекдохи. В свою очередь метафоры и метонимии могут переходить одна в другую, совмещаясь в одном и том же слове. Так, в пословицах: «배부른 사람은 배고픈 사 정을 모른다» («Сытый не понимает голодного») и русский вариант – «Сытый голодному не товарищ». В этом случае наблюдается синекдоха – перенос наименования от части к целому.
В русских пословицах «Один с сошкой, а семеро – с ложкой», «Сытое брюхо к ученью глухо» произведена замена одних понятий другими, имеющими тесную связь с замещаемыми (вместо крестьянина-пахаря – тот, кто с сошкой; вместо тех, кто пользуется его трудом, – те, кто с ложкой). Это типичные метонимии. Кроме того, здесь есть и синекдоха: не об одном крестьянине идёт речь, а обо всех.
В пословицах метонимия и синекдоха не столько служат средством усиления выразительности, сколько формой обобщения, которое нередко приводит к олицетворению: «Хмель шумит – ум точит», «Любовь на лицо не смотрит», «Человек трудом славен» и другие.
В поговорке «В кармане соловьи свищут» (ничего нет) имеет место как метафорический перенос, так и метонимический: на явление, которое изображается, перенесено название другого на основании внутреннего сходства – это метафора. Она соединена с метонимией: вместо того, чтобы сказать у бедняка в кармане говорится в кармане.
Такое соединение разных тропов – обычное явление в пословично - поговорочной образности. Ещё примеры такого соединения: «Нашла коса на камень», «Остёр топор, да сук зубаст», «Язык до Киева доведёт» и другие.
Использование метафор в изречениях встречается редко; ярко выраженное иносказание, лежащее в основе метафоры, более характерно пословицам с общим переносным расширительным толкованием. Так, «Горбатого могила исправит», «Игра не стоит свеч», «Нашла коса на камень» и другие изречения указывают на отдельные, реальные явления, но всегда употребляются только в переносном смысле.
В структуру образов пословичных изречений входят и имена собственные. Так, в корейских паремиях встречаются такие топонимы, как Гора Тайшань (태산) – одна из пяти священных гор, почитаемых в Китае – в значении преграды.
Алмазные горы (금강 산), знаменитые своими пейзажами, являются символом красоты природы («금강산 경치를 보기 전에는 천하경치를 말말라» («Не говори о красоте мира, пока не увидишь красоту Алмазных гор»).
Среди имён собственных наиболее часто встречаются имена Чжугэ Лян – прославленный полководец эпохи Троецарствия – как мудрый стратег: («무식쟁이 백놈이 제갈 량 한 사람 보다 못하다» («Даже сто неучей не стоят одного Чжугэ Ляна»)); Ли Тайбо – великий китайский поэт танской эпохи (618 – 907) – как человек, любящий выпить и повеселиться («매일 장취 이 태백이라» («Всегда пьян, как Ли Тайбо»); «술 잘 먹는 이 태백» («Любит вино, как Ли Тайбо»)), Ёнгодоль (образ заядлого курильщика), Маныльбо (олицетворяющий зловредность), Нольбу (олицетворение скупости, алчности – «심사 놀부라» («Зловредный, как Нольбу»)), Хынбу (олицетворение гуманности, преданности – «착하기는 흥부라» («Добрый, как Хынбу»)) и другие.
Использование имён собственных также излюбленный приём русских паремий. Так, в пословице «Мели, Емеля, твоя неделя» Емеля – герой русских народных сказок, в которых предстает сначала как дурачок и бездельник, а в конце выясняется, что он вовсе не дурак, что ему в жизни помогают волшебные силы.
Ещё примеры паремий с персонажами русского фольклора: «Бедному Савве добрая и слава»; «Бедному Кузеньке бедная и песенка»; «Варвара мне тётка, а правда – сестра»; «На бедного Макара все шишки валятся», «По Сеньке и шапка», «У нашего Андрюшки нет ни полушки», «У нашей Пелагеи всё новые затеи» и другие.
Язык пословичных изречений тесно связан с созданием определённых образов, которые и придают ему неповторимую выразительность, точность и эмоциональную окраску. В чём и состоит особая образная выразительность языка пословичных изречений и поговорок.
Одним из распространенных средств художественного изображения пословиц и поговорок является сравнение.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 |
Основные порталы (построено редакторами)